Прощание
В прихожей меня встретила Ирен, по приподнятой в гостиной шторе, я поняла, что мать наблюдала за мной.
-Ты так долго говорила... – сказала Ирен горестно, не оставив в своём голосе и тени сдержанности и аристократичности.
-Ирен, давайте поговорим с вами серьезно. – начала я и тут же пристально посмотрела на мать, вопреки моим ожиданиям, она не была удивлена или испугана, она смотрела на меня с хмурой улыбкой и ровным взглядом, словно сейчас случается то, чего она уже давно ожидала. – Его украли?
-Что? – сделала Ирен слабую попытку сопротивления.
-Завещание? – я поняла, что сейчас идёт игра и нет смысла кричать, доказывать и ругаться, надо смиренно ждать, потому что все придет.
-Какое завещание? – все же, слабо сопротивлялась Ирен.
-Ирен, нет смысла скрывать, я видела копию завещания дедушки Артура. – сказала я спокойно, как бы предложив сдаться.
-А ты об этом? Украли. – сказала Ирен и вдруг зарыдала.
Я впервые видела как она плакала, она рыдала. Слезы вереницей серебряных капель, катились у нее из глаз.
-Это всего лишь копия завещания. Есть оригинал, это не важно. – пыталась я, успокоить Ирен.
-Нет, все потеряно. Все потеряно, нет оригинала! Это было наше прикрытие, они нас нашли.
-Кто нашел?
-Так, подожди. Альма Луиза, ты ведь пролила вода на «Монну Ванну» так?
-Да, но…
-Подожди! Ты приложила ту, как ты думала бумажку, то есть завещание, чтобы оно впитало воду?
-Да, и несколько салфеток, а какая разница?
-Значит есть шанс, что чернила карты сохранились на титульном листе… Быстро неси мне книгу! – приказала мне Ирен, а сама продолжала рассуждать. – Если так, то мы должны найти их раньше чем орден. Мы должны посвятить во все Натана.
-А меня посвятить не хотите? – сказала я, передавая книгу.
Ирен не ответила и с надеждой открыла титульный лист.
-Нет, отпечаталась, только одна точка! – воскликнула Ирен.
-Да, вы, мне расскажите или нет! – закричала я.
-О, Альма Луиза, нет, пока ты этого не знаешь, ты в безопасности! – с этими словами Ирен поцеловала меня в макушку. – Дорогая я очень тебя люблю! Очень! Пока ты разговаривала с полисменом, Сильвия рассказала мне о письме отца, выезд завтра утром! – заметив, что я хочу возразить, Ирен продолжила. – Не перечь мне, ты поедешь, поедешь! Потому что сейчас, самое лучшее, что я могу для тебя сделать, это отгородить от меня, от Сан-Франциско. Чем меньше ты знаешь, тем лучше. Когда все кончится, обещаю я расскажу тебе! А теперь ступай, собери вещи, все остальное – моя забота!
-Но, как же я уеду? Может я и не знаю, но я вижу и слышу!
Ирен обняла меня и я поняла, что завтра утром, я буду в поезде.
-Держите, если не мне, то расскажите все ему! – я подала Ирен записку, с номером телефона и именем, того самого полисмена.
-Спасибо, но… – Ирен замолчала, а после, всецело положившись на природу слуха, на судьбу, чтобы я услышала и не услышала ее слова, сказала. – Но они все куплены. – поняв, что я все же услышала, она быстро добавила. – Больше не задавай вопросов, ты не получишь ответы. В пятницу двадцать третьего, то есть завтра, в восемь часов утра у тебя выезд в Новый Орлеан, там у вокзала, возьмёшь такси и поедешь в порт, Сильвия заказала билет на лайнер и все записала, так что ты разберёшься, да?!
-Да, а где сама записка? – сказала я, поняв, что Ирен намеренно поменяла тему разговора.
-Ее даст Сильвия. Сильвия?! – воскликнула Ирен.
-Да, мэм? – спросила подошедшая на зов служанка.
-Дай ту записку, что ты написала Альме Луизе.
-Да, вот! – она дала мне записку. – Что-нибудь ещё?
-Чашку кофе. – ответила Ирен и посмотрела на меня. – Тебе?
-Нет, спасибо. Я, пожалуй, пойду к себе в комнату, если вы не против?
-Нет, конечно, иди.
За натянутой улыбкой Ирен, скрывалась страшная безысходность. Я понимала это, когда шла по лестнице, когда ужинала, пила чай и ложилась спать…
Утро выдалось тревожное и суматошное. И когда нам всем, наконец, удалось сесть зазвонил телефон, Сильвия взяла трубку, а через несколько секунд, сказала, что это меня. Я посмотрела на Ирен и подумала, что она, сейчас, взглядом испепелит телефон, такие суровые были её глаза.
-Да, здравствуйте, это Альма Луиза Геверри.
«-Доброе утро, мэм! Извините, за столь ранний звонок, это дежурная полицейского управления, появилась новая информация о воре, которого мы поймали, он сказал своё имя!»
-Имя? Какое?
«-Его зовут – Боб Дон'Уэл, больше ничего пока нет, но мы думаем все разъяснится на допросе.»
-Как, вы, сказали его зовут Боб Дон'Уэл? Вы точно не путаете, так зовут вашего сотрудника!
«-Мэм, простите, но у нас нет сотрудника, по имени Боб, те три полисмена, что к вам приезжали вчера, это Бред Питерсон, Джастин Голд и Тони Морено. Может я могу вам помочь, опишите того полисмена, который, якобы, дал вам, свой номер телефона.»
-Эм, ему лет тридцать, светлые волосы, а ещё он был без формы, сказал, что их отряду перешивают ее.
«-Мэм, я не знаю, кто это? Вообще, подождите, кому я звоню? Мэм, где вы живёте?»
-В Бейлендс Сойл Просессинг, третий дом слева, если ехать со стороны Сквер-авею. А что?
«-Мэм, кажется мы перепутали телефон, простите, до свидания!»
-Что? А как же Боб Дон'Уэл?!
Прозвучал гудок, бросили трубку. Мне стало страшно.
-Дорогая, что это было? – настороженно спросила Ирен.
-Да, так, ничего, просто номером ошиблись, мы разговаривали на такую тему, по которой это нельзя было выявить. – соврала я, не очень убедительно, однако Ирен не стала больше задавать вопросов.
-Такси приехало, милая, семь утра, тебе пора. Хочешь, чтобы я поехала с тобой, проводила?
-Да, очень хочу!
-Хорошо, сейчас я возьму сумку с кошельком.
-Не надо, я сама оплачу такси.
-Нет, ты уже взяла на себя сумму билетов.
Ирен сходила за сумкой и мы медленно, словно на казнь, выдвигая чемоданы, отправились к такси.
-Куда вам? – спросил водитель.
-Центральный вокзал.
Мы ехали молча, смотря в противоположные окна. Погода была не холодная и нетеплая, густой туман покрывал все улицы, так что трудно было, что-либо, толком, разглядеть за стеклом. Сумрак ночи уже ушел, ветра не было, да и вообще обстановка города напоминала мне современную киноплощадку. Неестественно густой туман, сухо, погода одинаково подходила и для лёгкого плаща, и для тёплого пальто. Погода была, в корне, не похож на климат в Сан-Франциско, даже в феврале.
Оказавшись на вокзале, я быстро управилась с документами и оформлением и пошла попрощаться Ирен.
-Так себе погодка для поездки, верно, Ирен? – предприняла я неосознанную отговорку.
-Машинисты сами решат, подходящая погода или нет. – холодно откликнулась мать. – Ладно, будем прощаться, чтобы ты не опоздала. Всего тебе хорошего, дорогая, никто не знает, на сколько может затянуться твой визит к Алессии, но в любом случае, рано или поздно мы встретимся, я буду писать тебе.
-И я вам. До свидания! – сказала и немного поразмыслив прибавила. – Ирен, постойте, я должна, вам, ещё, кое-что сказать, тот, кто мне звонил сегодня утром, не ошибся номером, я не знаю, что происходит, но это не случайности, пожалуйста, будьте осторожны! Умоляю вас не ходите на допрос того таксиста, вы правы, это были странные полисмены!
-Альма Луиза, я все это знаю! Поверь, мне хватит сил, все прекратить. Я не пойду на допрос не волнуйся!
-Я верю, но все равно…
Мы обнялись, и я отправилась навстречу Королевству Италия.