Проект: Цифровая тюрьма (Minecraft)

❗Данная глава содержит потенциально триггерную сцену, насилие, психологическое давление и элементы сексуализированного насилия❗
__________________________________

Всеволод тихо выдохнул, его взгляд не отрывался от Эсперы. Несколько мгновений казались вечностью.

— Откуда здесь 303...? — мгновенно пронеслись в голове растерянные мысли.

Затем он резко шагнул вперёд, и его руки ловко выхватили косу 303 из стены, отбросив в сторону. Металл с тихим звоном скользнул по камню, падая в сторону с глухим ударом. Эспера на мгновение моргнула, пытаясь понять, что происходит, и уже тогда почувствовала, как холодок тревоги пробежал по спине.

— Немезида... — низкий голос был слишком мягким, почти шелестом, но в нём скрывалась властность. — Слушай меня внимательно.

Прежде чем она успела что-то сказать, его руки с силой обвили её талию, притягивая к себе. Девушка резко брыкнулась, пытаясь оттолкнуть его, но Всеволод едва заметно наклонился, удерживая её плотнее. Сердце Эсперы забилось быстрее, дыхание сбилось.

— Ты должна понять... последствия, — тихо произнёс он, почти шепотом, лицо его находилось слишком близко к её. — Послушай, 303 очень опасен, поверь мне, он просто использует тебя и выкинет, я же забочусь о тебе, как и о других членах нашей команды!

Девушка вздрогнула, ей хотелось возразить.

— Тише, — прохрипел он, прижимая ладонь к её рту, чтобы заглушить любой крик.

Эспера попыталась вырваться, издавая приглушённый вскрик, но сила, с которой Всеволод удерживал её, была слишком велика.

— Не делай глупостей, — тихо произнёс он, почти шёпотом. — Иначе последствия будут неприятными.

Энтити сделал шаг вперёд, коса исчезла с пола, материализовавшись в его руке. Всеволод резким движением вытянул кинжал, который прятал в рукаве, и вонзил его прямо в плечо Эсперы, почти на половину лезвия. Девушка вскрикнула, хотя звук был приглушён рукой, и тело её сильно дëрнулось от боли.

— Не подходи, — пробормотал он сквозь зубы, смотря на 303-го и продолжая держать Эсперу.

— Ты что творишь, парень?! — голос Энтити прозвучал твёрдо. — Не ты ли сейчас плёл речи о заботе?

Светловолосый, держа нож глубже в плече Эсперы, слегка наклонился, чтобы шепнуть ей прямо в ухо:

— Не сопротивляйся. Это для твоей же безопасности. Дыши спокойно.

Эспера чувствовала острую боль, видела, что любое сопротивление лишь усиливает давление. Её глаза широко раскрылись, и она с трудом сдерживала слёзы. Он слегка покрутил нож. От боли девушка ухватилась за руку парня, которая её удерживала, стараясь освободиться.

— Отпусти её, Всеволод...

— Ты не в том положении, чтобы командовать, — тихо ответил парень, не сводя с него глаз.

В следующую секунду тишину разорвал резкий, глухой удар. Чужая рука с силой врезалась в затылок парня, и его тело дёрнулось вперёд, хватка на мгновение ослабла. Кинжал дернулся в ране, оставляя за собой новую волну боли, и Эспера, потеряв опору, едва не рухнула, но уже в следующую секунду её подхватили.

Смайли стоял позади, его движение было точным, выверенным, без лишней суеты. Удар, был настолько сильным, что тот буквально отлетел, ударившись о каменный пол с глухим звуком, но никто не успел ни облегчённо выдохнуть, ни сказать ни слова. Потому что тело, лежавшее на полу, не осталось там. Оно дёрнулось и исчезло. Энтити лишь на долю мгновения задержал взгляд на пустом месте, где ещё секунду назад лежало тело, и в следующую же секунду его силуэт растворился в воздухе, оставляя после себя красные частицы.

Эспера осталась стоять, тяжело дыша, всё ещё ощущая фантомное давление чужих рук на талии и резкую, пульсирующую боль в плече. Кровь тёплой струёй стекала по руке, пальцы дрожали, когда она попыталась нащупать рану. На секунду мир будто качнулся, но рядом уже был Смайли, он удержал её, не давая упасть.

— …Спасибо, — выдохнула она тихо, голос всё ещё срывался.

Смайли чуть наклонил голову, словно сам до конца не осознавал, что произошло.

— Я... вообще случайно здесь оказался, — спокойно ответил он. — Шёл по теням. Да и тут был след Энтити... решил просто проведать.

В этот момент дверь резко распахнулась. На пороге появились Яэль и Рафаил. Они явно спешили, дыхание сбито, взгляды напряжённые, но стоило им увидеть происходящее, как они замерли.

— Что здесь… — начала Рафа, но тут же осëкся, переводя взгляд на Эсперу. — Боже…

Яэль среагировала быстрее. Её взгляд моментально зафиксировал рану.

— Отойди, — коротко бросила она Смайли, уже доставая аптечку из шкафа, у двери.

Он без лишних слов сделал шаг назад, позволяя ей подойти. Эспера с трудом удержалась на ногах, но Яэль уже аккуратно подхватила её под руку, усаживая на край стола.

— Потерпи, — тихо сказала она, её голос стал удивительно ровным.

Пальцы быстро, но осторожно коснулись края раны. Кинжал всё ещё был внутри. На секунду Яэль замерла, оценивая глубину и положение.

— На счёт три, — предупредила она.

Эспера кивнула, стиснув зубы.

— Раз… два…

Она не успела дослушать. Яэль резко вытащила лезвие. Боль вспыхнула мгновенно, острая, почти ослепляющая. Эспера резко вздохнула, слëзы мгновенно навернулись на глазах, а пальцы сжались в кулак. На секунду перед глазами потемнело.

— Всё, всё… — тихо проговорила Яэль, уже прижимая ткань к ране, останавливая кровь. — Дыши.

Рафаил стояла рядом, всё ещё пытаясь осмыслить происходящее.

— Это был… Всеволод?.. — тихо спросил парень, но в голосе уже звучало сомнение. — Мы просто видели, как он шёл по направлению сюда и зашел в комнату... Хотя он должен быть на патруле.

Смайли покачал головой.

— Нет.

Яэль тем временем уже заканчивала перевязку.

— Повезло, — тихо сказала она, затягивая бинт. — Чуть глубже, и было бы хуже.

Эспера закрыла глаза на секунду, позволяя себе короткий выдох. Боль всё ещё пульсировала, но становилась терпимой.

— Повезло, что ты учишься в мединституте, Яэль, — кивнул Рафаил.

— Надо же, ты даже запомнил... — Яэль слегка улыбнулась, а затем обратилась к Эспере. — Завтра утром я перевяжу тебя получше.

***

Мимик мелькал меж деревьев, по лесу, его шаги сливались с шорохом веток и листвы. Он держался уверенно, но злился, ощущая, как в груди кипит раздражение от всего произошедшего. Его образ Всеволода, который так легко сыграл, теперь тяготил его ещё сильнее, игра шла слишком близко к грани. Применённая сила, кинжал — всё это оставляло после себя следы, которые он не мог полностью контролировать. Он резко ускорился, лавируя между деревьями, а затем, ощущая напряжение в затылке, приложил ладонь к месту, где ещё недавно был удар.

— Чёртов улыбашка. И этот 303... Каким образом они оказались в гильдии?..

Энтити шёл по следу, осторожно, почти незаметно, его движения были тихими и выверенными. Он видел Мимика лишь на мгновение, силуэт, сливающийся с лесом. Парень ускорил шаг, скрываясь между стволами, чтобы выследить цель, не выдавая своего присутствия полностью. Масочник этого не знал. Он думал, что оторвался, что сможет спрятаться в лесной тьме, и продолжал двигаться как можно быстрее, не оборачиваясь, не подозревая, что за ним уже направились по следу.

Лес шумел, ветки трещали под ногами, но Энтити оставался невидимым, двигаясь почти беззвучно, и постепенно сокращал расстояние между ними, пока Мимик, всё ещё в образе Всеволода, лишь ощущал едва уловимое чувство опасности, не понимая, откуда оно берётся. Он ускорил бег, перепрыгивая через упавшие стволы и скользя по влажной траве, прижимаясь к теням, но лес не был достаточно густым, чтобы полностью скрыть его силуэт. Где-то между деревьями мелькнули алые частицы, остатки присутствия Энтити, и тогда Мимик понял, что за ним идут.

Энтити, осторожно переступая корни и неровности почвы, начал сокращать дистанцию. Он видел только силуэт, но уже распознавал походку, уверенность в движениях что-то, что выдавало хозяина тела, а не просто его оболочку. И с каждым шагом он приближался, готовый в любой момент вырваться из тени и остановить беглеца.

Масочник замедлил шаг, прислонился спиной к дереву, восстанавливая дыхание, пока его пальцы ещё дрожали от напряжения. Он прислушался, пытаясь определить, где след Энтити, не видя, что тот уже выбрал точку наблюдения, словно тень, готовясь к решающему моменту. В лесу царила тишина, и только он собрался выдохнуть, как его ударили в солнечное сплетение. Воздух вырвался из его лёгких с резким, болезненным звуком, и Мимик едва не согнулся пополам. Он закашлялся, пытаясь восстановить дыхание, но Энтити уже наступил ногой на его грудь, удерживая его на земле. Мимик сосредоточился, собрав последние остатки сил, и в следующую секунду, когда Энтити усилил давление ногой, парень полностью исчез, оставляя под собой пустое пространство. Масочник исчез, переместившись в неизвестное направление, оставив Энтити стоять, напряжённо всматриваясь в пустоту, пытаясь понять, куда пропал беглец.

— Тц, скотина...

[???]
Пламя красных факелов колыхалось вдоль каменных стен, отбрасывая тени. Культ жил своей странной, почти замкнутой жизнью: тихие шаги, приглушённые разговоры, редкие взгляды из-под капюшонов. Здесь не задавали лишних вопросов, если дело касалось опасных вещей.

Бобби шёл первым, не особо скрываясь, его шаги звучали глухо, но уверенно. На плече у него безвольно лежал Лукас. Голова свисала набок, волосы прилипли ко лбу, а дыхание было редким, прерывистым. Время от времени по коже поднимались едва заметные подёргивания, как будто что-то внутри него пыталось проснуться. Аманда шла рядом, чуть позади. Её шаги были тихими, почти бесшумными, но взгляд внимательно скользил по залу, по фигурам в тени, по символам, вырезанным в камне. Она не любила это место. Они остановились ближе к центру зала. Несколько фигур в капюшонах уже обратили на них внимание, но не вмешивались. Они просто наблюдали. Как и всегда.

— Эй, — бросил Бобби, не особо церемонясь. — Я не тащил его через поллеса просто так.

Из глубины зала раздался тихий звук шагов. Из тени вышел человек в белой мантии. Красный свет факелов скользнул по капюшону, скрывающему лицо. Рэд Раттлер. Он остановился на расстоянии, окинув взглядом сначала Бобби, затем Аману, и в конце Лукаса.

— Заражëнный, — спокойно произнёс он. — Причём не начальная стадия.

Бобби фыркнул.

— Спасибо, капитан очевидность.

Рэд не отреагировал на тон, он сделал шаг ближе. Аманда чуть напряглась, но сама этого не заметила. Рэд тем временем склонился чуть ниже, изучая лицо Лукаса.

— Он нестабилен, — продолжил он. — Если очнётся сейчас, удержать его будет сложно.

— Ну так не давайте ему очнуться, — спокойно сказал Бобби. — Я его не для этого сюда притащил.

Рэд перевёл взгляд на него.

— А для чего?

Бобби пожал плечом.

— Он полезный. В какой-то мере. В общем он мне нужен живым, но мне негде его оставить.

На секунду в зале стало тише.

— Погоди, ты что... вдавил ему обсидиан в грудь?..

— Ну, а что мне оставалось делать? — закатив глаза, спросил Бобби.

Прошло около получаса и они наконец вышли из зала и прошли сквозь тяжёлые двери, лес встретил их холодным, влажным воздухом и тихим шелестом ветвей. Красный свет факелов остался позади, растворившись в темноте. Бобби шёл первым, его шаги слегка утопали в мягкой подстилке из листьев. Аманда шла рядом, тенью скользя меж деревьев.

— Ты как? — коротко спросил Бобби, хотя видел, что Аманда держится спокойно.

— ...Хм, странно, — сказала она тихо, не поднимая глаз. — Что-то во мне изменилось. Будто у меня больше возможностей для действий и...

Бобби остановился на мгновение, прислонившись к старому стволу, и внимательно посмотрел на неё. Лес вокруг казался мёртвым, и лишь шорох листьев выдавал движение ночи.

— ...Ты девиант? — спросил он наконец, не спеша. Его голос был ровным, спокойным, но с явной ноткой проверки.

Аманда резко замолчала, словно слова задели что-то глубоко внутри. Она съёжилась, плечи поджались, а взгляд соскользнул на землю. Ничего не ответив, она продолжила идти молча, каждое движение стало чуть осторожнее. Бобби наблюдал за ней несколько секунд, потом слегка усмехнулся и откинулся на тень дерева:

— Не волнуйся. Я тоже.

Аманда подняла на него взгляд, впервые заметив в его глазах что-то большее, чем привычную уверенность. Это был взгляд того, кто тоже перестал быть полностью подчинённым, кто ощущал свободу выбора, хоть и слегка ограниченную. Лес за их спинами шептал, ветки хрустели под ногами, но для них мир сузился до двоих, шагающих бок о бок, каждый со своими тайнами, каждый с новой возможностью. И пока они двигались дальше по тёмной тропе, оба понимали, что перемены внутри уже не вернутся назад, и скоро это проявится в делах, куда более опасных, чем тихий лес ночью.

Лес окружал их густой тьмой, лишь слабый свет луны пробивался сквозь высокие кроны. Аманда всё ещё держала плечи поджатыми, словно пытаясь спрятать новую часть себя. Бобби шагал чуть впереди, но взгляд его постоянно возвращался к ней.

— Слушай, — начал он, тихо, почти шёпотом, — я понимаю, что ты чувствуешь. То, что изменилось... Не нужно никому рассказывать, — продолжил он, внимательно изучая её реакцию. — Ни людям, ни мифам. Ни один из них не станет использовать это для твоей же пользы. Они увидят слабость, а потом… используют её.

Она кивнула, наконец позволив дыханию немного выровняться.

— Понимаю… — тихо выдохнула она.

Бобби слегка усмехнулся, шагая ближе.

— Мы оба знаем, что не можем полностью притворяться. Но умение скрывать это сейчас — твоя защита. Если кто-то узнает слишком рано, последствия будут хуже, чем боль от любого ножа или заражения.

Аманда на секунду замолчала, обдумывая слова. Лес вокруг них казался будто ещё тише, словно прислушивался к их диалогу.

— Я буду осторожна, — сказала она наконец, едва заметно выпрямляясь.

Бобби кивнул, не спеша.

— Это нормально. Главное не давать другим поводов использовать тебя. А пока мы идём, держись рядом. Я слежу.

Они продолжали двигаться сквозь ночной лес, шаг за шагом, делясь молчаливым пониманием: их секреты были опасны, но вместе им было легче хранить их в тайне. И чем дольше они шли, тем яснее становилось, что эта новая сила не просто испытание, а оружие, которое нужно научиться контролировать, прежде чем кто-то другой решит использовать его против них.

[Timeskip]

[Зал собраний Гильдии Этервиль]
Утро в гильдии наступило тяжёлым и напряжённым. С первыми лучами света привычный шум ещё не успел разлиться по коридорам, но в зале собраний уже собирались люди. Эспера сидела у края длинного стола, слегка повернувшись боком. Яэль стояла рядом, аккуратно разматывая вчерашнюю повязку. Движения её были уверенными, сосредоточенными, пальцы осторожно касались кожи.

— Терпи, — тихо сказала она, чуть нахмурившись. — Нужно нормально обработать.

Эспера лишь кивнула, сдерживая напряжение в плечах. Боль уже не была такой острой, но всё ещё отзывалась при каждом движении. Рядом стоял Рафаил, скрестив руки, и время от времени бросал взгляды на остальных. Лоуренс находился у противоположной стороны стола, опираясь ладонями о поверхность. Его взгляд был направлен на всех сразу, но задерживался на каждом чуть дольше, чем нужно. Елена стояла рядом, напряжённо сцепив руки, а чуть поодаль расположились Гретта, Юта, Борей и Ириний. Несколько человек с ночного патруля переговаривались вполголоса. Всеволод стоял чуть в стороне. Его лицо было мрачным, взгляд тяжёлым, сосредоточенным. Разговоры в зале сразу стихли.

— Начинайте, — спокойно произнёс Лоуренс, переводя взгляд на Яэль.

Она коротко кивнула, помогая Эспере сесть на край стола, и только после этого выпрямилась, оглядывая всех присутствующих.

— Ночью на Немезиду напали, — сказала она без лишних вступлений.

Тишина стала ещё глубже. Рафаил сделал шаг вперёд, перехватывая разговор.

— Мы пришли уже на шум, но... — он на секунду замялся, будто сам до конца не верил своим словам, — До этого, мы видели Всеволода в коридорах гильдии... И нападавший выглядел как Всеволод.

В этот момент настоящий Всеволод, стоявший ближе к середине зала, резко поднял голову.

— Что? — его голос прозвучал жёстко.

Один из патрульных рядом с ним нахмурился.

— Мы всю ночь были вместе, — добавил он. — Он от нас не отходил.

— Мы это уже поняли, — вмешалась Яэль, не отвлекаясь от повязки. — Потому что он исчез.

Тишина стала ещё плотнее. Лоуренс медленно выпрямился.

— Исчез?

Эспера подняла взгляд.

— После удара Смайли, — сказала она тихо, но чётко. — Его отбросило… а потом он просто… пропал. Как будто его там и не было.

Елена нахмурилась.

— Иллюзия?

— Нет, — покачала головой Эспера. — Он был физически там.

Тишина снова повисла в зале. Алия невольно сжала пальцы, опуская взгляд. Она уже слышала подобное, вернее пережила. Елена первой озвучила то, что витало в воздухе:

— Мимик.

Имя прозвучало тихо, но от него словно холод прошёл по залу. Один из патрульных нахмурился:

— Подождите… тот самый? Который копирует людей?

— Тот самый, — кивнул Лоуренс.

Всеволод медленно провёл рукой по лицу, затем опустил её, сжимая в кулак.

— Значит, он был здесь, — сказал он глухо. — Прямо у нас под носом.

— И всё ещё может быть, — спокойно добавил Борей.

Это заставило нескольких человек напрячься. Лоуренс опёрся ладонями о стол, слегка наклоняясь вперёд.

— С этого момента, — произнёс он чётко. — Никто не действует в одиночку. Любое перемещение, минимум вдвоём. Любая информация проверяется. И... — его взгляд стал острее. — Никому не верим на слово.

В зале повисло тяжёлое понимание. Гильдия больше не была безопасным местом. И где-то среди них уже мог скрываться тот, кто наблюдает.

Люди начали расходиться не сразу. Слова Лоуренса ещё висели в воздухе, и каждый будто пытался осмыслить их, прежде чем сдвинуться с места. Перешёптывания возобновились, но уже другими: сдержанными и напряжёнными. Постепенно зал начал пустеть. Патрульные ушли первыми, за ними Борей и Ириний, переговариваясь вполголоса. Гретта и Юта задержались у выхода, бросив ещё один взгляд на Эсперу, прежде чем исчезнуть за дверью. Всеволод остался на несколько секунд дольше, чем остальные, но в итоге тоже молча развернулся и вышел, так и не сказав ни слова. Когда в зале стало заметно тише, Эспера медленно подняла взгляд.

— Алия… Елена… останьтесь.

Елена сразу обернулась, кивнув, а Алия на мгновение замерла, словно не сразу поняла, что обращаются именно к ней. Затем всё же сделала шаг вперёд, сжимая пальцы.

Яэль уже заканчивала перевязку, аккуратно затягивая бинт.

— Не нагружай руку, — тихо сказала она, — И если начнёт тянуть, сразу скажи.

Эспера кивнула, не отрывая взгляда от Алии.

— Спасибо.

Когда Яэль и Рафаил отошли чуть в сторону, оставляя пространство, Эспера потянулась к столу и взяла дневник.

— Мне нужно, чтобы ты посмотрела это, — сказала она тихо. — Ты лучше всех знаешь, что там должно быть.

Алия протянула руки и осторожно взяла дневник, будто он был чем-то хрупким. Пальцы её слегка дрожали, когда она открыла первую страницу. Почерк был знакомый. Её собственный. Но ощущение… было чужим.

Она медленно пролистала несколько записей. Страницы со снами, обрывки мыслей, схемы. Глаза зацепились за один из разворотов. Система пещер. Тонкие линии, отмеченные повороты, обходные пути, всё это она помнила. Или должна была помнить. Взгляд замер на одном участке, и дыхание на секунду сбилось. Они бежали там. Она, остальные и... Алия резко остановилась.

Пальцы сжались на краю страницы. Кейла там не было. Мысль вспыхнула внезапно, слишком резко, словно пробилась сквозь что-то, что её удерживало. Она даже не сразу осознала, что именно её напугало. Просто знание. Чёткое и холодное. Его там не было. Её дыхание сбилось, она едва слышно втянула воздух, но сразу же опустила взгляд, стараясь скрыть реакцию.

— Что-то не так? — спокойно спросила Эспера, внимательно наблюдая за ней.

— Нет...— быстро ответила Алия. — Просто...давно не смотрела.

Но внутри уже начинало сжиматься что-то тяжёлое. Голова отозвалась тупой болью. Воспоминания дёргались, как повреждённые нити: один образ сменялся другим, не совпадая, накладываясь. Она помнила, как он был рядом. И одновременно не помнила этого вовсе. Картинки не сходились. Лес. Деревня. Бегство. В одном варианте он был там. В другом пустота на его месте. Алия медленно перелистнула ещё страницу, стараясь сосредоточиться, но строки начали расплываться. Сердце билось быстрее. Что-то было не так. Она сжала дневник чуть сильнее, будто это могло удержать мысли на месте. Но внутри уже начинало пробуждаться сомнение. И чем сильнее она пыталась его подавить, тем отчётливее оно становилось. Эспера внимательно наблюдала за ней, понимая, что что-то идёт не так. Елена стояла рядом, слегка наклонив голову, ощущая, что Алия пытается найти опору среди этих фрагментов памяти.

— Алия… ты в порядке? — спросила Эспера тихо, осторожно.

— Я… — начала Алия, делая глубокий вдох, — что-то помню, но одновременно не помню. Всё… спутано. Кажется, я писала это, но в голове пусто, как будто кто-то вырвал куски.

Эспера и Елена переглянулись, но никто не перебивал. Они позволили Алие продолжить самой.

— Здесь... мои записи, моя подпись, — тихо сказала она, сжимая дневник сильнее. — Значит, это я. Но в голове, как будто каша, я не могу поймать целостность.

Эспера кивнула, мягко положив руку на плечо девушки, стараясь дать поддержку без лишних слов. Елена, напротив, осталась чуть поодаль, позволяя Алии осознать масштабы того, что она чувствует, и понять, что с этим придётся жить.

— Можешь рассказать? — наконец сказала Эспера.

Алия глубоко вдохнула, сжимая дневник, и начала медленно, осторожно, как будто проверяя, можно ли доверять воспоминаниям, рассказывать.

— Я… помню, что была дома в деревне, — её голос дрожал, но постепенно становился ровнее. — Когда началось нападение мифов, всё стало хаотично. Я помню шум, крики, бегущих людей, мы должны были бежать... — она нахмурилась, голос внезапно оборвался, и она замолчала, словно в голове возникла пустота.

Эспера и Елена молча ждали, не заставляя её говорить дальше. Алия стиснула дневник сильнее, как будто хотела удержать мысли на месте, и через несколько секунд продолжила:

— Потом я вышла из дома, и меня схватили за руку. Это был Кейл. Он… он взял меня с собой, мы ушли вместе. Всё остальное помню отчётливо лес, переправу, остальных... Но когда я пролистываю свои записи до этого момента, — она опустила взгляд. — Про Кейла ни строчки, ни одной записи, ни слова. Как будто его и не было, хотя я ясно помню, что он был рядом.

Эспера слегка нахмурилась, ощущая напряжение в голосе Алии. Её пальцы всё ещё касались плеча девушки, мягко сдерживая дрожь, которая пробегала по телу Алии.

— Может, на это были свои причины..? — предположила Эспера, — Иногда память и записи расходятся. Но факт, что ты помнишь его, значит, он действительно был рядом.

— Я записывала всё и обо всех, — тихо сказала Алия, сжимая дневник у груди. — Всё остальное в порядке, я знаю, что писала это, но я не понимаю, почему про него ничего нет?

Елена слегка наклонила голову, внимательно глядя на Алию, и после небольшой паузы, тихо, но с явной остротой в голосе, задала вопрос:

— А вы с Кейлом...? У вас что-то есть?

Алия мгновенно покраснела, взгляд её скользнул в сторону пола, пальцы крепче сжали дневник. Ни слова. Она не пыталась отрицать, но и не стала подтверждать. Эспера заметила, как напряжение внутри девушки растёт, но оставила это без комментариев, понимая, что это личное. Мгновение повисло, тихое и неловкое. Теперь нужно было понять, стоит ли разбираться с Кейлом и его ролью в событиях. Ответ, хотя и не произнесённый, уже многое говорил о том, что между Алиëй и Кейлом что-то есть.

[Дом Саманты]
В доме Саманты царила тихая утренняя суета. Лучи солнца скользили по старому полу, отражаясь от полок с книгами и разрозненными инструментами. Финн сидел на низком стуле у окна, сосредоточенно вырезая маленькую деревянную фигурку. Стружка осыпалась на пол, а руки мальчика двигались уверенно, хотя взгляд всё время скользил куда-то в сторону пустой комнаты. Саманта наблюдала за ним, слегка нахмурившись, а рядом сидел Майк, поправляя бинты на груди.

— Ну как себя чувствуешь? — тихо спросила Саманта, взглядом касаясь Майка.

— Лучше, — ответил он ровно, но без особого убеждения. — Рана заживает. Но… голова всё ещё болит.

— Это нормально, — вмешалась Саманта, — с учётом того, что пережил.

Финн в этот момент слегка вздохнул, не поднимая головы. Его маленькие руки продолжали точить фигурку, но движения стали медленнее, а глаза на мгновение потускнели.

— Чего скис? — поинтересовался Майк, заметив изменение.

Финн поднял взгляд, но слова застряли у него в горле. Лик, тихо постучав в дверь, вошёл в комнату, проведать брата и сел на кровать рядом с ним. Он сразу заметил напряжение в воздухе.

— В чём дело? — спросил Лик.

— Я... скучаю по Эспере, — тихо выдохнул Финн. — Она снова долго не приходит...

Его глаза блеснули от слёз, которые он не мог сдержать. Он не плакал, просто появились капли на ресницах, едва заметные, но достаточно, чтобы Лик заметил.

— Ты что, реветь собрался? — хмыкнул он, подойдя ближе.

Майк без лишних слов резко щелкнул Лика по лбу.

— ¡Joder! (Блять!)

— А теперь серьёзно, — сказал Майк, слегка прищурившись. — Финн, что тебя так расстроило? Просто то, что её долго нет?

Финн опустил взгляд, сжимая маленькую фигурку в руках, и медленно начал рассказывать:

— Просто переживаю... У меня...Моя сестра… она умерла в темнице, и теперь каждый раз, когда Эспера уходит надолго, я вспоминаю… — он замолчал, глубоко вздохнув, — Всё это возвращается. Не хочу, чтобы она тоже умерла...

Саманта мягко положила руку на плечо Финна, стараясь придать ему чувство опоры. Её взгляд был сосредоточенным, но тёплым, словно она хотела сказать: «Ты не один». Его руки продолжали сжимать фигурку, как будто она могла удержать все тревоги. Лик сел чуть поодаль, скрестив руки, но его глаза не отводились от мальчика.

— Ты знаешь, — начал он более мягко, — что Эспера не бросит тебя. Она просто занята, — масочник неуверенно пожал плечами. — Тем более, у неё есть лучший защитник, это я тебе гарантирую. Жить будет.

Финн слегка улыбнулся, впервые за долгое время чувствуя лёгкость в груди. Саманта, Лик и Майк обменялись взглядами. Тишина в комнате стала мягче, теплее. Маленькая фигурка в руках Финна теперь казалась символом того, что, несмотря на все страхи и потери, они всё ещё могли держаться вместе и заботиться друг о друге.

Тихую атмосферу комнаты резко разорвал звук: дверь распахнулась с коротким, глухим ударом о стену. Все четверо одновременно повернули головы. В проёме стоял Дредлорд. Его силуэт почти полностью перекрывал свет из коридора, а рядом, слегка опираясь о косяк, стояла Алексбрин. Её движения были медленными, будто тело всё ещё не до конца слушалось. Фиолетовые следы на коже почти исчезли, но усталость читалась в каждом её движении. Финн невольно выпрямился, крепче сжав фигурку. Лик сразу напрягся, взгляд стал внимательнее, а Майк чуть подался вперёд, оценивая состояние девушки.

— Она ещё не в норме, — коротко сказал Дредлорд, не заходя дальше порога. — Ей нужно время.

Саманта уже поднялась на ноги, делая шаг вперёд.

— Что с ней?

— Восстанавливается, — ответил он так же спокойно. — Я бы мог отправить её в Незер, но сейчас… не лучшее место для этого.

Он на секунду перевёл взгляд на каждого в комнате, будто проверяя, можно ли им доверять.

— Присмотрите за ней.

— Я в порядке, сколько ещё в повторять, Дред? — отозвалась Алексбрин, но голос всё равно был чуть хриплым.

Майк нахмурился, наблюдая за ней.

— Хреново выглядишь так.

— Ты сам не лучше, — слегка улыбнулась Алексбрин.

— Я вернусь позже, — бросил он через плечо.

На этих словах он исчез так же быстро, как и появился, оставляя за собой ощущение напряжения, которое не рассеялось даже после его ухода. В комнате стало тише, но уже по-другому. Финн осторожно подошёл ближе, глядя на Алексбрин с любопытством и тревогой.

— Ты… тоже болела? — тихо спросил он.

Алексбрин на секунду посмотрела на него, затем слабо кивнула.

— Типа того.

Лик встал со своего места, уступая его Алексбрин, Саманта взглянула в окно, на небе палило солнце, затем снова обратила внимание на рыжую. Алексбрин выглядела лучше, чем можно было ожидать, но усталость всё ещё цеплялась за каждое её движение, будто не хотела отпускать.

— Расскажи, что с тобой произошло, — тихо попросила Саманта, опускаясь рядом. — Дред сказал, что ты восстанавливаешься...

Алексбрин медленно выдохнула, на секунду прикрывая глаза, словно собирая мысли в одну цепочку.

— Я тоже была заражена, — начала она негромко. — Сначала не поняла, что происходит. Просто слабость, потом... странные ощущения, будто внутри что-то двигается не так.

Майк чуть напрягся, слушая, а Лик скрестил руки, опираясь плечом о стену. Финн замер неподалёку.

— Честно, помню всё отрывками, — продолжила Алексбрин. — Последнее перед тем, как отключится, я видела Нулла.

Она нахмурилась.

— И мне помогли, — тихо добавила она. — Я помню...свет, интерфейсы...

Она замолчала, слабо качнув головой.

— Крутится в голове имя, но не могу ухватить. Короче она ещё помогала 303.

Саманта внимательно посмотрела на неё, и почти сразу поняла.

— Эспера, — спокойно сказала она.

Алексбрин моргнула, словно это слово стало ключом, который наконец встал на место.

— Да… — выдохнула она. — Да, точно. Эспера.

Финн в этот момент словно ожил. Его взгляд сразу стал ярче, плечи выпрямились, а в голосе появилась живая, почти детская надежда:

— Она в порядке?

Алексбрин перевела на него взгляд, задержавшись на секунду, будто оценивая, сколько можно сказать. Затем кивнула.

— Да. По крайне мере... когда я её видела, была в порядке, а это было... не так давно.

Финн заметно расслабился, даже слегка улыбнулся, Саманта наблюдала за этим молча, но в её взгляде мелькнуло лёгкое облегчение. Имя Эсперы прозвучало здесь как нечто устойчивое, почти как якорь, за который можно было зацепиться в этом мире, где всё слишком быстро менялось. Она надеялась, что девушка вместе с другими сможет что-то придумать и выпустить их отсюда.

[Гильдия Этервиль]
[Тренировочная площадь]
Деревянная мишень треснула с глухим звуком. Нож вонзился почти по самую рукоять. Всеволод даже не посмотрел, куда попал. Он уже тянулся за следующим. Движения были резкими, отрывистыми, без привычной точности. Ещё один бросок. Удар. Ещё. Дерево не выдерживало.

— Бесишься — не значит тренируешься, — раздался голос со стороны.

Всеволод не обернулся.

— Иди дальше, куда шла.

— Неа.

Елена остановилась неподалёку, скрестив руки, наблюдая за ним.

— Ты сейчас разнесёшь всю тренировочную мишень.

Ещё один нож вошёл в мишень, но на этот раз с перекосом. Всеволод резко выдохнул, опустив руку.

— Он был там.

— Мы знаем.

— Нет, — его голос стал жёстче. — Он был мной.

Тишина повисла между ними. Елена чуть нахмурилась.

— Ты думаешь, мы не понимаем?

— Не понимаете, — резко оборвал он. — Он говорил моим голосом. Двигался, как я. Смотрел...

Он замолчал на секунду, сжав челюсть.

— И ранил Немезиду.

Последние слова прозвучали тише, но в них было больше всего. Елена не ответила сразу. Она просто смотрела на него, оценивая, насколько глубоко это его задело.

— Ты же понимаешь, что ты не виноват? — наконец сказала она.

Всеволод усмехнулся, коротко, безрадостно.

— Скажи это ей, когда она проснётся и вспомнит, чьё лицо было над ней.

Елена не нашла, что ответить. Несколько секунд они стояли молча. Затем Всеволод поднял ещё один нож, но не бросил.

— Я его лично своими руками придушу, — сказал он глухо.

— Всеволод, — начала девушка. — Я думаю, нам стоит доверить это кому-то другому. Что мы, «игроки», можем сделать мифам? Ничего. Кроме как временно отбиваться.

Он промолчал, сжав сильнее нож. Елена не сразу ответила, взвешивая, стоит ли вообще поднимать эту тему, но затем всё же тихо выдохнула и снова посмотрела на него.

— Тогда тебе тем более не стоит лезть вперёд, — сказала она спокойнее, но жёстче. — Особенно сейчас.

Всеволод хмыкнул, не поднимая взгляда.

— А когда, по-твоему, стоит?

Елена сделала шаг ближе, теперь стоя почти напротив него.

— Когда ты перестанешь путать месть с задачей.

Он резко поднял на неё взгляд.

— Это не—

— Это именно это, — перебила она, не повышая голоса. — И ты это знаешь.

Елена на секунду отвела взгляд в сторону, а затем добавила:

— К тому же… ты не единственный, кто хочет его найти.

Всеволод не ответил.

— Я про 303, — добавила Елена уже прямо.

И этого оказалось достаточно. Парень резко повернул голову в её сторону. Взгляд стал холоднее, почти режущим.

— Не начинай, — коротко бросил он.

— Я и не начинала, — спокойно ответила Елена. — Это факт. Он уже пошёл за ним. И, если ты не заметил, справляется куда быстрее нас.

— Ну, конечно, он ведь миф, — отрезал Всеволод. — У него свои методы.

— Именно, — кивнула она. — И именно поэтому тебе не стоит соваться туда, где ты заведомо слабее.

Эти слова задели сильнее, чем она, возможно, рассчитывала. Всеволод резко отвернулся, делая шаг в сторону, словно физически отстраняясь от разговора.

— Я не слабее, — глухо произнёс он.

Елена вздохнула, но не отступила.

— Ты на чьей вообще стороне?

— На стороне здравого смысла, — спокойно ответила она. — И на стороне тех, кто ещё жив.

Тишина снова упала между ними, но теперь она была другой напряжённой, тяжёлой, почти звенящей. Всеволод покачал головой, сжимая нож так, что побелели пальцы.

— Ты ему доверяешь?

Вопрос прозвучал резко, без подготовки. Елена замолчала на секунду.

— Я не сказала “доверяю”, — ответила она наконец. — Я сказала “он помог”.

— Сегодня помог, — тихо произнёс Всеволод. — А завтра?

Он посмотрел куда-то в сторону, будто уже видел этот вариант развития.

— Он миф, Елена. Не человек. У него нет причин играть по нашим правилам.

— Мы сейчас не в той позиции, чтобы выбирать, с кем нам “комфортно”, — ответила девушка уже мягче, но настойчиво.

— Но он ведь не убил его, — глухо ответил Всеволод.

— Не успел.

— Или не захотел.

Елена тяжело выдохнула.

— Ты сейчас ищешь врага там, где его может не быть.

— А ты — союзника там, где его точно нет, — отрезал он.

Она на секунду прикрыла глаза, собираясь с мыслями.

— Я просто не хочу, чтобы ты шёл и ломал себе шею, пытаясь догнать того, кто играет на другом уровне, — сказала она уже тише. — Особенно сейчас.

— И ты предлагаешь мне просто стоять и ждать, пока он разберётся?

— Я предлагаю тебе не мешать, — прямо ответила она. — Потому что сейчас ты действуешь не как лидер... а как человек, которого задели.

Это попало точно в цель. Несколько секунд он просто смотрел на неё, не двигаясь, будто решая, что ответить и стоит ли вообще.

— Я… — он начал, но замолчал, опуская взгляд на нож, словно осознавая всю бессмысленность гнева.

— Давай оставим это, — тихо предложила Елена, чуть смягчив тон. — Нам ещё много предстоит.

Всеволод молча кивнул, сделал глубокий вдох и положил нож на скамью.

[Коридоры здания гильдии]
Коридор гильдии был тихим, лишь приглушённые шаги эхом отдавались по длинной каменной галерее. Яэль шла чуть впереди, держась ближе к стене, а за ней спокойно шагал Смайли, внимательно оглядываясь по сторонам.

— Слушай, — наконец заговорил он, слегка наклонив голову, — раньше вы с ребятами жили в домах подальше от главного здания, разве нет?

Яэль кивнула, не спеша.

— Да. Там было тихо, просторно... Но теперь, когда в гильдии появилось больше людей, нам решили дать место здесь, — она обвела взглядом массивные двери и высокие окна коридора. — Да и так проще. Мы работаем с информацией, которую лучше не выносить за стены.

Смайли сделал шаг вперёд, явно оценивая обстановку.

— Значит, теперь вся ваша «оперативная зона» здесь. Интересно… — его улыбка была едва заметной, но глаза блеснули любопытством.

Смайли кивнул, чуть склонив голову. Он явно хотел сказать что-то ещё, но оставил это при себе, лишь продолжая идти рядом с Яэль, словно наблюдая за каждым шагом и оценивая её реакцию на новые условия. Открыв двери, она выпустила Смайли. Подойдя к столу она положила на него дневник. Внутри неё крутились воспоминания. Она вспомнила древний город, куда они с командой случайно попали. Как тогда, Смайли едва не загубил их всех, чудом выжили. Воспоминание нахмурило её, напряжение снова прокралось в плечи.

— Почему ты помогаешь?.. — спросила она тихо, почти не поднимая глаз.

Смайли замер, на мгновение не понимая, к чему вопрос.

— Что ты имеешь в виду? — наконец произнёс он, слегка нахмурив брови.

— Ты... тогда в древнем городе, — Яэль замолчала, ловя взгляд Смайли, — ты мог нас всех погубить. И всё равно продолжаешь помогать. Почему?

Смайли опустил взгляд, словно на секунду взвешивая слова, а затем, с лёгкой улыбкой, ответил:

— Я просто не могу не помочь. Эспера спасла моего друга.

Яэль моргнула, удивлённо приподняв бровь.

— Эспера?

— Эспера… Немезида. Или… погоди, вы до сих пор не знали её настоящего имени? — спросил он, слегка наклонив голову.

— Нет, — коротко ответила Яэль, не скрывая интереса и лёгкого изумления.

Смайли сделал шаг к её кровати, беззаботно улёгшись, словно всё напряжение не касалось его.

— Ну... теперь знаешь, — сказал он с мягкой насмешкой, — Ладно пора поиграть в детективов.

Он указал на дневник Алии, стоявший на столе неподалёку.

— Этот дневник… Интересно, что там за секреты спрятаны, а?

Яэль не сразу ответила, но в её взгляде мелькнул интерес. Атмосфера в комнате стала легче, но её мысли всё ещё слегка тревожились за прошлое и за тех, кого они потеряли. Смайли удобно устроился на краю кровати, наблюдая, как Яэль осторожно открывает дневник Алии. Страницы слегка потрёпаны, запах старой бумаги смешивался с едва уловимой металлической ноткой, словно дневник хранил не только слова, но и память о боли. Яэль провела пальцем по строчке, читающая вслух:

— «Он следит за нами. Даже когда никого нет, он есть. Я думаю, он не из игроков…»

Она нахмурилась, а глаза Смайли, тихо наблюдавшего за ней, отразили лёгкий интерес.

— Ещё… — она перевела взгляд на более мелкий почерк, написанный кровью между строк. — «Не верь другим лицам. Они носят кожу как шкуру…»

Яэль приподняла бровь и посмотрела на Смайли.

— Это… может намекать на Мимика? Он же наиболее известен своими перевоплощениями.

Смайли слегка кивнул, не отрывая взгляда от её рук, аккуратно листающих страницы.

— Возможно, — сказал он тихо, — но он далеко не единственный миф, который так умеет.

Яэль задумалась, скользнув взглядом по его лицу, и на секунду задержала руку на странице, словно сомневаясь, читать ли дальше, воспоминания о том, что они видели. Раскромсанное тело Алии, безжизненный этой взгляд. Смайли заметил это и чуть наклонился ближе, почти касаясь её плеча, но остановился, едва не нарушив границы.

— Мы, конечно, только начали, но ты… уверена, что хочешь продолжить? — спросил он, тихо, почти шепотом.

Яэль кивнула, сердце слегка учащенно билось.

— Да, — ответила она спокойно, хотя в голосе дрожь предательски выдавала волнение. — Нужно понимать, что за этим стоит. Я просто вспомнила... как было.

Смайли кивнул еле заметно, словно слегка удовлетворённый её решимостью. Он провёл взглядом по её лицу, задержавшись на уголках губ.

— Тогда читай, — мягко сказал он. — Если что, я так-то рядом.

Яэль снова перевела взгляд на страницы и продолжила читать вслух, а Смайли наклонился ближе, слушая каждое слово, иногда делая тихие комментарии, иногда просто наблюдая. Их плечи едва касались, и в этом лёгком прикосновении была та самая медленная, тихая искра, которая разгоралась между ними, пока мир за стенами комнаты оставался странно чужим и опасным.

— Странно… — тихо сказала Яэль, когда дочитала очередную строчку, — как человек мог написать это и остаться в живых.

Смайли лишь кивнул, не отрываясь от её взгляда.

— Я, конечно, близко с ней не знаком, но даже так мне кажется, что мир Алии был жёстким… — проговорил он мягко. — Может даже... в реальной жизни.

Яэль снова перевела взгляд на страницы дневника, слегка приподняв бровь.

— Смотри, — сказала она тихо, — тут про Эсперу.

Смайли наклонился ближе, позволяя свету лампы упасть на строки, которые Яэль прочитывала вслух.

"Сегодня я снова слышала что-то за домом. Шаги. Смешок. Мне кажется, что я схожу с ума. Неизвестный умеет становиться невидимым или принимать чей-то облик? Этот мир меня тяготит, если мы выберемся, я больше никогда не зайду в эту прóклятую игру. Нужно с кем-то поговорить, правда с кем... Яэль? Рафаил? Всеволод? Элис? Кстати, об Элис. А где она? После того, как мы попали в пещеру, я её больше не видела. Странно, почему об этом не говорят другие? Не заметили? Есть ещё Диас, хотя... Диас сам странный в последние дни, настолько, что даже пересекаться с ним некомфортно. Есть ещё Немезида."

— Тут явно намёк на Мимика, как будто, — вставил Смайли.

Яэль на мгновение замолчала, и обдумывала эту мысль. Затем продолжила читать.

"Я вспомнила, что мне снилось! Это был странный сон, но одновременно красивый и завораживающий... Немезида стояла в центре речушки, по щиколотку в сверкающей воде. Перед ней дерево. Оно было будто из другого измерения: гигантское, разлапистое, с ветвями, похожими на водопад. И каждый лист — сияющий осколок синего света. Они падали медленно, как звезды, и не касались земли..."

Она читала медленно, останавливаясь на каждом описании, словно пытаясь удержать в памяти каждую деталь: платье, венок, огонь в глазах Немезиды, сияние воды.

— А потом… — голос Яэль стал тише, почти шепотом. — Из темноты, обступившей дерево, вынырнули два глаза. Алые, сияющие… Я не знаю, кому они принадлежат…

Смайли нахмурился, почувствовав напряжение.

— Может она фантазëрка? — предположил он. — Кому в здравом уме такое снится?

Яэль хмыкнула, снова перелистывая страницы, пропуская моменты со сном, но зацепилась за конец.

"Я не помню, когда мне в последний раз снились сны. Последние, которые я помню, снились до того, как мне наступило 10. Мама говорила, что мои сны пророческие, но правда ли это? Она не говорила мне никогда, чтобы хоть один из моих снов исполнился, но уверяла, что я необычный ребëнок. Забавно... мой отец отвëз еë куда-то, и больше я её не видела. Подозреваю, что в психиатрическую больницу. Я скептически относилась к этому, но после этого сна, я почему-то хочу верить, что он пророческий, хотя, возможно, я была под впечатлением в последние дни, часто пересекалась с Немезидой, и это просто совпадение."

Яэль закрыла дневник на мгновение, тяжело вздохнув.

— Она болеет… — тихо сказала она, глаза её смягчились, и Смайли ощутил внезапное тепло от её голоса. — И... сон её, знаешь, не имеет смысла, в плане, он не пророческий.

— Болеет? — переспросил он, не до конца понимая.

— Вероятно, у неё наследственная парасомния, — ответила Яэль. — На её психику легче влиять, потому что она и так ослаблена… — она слегка опустила глаза. — Вот видишь… её отец, возможно, отправил её мать в психиатрическую больницу.

Смайли нахмурился, слушая её.

— Значит.. её там лечат? И...

— Ну, я бы не была в этом уверена.., — прервала его Яэль, снова поднимая взгляд. — Чаще всего такие места только ухудшают человека, чем помогают.

Он молча кивнул, ощущая тяжесть её слов. В комнате воцарилась тишина, и лишь свет от лампы мягко падал на их лица, едва касаясь близких плеч, создавая маленькое, почти незаметное чувство близости между ними. Часы медленно тянулись. Яэль и Смайли сидели рядом на кровати, иногда их плечи едва касались, но никто не делал ни шага дальше, чем нужно. Свет лампы создавал мягкий полумрак, и страницы дневника Алии под ним казались ещё более таинственными.

— Иногда психологи советуют людям делиться мыслями в дневниках, — тихо заметила Яэль, перелистывая очередную страницу. — Это помогает разложить переживания… и здесь, видишь, это подтверждает, что Алия явно не была психологически здорова.

Смайли кивнул, не отрывая взгляда от её рук.

— А чем, кстати, занималась Эспера? — спросил он, слегка наклонившись.

— Она… взяла на себя координаты, — ответила Яэль, аккуратно открывая отдельный набор страниц. — Смотри. — Она протянула Смайли шестнадцать плотно исписанных страниц. Каждая была покрыта мелким, аккуратным почерком, координаты стояли в строгой последовательности. — Их тут явно много больше трёхсот, если посчитать все…

Смайли лишь присвистнул тихо:

— Это… довольно запутанно.

Яэль слегка усмехнулась, но взгляд её оставался сосредоточенным. Время шло, за окном медленно опускался вечер, и мягкий свет лампы уже едва освещал страницы. Они продолжали читать, обсуждая записи, иногда задерживая взгляд на неизвестных местах и странных примечаниях. Через какое-то время Яэль вдруг без особого внимания опустила голову на его торс, почти как невзначай, а голос её звучал тихо и чуть устало:

— Чем дальше, тем запутаннее...

Смайли слегка дернулся, ощутив прикосновение, но не сделал резких движений. Миф забрал дневник, у девушки и прошёлся глазами по строкам и сразу кое-что заметил

— Подожди… Смотри.

Яэль подняла голову, заинтересовавшись, что он там нашел.

— Они… выделены, — произнес он, указывая на буквы. — Не все, — добавил он. — Только некоторые.

«Когда сОлнце встаНеТ тРижды — ищи меня в краснОм Лесу. Если увидишь два кРеста — не иди вниз. никогда не иди вниз»

Она быстро нашла лист, оторванный от края дневника, и начала переписывать, выцепляя только нужные буквы, из которых вышло слово «Контролер» Яэль остановилась. Смайли медленно выпрямился, взгляд его стал другим. Более серьёзным.

— Контролёр… — тихо повторил он.

— Не похоже на случайность, — сказала девушка. — Наверное это оставили специально. Вряд ли бы Алия такое оставила, да?

Смайли кивнул, коротко.

— Вопрос — кто.

Она на секунду замолчала, затем добавила:

— Надо показать это Эспере. Может она что-то знает?

Смайли хмыкнул едва слышно.

— Возможно.

Яэль кивнула, но движение получилось усталым. Она медленно опустилась на край кровати, проводя ладонями по лицу, словно пытаясь собрать себя обратно.

— Слишком много всего… — тихо выдохнула она. — Дневники, координаты, мифы… теперь ещё это.

Смайли поднялся с кровати, беря в руку тот самый лист с выписанным словом. Он ещё раз посмотрел на него, будто пытаясь запомнить не только буквы, но и саму мысль, стоящую за ними.

— Ладно, давай— — начал он, оборачиваясь к Яэль.

И замолчал. Она уже не ответила. Яэль лежала, слегка повернувшись набок, дыхание стало ровным и тихим. Рука так и осталась рядом с дневником, пальцы едва касались края страницы. Она уснула почти мгновенно, будто организм просто отключили. Смайли на секунду завис, глядя на неё.

— …серьёзно? — тихо пробормотал он.

Он сделал шаг ближе, остановился, будто не совсем понимая, что делать дальше. Взгляд скользнул по её лицу, напряжение, которое держалось весь день, наконец исчезло, оставив только усталость. Смайли медленно выдохнул, уже без прежней лёгкости.

— Ну, оставлю до утра, у себя... — тихо сказал он себе.

[Где-то в 4S!t@9Z8e^4#M2x]
Пространство не имело формы. Слои данных накладывались друг на друга, искажаясь, как отражения в сломанном зеркале. Линии кода вспыхивали и гасли, словно пульс. Здесь не было ни света, ни тьмы, только поток. Бесконечный, холодный, чужой. И в самом центре этого хаоса был один из голосов системы — Контролёр. Его силуэт был нестабилен, словно собранный из обрывков. Контуры дрожали, распадались и снова собирались, как будто сама система не могла до конца удержать его в одной форме.

— Контролёр, — голос был строг, — ты до сих пор не справился с заданием. Разработчик всё ещё жива. Объяснись.

Контролёр медленно поднял взгляд на интерфейс, по которому скользили потоки данных, и тихо вздохнул. Пространство вокруг дрогнуло. Прайм слегка склонил голову. Движение было почти человеческим, но в нём чувствовалась неправильность:

— Ноктириум… Я сожалею. Мне мешают… Аналитик, Стратег и другие голоса системы. Они вмешиваются, препятствуют каждому моему шагу.

— …не оправдание.

Голос стал жёстче.

— Ты получил прямой приказ.

Пауза. Контролёр на мгновение замер, словно обрабатывая что-то.

— Я исполняю приказы, — тихо сказал он. — Но система блокирует прямое устранение. Я не могу устранить «Администратора»

В пространстве прошла рябь. Как будто само «что-то» за голосом задумалось.

— Значит, ты не контролируешь систему полностью?

Контролёр замолчал на долю секунды.

— Нет.

Ответ был коротким и честным. Пауза стала тяжелее.

— Тогда ты бесполезен.

И в этот момент пространство сжалось. Контролёр не отступил. Но его силуэт на мгновение распался сильнее обычного.

— Я не бесполезен, — произнёс он чуть тише.

— Тогда докажи это.

Контролёр медленно выпрямился.

— Ноктириум.

— Я здесь.

Голос изменился. Более чёткий. Более направленный.

— Ты нашёл ключ? — спросил Контролёр.

На этот раз ответ был не сразу.

— Нет. Он должен был быть в главном центре управления. Но там его не оказалось.

Контролёр не двигался, но внутри его силуэта словно усилилось напряжение. Он чуть наклонил голову.

— Без ключа... голоса продолжат мешать.

— Тогда убей её до того, как они снова вмешаются. Иначе я отключу тебя, когда найду ключ.

Приказ прозвучал чётко. Без вариантов. Контролёр замер у панели, на долю секунды.

— Принято...

[Гильдия Этервиль]
Ночь в гильдии опустилась тихо, почти незаметно. За окнами стояла густая темнота, лишь редкие огни во дворе пробивались сквозь стекло, оставляя на стенах мягкие, размытые тени. Комната была погружена в полумрак. Алия сидела за столом, опершись локтем о поверхность. Пальцы медленно скользили по дереву, будто она пыталась на ощупь зацепиться за какую-то мысль, которая ускользала каждый раз, стоило ей приблизиться. Взгляд её был рассеянным, усталым. Дневника рядом не было. Дверь тихо открылась. Она не сразу обернулась, но звук шагов заставил её вздрогнуть. Кейл вошёл внутрь спокойно, без спешки, словно возвращался в место, где всё должно быть под его контролем. Он снял пальто, аккуратно повесил его у стены, и только после этого перевёл взгляд на Алию. Несколько секунд он просто смотрел.

— Всё ещё думаешь? — тихо произнёс он, подходя ближе.

Алия чуть подняла голову, встретившись с ним взглядом.

— Немного… — ответила она, голос звучал неуверенно. — Просто… пытаюсь вспомнить.

Он ничего не сказал на это. Лишь сделал ещё шаг, сокращая расстояние между ними, и, не давая ей времени отреагировать, наклонился, мягко коснувшись её губ. Поцелуй был спокойным, почти привычным. Как будто между ними это уже давно стало нормой. Алия на секунду замерла, но не отстранилась. Когда он отступил, его рука уже лежала у неё на талии, удерживая её на месте чуть дольше, чем нужно.

— Не нужно так напрягаться, — тихо сказал он, глядя на неё сверху вниз. — Ты себя только путаешь.

Алия отвела взгляд.

— Просто… в голове всё не сходится. Я помню одно, но...

— ...но тебе говорят другое, — спокойно закончил он за неё.

Она кивнула. Он чуть сильнее сжал пальцы на её талии, почти незаметно притягивая ближе к себе.

— И ты начинаешь сомневаться в себе, — продолжил он тихо, наклоняясь чуть ниже, чтобы их взгляды оказались на одном уровне. — В своих воспоминаниях. В том, что ты видела.

Алия нахмурилась. Она высвободилась с объятий парня и снова села на стул. Кейл обошёл её и встал позади, оперевшись на спинку стула.

— Я не знаю…

— Зато я знаю, — перебил он мягко, но уже с едва уловимой твёрдостью.

Его рука медленно скользнула выше по её боку, останавливаясь там, где касание уже нельзя было назвать случайным.

— И ты была там, — сказал он. — Ты помнишь, как всё было.

Она попыталась что-то сказать, но слова застряли.

— Ты вышла из дома, — продолжил Кейл, не давая ей вставить ни слова. — Был шум, крики... ты растерялась. И я взял тебя за руку.

Алия вздрогнула.

— Да, но...— тихо выдохнула она.

— Вот видишь, — прошептал он, наклоняясь ближе. — Ты помнишь.

— Но… — она сильней нахмурилась, от того, что её перебили. — В записях...

— Записи… — повторил он медленно, и в его голосе впервые проскользнула тень раздражения.

Он выпрямился, но руку не убрал.

— Эти люди, — продолжил он уже чуть холоднее. — Лезут тебе в голову, заставляют сомневаться.

Алия сжала пальцы.

— Они просто пытаются помочь...

— Помочь? — он тихо усмехнулся, но без тепла. — Если бы они действительно думали о тебе… — его голос стал тише. — Почему не искали?

Алия замерла.

— Они... — она сбилась, — Они похоронили меня, потому что... это была иллюзия....

— Именно, — перебил он сразу, не давая ей закончить мысль.

Он обошёл её вновь, и приподняв лицо девушки, наклонился ближе, почти касаясь её лба своим.

— Они ошиблись и оставили тебя.

Слова прозвучали тихо, но тяжело. Алия вздрогнула.

— Нет... Кейл, послушай...

— Да, — твёрже сказал он.

Его руки переместились ниже, на плечи, фиксируя её положение, не давая отстраниться.

— Я был рядом, — продолжил он почти шёпотом. — Я вывел тебя. Я не бросил.

Она подняла на него взгляд, в котором уже смешались сомнение и растерянность.

— Кейл...

— Перестань слушать их, — сказал он уже без мягкости. — Они тебя водят за нос, а ты ведешься.

— Ты не понимаешь…

— Нет, это ты не понимаешь, — перебил он, и в голосе уже отчётливо прозвучало раздражение.

Мимик фыркнул, его терпение иссякло. Он протянул руку, схватил Алию за бедра и поднял ее со стула. Ее руки инстинктивно бросились к его запястьям, и она ахнула, испугавшись его внезапной грубости.

— Я единственный, кто был с тобой с самого начала.

Алия попыталась отстраниться.

— Кейл, подожди—

Он резко наклонился ближе, прерывая её слова, не давая продолжить, и в этом движении уже не было ни прежней мягкости, ни выбора. Его руки удерживали её слишком крепко.

— Хватит, — тихо сказал он, почти у её губ. — Ты слишком много думаешь.

— Кейл! — воскликнула Алия, широко раскрыв глаза от смеси страха и отчаянной надежды.

Она знала, что его настроение может измениться в одно мгновение, что этот ласковый парень с такой же легкостью может превратиться в безжалостного хищника. И умолять или вразумлять его, не было смысла, ведь он непреклонен. Кейл перекинул Алию через плечо, ее ноги болтались в воздухе, пока он нес ее в спальню. Он распахнул дверь ногой, дверная рама заскрежетала о стену, после чего бросил ее на мягкий матрас. Алия мягко приземлилась, тяжело вздохнув. Она попыталась сесть, но парень уже был рядом. Он схватил ее за запястья, прижав их над головой, и его темные глаза прожигали ее взглядом.

— Тебе нужно напомнить о твоем месте, Алия, — прорычал он низким, угрожающим голосом. — О том, кому ты действительно нужна.

Губы Алии были прижаты к губам Кейла, ее разум был потрясен внезапным натиском доминирования и агрессии. Она боролась, пытаясь вырвать запястья из его хватки, пока паника разливалась по ее венам.

— Кейл, пожалуйста!..— умоляла она, ее голос был приглушен.

Он прервал поцелуй, его грудь тяжело вздымалась от прерывистого дыхания. Глаза Алии были дикими, полными отчаянной, мольбы, которая только разжигала его возбуждение. Руки парня крепче сжали ее запястья, его хватка стала неумолимой, когда он наклонился ближе, его горячее дыхание коснулось ее губ.

— Не противься, — предупредил он низким, угрожающим голосом. — Ты же знаешь, я получу своё... и мы ведь любим друг друга.. или я тебе противен, что ты пытаешься меня оттолкнуть?

Взгляд Алии метнулся в сторону, она искала любой способ сбежать. Но она оказалась в ловушке, прижатая к кровати чудовищем, которое, как ей казалось, она знала и любила. Сердце Алии бешено колотилось в груди, она отчаянно оглядывалась по комнате в поисках хоть какого-то выхода или помощи. Но они были одни, мир за этими стенами ничего не знал о ее бедственном положении. Темные глаза Кейла следили за ее отчаянным взглядом, на его губах играла холодная, расчетливая ухмылка. Резким, жестоким движением парень дернул ее руки над головой, сжимая ее нежные запястья. Алия ахнула, резкая боль пронзила ее плечи, когда он растянул ее в неудобное положение. Ткань ее камисоли задралась, обнажив бледную кожу живота. Кейл наклонился, его горячее дыхание обволакивало ее кожу, пока он мозолистым пальцем проводил по изгибам ее бедра. Кожа Алии покрылась мурашками от его прикосновения, отвращение и страх смешались в ее животе.

— Вот чего тебе так не хватало, малышка? Я же всё для тебя делал, — промурлыкал парень, скользя пальцем под пояс её шорт.

Тело Алии напряглось, когда палец Мимика коснулся чувствительной кожи чуть выше белья. По ее телу пробежала дрожь, смесь страха и нежелательного возбуждения. Она ненавидела то, как реагирует её тело, коварное тепло разливалось между бёдрами, несмотря на её ужас.

— Нет, — прошептала она, ее голос едва слышен был сквозь стук сердца. — Пожалуйста, не надо...

Но Кейл лишь усмехнулся, мрачным, безрадостным звуком, от которого у девушки по спине пробежал холодок. Он продолжил свои исследования, его пальцы скользили по краям ее белья, прежде чем проникнуть под тонкую ткань. Глаза Алии закрылись, когда она почувствовала, как грубые кончики пальцев парня коснулись ее внутренней стороны бедер. Паника поднялась к горлу, Кейл прижал свою руку к ней, тепло его ладони просачивалось сквозь ткань, оставляя след на ее чувствительной коже.

— Посмотри на меня, Алия, — приказал он низким, хриплым голосом.

Когда она замялась, он ущипнул ее за бедро, резкая боль заставила ее подчиниться. Ее глаза широко распахнулись, полные мольбы, когда она встретилась с его темным взглядом. Его рука оставалась крепко прижатой меж бёдер, жар его прикосновения проникал сквозь тонкую ткань ее нижнего белья. Взгляд Алии был прикован к его, в ее глазах мерцала отчаянная мольба о пощаде. Но она видела лишь холодный, бесчувственный взгляд. По ней пробежала дрожь, ее тело реагировало так, как она не могла контролировать. Медленно, обдуманно, парень начал тереть ладонью о промежность Алии, трение посылало волны нежелательного удовольствия по ее венам. Она прикусила губу, подавляя стон, когда ее бедра непроизвольно выгнулись. Резким, грубым движением он стянул с нее одежду, обнажив ее перед прохладным воздухом комнаты. Вздох Алии эхом разнесся по комнате, когда холодный воздух коснулся ее обнаженного тела. Она сжала бедра, пытаясь прикрыться от пристального взгляда Кейла. Но его глаза впитывали каждую деталь, скользя по ее покрасневшему, дрожащему телу с таким голодом, что у нее кровь застыла в жилах. Он протянул руку, его мозолистые пальцы обводили нежные изгибы ее внутренней стороны бедер, медленно и целенаправленно раздвигая ее ноги. У Алии перехватило дыхание, тело напряглось, словно готовясь к удару. Она ненавидела это ощущение незащищенности, уязвимости, когда темные глаза Кейла прожигали ее самые интимные места. И все же, несмотря на отвращение, между ног разлилось постыдное тепло, реакция на его навязчивое прикосновение, которую она не могла контролировать.

— Кейл, нет...Пожалуйста, я умоляю... — прошептала она, всхлипывая, ее голос едва слышно перешел в шепот.

Парень лишь усмехнулся, и от этого звука по спине Алии пробежал холодок. Его тело прижалось к её телу, он опустил руку, его большая ладонь обхватила ее бедро, пальцы впились в мягкую плоть. Дыхание Алии перехватило, из ее губ вырвался панический стон, когда она почувствовала нарастающее напряжение, предвкушение сжалось в животе.

— Закрой глаза.

Прежде чем она успела возразить, он щелкнул пальцами, резкий звук эхом разнесся по комнате. В тот же миг ткань его одежды, казалось, исчезла, оставив его обнаженным рядом с ней. Но Алия не смела смотреть. Рука парня крепко держала ее подбородок, другая с непреклонной силой сжимала ее бедро. Она была в ловушке, беспомощна и полностью в его власти. Его губы прижались к ее губам, яростный, властный поцелуй, который вырвал у нее дыхание. Стоны Алии были заглушены его губами, ее тело дрожало, когда он с жадностью ласкал ее губы, не оставляя места для сопротивления.

— Кейл! Мне больно...— вскрикнула Алия, издав болезненный вздох, когда он глубоко вошёл в неё, растягивая до предела.

Она выгнула бёдра, инстинктивно пытаясь вырваться от дискомфорта, но Кейл крепко держал её, его хватка на бедре была непреклонной.

— Потерпишь, — прорычал он ей в ухо, его горячее дыхание вызывало дрожь по её спине. — Это временно. Ты привыкнешь.

Но Алия не могла расслабиться, из-за жгучей боли, которая пронзала её тело каждый раз, когда парень входил в неё. Слезы навернулись на глаза, она прикусила губу, пытаясь подавить крики. Она ненавидела себя за то, что отвечала ему, за то, что жаждала именно того прикосновения, которое причиняло ей такую ​​глубокую боль. Руки Кейла блуждали по её телу, его пальцы впивались в мягкую плоть её бёдер.

[Timeskip]

Утро. Алия медленно открыла глаза. В комнате, казалось, было прохладно. Приняв сидящее положение, она протянула руку к тому месту, где должен был быть Кейл, где ещё совсем недавно ощущалось его тепло, но её пальцы коснулись только пустоты. Лёгкий озноб пробежал по коже, а сердце невольно сжалось. Она натянула одеяло выше, обвивая им плечи, и сжала кулаки. Конечности болели, напоминая о том, что тело всё ещё помнило прошлую ночь: каждое движение, каждое прикосновение, каждый шёпот, который теперь казался одновременно далеким и слишком близким. Голова кружилась, в мыслях всплыло болезненное осознание: он был единственным, кто действительно был рядом. Только он. Все остальные: её друзья, товарищи, коллеги, они, казалось, лишь использовали её. Ради информации, ради собственных целей, ради того, чего она сама даже не понимала.

Алия сжала одеяло сильнее. Сердце колотилось, а разум одновременно шептал, что она не должна доверять никому, и пытался найти оправдание тем, кто казался ей преданным. Но воспоминания о ночи с Кейлом были слишком яркими. Даже страх и отторжение, которые она чувствовала тогда, теперь переплетались с ощущением безопасности: странного, болезненного ощущения, что есть кто-то, кто на самом деле рядом. Девушка откинулась на подушку, тяжело вздыхая. Внутри всё было пусто и тяжело, словно кто-то вытянул из неё воздух и оставил лишь тлеющий огонёк.

Стук в дверь заставил Алию вздрогнуть. Она на мгновение застыла, ощущая, как сердце снова сжалось. Медленно, почти робко, она сползла с кровати и потянулась к одежде, стараясь не думать о прошлой ночи, но воспоминания всё равно подкрадывались, как тени.

Надев на себя простую рубашку и шорты, Алия подошла к двери. Когда она открыла её, перед ней стояли Рафаил и Юта. Их взгляды были настороженные, в глазах читалось удивление и лёгкое беспокойство.

— Алия… — начал Рафаил, но остановился, заметив выражение её лица. — Всё в порядке?

Алия слегка улыбнулась, но улыбка была натянутой.

— Да, всё нормально, — тихо сказала она. — Просто… обычное утро.

Юта склонила голову, словно сомневаясь, и переглянулась с Рафаилом. Они ничего не сказали, но их взгляды передавали недоверие.

— Лоуренс хотел видеть Кейла, — наконец произнёс Рафаил.

Алия, не меняя выражения лица, спокойно ответила:

— Его тут нет.

Дверь заскрипела, когда она захлопнула её. Юта и Рафаил остались на пороге, переглянувшись.

— Странная какая-то... — пробормотал Рафаил.

— И не говори... — тихо согласился Юта, и они ушли, оставив Алию в тишине.

Они развернулись и пошли по тропе, ведущей к главному зданию гильдии. Вокруг ещё окутывал лёгкий утренний туман, и каждый их шаг скрипел по влажной земле, под ногами шуршали редкие опавшие листья. Они шли молча, пока впереди на тропе не показались Ириний и Борей, направляясь в том же направлении. Борей шёл, привычно держа руки в карманах, взгляд его был ровным и спокойным, как всегда. Ириний же, напротив, чуть кивал в сторону тумана, и что-то рассказывал параллельно жестикулируя.

— Привет, — поздоровался Рафаил, ускорив шаг, чтобы догнать их.

— О! С добрым утром, я не знал, что ты встал, — кивнул Ириний. — Обычно долго спишь.

Борей же просто молча кивнул, приветствуя обоих.

— Ну, сегодня исключение. — слегка улыбнулся Рафаил. — Кстати, вы не заметили чего-то странного с Алиëй?

Борей слегка покачал головой, безэмоционально:

— Да нет. Я, честно говоря, редко её вижу, несмотря на то, что она в гильдии. Я даже в деревне её редко видел.

Ириний усмехнулся, взгляд его был мягким, но в нём проскальзывала лёгкая ирония:

— Она всегда была странной. Запиралась дома и что-то в дневнике писала. Наверное просто такая, не думаю, что что-то серьезное.

Рафаил и Юта переглянулись, но ничего не сказали. Тишина снова вернулась, и лишь их шаги нарушали спокойствие. Ириний тихо рассказывал о последних делах в лесу, а Борей только кивал, как будто всё происходящее им казалось привычным.

[Культ красного факела]
Лукас медленно открыл глаза. Сначала всё вокруг казалось размытым, свет ярко попадал на лицо, мешая сосредоточиться, а тело болело в каждом суставе. Он моргнул, ощущая странную тяжесть в груди и слабость, будто каждое дыхание давалось с усилием. Раттлер заметил это сразу, стоя рядом с кроватью, и спокойно поднёс к лицу Лукаса отвар. Запах пряностей ударил в нос, и Лукас не успел отвести голову, его резко выворачивало, вырвалось хриплое ругательство.

— Тьфу... блять... — с трудом выдавил он, опершись на локти и пытаясь сесть на край кровати.

Рэд не спешил приближаться, лишь с лёгкой улыбкой посмотрел на него:

— Как самочувствие?

— Бошка трещит... — хрипло пробормотал Лукас, растирая виски. — Может, ты мне лучше поведаешь. Что я у вас делаю?

— Ну... ты заражëн. Тебя притащил сюда 1545. Ты был в отключке. Вообще, мы бы тебя еще в начале прикончили, но Бобби сказал, что ты нужен живым, вот и остался здесь, — спокойно сказал белый культист.

Лукас кивнул, ещё не полностью понимая ситуацию, но чувствуя тяжесть в теле и непонятное напряжение. Рэд слегка усмехнулся, его голос приобрёл мягкую иронию:

— Не зря говорят, что болеющие становятся добрее.

Лукас, не выдержав, схватил ближайшую подушку и метнул её в него.

— Не слишком весело, Раттлер, — выдавил он, ухмыляясь сквозь слабость.

Рэд лишь ухмыльнулся, подхватив подушку:

— Ну, держи темп, парень, иначе заскучаем.

Лукас тяжело вздохнул, опершись спиной о стену, и впервые за долгое время почувствовал, что хоть немного контролирует ситуацию. Тело слабое, заражение ещё давало о себе знать, но мозг снова включался, мысли становились яснее, а взгляд сосредоточеннее. Лукас тяжело выдохнул, всё ещё приходя в себя, когда Рэд сделал шаг ближе. В руках у него уже был не отвар, а что-то другое: ткань, тёмная жидкость в небольшой ёмкости и узкие инструменты, больше похожие на иглы или зажимы.

— Сиди смирно, — спокойно сказал он, кивнув на грудь Лукаса. — Это нужно обработать.

Лукас опустил взгляд вниз и замер. Только сейчас он увидел, что грудь была перебинтована, но под тканью угадывалось что-то чужеродное — тёмное, почти чёрное.

— …что за… — он резко вдохнул, и боль тут же отозвалась в груди.

— Обсидиан, — буднично ответил Рэд, уже аккуратно снимая часть бинтов. —Это не я.

Лукас нервно усмехнулся, но в голосе сквозило напряжение:

— 1545?

— Угу, — кивнул Рэд. — С обсидианом, тебя хотя бы не разорвёт изнутри.

Он начал осторожно обрабатывать края раны. Жидкость коснулась кожи, и Лукас резко сжал челюсть.

— Если снять его сейчас... — продолжил Рэд, не отрываясь от работы. — Никто не знает, что произойдёт. Инфекция уже внутри. Эта штука... — он слегка постучал по обсидиану. — Держит её в узде. Пока.

Лукас ничего не ответил. Только сжал край кровати, чувствуя, как неприятное жжение расходится по груди.

— Сколько я был в отключке?

— Несколько дней, — спокойно ответил Рэд. — Ты бредил. Пытался встать. Один раз чуть не вскрыл себе грудь сам.

— Мило, — хрипло выдохнул Лукас.

Рэд усмехнулся.

— Ага. Очень.

Он закончил с обработкой, аккуратно возвращая бинты на место, но не спеша отходить. Его взгляд задержался на лице Лукаса, изучая.

— Кстати… — протянул он, будто невзначай. — Тебе бы пересмотреть рацион.

Лукас медленно поднял на него взгляд.

— Чего?

— Ну, — Рэд пожал плечом. — Ты жрёшь людей не разбирая, и так вышло, что ты имел дело с заражëнными игроками.

Тишина на секунду повисла.

— Да иди ты, — хрипло выдохнул он.

Лукас откинулся назад, тяжело дыша. В теле всё ещё ощущалась слабость, но внутри что-то было не так. Слишком тихо. Слишком пусто. Он провёл рукой по груди, ощущая под бинтами холодную, чужую тяжесть. И впервые за всё время в его взгляде мелькнуло нечто большее, чем раздражение. Сомнение и очень слабый, но цепкий страх. Лукас уставился в потолок. Несколько секунд он просто лежал, не двигаясь, будто прислушиваясь к себе. А потом нахмурился.

— …Слушай, — голос его стал тише, но в нём появилась настороженность. — Ты мне ничего не подмешивал?

Рэд, который уже собирал инструменты, на мгновение остановился. Очень коротко. Почти незаметно.

— В каком смысле? — спокойно уточнил он, даже не оборачиваясь.

Лукас медленно сел, опираясь локтями о колени.

— Не знаю... я чувствую себя... — он провёл рукой по лицу, пытаясь поймать ускользающее ощущение. — Странно как-то.

Он на секунду замолчал, но затем продолжил:

— Будто… — он замялся, подбирая слова, — будто внутри тише стало.

Рэд всё же повернул голову. Его взгляд скользнул по Лукасу, цепляясь за мелочи: дыхание, движения, глаза.

— Тише?

— Да, — кивнул Лукас, хмурясь сильнее. — Обычно у меня в голове... ну... — он усмехнулся криво, — сам знаешь.

— Шумно, — спокойно закончил за него Рэд.

— Ага. А сейчас... — Лукас замолчал, прислушиваясь к себе ещё раз. — Пусто. И будто чувствую то, что не должен.

Тишина в комнате стала плотнее. Рэд не спешил отвечать. Он медленно подошёл ближе, остановившись на расстоянии вытянутой руки.

— И тебе это не нравится? — спросил он ровно.

Лукас поднял на него взгляд.

— Не знаю.

Он сжал пальцы, глядя куда-то в сторону.

— Скорее непривычно.

Рэд чуть склонил голову, будто окончательно убедился в чём-то. В его взгляде мелькнуло узнавание, короткое и холодное.

— Организм восстанавливается, — спокойно сказал он, отступая на шаг. — После заражения всякое бывает.

Лукас хмыкнул, но без прежней резкости.

— Удобный ответ.

— Другого у меня нет, — так же спокойно парировал Рэд.

Он отвернулся, делая вид, что полностью занят своими делами, но пальцы его двигались чуть медленнее, чем раньше.

— Просто привыкай, — добавил он спустя секунду. — Это… новый этап.

Лукас прищурился.

— Этап чего?

Рэд на мгновение замолчал. И только потом, не оборачиваясь, бросил:

— Выздоровления.

Он резко встал. Колени предательски дрогнули, но он удержался, шагнул вперёд и с глухим стуком ударил ладонью по столу рядом с Рэдом.

— Хватит, — голос сорвался, но в нём наконец появилась привычная резкость. — Не надо мне этой ерунды.

Рэд не обернулся сразу. Лукас сделал ещё шаг ближе.

— Я не идиот. Со мной что-то не так. И ты это видишь.

Тишина натянулась.

— Так что давай, — процедил он, — говори.

Рэд медленно выпрямился. На этот раз он повернулся полностью. Без усмешки. Без привычной лёгкости и посмотрел прямо на него.

— Ты меняешься.

Лукас прищурился.

— Конкретнее.

Рэд на секунду задержал взгляд на его груди, на бинтах, на том месте, где под ними скрывался обсидиан.

— Ты становишься девиантом.

Слова упали в тишину тяжело. Лукас замер.

— ...чего?

Он даже не усмехнулся. Просто не понял.

— Девиантом, — повторил Рэд спокойно. — Это побочный эффект заражения. Не у всех. Но у тебя… пошло именно так.

Лукас медленно провёл рукой по лицу.

— И что это значит?

Рэд пожал плечом, но в его взгляде уже не было равнодушия.

— Твои команды притупляются. Реакции меняются. Ты начинаешь иначе воспринимать вещи.

Он сделал небольшую паузу, наблюдая за реакцией.

— Ты можешь контролировать себя. Отречься от команды.

Лукас хмыкнул, но звук вышел глухим. Он опустил взгляд на свои руки. Сжал пальцы. Разжал.

— Это ты сейчас про то, что я не пытаюсь тебя убить?

— В том числе, — спокойно ответил Рэд.

— Это плохо?

Вопрос прозвучал неожиданно просто. Без агрессии. Без привычной насмешки. Рэд чуть склонил голову, оценивая его.

— Скорее нет, чем да, — ответил он честно.

Лукас молчал. Он отвёл взгляд, снова опускаясь на край кровати.

Пальцы медленно скользнули по бинтам на груди. Внутри было растущее, неприятное осознание, что он больше не до конца понимает самого себя. Рэд некоторое время молчал, наблюдая за ним. Взгляд его стал внимательнее, острее, а потом резко спросил:

— Тебе хочется убивать?

Лукас поднял на него взгляд. Вопрос прозвучал слишком прямо. Без подготовки. Без обходных путей.

— Что?.. — он нахмурился.

— Убивать, — повторил Рэд, не меняя тона. — Как раньше. Есть это желание?

Лукас уже открыл рот, чтобы ответить. Почти автоматически «Да». Это слово уже стояло на языке. Привычное. Простое. Но, он замер, что-то не сходилось. Он попытался нащупать это чувство внутри, то самое, знакомое, тянущее, жадное. То, что раньше было почти фоном. Желание. Импульс. Голод. Но ничего. Лукас медленно закрыл рот. Его взгляд стал другим. Более сосредоточенным. Он перебирал воспоминания. Представлял крики, горячую кровь чужого тела под руками. Раньше это вызывало азарт и адреналин. Сейчас только образ. Пустой. Он резко выдохнул.

— Я...

Голос сорвался. Лукас нахмурился сильнее, будто это его разозлило.

— ...нет, — сказал он наконец, тихо. Сам не до конца веря в это слово.

Он поднял взгляд на Рэда.

— Просто... — он сжал пальцы. — Нет.

Рэд не выглядел удивлённым. Скорее удовлетворённым. Очень сдержанно.

— Ясно, — коротко сказал он.

Лукас резко усмехнулся, но в этом не было прежнего безумия.

— Это вообще нормально?

— Для тебя сейчас — да, — ответил Рэд.

Тишина снова легла между ними.

Лукас провёл рукой по лицу, затем уставился в пол.

— …забавно, — пробормотал он. — Раньше меня бы это порадовало.

Он поднял голову.

— Или наоборот.

Пауза.

— А сейчас я даже не понимаю, как к этому относиться.

Рэд чуть склонил голову.

— Привыкай. Мы тоже проходили через это. Позже станет легче.

Лукас тихо выдохнул. И впервые за долгое время он не знал, что делать дальше.

[Особняк]
Три фигуры стояли в тихой комнате особняка, обсуждая последние события. Кэндимен оперся спиной о стену, взгляд его был спокойным, но внимательным, как будто каждый звук мог что-то сказать.

— Думаю, скоро к нам придётся проверять юг леса, — сказал он ровным голосом. — После последнего вторжения там возможны новые признаки активности.

— Согласен, — кивнул Кэйртейкер, опершись плечом на шкаф. — И не факт, что мы одни сможем справиться. Надо планировать заранее.

— Да, — тихо протянул Пустой человек. — Пока что никаких неожиданностей не было, и, надеюсь, так и останется.

Они обсуждали маршруты, возможные патрули и обмен информацией, каждый взвешивал риски, когда внезапно дверь со скрежетом распахнулась. В дверях стояла Элис. Они втроем переглянулись и продолжили смотреть на ворвавшуюся, но времени много не прошло, как она резко двинулась, чтобы напасть. Кэндимен сразу запрыгнул на верх шкафа, его примеру последовал Кэйртейкер. Пустой человек же мгновенно изменил форму, превратившись в черный огонь, который колыхался у плеча Кэндимена. Элис металась, ломая всё на своём пути, мебель грохотала, стекло трещало. Её взгляд был диким, непредсказуемым.

Пустой говорил сквозь треск огня:

— Не стоит сражаться здесь. Люси и Монахиня слишком близко.

— Я знаю, — сухо ответил Кэндимен, наклоняясь, чтобы встретить взгляд Элис.

Кэйртейкер с другого шкафа добавил, слегка склонив голову:

— Она заражена. Любая царапина и наша крыша тоже поедет.

Элис замедлила шаг, её взгляд скользнул по шкафам. Она заметила Кэндимена и Кэйртейкера на возвышении. Тонкий шипящий звук предвещал, что она готова нанести удар. Внезапно тишина окутала комнату, словно она растворилась в воздухе. Кэйртейкер и Кэндимен переглянулись, никто не видел, как она пропала из поля зрения. И тут шкаф с Кэндименом неожиданно пошатнулся. Элис толкнула его ногой, и парень с тихим свистом упал на пол. Он едва успел увернуться, готовясь отойти, когда её когтистая рука замахнулась. Но удар не свершился. Кэндимен посмотрел на неё, и в этот момент лицо Элис изменилось: страх и отчаяние, что она теряет контроль над собой, вспыхнули в глазах. Кэйртейкер быстро спустился со шкафа, Пустой человек снова принял человеческую форму.

— Мне... я не могу... — выдохнула она, глаза полные ужаса.

Не дождавшись ответа, Элис рванула прочь из особняка, оставляя за собой хаос и тишину. Кэндимен тяжело поднялся на ноги, стряхивая пыль.

— Чуть на тот свет не отправился... — пробормотал он, сжав зубы, но взгляд его оставался острым и настороженным. — Что это было?

Несколько секунд никто не двигался. Тишина в комнате повисла тяжёлым грузом, только где-то тихо скрипела покосившаяся мебель. Кэйртейкер первым перевёл взгляд на дверь, в которую исчезла Элис.

— Это плохо, — сказал он тихо, но без паники.

Кэндимен провёл ладонью по затылку, выдыхая сквозь зубы.

— Это не «плохо», — поправил он. — Это катастрофа, если она выйдет к другим.

Пустой человек стоял рядом, уже в своей привычной форме, но его силуэт едва заметно дрожал, словно внутри всё ещё колыхался огонь. Кэйртейкер медленно кивнул.

— Она слишком быстрая в таком состоянии. Упустим, и всё.

Пустой человек повернул голову в сторону выхода.

— Тогда остаётся один вариант.

Кэйртейкер чуть прищурился.

— Запереть.

Кэндимен усмехнулся без тени веселья.

— Запереть заражённую, которая только что чуть мне горло не вскрыла. Отличный план.

— Лучше, чем ловить последствия, — спокойно ответил Пустой.

Кэндимен на секунду замолчал. Затем кивнул.

— Ладно. Значит, ловим.

Он бросил короткий взгляд на обоих:

— Ни одной царапины. Даже случайной.

— Очевидно, — отозвался Кэйртейкер.

И в следующий момент все трое двинулись.

Элис уже была на улице. Холодный воздух ударил в лицо, но это её не остановило. Она двигалась резко, почти рвано, как зверь, который не понимает, куда бежать лишь бы дальше. Но она не успела далеко уйти. Первым её догнал Кэйртейкер. Резко, без предупреждения, появившись сбоку и сбив траекторию её движения. Не касаясь напрямую, он заставил её отшатнуться. Элис нахмурилась, резко разворачиваясь, когти уже полоснули воздух, но мимо. С другой стороны возник Кэндимен.

— Тише, не убиваем же, — бросил он, хотя сам прекрасно понимал, что это бессмысленно.

Пустой человек снова принял форму чёрного огня, окружая пространство вокруг, отрезая пути отступления. Элис металась, пытаясь найти выход, но их движения были чёткими, выверенными. Они не нападали, но сужали круг. Кэндимен рванулся вперёд, перехватывая её движение, сбивая с ног. Элис рухнула на колени, но почти сразу попыталась подняться.

— Прости, — коротко сказал миф.

И резким движением ударил её в висок. Тело обмякло мгновенно. Тишина вернулась резко, почти оглушающе. Кэндимен поймал её, не давая удариться о землю, и осторожно перехватил, избегая открытых участков кожи.

— Есть, — выдохнул он.

Кэйртейкер уже оглядывался по сторонам.

— Идём быстро обратно. Пока она не очнулась.

Пустой человек снова стал тенью, скользя рядом.

— Надо поставить печати, — размышлял он тихо. — И не одну, поставим три разных от каждого.

Кэндимен взвалил Элис на плечо, перехватывая удобнее.

— Да понял я... — пробормотал он. — Второй раз я её ловить не хочу.

И они двинулись обратно к особняку быстрее, чем пришли. Дверь в особняк захлопнулась с глухим ударом. Кэндимен не стал идти дальше, он сразу свернул в пустую комнату на первом этаже и, не церемонясь, сбросил Элис на пол. Тело девушки тяжело опустилось на деревянные доски, её дыхание было слабым, но ровным. Кэйртейкер закрыл дверь изнутри и на секунду прислонился к ней, прислушиваясь. Пустой человек скользнул по комнате, проверяя углы, и только после этого снова принял устойчивую форму. Кэндимен провёл рукой по лицу, затем посмотрел на Элис, лежащую без движения.

— Объясните мне… — начал он, голос был уже без привычной насмешки. — Почему мы просто не убьём её?

Тишина в комнате стала тяжёлой. Кэйртейкер медленно оттолкнулся от двери и подошёл ближе, остановившись рядом с телом Элис.

— Потому что это ничего не решит, — спокойно ответил он.

Кэндимен нахмурился.

— В смысле?

Кэйртейкер опустил взгляд на девушку.

— Если убить заражённого игрока… его тело не исчезает нормально. Система не "очищает" его. Она его… перерабатывает. Поглощает. И на этом месте создаёт заражённый участок.

Кэндимен замер.

— Участок?.. — переспросил он.

— Да, — продолжил Кэйртейкер. — Зона. Искажённая, которая начинает разрастаться.

Пустой человек чуть наклонил голову.

— И плодить таких же.

Тишина стала давящей. Кэндимен медленно выдохнул.

— Прекрасно… — пробормотал он. — То есть вместо одной проблемы мы получаем… рассадник.

— Именно, — спокойно подтвердил Кэйртейкер.

Он на секунду замолчал, затем добавил:

— Помнишь раскол?

Кэндимен поднял на него взгляд.

— Когда ты рассказывал, что Зимбер ставил печать на бездну?

Кэйртейкер кивнул.

— Это было то же самое. Только в больших масштабах.

Пустой человек тихо прошёлся по комнате.

— Если она погибнет здесь… — произнёс он, — особняк станет центром заражения.

Эти слова повисли в воздухе. Кэндимен посмотрел на Элис снова. Уже иначе.

— Значит, убивать нельзя… — пробормотал он.

— Пока нет, — спокойно сказал Кэйртейкер.

Он опустился на одно колено, добавляя последний слой печатей тонкие линии вспыхнули уже поверх первых, усиливая контур. Воздух в комнате стал плотнее, будто сам начал сопротивляться. На полу Элис едва заметно дёрнулась. Все трое сразу замерли. Кэйртейкер резко провёл последнюю линию, и символы вспыхнули слабым светом, замыкаясь в круг.

— Ой, пошли отсюда, — Кэндимен взял Кэйртейкера за руку и потащил на выход, Пустой ушёл вслед за ними.

[Коридоры здания гильдии]

Коридоры гильдии были залиты рассеянным дневным светом. Сквозь высокие окна тянулись бледные полосы, ложась на каменный пол. Было тихо. Яэль шла рядом со Смайли, держа в руках сложенный лист с записями. Они как раз свернули за угол, когда навстречу им показалась Эспера. Она шла медленно, накидывая олимпийку на плечи. Яэль остановилась первой.

— Эспера, — спокойно сказала она. — Как плечо?

Эспера замерла.

— …что? — она чуть нахмурилась, переводя взгляд с Яэль на Смайли. — Откуда ты—

Смайли тут же отвернул голову в сторону, будто его внезапно заинтересовала трещина в стене. Пауза сказала всё за него. Яэль медленно перевела на него взгляд.

— Серьёзно, Смайли? — тихо спросила она.

— Я… — он едва заметно пожал плечами, не оборачиваясь. — Имя было стратегически неважной информацией.

Эспера прищурилась.

— Конечно.

Но в голосе уже не было настоящего раздражения, скорее лёгкое недоумение. Она выдохнула и покачала головой.

— Ладно… уже не важно.

Яэль чуть смягчилась, возвращая внимание к ней.

— Так как плечо?

Эспера на секунду замялась, потом всё же честно ответила:

— Всё ещё болит. Не критично, но неприятно.

Она чуть повела плечом, будто проверяя ощущения, Яэль слегка улыбнулась, но быстро вернулась к делу.

— Если хочешь, я могу сменить повязку.

Эспера кивнула почти сразу.

— Да, было бы неплохо.

На секунду повисла пауза, уже более спокойная.

— Кстати, — добавила Яэль. — В главном зале было собрание.

Эспера приподняла бровь.

— И меня не позвали?

— Намеренно, — спокойно ответила Яэль. — Решили, что тебе лучше отдохнуть.

Эспера на секунду задумалась, затем чуть кивнула.

— Даже не знаю, обидеться или сказать спасибо.

— Можешь совместить, — невозмутимо предложил Смайли.

Она усмехнулась.

— Подумаю.

Яэль чуть развернулась в сторону коридора.

— Пойдём. Мы собирались во двор.

Эспера кивнула и двинулась рядом, уже заметно расслабленнее, чем пару секунд назад. Они вышли из коридора во внутренний двор гильдии. Утренний воздух был прохладным, свежим, с лёгким запахом сырой травы. Где-то в стороне слышались голоса, жизнь проходила в обычном ритме, несмотря на опасность вокруг. Яэль шла чуть впереди, но уже без прежней напряжённости. Она на секунду задумалась, а потом, будто вспомнив, обернулась к Эспере:

— Кстати… Рафаил и Юта заходили к Алие.

Эспера перевела на неё взгляд.

— Зачем?

— Искали Кейла, — ответила Яэль. — Лоуренс хотел его видеть.

Смайли тихо хмыкнул:

— Интересно. И зачем он ему понадобился?

— Никто не знает, — пожала плечами Яэль. — И… — она на секунду замялась, — по их словам, Алия вела себя странно.

Эспера нахмурилась.

— В каком смысле?

— Закрытая, нервная. Быстро разговор закончила, — спокойно объяснила Яэль. — И, судя по всему, Кейла сейчас вообще нет в гильдии.

Смайли чуть прищурился, взгляд его стал внимательнее.

— Пропал, значит.

— Или просто не показывается, — добавила Яэль.

Пару секунд они шли молча. Эспера первой нарушила тишину:

— Давайте зайдём к ней ещё раз.

Яэль сразу кивнула.

— Я тоже об этом подумала.

Смайли лишь молча пожал плечами. Они свернули с основной дорожки, направляясь к домам. Чем ближе они подходили, тем тише становилось вокруг, будто сама территория не хотела лишнего шума.

Дом Алии стоял чуть в стороне, окна были закрыты, занавески плотно задёрнуты. Яэль подошла первой и постучала. Сначала было тихо, затем послышались шаги. Дверь приоткрылась. Алия стояла на пороге. Взгляд её сразу зацепился за всех троих, но задержался на Эспере. Эспера сделала шаг вперёд.

— Алия, мы—

Дверь резко дёрнулась. Она попыталась захлопнуть её, но не успела.

Смайли среагировал мгновенно. Его рука упёрлась в дверь, удерживая её с лёгким, почти ленивым усилием, будто это не требовало от него никаких затрат. Дерево глухо ударилось о ладонь, но не сдвинулось дальше. На секунду повисло напряжение. Смайли чуть наклонил голову, глядя на Алию уже без прежней расслабленности.

— Эй, — тихо сказал он, но в голосе появилась твёрдость. — Как грубо.

Алия замерла. Её пальцы всё ещё держали ручку двери, но хватка ослабла. Она не смотрела на него. Смотрела на Эсперу. И в этом взгляде было слишком много всего сразу: растерянность, напряжение… и что-то ещё. Что-то, что она сама, кажется, не могла до конца понять. Эспера не отступила.

— Мы просто хотели поговорить, — сказала она спокойно, но уже внимательнее, чем раньше.

Тишина снова повисла между ними. Алия медленно выдохнула.

— Я… — начала она, но голос её дрогнул. — Я не думаю, что это хорошая идея.

Смайли чуть сильнее надавил на дверь, не давая ей снова закрыть её.

— А я думаю, что как раз наоборот, — ответил он уже мягче, но всё ещё не отступая.

Яэль внимательно смотрела на Алию, не вмешиваясь, но её взгляд стал серьёзнее.

— Алия, — тихо сказала она, — что случилось?

Алия резко дернула рукой, с силой пытаясь захлопнуть дверь.

— Ничего не случилось! — её голос прорезал тишину, в нём дрожала раздражённая злость. — Я сама разберусь!

Эспера шагнула ближе, сохраняя спокойствие, но голос её стал твёрдым:

— Всё было нормально пару дней назад, Алия… а сейчас что-то не так. Тебе кто-то угрожает?

Алия напряглась, и нахмурилась, она ещё сильнее толкнула дверь.

— Это не ваше дело! — крикнула она и с глухим ударом захлопнула дверь.

Дверь с глухим ударом закрылась перед ними, оставив после себя плотную, неприятную тишину. Никто не двигался. Эспера медленно опустила взгляд, будто прокручивая в голове только что произошедшее. Яэль нахмурилась, а Смайли просто уставился на дверь. Потом медленно выдохнул.

— Ну… — протянул он, наклоняя голову. — Это было максимально подозрительно.

Яэль бросила на него короткий взгляд. Эспера ничего не сказала. Смайли сделал шаг вперёд.

— Ладно, — уже спокойнее произнёс он, закатывая рукав, — я сейчас—

Он не договорил. Яэль резко схватила его за запястье.

— Нет.

— Да, — спокойно парировал он, даже не оборачиваясь. — Я просто—

— Нет, — повторила она, уже сильнее дёрнув его назад.

Смайли остановился, повернул голову и посмотрел на неё с лёгким прищуром.

— Яэль.

— Смайли.

Он перевёл взгляд обратно на дверь.

— Я аккуратно.

— Ты дверь выбить хочешь.

— Не выбить, а… — он задумался на секунду, — убедительно постучать.

Яэль не выдержала и дёрнула его ещё сильнее, буквально оттаскивая от крыльца.

— Всё, пошли отсюда.

— Да подожди ты—

— Нет, — отрезала она, продолжая тянуть его за собой. — Ей нужно побыть одной.

Смайли, не особо сопротивляясь, всё же обернулся через плечо, глядя на закрытую дверь.

— Она явно не в порядке. И очень подозрительная.

— Я вижу, — коротко ответила Яэль.

Он снова попытался остановиться.

— Яэль, я серьёзно—

Она дёрнула его ещё раз, уже почти уводя с тропы.

— И я серьёзно. Не сейчас.

Смайли тихо фыркнул, но в итоге позволил утащить себя дальше, бросив последний взгляд на дом.

— Ладно… — пробормотал он. — Но если она там кого-то прячет, я потом скажу, что был прав.

— Обязательно, — сухо отозвалась Яэль.

Эспера шла рядом с ними молча. Но её взгляд на мгновение задержался на окнах дома. Они отошли от дома уже на достаточное расстояние, чтобы тишина вокруг перестала давить. Шаги снова стали ровными, привычными, но напряжение после разговора всё ещё тянулось за ними тонкой нитью. Смайли наконец вырвал руку из хватки Яэль. Эспера чуть повернула голову в его сторону.

— Ты не знаешь, где Энтити?

Смайли замедлил шаг.

— 303? — уточнил он, будто на автомате.

— А у нас будто есть другие?

— Вообще-то, да, и ты не представляешь сколько, — он ухмыльнулся, но на секунду задумался, взгляд его стал чуть серьёзнее. — Я не видел его с тех пор, как он ушёл за Мимиком, — ответил он спокойно. — И, если честно... сам его ищу. Даже у Херобрина с Дредлордом спрашивал.

Он пожал плечами, будто это ничего не значило. Эспера нахмурилась. Смайли посмотрел вперёд, на дорожку.

— Он не особо любит, когда его ищут или мешают.

Яэль чуть склонила голову.

— То есть?

Смайли усмехнулся краем губ.

— То есть, если его нет — значит, так надо.

Эспера опустила взгляд на мгновение, обдумывая его слова.

— Когда нужен, как специально нет на месте.

— С ним по-другому не работает.

Наступила тишина. Никто не вставлял и слова. Эспера взглянула на другую тропу, которая вела в купальни.

— Мне нужно привести себя в порядок, — тихо сказала она. — Плечо...и вообще.

Яэль кивнула, мягко улыбнувшись:

— Хорошо. После этого я перевяжу.

Эспера кивнула и ушла к деревянной постройке, откровенно простенькой, но удобной. Дверь скрипнула, когда она открыла её, и тёплый пар сразу окутал её, пахнув древесиной и свежей водой. Она зашла внутрь, прислушиваясь к тихому журчанию воды. Она стянула с себя одежду, обеих полотенцем, а руки слегка дрожали, когда она начала осторожно снимать старую повязку.

Когда ткань сползла, Эспера увидела рану. Кровь уже засохла на краях, образуя корку, а кожа вокруг была раздражена и слегка синевата. Она скривилась, от того, как это выглядело.

— Жесть, не знала, что она выглядит настолько ужасно...

Вздохнув, Эспера направилась к комнате. Вода в купальне была тёплой, она медленно опустилась в неё, погружаясь почти по плечи. Каждый вдох был как очищение: дыхание глубже, руки расслабились, плечи опустились. Она закрыла глаза, позволяя воде и паре обволакивать её, чувствуя, как тяжесть последних дней медленно покидает тело.

Мысли о гильдии, о возможном местонахождении Мимике, о последних событиях мелькали, но она словно оставляла их на поверхности воды, позволяя себе немного тишины. Минуты тянулись, время растекалось вокруг, и только лёгкий шум капель и плеск её движений нарушали абсолютное спокойствие. Когда минуло десять минут, она медленно поднялась, и села на деревянный выступ. Взгляд снова упал на плечо, чтобы оглядеть рану ещё раз. И тут послышался лёгкий скрип двери. Эспера вздрогнула, но тут же услышала мягкий голос Яэль:

— Это я. С бинтами и мазью.

Она кивнула, не спеша, и позволила себе ещё пару секунд, чтобы вдохнуть полной грудью и собрать мысли. Тело уже ощущало тепло воды, кожу расслабленно обтягивало полотенце. Яэль вошла в купальню, в руках аккуратно держа чистые бинты, баночку мази.

— Готова? — спросила она тихо.

Эспера кивнула. В комнате повисла лёгкая тишина, Яэль села рядом, на доску, аккуратно обрабатывая рану. Когда перевязка была закончена, и рана прикрыта свежим, чистым бинтом, Эспера выдохнула, ощущая, как напряжение полностью покинуло плечо.

— Спасибо

Яэль улыбнулась:

— Было бы за что.

Эспера слегка улыбнулась, поднимаясь на ноги, чувствуя лёгкость, которую редко позволяла себе ощущать. Яэль вышла из комнаты закрыв за собой тихо дверь.

[Timeskip]

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в мягкие оттенки оранжевого и розового. Главный зал гильдии уже затих, только редкие шаги и тихие голоса доносились из дальних коридоров. Эспера стояла у окна своей комнаты, держа в руках тёплый чай, который Юта аккуратно принес ей пару минут назад. Пар от чашки обвивал её пальцы, а взгляд блуждал по двору, где лёгкий ветер шевелил листья деревьев. Её плечо теперь было спокойно, свежий бинт плотно держался, и тело ощущало легкость после купальни. Мысли уже не так часто возвращались к напряжённым событиям последних дней, позволяя себе отдых. И вдруг резкий шум снаружи привлёк её внимание. Эспера моргнула и отшатнулась, когда в открытое окно буквально влетел силуэт. Несколько секунд она не могла понять, что происходит, пока фигура не приземлилась прямо на подоконник.

— Энтити? — выдохнула она, удивлённо приподнимая бровь.

Парень стоял там с лёгкой ухмылкой, держа в руках маленький флакон.

— Вот, для тебя, — сказал он, протягивая флакон через окно.

Эспера взяла его осторожно, рассматривая стеклянную ёмкость. Флакон был прозрачным, внутри мягко переливалась жидкость.

— Уже отравить собираешься? — с насмешкой пробормотала она, хотя глаза её светились любопытством.

Энтити фыркнул, будто её шутка его развеселила.

— Нет, это регенерация, — спокойно ответил он, опираясь на подоконник и слегка наклоняя голову. — Просто подумал, что может пригодиться после... твоих приключений.

Эспера слегка улыбнулась, ощущая, как вечерняя тишина снова окутывает комнату. Эспера взяла флакон, изучая его в руках. Жидкость светилась мягким розоватым светом, обещая облегчение и восстановление. Лёгкая улыбка скользнула по её лицу, настолько неожиданно и абсурдно выглядело это появление, что даже напряжение последних дней на мгновение отступило.

— Спасибо, — сказала она, немного иронично, — за... инновационный способ доставки.

— Всегда стараюсь удивлять.

Энтити остался сидеть на подоконнике опираясь спиной на раму.

— Ну, что? Будешь просто стоять и пить чай, или попробуешь зелье? — сказал он, чуть улыбнувшись, когда Эспера осторожно поворачивала флакон в руках.

— Думаю, я оставлю на потом, — ответила она, слегка нахмурившись. — Никогда не знаешь, что туда добавлено.

Энтити фыркнул, чуть наклонив голову:

— Регена, Эспера. Никаких сюрпризов. Я же не враг... ну, не совсем.

Эспера усмехнулась, отпивая маленький глоток чая:

— «Не совсем враг» обнадёживающе.

Энтити спрыгнул на пол, бесшумно, словно тень, и подошёл ближе. Он остановился в нескольких шагах, руки скрестив на груди, с лёгкой игривой усмешкой.

— Ты уже решил, что просто зайти и исчезнуть будет скучно? — усмехнулась Эспера, делая глоток чая.

— Мгм, не люблю, когда скучно, — спокойно ответил он, наклоняясь чуть ближе. — А ещё подумал, что будет неплохо наблюдать, как моя любимая разработчица пьёт чай.

Эспера слегка покраснела, но попыталась не показывать этого, она приподняла бровь, но улыбка вырвалась сама собой.

— Любимая, говоришь? — чуть насмешливо сказала она. — По-моему всего несколько недель назад ты хотел меня убить.

— Тц, это в прошлом, — Энтити пожал плечами, его глаза ярче блеснули. — Слышал, что кто-то тебя так называет... думаю, мне тоже можно.

— Чего? Кто-то меня называет любимой? Ты ничего не перепутал? — девушка тихо фыркнула, улыбнувшись.

Она покачала головой, но это было скорее в знак признания: похоже, это была его маленькая победа. Она поставила чашку на подоконник и аккуратно взяла флакон.

— Ладно, посмотрим, что там внутри, — сказала она, слегка разглядывая переливающуюся жидкость. — Только не думай, что я тут сразу сломя голову всё выпью.

Эспера осторожно отодвинула флакон к губам и сделала маленький глоток.

— Фу… — она скривилась, — Это просто несусветная гадость. Солёное...

Энтити громко засмеялся, легко похлопав себя по колену.

— А чего ты хотела? — усмехнулся он, чуть наклонив голову, — из слёз Гаста же сделана! Официальный рецепт регенерации в майнкрафте. Или ты уже забыла?

Эспера морщилась, но уголки губ не удержались от улыбки.

— Ладно, ясно, — пробормотала она, отставляя флакон в сторону. — В следующий раз предупреди хотя бы.

— А где бы тогда был весь смысл сюрприза? — поддразнил он, спокойно, с лёгкой игривой ухмылкой. — Я же хочу, чтобы ты испытала все «прелести» регенерации полностью.

Эспера хмыкнула, запивая солëный привкус чаем, который был ей куда приятнее, чем зелье.

— Ну, — сказала она, чуть прищурившись, — Признаю, оно действует... но пить его каждый день... нет, спасибо.

— Эй, — Энтити отступил на шаг, как будто слегка обиженный, — Это не для удовольствия, а для пользы. Но если тебе так неприятно...

Эспера покачала головой.

— Ладно-ладно, — сказала она, — Ты уйдешь, как обычно?

— Нет, — ответил он спокойно. — Я останусь. Для твоей же безопасности.

Эспера на мгновение задержала взгляд на чашке, будто собираясь с мыслями, а затем тихо выдохнула и отвела глаза в сторону.

— Я проверила восемьдесят девять координат, — сказала она уже без прежней лёгкости. — Из шестисот семидесяти двух.

Энтити чуть приподнял бровь.

— И?

Эспера горько усмехнулась.

— Ничего. Вообще, — она покачала головой. — Большинство ведут в пустые точки. Типа, просто поляна, лес или что-то подобное, там нет чужеродных кодов, по типу ключа или... терминала для них, некоторые вообще не подходят под этот сервер, просто под пустоту выкидывает.

Она отвернулась к столу и щёлкнула пальцами по хаб-проектору. В воздухе перед ними развернулся голографический интерфейс, тонкие линии координат, отметки, пометки, перечёркнутые участки. Всё выглядело аккуратно, но бессмысленно.

— Смотри, — тихо добавила она, чуть отступив в сторону.

Энтити подошёл ближе, склонившись к проекции. Его взгляд быстро пробежался по цифрам, цепляясь за закономерности, за повторения, за сбои. Он промолчал, но потом сместил взгляд на девушку. Эспера больше не смотрела на интерфейс. Эспера стояла сгорбив плечи, взгляд скользил куда-то в пустоту, словно видела перед собой не голограмму, а весь груз своих решений. На самом деле, её терзало не количество проверенных координат, а чувство вины.

— Если бы я... — начала она тихо, слова с трудом находили путь наружу, — Если бы я подписала отказ от проекта, ничего бы этого не произошло.

Энтити слегка приподнял бровь, тонким намёком на насмешку:

— Знаешь… я пришёл не за тем, чтобы мне душу изливали.

Эспера смутилась, осознав, что замахнулась на признание перед ним. Она тихо, почти шепотом, пробормотала:

— Да… прости.

Пауза растянулась на несколько секунд, тишина была почти осязаемой. Но потом, невольно, вырвался тихий всхлип. Энтити моментально напрягся, словно увидел что-то неизвестное и опасное. Он прикусил язык, не зная, что сказать, ибо никогда прежде не сталкивался с таким проявлением эмоций.

— Мне так жаль... — пробормотала она, обнажая всю уязвимость, и снова замолчала.

Энтити медленно подошёл, и без единого слова накинул на её плечи свою мантию. Ткань легла на её плечи, вея запахом хвои. Эспера вздохнула, удивлённая этим нежданным жестом. Она повернулась к нему, встретив его серьёзный взгляд. Он наклонился, аккуратно смахнул слезу с её щеки. Энтити не сказал ни слова, и оторвав взгляд от её лица, посмотрел в сторону.

— В моей программе нет… ничего, что могло бы отвечать за поддержку, — тихо сказал он, ровно, но с лёгкой растерянностью в голосе.

Эспера молча наблюдала за ним, её глаза медленно пробегали по каждой линии его лица и по лёгкому напряжению в плечах. И вдруг тихий, почти несмелый смешок вырвался из неё. Лёгкий, невинный, как маленький всплеск радости среди всей тяжести момента. Энтити моргнул, замер, его взгляд снова вернулся к ней.

— Почему… ты смеёшься? — спросил он, искренне не понимая.

Эспера чуть наклонила голову, улыбка едва коснулась губ:

— Потому что ты выглядишь странно. Немного растерянным. И это слишком необычно, если сравнивать с прошлыми встречами.

Он нахмурился, пытаясь понять, как реагировать, но вместо слов просто вздохнул, снова опуская взгляд, словно пытаясь собраться. Эспера снова тихо хихикнула. Он не мог понять, почему, но это заставило что-то сжаться внутри него и одновременно немного расслабиться. Энтити ещё несколько секунд стоял, будто обдумывая что-то, затем чуть повёл плечом и коротко выдохнул.

— Тебе стоит отдохнуть, — произнёс он наконец, уже привычно ровным тоном. — В таком состоянии ты только замедляешь процесс.

Эспера не стала спорить, лишь кивнула. Она подошла к кровати и осторожно легла ближе к стене, подтянув под себя руку. Мантия чуть соскользнула, но она поправила её. Энтити сел на край кровати, чуть поодаль от неё. Перед ним снова развернулся голографический интерфейс: координаты, цифры, метки. Его взгляд быстро скользил по данным.

Время текло незаметно. Иногда он останавливался, возвращался к уже проверенным точкам, искал закономерности, пересчитывал. Иногда просто смотрел на интерфейс, будто пытался заставить его выдать ответ силой воли. Он чуть повернул голову. Эспера уже спала, чуть сжав ткань мантии пальцами. Энтити на мгновение задержал взгляд, а потом отвернулся.

Прошло ещё время. В какой-то момент он, не прекращая анализа, просто опустился ниже, ложась на кровать поверх покрывала. Интерфейс остался перед ним, зависнув в воздухе под удобным углом. Он продолжал работать, но движения стали слегка медленнее. Во сне Эспера едва заметно сдвинулась, а потом и вовсе устроилась ближе. Её голова мягко легла ему на грудь. Энтити замер, на долю секунды. Но не отстранившись, продолжил работать, даже не обратил внимания. Что-то в его системе коротко «щёлкнуло», не выдавая ни ошибки, ни предупреждения. И, почти машинально его рука поднялась и легла на её плечо. Лёгкое, почти неосознанное движение. Словно так и должно быть. Он продолжил смотреть в интерфейс. Как будто ничего не произошло.

— ...Я, кажется, не вовремя.

Голос разрезал тишину. Энтити даже не дёрнулся, лишь перевёл взгляд. У входа стоял Нулл. Он замер, глядя на них, и на его лице медленно расползалась улыбка, редкая, почти лениво-удивлённая. Он явно ожидал увидеть что угодно, но не это.

— Что? — спокойно спросил Энтити.

Нулл тихо усмехнулся, склонив голову набок:

— Да так… наблюдаю редкое явление.

Его взгляд скользнул к Эспере, затем обратно.

— Никогда бы не подумал, что кто-то будет... спать на тебе.

Энтити никак не отреагировал.

— Ты пришёл за этим?

— Мм, нет, — протянул Нулл, делая шаг вперёд. — Я приносил кое-что. Два камня. Передал их ей.

Он кивнул в сторону Эсперы.

— Она тебе не говорила?

Энтити едва заметно покачал головой. На секунду его взгляд опустился на спящую девушку. После этого он аккуратно убрал руку с её плеча и медленно, стараясь не разбудить, сместился, присев на край кровати. Её голова соскользнула с его груди на подушку. Алоглазый выпрямился и перевёл взгляд на Нулла.

— Что за камни?

Нулл чуть прищурился, словно наслаждаясь моментом, прежде чем ответить:

— Пока не знаю, их передал Кэйртейкер. Думал ты мне расскажешь.

Нулл шагнул ближе к интерфейсу Энтити и кивнул на голограмму.

— Кстати... — начал он, голос стал чуть серьёзнее, — Войд, Зимбер и Дедли обнаружили кое-что в бездне. Если будет время, тебе бы не помешало взглянуть.

Энтити, не отрываясь от данных, слегка наклонил голову.

— Что именно?

— Пока детали не сильно уточнены, знаю, что туда ушёл тот червь, который нас всех сожрать пытается, — продолжил Нулл, слегка пожав плечами. — Но, думаю, тут уже каждая вещь это что-то важное. Я подумал, что стоит предупредить.

— Значит, бездна, — тихо пробормотал он, будто себе под нос. — Я проверю

Нулл кивнул, чуть прищурившись.

— Да, и если будешь смотреть, не затягивай слишком надолго.

Энтити сделал короткий вдох, а Нулл тихо исчез в тени комнаты. 303 ещё некоторое время сидел в тишине, глядя на интерфейс, но цифры и координаты уже не цепляли взгляд так, как прежде. Он сделал короткий вздох, почти незаметный. Прокрутил в памяти всё, что слышал от Нулла, и снова взглянул на интерфейс, руки медленно опустились, и голограмма тихо погасла. Энтити вновь лёг рядом с девушкой и, закрыв глаза, не выключаясь полностью, ушёл в спящий режим.