Глава III. «Шипун»
29 апреля 2016 года.
Лебедь неуклюже обошла охранника, зашла в помещение и воспользовалась крыльями, сделав несколько взмахов, для того, чтобы ускорить темп ходьбы. Она всегда оставалась незамеченной, но тут удача обошла её стороной. Девочка взглядом уловила не маленькую птицу, и сердце её заколотилось с неимоверной скоростью. Один неверный шаг доставит ей кучу проблем, и она знала это. Даже больше. Один неправильный шаг убьёт её.
«Говорят, Одетта не пропускает ни одного спектакля. Сидит и ожидает. А затем, когда наступает более подходящее время, выходит на охоту» — гласил комментарий под той самой статьей.
Наивная, глупая Иви лишь хотела проверить это. Она поднесла правую руку ко рту, чтобы не завопить, а левой сжимала свое платье. Лебедь на воздухе добралась до гримёрной, и на своих уродливых лапах с когтями прошла во внутрь.
— Возвращайся назад, возвращайся назад, — шептала Ив себе под нос, но не могла оторвать взгляда от двери, ведущую в личную комнату одной из балерин. Свет померк. — Убирайся отсюда, позови кого-нибудь на помощь.
Но тело её не слушалось. Двигаясь, подобно скользкой, маленькой змейке, она медленно добиралась той самой двери.
Скрип половицы. Тихое всхлипывание. Страх, пульсирующий в висках и добирающийся до пяток.
Иветт задержала дыхание. Раздался негромкий щелчок, и гримёрная погрузилась в темноту.
Как и Иви, которую заметила лебедь.
***
Она, раскинув крылья, взлетела ввысь. Тело девочки свободно парило, болталось в воздухе, и лишь обмотанные стылым холодом когти, воткнутые в спину, не давали упасть на землю.
Солнце успело скрыться за горизонтом. Кровь перестала капать с бледных, тощих ног девочки. Платье, что на рассвете имело канареечно-шафрановый цвет, превратилось в грязную тряпку багрового цвета. А лебедь сохранила свою белоснежную безупречность. Губительная лебедь. Не жалеющая ни одно живое существо, привыкшая к жестокости. Та, чьё перьевое сердце превратилось в увесистый камень.
Когда она сбросила на сушу сначала тело, к краю озера тут же примкнули остальные лебеди. Одна, махнув длинными крыльями, развернулась и отстранилась. А уже когда и лебедь опустилась на землю, молча наблюдавшие за ней не смогли сдержаться.
— Одетта, кто она? — заговорила первой лебедь с глазами красивого цвета бирюзового аквамарина.
— Я не знаю, Сансет, — протянула Одетта. Её бархатистый голос сейчас звучал гораздо грубее. Вновь схватив Иви когтями, ставшими скользкими, она короткими взмахами крыльев приблизилась к озеру, опустила ее на самый край и слегка подтолкнула. Лебеди тут же взмахнули крыльями и взлетели, не дав еще свежей крови испачкать их.
Несмотря на сумрачную мглу, которая пускала свои корни по всему телу Иветт, девочка чувствовала, как кристально-чистая вода пробиралась в неё. Пусть и смутно, но приятные журчащие ощущения не оставляли её. А кровь её, пролитая Одеттой ради спасения своей шкуры, медленно растворялась в воде. Как только озеро вновь обрело прежнее состояние, лебеди вернулись обратно. Они рябью отражались на поверхности воды, но ничто не могло отразить пленяющую красоту, спрятанную в лебяжьей туше.
Иветт проснулась не сразу, а через полчаса. Сначала раздался зычный крик, а затем — тихое всхлипывание.
Чёрная дыра засасывало абсолютно всё, начиная от громоздкого страха в обличии лебедя-шипуна до укола вины за то, что ослушалась брата. Проблема была в том, что эта дыра была внутри неё самой и с каждой секундой росла, не имея горизонта событий, что другим словом называют границей.
Когда Одетта вернулась к ней, Иви сидела далеко от края озера, приобняв свои оголённые коленки и не переставая плакать.
— Эзра, забери меня, забери меня, — почти что беззвучно шептала она, а в мыслях всё вертелась одна мысль про то, как уродлива Одетта. Нелепа изнутри, прекрасна снаружи.
Возвратились и трое других лебедей, с жадным любопытством рассматривая девочку со всех возможных сторон и углов.
— Одетта, только взгляни на неё. — Даже этот звонкий голос не заставил Иви поднять голову. — Посмотри, как она неуклюжа.
Королева Лебедей не ответила, а лишь взглядом изучила тонкие ножки и руки, горбатую спину, кое-как собранные волосы, светло-коричневые пигментные пятна на её лице... И пришла в недоумение, смешанное с гневом.
— Да, — подхватила другая лебедь, — она нам не подходит. Будет лучше, если ты избавишься от неё.
Иви подняла голову, начав трястись всем телом, но не нашла в себе и капли смелости на то, чтобы заговорить.
— Фреска должна быть идеальной, — прошептала Одетта, не глядя на неё.
Сердце Иви забилось сильнее, зеница расширилась, дыхание участилось, кровь, кажется, стала бежать быстрее. Даже она понимала, что последнее слово было за Королевой Лебедей. А её вердикт был ясен всем.
Иветт закричала раньше, чем Одетта замахнулась на неё своим крылом.
Свет померк. Озеро красивой дорожкой сошло с границ, лимонная ткань распоролась и плавно поплыла, а с ней и Иви. Весь мир сжался спиралью, с каждым мигом угасая и превращаясь в тлеющий уголь, пока свет в глазах умирающей девочки не погас вовсе.