Кровь, что шепчет

Ричард вальяжно развалился поперёк кровати, крутя между пальцев собственные рыжие кучеряшки. Вианор сидел за столом, всё так же занимаясь своими делами, но при этом внимательно слушал.

— Церковь максимально странная. У меня от неё волосы дыбом! — в подтверждение своих слов Ричард поднял руку, отодвинув край рукава.

— Я тебе верю, — усмехнулся Вианор, не поднимая взгляда от бумаги. — А служитель?

— Я его не видел.

— Обидно.

— Предупреждаю: я не буду ходить туда каждый день, только чтобы выловить нашего дорого друга, — хмыкнул Ричард, вызвав у Вианора смех.

— Я даже не собирался тебя гонять.

— С твоих уст это звучит как сарказм.

— Это он и есть.

Ричард выгнул брови, нащупав рукой декоративную подушку, лежащую рядом, и бросил её в голову Вианору. С меткость у него проблем не было, в цель она попала. Вианор ойкнул от неожиданности, всё же повернувшись к нему лицом.

— Так вот, —  продолжил рассказывать Ричард, заполучив его внимание. — Отсидел же я службу там. Служителя того не видел, но и сама служба была странной.

— В каком смысле?

— Не знаю даже как описать. — Ричард задумчиво покрутил рыжий завиток. — Молитвы звучали как-то неправильно. Согласен, я и сам не знаю ни одной, но суть самих молитв была какой-то не такой. Они вроде восхваляли Бога, но как-то... Неправильно.

— Может, тебе показалось?

— Не знаю, — он спокойно пожал плечами. — Рассказываю что видел и слышал. В правдивость моих слов верить уже тебе.

Вианор многозначно хмыкнул. Ричарду он, конечно же, верил, даже если тот стебал его нещадно. Как говорится, доверие не пропьешь.

— Люди туда стекаются просто в нереальных количествах, — вдруг сказал Ричард. — Никогда не видел, чтобы на службе сидело столько людей.

— Домион говорил, что церковь покрывает всех жителей района, — вспомнил Вианор. — Думаю, поэтому она так и почитаема.

— Это не странно, только вот самой церкви какой от этого толк? Популярность и всё такое?

— А ещё, не думаю, что эти люди оставляют какие-то пожертвования, — поддержал Вианор. — У многих там на свои нужды нет денег, вот уж вряд ли они будут ещё оставлять в церкви последнее.

— Я тебе говорю, странное место, — подытожил Ричард. — А еще на выходе ко мне пристала какая-то бабка. Говорит: "хочешь я тебе будущее твое предскажу?".

— А ты что? — усмехнулся Вианор.

— А я сильно похож на того, кому интересно слушать её бредни? — с улыбкой парировал Ричард. — Так что если решишь поехать туда, то обязательно загляни к ней.

— А я прям похож на того, кто верит в гадания?

— Аде ты всегда веришь.

— Ада проверенная временем, — бросил Вианор. — Даже если она скажет, что мы умрем от загноения ватной палочки в ухе, — я ей поверю.

— Как жестоко сказанно, — поднял брови Ричард.

— Вполне в её стиле.

Вианор задумчиво откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу. Сама церковь мало его интересовала, а вот дела, которые она воротила, — очень даже. Всё же Домион был прав, когда говорил, что Вианор падок на поиск приключений.

— Ладно, — махнул рукой Вианор. — К чёрту эту церковь, пусть делают что хотят.

— Мой принц, ты заболел? — усмехнулся Ричард, поднимая на него пару зелёных глаз.

— Будешь много говорить — вылетишь через окно, — хмыкнул Вианор, слушая как этому предложению обрадовался Ксарис, уже представляя, как тот летит вниз, куда-нибудь в кустарники.

Делать этого не пришлось. Всё же Ричард весьма сообразительный.

Он принял сидячее положение, осмотревшись по сторонам, замечая на тумбочке рядом с кроватью блокнот. Не долго думая он открывает его у конца и вырывает оттуда один лист. Пальци ловко складывают бумагу, угол к углу, образуя объёмную фигуру. На раскрытых ладонях лежала птица из бумаги. Она легко поднялась в воздух, повинуясь силе Ричарда, и полетела в сторону Вианора. Ему самому до жути всегда нравился этот жест. Вианор поднимает взгляд на Ричарда, который буквально светится. Его зелёных глазах всегда блескали искры, иногда более тускло, а иногда, как сейчас, буквально пылали.

Бумажная птица долетает до него, делая вокруг пару кругов, после чего опускается на предоставленную ладонь. Вианор против воли расплывается в улыбке, когда собственная Суть легко поднимает её в воздух. Ещё пару месяцев назад он мог лишь смотреть на это издалека. Всё происходящее выглядело как чудо, на которое он не был способен. А теперь, смотря на то, как бумага легко парит в воздухе, поднимаясь по его прихоти выше к потолку, он чувствует какую-то невероятную свободу. Его руки сами способны творить чудо и от этого чувства у Вианора приятно кружится голова.

Птица опускается ниже, заканчивая свой путь на кучерявой макушке Ричарда.

— Как быстро растут чужие дети, — улыбается он, снимая её с головы. — Прошло всего ничего, а ты уже такое можешь. Я горжусь тобой, мой Принц.

Вианор улыбается, чувствуя, что слова его как никогда искренние, и от этого в теле расцветает что-то тёплое.

***
Свет раннего утра едва проникал сквозь плотные шторы, разливаясь по комнате мягкими золотистыми бликами. Вианор спал на боку, уткнувшись лбом в подушку, тёмные волосы растрепались по щеке. Он слегка поморщился когда кто-то постучал в дверь — не громко, но настойчиво. Через пару секунд дверь приоткрылась, и внутрь заглянул Домион. Удивительно, что постучал. Обычно он заходит без оповещения.

— Нор, — позвал он, и в голосе уже слышалась характерная для него полуирония. — Вставай. У нас дела.

Вианор не отреагировал. Только сильнее закрыл глаза.

Домион вошёл в комнату и, не удосужившись быть особенно деликатным, отдёрнул штору. Внутрь хлынул поток света, заставив Вианора зажмуриться и пробормотать нечто весьма недовольное, ещё и весьма нецензурное. Он закутался с головой в одеяло и повернулся на другой бок, сыпя в Домиона проклятья.

— Вставай, спящая красавица, — посмеялся он, садясь на край кровати рядом с Вианором. — Я ж не отстану.

— Домион, — хрипло отозвался Вианор, поворачиваясь к нему лицом, приоткрывая один глаз. — Скажи честно, где я согрешил?

— Мне список достать? — иронично заметил он.

Вианор лишь недовольно что-то пробурчал, утыкаясь обратно в подушку.

— Мы с Акионом уже почти готовы, тебя только ждём.

— Куда готовы? — не понимающе поинтересовался Вианор, до конца не соображая что от него хотят.

— Нас пригласили на открытие новой выставки в Академии искусств. Всё будет пафосно, скучно и полным незнакомцев. Но угощение приличное, и ты нам нужен — как опора для социального равновесия. Ну же. Подъём.

— Я проклинаю твою бодрость, — пробормотал Вианор, но уже начал медленно садиться. Волосы растрёпаны, на лице лёгкая тень сна и внутреннего протеста против утреннего существования.

— Скажи спасибо, что тебя разбудил я, а не служанки, — усмехнулся Домион. — Они бы так с тобой не сюсюкались.

— Ты меня ненавидишь.

— Что ты, — наигранно удивился Домион. — Я тебя как раз таки очень люблю, поэтому и сижу тут.

Вианор смерил его весьма скептическим взглядом.

— У тебя двадцать минут, — сообщил Домион, поднимаясь с кровати. — Не заставляй приходить во второй раз и тянуть тебя силой.

Он вышел, закрывая за собой дверь. Вианор вздохнул, потер лицо ладонями и пробормотал:

— Ксар, если ты скажешь хоть слово, я наложу на тебя тишину до вечера.

В голове раздался смех — мягкий, шелестящий.

«Я бы предложил надеть что-то тёмное. Чтобы отражать твоё настроение».

— Отличный совет, — пробормотал Вианор. — Идеально в тон сегодняшнему дню.

«Ну, а ещё нужно соответствовать образу, — усмехнулся Ксарис. — Домион — белое, ты — чёрное».

— Ага, а Акион у нас "чёрно-белое"? — смеётся Вианор.

« Он на контрасте», — подхватывает Ксарис.

Несмотря на явное недовольство Вианора, через двадцать минут они все вместе уже сидели в машине, которая неслась сквозь улицы. Вианор всё же воспользовался моментом, пристроив голову на плече Домиона, блаженно прикрывая глаза. Самому Домиону не оставалась ничего, кроме как красноречиво вздыхать.

Машина остановилась у широкой мраморной лестнице, ведущей к главному входу в здание, сверкающее новизной. Флаги развевались над фасадом, музыка доносилась откуда-то с внутреннего двора, а перед парадными дверями уже толпились гости — одни в ярких мундирах, другие в богатых костюмах, третьи — в изысканно приглушённой скромности, будто подчеркивая, что их важность говорит за них.

Вианор вышел первым, оглядываясь. Солнце билось в оконные стёкла, слепяще отражаясь от золочёных украшений. Ему не хотелось быть здесь, но он держал спину прямо, словно всё происходящее его действительно занимало.

— Впечатляет, — заметил Акион, вглядываясь в оформление. — Или, по крайней мере, старается впечатлить.

Домион, стоявший рядом, хмыкнул:

— Это новое отделение музея. Или «центр культурного наследия», как они это называют. Как будто пара новых витрин и выставка гобеленов может скрыть, что половину этих реликвий они вытащили с пыльных чердаков.

— По крайней мере, будет на что посмотреть, — отозвался Вианор, всматриваясь в силуэты гостей.

— Не задерживайся в углу, — подмигнул ему Акион, поправляя воротник. — Если станет скучно, ищи меня у винного стола.

Домион бросил на обоих быстрый взгляд, уже направляясь внутрь:

— Пошлите. Лучше покажемся сразу, чем нас будут искать среди колонн.

Они вошли в зал, наполненный блеском, светом и запахом новых ковров. Вианору стало душно от количества звуков и лиц, но он шагал вперёд, сохраняя спокойствие. Кто-то уже начинал подходить с приветствиями. День только начинался.

« Хуже таких мероприятий — только поход в церковь», — раздался голос где-то за спиной Вианора, словно кто-то шептал на ухо.

« Обязательно заглянем на обратном пути и туда тоже», — про себя усмехается Вианор.

Ксарис весьма в нецензурной форме объяснил, почему ему не стоит этого делать, тем самым поднимая Вианору настроение.

Толпа в просторном атриуме роскошного здания гудела, словно улей: шелест шелков, звон бокалов, приглушённый смех. Пространство было залито светом — хрустальные люстры отражались в отполированном мраморе пола, как лунный свет в чёрной воде.

— Если я услышу ещё один вдохновенный тост о великом будущем, я лягу на этом полу и притворюсь мёртвым, — вполголоса сказал Акион, поравнявшись с братьями.

— Ты бы не выдержал и воскрешения, — усмехнулся Домион. — Но, признаю, пафоса слишком много даже по моим меркам.

Вианор стоял чуть в стороне, оглядывая толпу. Взгляд его скользил по лицам, жестам, в слишком привычной манере.

— Что мы тут вообще делаем? — негромко спросил он, повернувшись к Домиону.

Тот повёл плечами:

— Мы тут, потому что если не прийдём, нас посчитают подозрительно отсутствующими. А если придём — посчитают заинтересованными. Прелесть политики, Нор.

Акион в это время беззастенчиво ел виноград, который любезно откуда-то стащил, опершись на колонну.

— А по мне, мы здесь потому, что кому-то нужно было разбудить тебя утром, чтобы ты не проспал светскую скуку века, — фыркнул он.

Домион усмехнулся, тыкая пальцем брату в лоб.

— Давайте по окончанию этого "потрясающего мероприятия" заедем куда-то поесть? — предложил Вианор.

— Я полностью за, — поддержал Акион. — Я бы сейчас выпил кофе с тирамису.

— Заедем, — кивнул Домион.

« Замечательный человек Домион, — раздался голос Ксариса, который буквально мурлыкал. — Любую твою прихоть исполняет. Ну чем не прелесть».

« Бога ради, Ксар, закрой рот», — фыркает Вианор.

После всего шума и формальностей открытия братья с облегчением покинули пышное здание, сели в машину и, не сговариваясь, направились в сторону старого, полузабытым богачами, но по-прежнему уютного ресторана на окраине старого квартала. В чём-то Ксарис был определённо не прав: Вианор лучше бы отсидел десять служб в церкви, чем несколько часов на этих душных мероприятиях.

Внутри было тихо: мягкий свет ламп, приглушённые разговоры за несколькими столиками. Им достался стол у окна, за которым почти никто не сидел. Официант узнал их и молча принес меню.

— Вот здесь уже можно дышать, — заметил Акион, скинув пиджак на спинку стула и потянувшись. — Без криков, напыщенности и приветливости.

— Не спеши, — усмехнулся Домион, откинувшись в кресле. — Заговоры умеют прятаться в уюте.

Вианор задумчиво перевёл взгляд к окну и впервые в голове было так тихо. Даже голоса Ксариса не было. Удивительно.

— Думаешь о ком-то конкретном? — спросил Домион, повернувшись к нему. — Или просто обстановку перевариваешь?

— Нет, просто засмотрелся, — отмахнулся Вианор.

— Да по его взгляду так и не скажешь о чем ты думаешь, — хмыкнул Акион.

— Это взгляд "меня снова втянули в непонятную светскую авантюру", — прокомментировал Домион, заставив Вианора закатить глаза.

Они заказали еду. Разговор стал легче, непринуждённей. Обсуждали музыку, какие-то случайные анекдоты, упоминали знакомых, посмеивались над глупыми тостами с открытия. Акион всё же получил желанное тирамису, довольно отправляя ложку в рот.

— Я к чему веду, — сказал Домион, делая глоток чая. — Хочу поехать летом в особняк в Ларье после того, как у вас закончится учёба. Где-то недели на две, отдохнуть. Что скажете? Хотите со мной?

Вианор с Акионом переглянулись. Предложения лучше уже точно не поступит. Отдых с Домионом, когда они покидают столицу и уезжают в Ларью, — буквально лучшее, что существует. Потому что никто ничего не запретит, как дома, ибо Домион будет вместе с ними и точно не станет говорить о том, что им не стоит туда-то идти и то-то делать. Нет, ибо он пойдет вместе с ними. Ради этого стоит ждать окончания занятий, желая, чтобы те закончились как можно скорее.

— А отец тебя уже отпустил? — поинтересовался Акион.

— Я ещё не спрашивал, — спокойно ответил Домион.

— Ну, понятно, — потянул Вианор. — Тогда плакал наш отдых.

— Да что ты начинаешь, — закатил глаза Домион. — Когда он запрещал?

— Два года назад, — деловито напомнил Акион.

— Тогда ситуация была другая.

— Конечно, — хитро потянул Вианор, пряча улыбку в чашке чая.

Домион смотрит на него с прищуром, а после щипает за бок, заставив того ойкнуть и подпрыгнуть на месте от неожиданности.

— Прекращай так делать! — возмутился Вианор.

— А что я делал? — невинно улыбается Домион.

— А я тебе щас покажу, что ты делаешь, — с прищуром тянет Вианор, отставляя чашку, потянув руки к нему.

— Так, руки при себе, — усмехается Домион, перехватывая запястья, не давая провернуть с ним то же самое. Акион, наблюдая за ними, лишь хихикает. Это стало его ошибкой. — А ты чего смеешься сидишь?

Домион щёлкает ему по лбу, заставив ойкнуть и Акиона.

— А меня за что? — обиженно фыркает он, потирая лоб.

— Так ты же первый завёл разговор, вот и получаешь, — усмехается Домион.

Вианор, пока он потерял бдительность, всё же быстро щипает его за бок, так же быстро отступая вместе со стулом на другой конец стола. Домион цокает языком, смотря на его хитрое и довольное выражение лица, но, когда братья начинают смеяться, смеётся вместе с ними.