Пламя в сердце | Кощей

Казань.Спустя несколько часов после похищения.

------------------------------------------------------------------

«Волга» Кощея неслась по ночным улицам, оставляя позади огни города. Напряжение в машине было таким густым, что его можно было потрогать. Я сидела на переднем сиденье рядом с Кощеем, наблюдая, как его рука, лежащая на руле, то и дело напрягалась до предела. Он сжимал руль так крепко, что костяшки побелели. Айгуль, свернувшаяся калачиком на заднем сиденье рядом с Молотом и Китом, была бледной, но держалась молодцом.

- Что там, Шишка, ты говоришь, с этим Коликом? - Молот нарушил тишину, его голос был низким.

Я глубоко вздохнула. - О начал приставать. Я ударила его.

Кощей резко взглянул на меня, его брови нахмурились, но в глазах мелькнуло что-то вроде гордости. - Куда ударила?

- Между ног, - честно ответила я.

Молот заржал, и даже Кит выдавил усмешку. На секунду напряжение спало. Кощей же коротко кивнул. - Правильно. Никто не смеет вас трогать. Никто.

Он вез нас не домой, он вез нас туда, где должна была быть расплата.

Мы прибыли на Пески - место, где сходились или расходились судьбы. Пустынный участок земли на окраине города, песчаные дюны, редкие кусты и никаких свидетелей. Когда мы подъехали, там уже стояло несколько машин. Домбытовские, как и ожидалось, были на месте. Их было больше, чем нас, и их предводитель, Желтый Вадим, стоял в центре, его руки были скрещены на груди. Рядом с ним маячили Цыган и еще кто-то , их лица были бледными от злости.

Мы вышли из машины. Кощей, Кит, Молот и Адидас, который приехал с другой машины. Я и Айгуль остались у «Волги», в метрах десяти от них. Я чувствовала, как дрожу, но не могла оторвать взгляда от происходящего. Это была не просто драка - это была настоящая война. За наш бизнес, за нашу честь, за наше место в этом городе.

Желтый Вадим ухмыльнулся, увидев нас. Его взгляд скользнул по моему бледному лицу и лицу Айгуль, а затем остановился на Кощее. - О, Кощей! Приехал, значит, за своим добром? Магнитофончик-то ваш у нас. Теперь это наш магнитофон, и наш видеосалон.

Кощей сделал шаг вперед, его взгляд был ледяным, а голос - спокойным, но в нём звенела сталь. - Магнитофон вернуть нужно. И ответить нужно. За то, что посмел наехать на мою территорию. И на мой бизнес. Ты не по понятиям поступил, Вадик.

Желтый Вадим рассмеялся, и остальные Домбытовские заржали вслед за ним, их смех был громким и наглым. - Ответить? - Желтый Вадим шагнул навстречу Кощею, его глаза горели вызовом.

И в этот момент, как по команде, несколько Домбытовских выхватили ножи и обрезки арматуры. Воздух наполнился звенящим предчувствием беды. Это было то, чего я боялась больше всего. Холодное оружие.

- Вы сами этого хотели, - спокойно произнёс Кощей, и его глаза стали тёмными, как ночь.

Он был первым, кто двинулся. Это была не драка, а бойня. Удары сыпались, слышались глухие стоны, скрежет металла. Кощей двигался как тень, его движения были быстрыми и точными. Он не просто дрался - он уничтожал. Каждый его удар, каждый бросок были рассчитаны на то, чтобы нанести максимальный урон. Я видела, как он обезоруживает противника, как его кулак находит челюсть, как Домбытовские один за другим падают на песок.

Молот был вихрем ярости. Он крушил всех на своём пути, его кулаки работали как молоты, сносящие всё сопротивление. Он был машиной, которой не нужны были ни ножи, ни арматура. Кит, как всегда, действовал умно и расчётливо. Он прикрывал тылы Кощея и Молота, вырубая тех, кто пытался зайти сбоку, его удары были неожиданными и точечными. Он был не просто силой, а тактиком. Вовка Адидас тоже бился отчаянно, защищая честь Универсама.

Кровь смешивалась с песком. Крики боли разносились по ночной степи. Я вцепилась в руку Айгуль, а она в мою. Мы смотрели на это ужасающее зрелище, осознавая, что это цена за наш мир. За наши правила. За наш бизнес. Мой взгляд не отрывался от Кощея. Он был беспощаден. Он был силён. Он был моим.

Рядом с нашей машиной, чуть поодаль от основной схватки, Зима бился с двумя Домбытовскими. Его движения были резкими, отточенными. Он не тратил силы попусту, каждый его удар был точен, нацелен на быстрое обезвреживание противника. Он крутился, уклонялся, и вот один Домбытовский уже лежал на песке, а второй отлетел к машине, врезавшись в бампер. Зима был мастером своего дела, его ярость была холодной и просчитанной.

Марат всё это время стоял чуть позади нас с Айгуль, его тело было напряжено, но он не бросился в основную драку. Его взгляд был прикован к Айгуль. Он видел её бледное лицо, её дрожащие губы. Когда очередной крик боли раздался со стороны Песков, Айгуль вздрогнула и уткнулась мне в плечо. Марат тут же шагнул к ней. Он обнял её крепко, прижимая к себе. Айгуль, не задумываясь, куталась в его объятия, её лицо было спрятано у него на груди.

- Всё хорошо, Айгуль, - тихо, но твёрдо шептал Марат, поглаживая её по волосам. - Не смотри. Всё скоро закончится. Они не посмеют больше.

Его голос был её якорем в этом хаосе. Она цеплялась за него, за его тепло, за его силу. Он стоял, словно стена, отгораживая её от жестокости, разворачивающейся на Песках. В его глазах читалась ярость, но он подавлял её, чтобы быть опорой для своей девушки. Он был готов биться за неё, но сейчас его главная задача была - защитить её от увиденного ужаса, дать ей чувство безопасности. Он оставался рядом, охраняя её покой посреди этой кровавой варфоломеевской ночи.

В конце концов, Домбытовские были сломлены. Желтый Вадим, избитый и истекающий кровью, лежал на песке, его лицо было искажено от боли и унижения. Кощей навис над ним, его лицо было мрачным.

- Это тебе за Шишку, - глухо сказал Кощей, и его последний удар пришелся точно в цель. Желтый Вадим потерял сознание.

Остатки Домбытовских, кто мог, спешно поднялись и бросились бежать в свои машины, оставляя своих раненых. Они были разбиты. Универсам одержал полную и безоговорочную победу.

Наши парни стояли тяжело дыша, некоторые были поранены, но все - победители. На их лицах читалось удовлетворение и усталость. Кит подошёл к Желтому Вадиму, достал из его кармана ключи от машины и бросил их в песок. - Забирайте свой хлам. И чтобы больше не приближались к нашему району. Или я лично приду за каждым из вас.

Они загрузили наш «Шарп-779» обратно в «Волгу».

Мы вернулись в видеосалон. Он был разгромлен, стекла выбиты, скамейки перевернуты. Но мы были целы.

- Всё восстановим, - сказал Кощей, обводя взглядом разруху. - Завтра же.

Его голос был усталым, но в нём не было и тени сомнения. Молот уже осматривал повреждения, Кит что-то записывал в блокнот. Они были готовы работать, готовы строить. Эта победа не только укрепила их репутацию в городе, но и сплотила их ещё сильнее. Теперь Универсам заиграл новыми красками. Их знали не просто как группировку, а как силу, способную защитить свои интересы и свой бизнес. К ним пришло ещё большее уважение, замешанное на страхе и восхищении.

Кощей подошёл ко мне. Его руки были в крови, но он осторожно приобнял меня, прижимая к себе. Его взгляд был мягким.

- Всё хорошо, Шишка, - прошептал он, одной рукой поправляя выбившуюся прядку из прически. - Теперь всё будет хорошо. Ты молодец, не испугалась.

Я обняла его в ответ, чувствуя, как его тепло разливается по моему телу. Его слова и поддержка были для меня дороже всего на свете. Я чувствовала, что после всего, что мы пережили, наша связь стала ещё глубже, ещё крепче. Он был моим миром, моей защитой, моим будущим.

На следующее утро весь район говорил только об одном. О том, как Универсам поставил на место Домбытовских, о том, как Кощей показал, кто здесь хозяин. В тот же день парни начали восстанавливать видеосалон. Через неделю «Видеосалон «Универсам» снова распахнул свои двери, чистый, отремонтированный, а главное - защищённый. Люди шли толпами, чтобы посмотреть фильмы, а заодно и просто быть рядом с местом, которое стало символом силы и непокорности. Наш бизнес процветал, а наша "четвёрка" и весь Универсам стали ещё крепче, ещё сильнее, навсегда вписав свои имена в историю улиц Казани.