Разгадка
«Пойдём, милая». В мелодичном голосе матери звучала неподдельная радость и удовлетворение, что было так на неё не похоже.
Это сводило Валену Толанд с ума. «Нет».
Заглянув в комнату, которую делили обе её дочери, Нимелла странно посмотрела на старшую из сестёр Толанд. «Что?»
«Я не хочу идти», — надулась Валена, скрестив руки на груди.
«Но ты же любишь прогулки за пределами поместья и лошадей», — Нимелла подошла к ней, уперев руки в бока. «Эгон всё готовит, даже приказал слугам устроить для нас пикник». За спиной её матери стоял вездесущий лютоволк принца — звери были настолько преданы своим хозяевам или хозяйкам, что даже защищали своих возлюбленных. Ещё одно напоминание о новом статусе её матери. О её новом статусе. «Мы не хотим заставлять его ждать».
«Да, давай, Вэл!» — в отличие от него, маленькая Теора радостно прыгала. «Эгг покажет нам своего дракона! Дракона!»
«Ты уже видела дракона», — резко ответила Валена. Пронзительный визг сестры действовал ей на нервы.
Теору это, похоже, не смутило. «Я хочу видеть драконов каждый день!»
«Значит, мы с тобой в одной лодке», — пробормотала Валена.
Нимелла, казалось, не заметила, что пробормотала Валена, но её брови тревожно нахмурились. «Ты заболела?» Она опустилась на колени рядом с Валей и обняла её. «Скажи мне, милая».
Объятия матери напомнили ей о более счастливых временах, и Валена с жадностью воспользовалась этой возможностью... «Немного... может быть, вчерашний ужин...»
Вздох. «Даже для нас, дорнийцев, эта еда была слишком сытной для тебя». Она поцеловала Валену в макушку. «Я дам знать слугам. Куриный бульон и тёплый хлеб помогут твоему желудку, так что просто отдохни». Валена улыбнулась и уткнулась носом в живот матери. «Эгг поймёт».
Улыбка Валены померкла.
«Глупый принц». Пиная камень под большим фиговым деревом, Валена не могла выбросить этот образ из головы. Её мать заискивала перед этим симпатичным мальчиком Таргариеном. Он был почти её ровесником, как и её мать. «Почему ты не можешь умереть или оставить нас в покое?»
Слова, не предназначенные для человеческих ушей, но боги их не услышали.
Она не была больна, и чувство вины за то, что она солгала матери, с лихвой компенсировалось тем, что ей не придётся тратить часы своей жизни, которые она уже никогда не проведёт с принцем. Он был мил, настоящий джентльмен. У Валены не было объективных причин обижаться… кроме его присутствия. «Мы были счастливы: только моя мать, Тео и я. А теперь ты забираешь меня из моего дома только потому, что не смог найти кого-то своего возраста!» Она пнула ствол дерева. Ей было больно, но она не обращала внимания.
Теора обожала своего будущего отчима, а их мать считала, что он ходит по воде. Вэл слышала, что они говорили друг другу, когда гуляли по территории, держась за руки, и как однажды она заглянула в их покои. Принц стонал над её матерью, а Нимелла кричала, что любит его.
Это было отвратительно — не столько сам акт совокупления, сколько то, что это делал принц — или кто-то другой — с её матерью. По щеке Валены скатилась слеза, она опустилась под дерево и обхватила колени руками. «Просто… просто оставьте нас в покое».
Им было лучше без него, они были любящей семьёй.
«Ты идиот. Тебе не следовало ко мне приближаться».
Валена широко раскрыла глаза — она узнала этот голос, голос стражника принца Дорана. Арео Хоте. Теора боялась его, и, честно говоря, Валена тоже.
«Здесь никого нет. Это место заброшено». Другой голос, который Валена не могла узнать. Внезапно ей стало страшно… это место не предназначалось для общественного сада или даже для знатных гостей дома Мартеллов. Она даже не помнила, как оказалась здесь, слишком злая, чтобы обращать внимание. Интуиция подсказывала ей спрятаться и дождаться, пока они уйдут…
Но… Любопытство было болезнью, и она заразилась. Стараясь не наступать на опавшие листья, она выглянула из-за фигового дерева, спрятавшись за кустами. Это был слуга, которого она часто видела рядом с Эйгоном. Значит, слуга принца разговаривал с верным мечом дяди принца. Ничего странного, верно?
«Я хочу получить оплату».
«Тебе платят членом Таргариенов. Тебе должно повезти».
«Мне нужно больше... когда всё это закончится, я хочу стать богатым человеком в одном из Вольных городов».
Хотех фыркнул. «Понапрасну болтаешь, и станешь ужином для рыб».
Распускать язык? Распускать его о чём?
«Я сильно рискую ради тебя… находясь рядом с этой отвратительной рыжей шлюхой…»
Он говорил о её матери?
Аэро достал нож и приставил его к шее слуги. «Ты всего лишь подхалим, Марон, так что заткнись, пока не придут новости о наследном принце… или я тебя убью».
Наследный принц…
Теперь Валена спряталась. Она тихо лежала на земле за деревом, пока не стихли голоса — даже спустя полчаса.
**********
«Они ничего не нашли?! »
— О боже, нет.
Рейнис прикусила губу, переводя взгляд с разъярённой Дейенерис на мрачную Сансу, которая сидела, обхватив голову руками. «Лорд Дондаррион и лорд Селми вернулись из своего грандиозного разведывательного похода — пятьсот всадников прочёсывали земли вокруг Летнего замка, а Кепа наблюдал за ними с вершины Эгаракса. Они нашли… тела наёмников, но никаких следов Бейлона».
«Они искали вокруг реки?»
— Да.
Дейенерис фыркнула. «Ещё глубже в лес?»
Она замялась. «Там были участки, непроходимые для всадников, но троп не было. Лорд Дондаррион хорошо знает это место, и оно практически необитаемо — даже Братство Королевского леса во время своих набегов на Штормовые земли никогда не пыталось там спрятаться». Верила ли в это Рейнис? Её кепа верил, а она доверяла своему кепа. Он слышал истории о Братстве Королевского леса непосредственно от сира Артура.
Однако её тётю это не убедило. «Эти глупцы. Эти некомпетентные люди!» Она потянулась назад, чтобы собрать в пучок свои серебристые волосы. «Если они и мой брат не потрудятся как следует его поискать, то это сделаю я!»
Рейнис потянулась, чтобы коснуться плеча Дейни, но та отмахнулась от неё. «Ты несколько дней без сна скакала по Сираксу. Ты тоже ничего не нашла».
«Я недостаточно хорошо искала или искала не в том месте». Дейенерис схватила свои штаны для верховой езды и задрала платье. Влезла в них. «Теперь я знаю, где искать, я…»
По столу ударила чья-то рука. Оба Таргариена повернулись и посмотрели на Сансу, которая встала и подошла к Дейенерис. «Ты не можешь продолжать в том же духе, Дейенерис. Ты убиваешь себя».
«Кто-то должен найти нашу любовь, Санс!» — воскликнула Дэни.
Санса молчала, лишь с мукой в глазах глядя на Дейни. «Ты хоть раз заплакала с тех пор, как забрали Джона?» Дейни молчала. «Ты позволила себе оплакать его отсутствие?»
Нет, не видела. Рейнис никогда не видела, чтобы кто-то боролся и злился так же сильно, как Дейни. Даже когда она сама бежала с Игритт на Истинный Север, Рейнис не была такой… слепо сосредоточенной. И, судя по взгляду Дейни, она тоже это понимала. Трёхлетняя девочка не заслуживала такого беспокойства и боли. «Что он может сделать?» — её губы задрожали, и Санса внезапно обняла её.
Рейнис обняла их обеих. Она была выше их обеих, хотя Санса обещала, что догонит её в росте, когда вырастет. «Выпусти это, тётя. Пожалуйста». Плотину прорвало, и вся её решимость улетучилась. Дейенерис рыдала в их объятиях.
Это заняло некоторое время, но в конце концов две младшие девочки расплакались и уснули, свернувшись калачиком в постели. Рейнис не решалась оставить их, но так было лучше. Она бесцельно бродила по двору, желая дать волю своим чувствам. Однако не было смысла оставлять Дом Баратеонов — они всё ещё были в ответе за то, что могли причинить вред Бейлону, несмотря на то, что вероятным виновником был Эурон, — со слабостью, которой они могли воспользоваться.
Открывшиеся боковые ворота наконец привели к Рейнис того, кого она хотела увидеть... и кто хотел увидеть её. «Ещё одна успешная охота?»
Игритт с длинными рыжими волосами, заплетёнными в практичную косу, ещё не привыкла к лошадям. Жеребца, которого она позаимствовала в конюшне, она вела пешком, и единственным всадником на нём был покойник. «Не совсем». Она указала на большого оленя. «Я стреляла в более крупного ублюдка. Этот был моим запасным вариантом».
Рейнис подошла к ней, но постаралась коснуться только её руки и плеча, а не заключить в объятия и не поцеловать в губы, как это было бы в Красном Замке. В отличие от Дейни и её муны, она не собиралась настраивать против себя всех обитателей Штормового Предела, пусть и косвенно. «Ты перфекционистка в том, что касается охоты, любовь моя».
«Свежее мясо лучше того изысканного дерьма, которое вы считаете едой.» Она свистнула двум стражникам. «Эй, отнесите это королевскому повару, да поживее!» То ли из-за присутствия Рейнис, то ли из-за того, что Игритт была с ней связана, стражники поспешили выполнить приказ. Игритт повела плечами и оглядела Рейнис. «Они ведь ничего не нашли о твоём брате, верно?»
Она прикусила губу, и момент веселья был упущен. «Нет».
Игритт ничего не сказала, только взяла Рей за руку. Она отвела её за один из сараев. Рей была в замешательстве, пока рыжеволосая не раскрыла объятия. «Иди сюда».
Из груди Рейнис вырвалось рыдание, которого она не замечала. Она не рыдала, как Дейни или Санса, а лишь беззвучно всхлипывала и обливалась потом. Она обняла свою возлюбленную, Игритт тихо ворковала и гладила её по спине, пока всё не закончилось. Рей тяжело вздохнула и вытерла глаза. «Спасибо».
«В любое время, принцесса». Уже не с издёвкой, а с почтением. Ласковое прозвище, рождённое любовью.
Рей поцеловал её. «Я люблю тебя».
«Я тоже тебя люблю». Игритт снова поцеловала её, а затем отстранилась, уперев руки в бока. «Они никогда его не найдут».
Принцесса отреагировала так, словно её ударили. «Ты думаешь, он мёртв?»
— Что? Нет. — Рыжеволосая девушка вздохнула и провела рукой по волосам. — Если он хоть немного похож на тебя, то он жив.
Рэй фыркнула. «О, так и есть». Она откинулась на стену сарая, запрокинув голову. «Так что ты имела в виду?»
Игритт закатила глаза. «Они посылают конные патрули в полном вооружении. Если бы твой брат прятался в каком-нибудь грёбаном городе, то ладно, они бы его нашли. Но твоя тётя и кузина сказали, что он заблудился в глухом лесу. Так ты его никогда не найдёшь». Рэйнис нахмурилась, а Игритт прикусила губу. «Я знаю, о чём ты думаешь, милая. Это не нарочно, они просто не умеют выслеживать… это не война, это охота, и они не могут с этим справиться».
Она поджала губы. «Дейенерис, по крайней мере, с тобой согласна. Там есть заросли якобы непроходимого леса, которые, по словам лордов, якобы необитаемы». Игритт скрестила руки на груди, словно подчёркивая, что она была права. «Но драконы…»
«Много ли ты видишь оттуда?» Рейнис открыла рот, чтобы ответить, но передумала. Игритт вздохнула и взяла возлюбленного за руку. «Позволь мне».
— Игрита?
«Я же сказала, дай мне найти твоего брата». Её взгляд был пронзительным, а выражение лица — серьёзным. «Дай мне лук, нож и колчан, и я найду его за неделю».
Смелое заявление от стройной — почти похожей на тростинку — девушки из диких земель. Большинство посмотрело бы на неё с насмешкой, в том числе и большая часть семьи Рейнис. Но никто не видел того, что сделала Рейнис. Игритт в своём доме к северу от Стены, выжившая и сражающаяся бок о бок с принцессой в самых суровых условиях во всём Вестеросе…
Она доверяла не только искренности своего возлюбленного, но и его способностям. «Они действительно не найдут его, моя кепа и Баратеоны».
Игритт поморщилась. «Возможно, но к тому времени он уже будет трупом».
Эта мысль на мгновение причинила Рейнис боль, но придала ей решимости. Черты лица ожесточились. «Ты получишь это, а ещё копьё и дракона».
«Я же говорил, дракон не поможет…»
«Если вы хотите добраться до Саммерхолла за несколько часов, а не за несколько дней, то вам подойдёт Нимерион».
Игрита моргнула и наконец улыбнулась. «Когда мы его найдём, я рассчитываю, что в качестве награды ты будешь трахать меня, пока я не отключусь».
Комментарий казался ... бестактным, но он только рассмешил Рейнис. "Договорились". Она обняла свою возлюбленную, чмокнув ее в губы, а затем уткнулась лицом в ее шею. Теперь нам просто нужно разрешение на выезд из кепы. Легче сказать, чем сделать.
Но, как она однажды сказала Эггу, Бейлону и Дейни, легче вымолить прощение, чем попросить разрешения.
***********
«Я хочу летать! Я хочу летать!»
С трудом сдерживая смех при виде того, какой очаровательной была Теора — сочетание восторга и требовательности в столь юной девушке было впечатляющим, — Нимелла заметила, что Эгг усмехнулся не по годам зрело. «К сожалению, не в этот раз, маленький hatchling».
Теора надула губы. «Почему нет? Я хорошая девочка!»
Эгг поднял её. «Я знаю, что ты такая, малышка, но у меня есть свои обязанности перед Тессарионом, и они слишком опасны для маленькой девочки».
«Я уже большая девочка!»
Нимелла избавила Эгга от необходимости отвечать. «Во всём, кроме полётов, моя милая. Во всём, кроме полётов». Ещё одна гримаса, плюс сердитый взгляд. «Не ревнуй. Эйгон с радостью заберёт тебя, когда вернётся».
Её лицо просияло. «Серьёзно?»
«Если Тессерион не против. Это девочка?» Все трое взглянули на ожидающую их дракона, чья пурпурная чешуя царственно сверкала в лучах дорнийского солнца. Вопрос повис в воздухе, но она лишь фыркнула, окутав их тёплым дыханием. Эгг просиял. «Она в восторге».
Теора завизжала от восторга и чуть не выпала из рук Эйгона, когда бросилась обнимать морду Тесс. Она была слишком большой для маленьких ручек. "Спасибо, Тесс! Спасибо, спасибо! Я люблю тебя, Тесс." Судя по выражению янтарных глаз, Тесс было неприятно, когда её называли «Тесс», но она смягчилась, увидев, как сильно дочь её любит.
Даже драконы могли быть мягкотелыми в душе. Это ... очеловечило их. Почему Эгг и другие любят их и относятся к ним как к детям или братьям и сестрам, в то время как мы видим в них монстров. Нимелла многому научилась после того, как была помолвлена с Эйгоном.
Когда Эгг опустил Теору на землю, Тессарион последовала его примеру и опустила голову, терпеливо слушая, как девочка гладит её по морде и рассказывает обо всех местах в Дорне, которые она хотела бы показать дракону. Это было так мило, что у Нимеллы защемило сердце. Она обняла свою невесту. «Спасибо».
Эгг приподнял бровь. «За что?»
«За то, что ты такой замечательный». Она поцеловала его в шею, потом в подбородок и, наконец, в губы. Внезапно она прервала поцелуй. «Тебе нужно идти?» — прошептала она ему в губы.
— Кесса, — ответил он.
«Но ты можешь пострадать».
Вздох. «Дорнийский флот поддержит меня… это не шутки».
Она отстранилась. «Ты мог бы сказать мне об этом раньше».
У этого её наездника на драконах хватило порядочности выглядеть извиняющимся. «Я знаю, прости. Но я вернусь к тебе». Эйгон обнял её за талию. «Я обещаю».
Нимелла вздрогнула и поцеловала его ещё раз. «Я буду ждать тебя». На её лице появилась едва заметная улыбка. «Если ты вернёшься целым и невредимым, тебя ждёт награда».
«Тогда мне придётся быть особенно быстрым и осторожным». Они рассмеялись и не размыкали объятий до тех пор, пока ему не пора было уходить. «Я люблю тебя».
«Я тоже тебя люблю». Несмотря на все усилия, по её щекам потекли слёзы, когда они с Теорой смотрели, как он садится на Тессариона и улетает на восток. К Ступеням, где, скорее всего, затаился Эурон Грейджой. Только теперь он представлял угрозу для брата, а не для своей невесты.
Всё что угодно было лучше, чем мучиться от беспокойства, поэтому Нимелла отвела Теору в септа для занятий, а затем пошла по коридорам. После исчезновения Бэйлона обстановка была… напряжённой. Половина жителей Водных садов молилась Семерым или Матери Ройн об избавлении, в то время как другая половина радовалась скорой смерти наследного принца. Обе стороны были готовы вцепиться друг другу в глотку.
В разгар всего этого Нимелла не хотела, чтобы заботы о её возлюбленном ещё больше тяготили её. Возможно, принцесса Арианна или леди Эллария составили бы ей приятную компанию, ведь их страстные шалости всегда давали повод для сплетен и смеха.
Она уже почти добралась до королевского крыла, когда в неё врезалось убегающее существо. «Смотри, куда… Валена?»
Её старшая дочь выглядела не больной, а напуганной. Бледное лицо и широко раскрытые глаза. «Мама?» — она огляделась по сторонам. «Мама, мне нужно рассказать тебе, что я услышала».
«Где ты был? Почему ты не в своей комнате?»
— Речь идёт о... — она снова огляделась. — Речь идёт о наследном принце Бэйлоне. — Нимелла моргнула и взяла дочь за руку, уводя её в безопасное место. Это явно не для посторонних ушей.
Когда дочь Нимеллы начала говорить, её опасения подтвердились.
***********
Они дремали урывками. Сплетясь телами, но полностью одетые, они были слишком напуганы и измотаны для той близости, которой наслаждались.
Такая близость была под запретом.
Некоторые говорят, что он был в оцепенении, на грани смерти. Каждый из них боялся, что, если Бейлон умрёт, он уже никогда не оправится. Свирепая Лианна лежала рядом с мужем, Рейегар прижимал её к себе, а Элия обнимала её сзади.
Так и было, потому что, как только они оба уснули, Элия тихо выбралась из постели и вышла из их покоев. Оставив сира Ариса на страже, она проскользнула по коридорам гостевого крыла «Конца бури», построенного для королевских гостей во времена Джейхейриса, когда Алисса Веларион была его хозяйкой. Сир Освел молча следовал за ней, охраняя её.
Или в ожидании, пока королева Элия наконец поделится своими тревогами и страхами.
Когда это произошло, это было тяжело пережить. «Что мне делать, Освелл?»
Рыцарь, помня о приличиях, стоял в нескольких футах от королевы. Это был не лорд Ашара и не лорд Эллария. И даже не лорд Серси… и не сир Артур, друг детства королевы. Элия и не ждала его. «Тысячи людей прочёсывают поля в его поисках, и разве принц Эйгон не говорил о дорнийском флоте, прочёсывающем Ступени?»
Элия кивнула. "Я всегда могу рассчитывать на то, что Оберин перевернет каждый камень ради своей семьи". В отличие от многих в Дорне, Оберин считал Бейлона одним из них. "Но я боюсь, что мы никогда его не найдем".
Освелл покачал головой. «Ну же, моя королева, его найдут. Сир Артур…»
«Артур считает его мёртвым. Я вижу это в его глазах, даже когда он ищет». Элия обхватила голову руками. «Боги… Я не знаю, сможем ли мы это пережить».
— Вы имеете в виду его светлость и её светлость?
Кивнув, Элия вытерла слезу и уставилась на море за окном, освещённое лишь полумесяцем. «Потерять ребёнка, Освел… Эйгон и Бэйлон, когда они болели, чуть не погубили нас — они оба выжили, но если Бэйлон умрёт…» Она покачала головой. «Сейчас они держатся только потому, что пытаются его найти, но мы всё равно ссоримся».
«То есть кто за этим стоит?» — Освелл с лёгкостью взял на себя роль её доверенного лица, и Элия знала, что ему можно доверять. «Я всё ещё думаю, что её светлость права. За этим стоит Роберт».
«Неужели? Этот пьяница не похож на человека, который может что-то спланировать».
— Так ты думаешь, что это Эйрон Грейджой, как и полагает его светлость?
— А мой сын… — Она вздохнула. — Я… я… — Эта мысль пришла ей в голову сама собой. Если бы какой-то кошмарный сон оказался правдой… Элия не могла даже представить себе такое. — Я должна написать Нимелле, может быть, она…
Приглушённый шум привлёк их внимание. Освелл стоял перед Элией, а королева отступала назад. «Тише, принцесса…» Резкий тон и акцент.
Один из одичалых.
«Боже, как же чертовски темно».
«Не знаю, как бы ты выжила этой грёбаной зимой на Истинном Севере», — раздался хриплый смешок, когда из-за угла показались две женские фигуры. Игритт и Рейнис были одеты в толстые шерстяные плащи, под которыми виднелись кожаные костюмы для верховой езды. Чёрная кожа — одежда для езды на драконах. Влюблённые были так поглощены друг другом, что не заметили королеву и Королевскую гвардию.
Пока Элия не заговорила. «Собираешься прокатиться?» Оба замерли на месте, широко раскрыв глаза.
В то время как возлюбленный её дочери выглядел напряжённым и не знал, что делать, Рейнис словно превратилась в шестилетнюю девочку, которая тайком пробиралась на кухню, чтобы стащить сладости. Пойманная с поличным тем, перед кем она не могла надуть губки и заговорить зубы, она снова стала испуганным ребёнком, который боялся разочаровать старших. Это было… довольно мило, если вдуматься. Нисар просто сидела на корточках, а волк терпеливо ждал.
Элия откашлялась, нарушая молчание. «Сир Освелл».
Он колебался. «Да, ваша светлость».
«Я хочу прогуляться среди драконов. Вид моих… скакунов мужа и дочери успокоит меня и даст надежду найти Бэйлона».
Освелл моргнул, а затем кивнул. «Да, моя королева». Он прошёл на несколько шагов впереди Элии и других дам, чтобы дать им достаточно места.
Элия подошла к дочери. «Подтяни плащ повыше». Не дожидаясь ответа Рейнис, она проворными пальцами поправила плащ у неё на плечах. «В воздухе может быть холодно».
Игритт, уловив суть, слегка ухмыльнулась, уже следуя за Освеллом. Рейнис, напротив, растерянно моргнула. «Муна?»
«Наша семья снова станет единой, только если ты найдёшь своего брата. Это раскроет тайну и…» — в её голосе послышалась лёгкая дрожь, и Элия смахнула слезу. «И это исцелит наши сердца».
Рейнис тоже всхлипнула и обняла свою муну. «Я верну его. У нас есть план».
Элия поцеловала дочь в щёку. «Только тебе могло прийти в голову найти свою идеальную пару в лице девушки из диких земель». Ещё один поцелуй, на этот раз в веко Рей. «Только не говори Лие, но Игритт напоминает мне её более грубую версию».
— Фу, — Рейнис содрогнулась. — Только не говори мне этого, пожалуйста. — Элия усмехнулась, и эта небольшая шутка спасла их от уныния. — Я найду его, — решительно пробормотала Рейнис.
«Я знаю, что так и будет». Наблюдая за тем, как её дочь гоняется за своим возлюбленным, а лютоволк бежит за ними, Элия не сказала больше ни слова.
Только не тогда, когда она видела, как они забираются на Нимериона.
Только когда фигура Наймерион растворилась в темноте Штормовых земель, «Тессарион… пусть её клятва будет истинной…»
Будь она проклята во всех семи кругах ада, — сомневалась Элия.
*********
Схватившись за седло своего скакуна, Варго Хоат спрыгнул с лошади на землю. Вокруг его сапога взметнулось небольшое облачко сухой грязи. «Хмф, — пренебрежительно фыркнул он. — Штормовые земли, как же». С момента его прибытия сюда не было ни одного дождливого дня.
Трое его людей швырнули на землю четыре тела — пожилого мужчину и трёх молодых женщин. «Пожалуйста, милорд, — умоляли они. — Пощадите!»
Хоут наблюдал за ними, поглаживая бороду.… Только для того, чтобы ударить одну из женщин наотмашь. Ее спутница - возможно, сестра - закричала, а взгляд мужчины был пустым. При смерти. Третья женщина посмотрела с вызовом. Я получу удовольствие, смачивая ею свой член. "Мои люди сказали мне, что ты знаешь, кто живет в тех лесах".
«Там никто не живёт…»
Еще одна затрещина, на этот раз по мужчине. - Не лги мне. Тебе не понравится, если ты будешь продолжать. - Его руку обожгло от двух пощечин. И снова он проклял имя Таргариенов и их прихвостней ... уничтожив свою вторую руку и оставив от нее лишь шелуху. Но он отомстит. "Кто там живет?"
Сглотнув, мужчина вздохнул. «Старик и его дочь. Дорнийцы… и откуда-то издалека. Я не знаю откуда… не из Вестероса».
«А, понятно». Мужчина и его дочь — те, кто мог сражаться, учитывая, что случилось с людьми, которых он отправил за головой Бэйлона. «Позаботьтесь о наших лошадях, пока нас не будет, и мы больше вас не побеспокоим». Он улыбнулся, и это, казалось, успокоило всех, кроме младшей девушки.
Отступив на шаг, один из его людей подошёл ближе. «Вы действительно собираетесь их отпустить, милорд?»
Варго посмотрел на него со странным выражением лица и перешёл на ублюдочный валирийский. «Мёртвых это не волнует. Перережь им глотки после того, как наиграешься с ними, но молодой — мой».
Он рассмеялся. "Считай, что дело сделано."
Наступив на пень, Варго свистнул. «Слушайте все!» Тридцать человек, трое из которых останутся с лошадьми и пленниками, а остальные пойдут с ним. «Старик и его дочь — наша добыча. Они могут сражаться, как и наша цель, так что не стоит их недооценивать».
«А можно мы возьмём с собой лошадей?»
Приближаясь к жалобщику, Варго схватил его за горло. «Тебе это место похоже на конный завод?» Мужчина перевёл взгляд на густые заросли ежевики, лиан и кустов, а затем прохрипел, что нет. «Хорошо. Приведи себя в порядок». Отпустив мужчину — тот упал на колени и начал бесконтрольно кашлять, — Варго вытащил клинок и размял плечи. «За мной». Козёл будет пировать на крови Царя.
От радостных возгласов мужчин он внутренне усмехнулся. Они могут приносить свои бесполезные жертвы. А он получит всё золото мира и сможет выбрать, какой город купить, когда всё будет сделано.
И всё ради того, чтобы привести принца к принцу. Ни один старик не смог бы его остановить.