Глава 17 «Подхваченные ветром приключений»
От ноющей боли в спине, расползающейся вдоль всего позвоночника, осталось лишь фантомное ощущение заживающей раны. Яд, если и циркулировал в крови, не оказывал такого воздействия. Рэймонд не врал, когда говорил, что в Ущелье жил лучший лекарь. Реналю не довелось завести с Бруксой ни единого нормального разговора, но он не сомневался в её навыках. Даже кулинарных. Всё то время, пока он восстанавливал ослабевшее тело, она приносила крайне вкусные супы и рассыпчатые каши с сухарями. С момента поднятия на борт «Бунтовщика» принц не пробовал домашней еды, поэтому простые обеды Бруксы казались чем-то невероятно вкусным. Кто бы мог подумать, что принц, привыкший к грандиозным семейным ужинам, будет с удовольствием есть ненаваристый бульон и сухой хлеб.
Наверное, если бы Рэймонд отправился в более долгое путешествие, он мог бы и освоиться. Но капитан «Бунтовщика» обещал вернуться не позже, чем через пять дней. Поэтому Реналь не сильно привыкал к терпкому аромату лекарственных трав, обедам и атмосфере беспорядочного уюта. Тем более, что большую часть времени он спал. Особенно первые дня два. Вообще не вылазил из-под одеяла, слушая тихий шум домашних хлопот. Но сегодня, видимо из-за скорого возвращения Рэймонда, Реналь проснулся раньше обычного. Он не знал точно, когда «Бунтовщик» причалит, но чувствовал, что это должно произойти очень скоро.
Солнце только недавно коснулось лучами крыш домов, заглядывая в окна. Реналь всё пытался вернуть сон, укрываясь одеялом и ворочаясь с бока на бок, но предвкушение встречи и полного излечения выгнало из него всякую усталость. Принц привык, что на корабле не бывало тихо, поэтому, сев в постели, не ожидал увидеть в комнате кого-то ещё. Фигура склонилась над столом, что-то тихо перебирая. По длинным, словно серебряным волосам, Реналь узнал помощника Бруксы. Несмотря на то, что лан Эккель безвылазно находился в доме, он видел его дважды, а то и единожды. Они ни разу не встречались взглядами, уже не говоря о том, чтобы переброситься парой фраз.
Дворцовое воспитание вынуждало Реналя не игнорировать чужое присутствие, лишь бы не заводить разговор. Поправив взъерошенные после сна волосы, он чуть наклонился, пытаясь рассмотреть то, чем помощник лекаря занимался за столом. Вдруг его нельзя отвлекать?
- Вы... - немного неуверенно протянул принц, - Приэль, я ведь прав?
Помощник лекаря сначала замер. Со спины он казался совсем худым и в то же время изящным. Будто выступал на сцене и не имел права есть больше, чем птичью порцию зёрен, чтобы держать фигуру в тонусе. Немного помедлив, Приэль развернулся, предварительно закрутив склянку и отставив её в сторону. Он непроизвольно склонил голову так, что длинные волосы, словно белоснежная вуаль, скрыли почти половину его лица.
- Простите, я не хотел шуметь.
Реналь махнул рукой, прося Приэля не беспокоиться об этом. Вовсе не шум стал причиной пробуждения.
- Я долго спал? - немного неуклюже перевёл он тему.
- Достаточно. Чем больше, тем лучше для вашего организма. - Приэль полностью отвлёкся от работы. Он явно не был мальчиком на побегушках, потому что очень внимательно рассматривал Реналя. В лучах утреннего солнца его кожа всё-таки выглядела теплее и насыщенней, чем было на самом деле. Но кроме этого никаких следов от изнеможения практически не осталось. Исчезли синяки под глазами, глаза не были стеклянными и потухшими, а губы - сухими. На них даже играла скромная, вежливая улыбка. - Как вы себя чувствуете?
- Намного лучше.
Приэль кивнул, отведя взгляд. Пользуясь моментом, Реналь стал рассматривать его в ответ, но, наверное, это было не слишком прилично: почти на половину лица, вокруг глаза, у помощника лекаря растянулся ожог. Он пытался прятать его за светлыми волосами, но взгляд всё равно цеплялся за шрам, оставленный огнём. Принц представить не мог, в каких обстоятельствах такой скромный юноша мог получить столь ужасное клеймо и допытываться не собирался. Неловко отвернувшись к окну, Реналь поинтересовался:
- А вы не знаете, когда возвращается капитан?
- Возможно, сегодня, я не уверен.
Услышав столь радостную новость, принц позабыл о приличии и впился в Приэля любопытным взглядом. Но теперь его волновал не изъян внешности, а объяснение к предположению помощника лекаря. В отличие от Реналя, который большую часть времени провёл в оздоровительном сне, тот наверняка знал какие-то подробности о путешествии пиратов. Рэймонд наотрез отказался посвящать маленького принца в детали, да и сам он был не в силах перечить, требуя объяснений.
Приэль вздохнул. Он будто бы не очень хотел продолжать светскую беседу, желая вернуться к работе, но всё же кое о чём рассказал:
- Брукса велела мне сходить на рынок и принести те травы, которые используются в рецепте свежими и... - он осторожно глянул на Реналя, - поэтому к вечеру корабль, скорее всего, прибудет в гавань. Но это лишь моя догадка.
Ещё не дослушав Приэля, Реналь подскочил с места. Пространство вокруг немного закружилось, но быстро встало на место. Сказывалась слабость, а может, и затаившийся в крови яд. Принц поправил помятую рубашку и огляделся в поисках жилета. Хотя, возможно, в тот день он был без него. Едва ли его волновал внешний вид, в отличие от нынешнего момента. Должно быть, глупо переживать о собственной презентабельности в глазах пирата, только что вернувшегося на сушу, но как Реналь мог предстать перед Рэймондом в худшем свете? Даже если для Рэймонда самый худший свет Реналя всегда был лучшим.
- Нет, - неожиданно строго произнёс помощник лекаря. - Вам нельзя вставать. Вернитесь в постель.
- Мне намного лучше, - весьма убедительно заявил принц. - Не могу больше сидеть на одном месте. Я хочу встретить Рэймонда в гавани.
- Категорически запрещено. Чем меньше вы сейчас двигаетесь, тем лучше. Пожалуйста...
Но Приэль не успел закончить. Реналь беззастенчиво прервал его, едва удержавшись от того, чтобы топнуть ногой.
- А я хочу, - Принц отрывистыми движениями поправлял складки на рукавах, деловито держа голову чуть приподнятой. - Всего лишь дойду до берега и подожду там. Со мной ничего не случится.
Немного раздражённо Приэль сложил руки на груди. Нянчиться ни с кем он не собирался, раз уж некоторые люди не умели ценить здоровье. И если бы не холодное выражение лица, утаившееся от занятого внешним видом Реналя, принц бы подумал, что помощник лекаря весьма прост в уговорах.
- Хорошо, - бросил он голосом, лишённым всякой заботы. - Идите.
Вместо того чтобы уверенно направиться к двери, Реналь сделал один решительный шаг и тут же замер. Вся его королевская прыть испарилась, растаяв как туманная дымка на горизонте. Выпятив губы, он от неловкости забегал глазами по комнате. Не признавать же поражения после триумфальной победы. Отрекаться от идеи было бы неловко, а просить помощи - ещё хуже. Поэтому принц стоял, изображая непринуждённость, и ждал, пока Приэль сам догадается.
- Вы не знаете куда идти, я правильно понимаю? - хмыкнул подмастерье лекаря.
- Да, - пришлось признаться принцу, - я первый раз в Ущелье.
Приэль вздохнул, потерев переносицу. Очень много замечаний он оставил при себе. Со стороны было видно, как помощник лекаря сдерживался, чтобы не сделать резкое замечание. Трудно работать с людьми, когда характер так и требовал поменьше держать всё в себе. И уж тем более когда в качестве больного слегка возомнивший о себе юноша. Хотя стоило признать, иначе среди пиратов наверняка трудно существовать. Любое проявление слабости морские разбойники могли считать весомой причиной быть выброшенным за борт.
Реналь стоял, с важностью рассматривая разноцветные лекарства, а Приэль напряжённо размышлял о чём-то.
- Я не могу вас отпустить, но... - с некоторой неуверенностью протянул он. - Может, вы согласитесь сходить на рынок?
Выдержав паузу только ради приличия и собственной независимости, лан Эккель согласился:
- Ладно.
Пришлось смиренно подождать Приэля ещё немного. Сидя на краю кровати, пока тот раскладывал что-то по мешочкам, Реналь думал о том, как бы скоротать время. Вряд ли поход за травами затянется надолго, а добраться до берега он так и не передумал. Трудно ли будет уговорить помощника хотя бы просто заглянуть в гавань? Может, по велению сердца «Бунтовщик» как раз появится на горизонте? Ещё бы успеть прогуляться по улицам Ущелья, пока шлюп не отправится дальше.
Реналь правда старался не сильно глядеть по сторонам, оставляя всё самое интересное для прогулки с Рэймондом. Кто, как не капитан пиратов, расскажет и покажет о прелестях жизни в сердце пиратского королевства? Едва ли узкие улочки с деревянными домишками на разный лад, культурно встречающие принца, были истинным «лицом» деревни, спрятанной в горах. В их глубине наверняка прятались тайные заговоры и тёмные сделки, заключающиеся за промасленными дверями. Если не знать о истории этих земель, кто скажет, что это не прибрежная площадь Равендора, где просто голубая краска давно слезла с крыш? Уж слишком похожими были торговые палатки, играющие в грязи дорог дети, бочки на каждом углу и женщины, развешивающие мокрое бельё у тех же пыльных тропинок.
По пути на рынок Реналь замечал, что над некоторыми домами развивались чёрные флаги. Он не узнал ни одного, но предположил, что так капитаны с манией величия отмечали свои владения. Интересно, каким было жилище Соколиного глаза? Принц не видел здесь никакого порта, как в Солярисе, и смутно представлял огромный особняк, который мог бы посоревноваться размерами со дворцом. Может, Беккет предпочитал жизнь на корабле?
Когда они проходили мимо старого колокола на маленькой площади, вымощенной неровными камнями, Реналь искренне восхитился аккуратно сколоченной невысокой сценой неподалёку. Через горизонтальную балку, прибитую к двум деревянным колоннам, был перекинут красный кусок парусины, имитирующий занавес. Выкрашенные дощечки, по форме и цвету напоминающие волны, кто-то аккуратно приставил к старой лодке, а остальные декорации кучей валялись в самом углу.
Принц непроизвольно замер, с теплотой изучая скурпулёзные попытки пиратов прикоснуться к искусству. Он представил, как необременённые правилами уличные артисты разыгрывали сцены из учебников истории и сборника легенд. Как они собирали толпы прохожих вокруг себя, привлекая взгляды яркими костюмами и громкими голосами. Как дарили людям настоящий смех, отрекаясь от фальшивых аплодисментов.
Интерес Реналя не ускользнул от внимания Приэля. Он долго и покорно ждал, когда спутник вдоволь насладится весьма жалобным зрелищем, но по итогу окликнул его, не желая терять время. По утрам травы распродавались очень быстро, а если они не успеют купить нужные, пиратам придётся задержаться. Не хотелось бы доставлять Бруксе лишних хлопот.
Когда Реналь поравнялся с ним, Приэль долго думал, рассматривая чужой изящный профиль, стоило ли заводить разговор. У лекаря было много вопросов, потому что лёгкий образ юноши казался совсем нереальным. Невозможно оставаться таким наивным и нежным, проводя дни на палубе корабля. Приэль не понаслышке знал об этом. Опустив взгляд, он постарался подгадать подходящий момент, чтобы спросить:
- Как так вышло, что вы ни разу не бывали в Ущелье?
Элегантно заведя руки за спину, Реналь отвлёкся от рассматривания интерьеров по ту сторону окон. Размеренно шагая вдоль улицы, он успевал изучать чужие крыльца, находя всё больше схожестей с бытом привычного Равендора. Даже известные аллеи с дорогими мастерскими мерещились ему в старательно украшенных горшках с цветами и разрисованных краской дверями.
- Я просто только недавно попал на корабль.
- Как?.. - произвольно соскочило с губ Приэль. Он тут же сжал их в тонкую линию и потупил взгляд.
- Так вышло, - пожал плечами принц. - Ряд обстоятельств вынудил меня подстроиться под ситуацию и ужиться с пиратами. Знаю, звучит очень притянуто, но мне повезло с капитаном. И командой, конечно же.
Реналь мечтательно улыбнулся. Он был не так глуп, чтобы делиться историей о двойном плене у пиратов и уж тем более не собирался шокировать Приэля тем, что пришлось пережить, чтобы заслужить их признание. Но, кажется, в вопросе лекаря принц расслышал куда больше надежды, чем тому хотелось раскрыть. Или же лан Эккель настолько романтизировал морские странствия? В любом случае, отмалчиваться он не стал. После чудесного спасения настроение взабралось на самую верхушку мачты. Для того, чтобы расправить крылья и взлететь, рядом не хватало одного человека.
- Хотите путешествовать? - Принц бросил лукавый, немного детсковатый взгляд на лекаря.
Приэль нахмурился. Он непроизвольно коснулся шрама, а потом отвернулся, будто обжёгся вновь. Разговор выходил слишком откровенным. Подмастерье лекаря не привык к такому. Брукса была не лучшей собеседницей, предпочитая разговаривать с помощником о рабочих делах, а Реналь казался слишком невинным, чтобы совесть позволила расстроить его.
- Хотел бы покинуть Ущелье, - признался Приэль скрепя сердцем.
Наверное, впервые Реналь посмотрел на лекаря с таким сочувствием. Он прекрасно знал это желание, зудящее в груди наперекор совести и здравому рассудку. Прекрасно чувствовал то, как родные стены могли давить, превращаясь в толстые прутья птичьей клетки. Вынужденный выбор, сделанный вопреки мечтам на всеобщее благо.
Принц опустил взгляд. Под ногами оказался кривой портрет местного воришки, за поимку которого обещали чересчур крошечное вознаграждение. Интересно, как продвигались его поиски? Команда приносила много слухов о похищенном младшем наследнике, но он ещё ни разу не видел на горизонте равендорских фрегатов с голубыми парусами. Неужели его совсем не ищут?
Приэлю было намного легче. Так он считал. Если Реналю пришлось просить семью, то лекаря, кажется, почти ничего не держало в Ущелье. Поэтому лан Эккель подумал, что мог бы помочь.
- Может, я поговорю с капитаном? Он меня послушает. На «Бунтовщике» новый лекарь не помешает. Вы могли бы стать его подмастерьем. Рэймонд сможет договориться с Бруксой.
- Не стоит, правда. - В уголках губ закралась бледная улыбка, сгладив острые черты лица лекаря. - Я в силах разобраться во всём самостоятельно.
Путь они продолжили в тишине до самого рынка, а там уже шум торговцев заполонил всё вокруг. Большинство товаров, которые Реналь успевал рассматривать в палатках, были будто собраны отовсюду и понемногу. Что неудивительно, раз уж в Ущелье жили пираты: они «зачищали» торговые корабли, а потом продавали ненужное на рынке. Принц сам видел, как происходила делёжка между членами экипажа «Бунтовщика». Особенно сильно команда радовалась рулонам тканей и меху, которые здесь сбывали в огромных количествах.
На верёвках между столбами висели флаги и обрывки парусов, превращённые в импровизированные навесы. Под ними лежали драгоценности, украшения, стопки книг, шкуры, музыкальные инструменты - всё, что только можно было вообразить. В некоторых палатках обустроили самые настоящие камбузы. Их повара-торговцы предлагали попробовать закуски, приготовленные прямо на глазах. Они угощали прохожих фирменными блюдами из морских существ, заманивая скидками на свежий улов.
Кто-то в стороне громогласно прокричал о недавно пойманном морском змее, чьё мясо хозяин лавки готов был зажарить и продать за полцены. Реналь не смог удержаться от того, чтобы взглянуть на высушенную под солнцем чешую. При виде разделанной туши плечо внезапно заныло. Принц растёр его и, сморщив нос от дурного запаха змеиной крови, развернулся, чтобы вернуться. Вот только в нахлынувшей на рынок толпе он не нашёл белокурой макушки Приэля. Ни намёка на след лекаря с охапкой трав. Реналь боялся пошевелиться, суетливо крутя головой по сторонам. Вроде бы ничего страшного не случилось, не то чтобы он не мог справиться сам... Просто не хотелось проверять, куда его заведёт случай в незнакомой деревне. Мало ли, кто встретится на пути? Можно было бы просто спросить дорогу и вернуться к Бруксе. Это куда реальнее, чем бегать между торговых рядов в поисках Приэля. Но опять же, мало ли, кто встретится на пути?
Чтобы сойти за своего и не вызывать лишних вопросов, Реналю нужно было бы прожить в Ущелье ещё несколько дней. Сейчас же принц выглядел русалкой среди сирен, топчущейся на месте балериной из музыкальной шкатулки. Неловкость жгла сильнее, чем страх. Он только что так уверенно себя чувствовал, а теперь стоял, как потерявшийся ребёнок, и отчаянно надеялся, что Приэль появится из-за какого-нибудь прилавка. Но вместо помощника лекаря на рыночную площадь выплыла сомнительная шумная компания, заставившая Реналя сделать несколько шагов в сторону. Нет, вопреки всем правилам потерянных детей он не собирается стоять тут сродни экспонату картинной галереи.
Ещё раз осмотревшись по сторонам, Реналь зашагал в обратном направлении. Он дошёл до маленькой площади со сценой и понял, что с этого момента совсем не знал, куда идти. Одна единственная дорога превращалась в несколько узких улиц, напоминая речку, разбежавшуюся по притокам. Тропинки казались одинаковыми. Выбирать было не из чего. В крайнем случае, если Реналь будет держаться одной стороны, то упрётся либо в горы, либо в море.
Определившись, принц повернул направо. Однако совсем скоро он понял, что ошибся: дома были совсем незнакомы, а сама улица - тише, чем другие. Можно было бы развернуться и попытать удачу на другом пути, но возвращаться Реналь не стал. Впереди, за ветхим забором звучали весёлые голоса. Они были полны чувств и лились, будто песня, заманивая сказочными мотивами. Сразу вспомнилась сцена со старой лодкой и красным занавесом. Кто-то ведь на ней играл. Иначе бы она не выглядела такой ухоженной.
В подтверждение из-за угла донеслось дрожащее:
- Мой король! Случилось ужасное!
Реналь аккуратно подошёл к забору. Большинства дощечек не было, а приставленные бочки и ящики лишь слегка закрывали то, что происходило за ним. В поросшем травой заднем дворике царил беспорядок, похожий на бардак в трюме «Бунтовщика». На пустых длинных скамейках лежали разноцветные ткани, мусор, который можно было назвать декорациями, и какие-то сумки. Если бы не играющие голоса, лан Эккель бы подумал, что там никого не было. Он немного сместился, стараясь не задеть остатки забора, и осторожно заглянул внутрь. Светловолосый юноша в сценических доспехах стоял на одном колене, опустив голову. Позади него, изображая мировой ужас, прижала руки к сердцу девушка в зелёном платье. Короля Реналь уже не видел, но представил длинную голубую накидку и выкрашенную в золото корону с цветным стеклом вместо драгоценных камней. Ещё там наверняка стоял трон, сделанный из старого кресла или стула.
- Беда! Это... Дьявол, как там было?
- Беда! Это очень срочно! Выслушайте! - немного раздражённо повторил кто-то, кого принц из своего угла не видел. - Запомни уже. Ты каждый раз тут путаешься.
- Я надеялся играть короля, вообще-то.
- Ты на него не похож. Давайте ещё раз.
Реналь невольно улыбнулся. Подглядывая, он не видел всей картины, но в деталях представлял то, что сейчас происходило на сцене, воображал долгие дни репетиций перед триумфом. По голосам актёры были немногим старше него самого, да и на вид не казались взрослыми. Они были свободными, не ограниченными рамками одной истории - истории собственной жизни. Каждый день артисты примеряли на себя новые роли, не боясь быть осуждёнными. Величественный король мог превратиться в попрошайку, одинокий старик - в грозного, наученного опытом воина, русалка - во вдову, оплакивающую своего мужа, или девочку, попавшую на волшебный остров.
Реналь всегда считал себя актёром одной роли - младшего принца, застрявшего между титулом наследника и третьим сыном короля, которому светила лишь беззаботная жизнь в замке. Но в последнее время судьба доказывала совсем иное. Пошёл ли он не по своему сценарию? Отобрал ли чью-то роль? Ещё несколько циклов назад маленький лан Эккель ни за что бы не поверил в пиратские странствия, карту сокровищ, побег из тюрьмы и битву со змеем. Он-то из дома лишний раз не выходил, а тут такое. Разве что будь это историей для сцены о великом третьем наследнике, где многие события были приувеличены для интереса толпы. Но и на неё бы Реналя не пустили. Семья была категорически против того, чтобы он разгуливал по улицам в одиночку, хотя братья часто выходили в город по делам. Равендор порывался пару раз взять его с собой, но Рейгар каждый раз образумивал брата, будто за пределами дворца их ждали грабёж, бедность и убийства на каждом углу. С одной стороны, Реналь был благодарен им за заботу, но с другой - терпеть не мог постоянного покровительства даже в таких мелочах. Лишь однажды ему чудом удалось уговорить братьев отбросить предрассудки.
С детства Реналя куда больше манило искусство, чем сражения. Он не мечтал стать артистом, иначе бы отца схватил удар, но ему очень нравилось то, что они делали.
В замок чаще всего приезжали по-настоящему зажиточные актёры, обладающие всеми средствами для шикарных костюмов, париков и декораций. Правда, их творчество ограничивалось стенами дворца. Не покажешь же что-то провокационное о тех же пиратах на глазах короля. Чаще всего на сцене разыгрывались романтические комедии или исторические драмы, подчёркивающие величие Равендора. Реналь наслаждался и ими, но когда за пределами роскошных дворцов, в самом сердце Свободного континента оживали легенды о море и тайнах островов, трудно было удержаться.
Один раз маленький принц попытался незаметно ускользнуть из замка в разгар праздника. Коридоры были пустыми. Весь шум сконцентрировался в главном зале. Никто не помешал ему прошествовать от комнаты до главной лестницы. Почти никто.
- Куда это ты собрался, беспризорник?
- Равендор, - чуть громче, чем следовало, обозначил Реналь. А когда обернулся, тяжело вздохнул, едва сдерживая отчаяние на лице. - Рейгар...
Братья настигли его практически у выхода. Недовольство на лице Рейгара и озорная ухмылка Равендора не давали никаких намёков: следили ли они за ним с самого начала или поджидали тут заранее?
Реналь стоял, опустив руки и бегая взглядом по украшенному к празднику холлу дворца. Только что тяжёлая входная дверь открылась, несколько гостей, сопровождаемые рыцарями, вошли внутрь и отвесили Равендору глубокий поклон. Тот лишь улыбнулся, кивнув головой, чем замщулась выряженную в ярко-розовое платье девочку. Скорее всего, она, как и многие на Свободном континенте, сходила с ума от будущего короля.
Только когда гости удалились, Рейгар незамедлительно запричитал:
- Реналь, тебе было строго сказано сидеть дома.
- Но я хочу на праздник.
- Тебе там нечего делать.
- Ну почему же... - протянул Равендор, отбрасывая назад длинные волосы.
- Равендор, - перебил средний наследник, не желая даже слушать.
Будущий король театрально вздохнул. Реналь так и не узнал, что тот собирался сказать, потому что Равендор удивительно послушно подстроился под брата. Он неохотно выступил вперёд и скрестил руки на груди, будто собирался поучать неугомонного младшего. Впрочем, образ строгого родителя шёл ему куда меньше, чем Рейгару.
- Реналь, это для твоей же безопасности. На площади гуляет простой народ, мало ли, что взбредёт им в головы.
- Это же праздник единения, - не уступал Реналь. - Его смысл в единстве богов и людей. Почему мы ни разу не спускались праздновать к остальным? Это несправедливо. Все надеются, что мы придём!
Прикрыв глаза, Равендор покосился на Рейгара. Тот напоминал неприступную статую, но будущий король всё равно попытался растопить броню невозмутимого и слишком послушного сына:
- Возможно, мы могли бы сделать крошечное исключение для нашего крошечного братца. - Подобно коту, виляющему хвостом, Равендор подошёл ближе. Он продолжал «растапливать» брата взглядом, иногда пуская весёлые искорки в сторону Реналя.
- Нет, Равендор. - Рейгар сделал шаг в сторону.
- Мы пойдём на площадь? - наивно предположил Реналь, расценив слова Равендора именно так. Он не был глупцом и прекрасно знал, что если Рейгар устоял перед уговорами одного брата, то перед двумя он не сможет держать оборону.
- Никуда мы не пойдём.
- Почему нет, Рейгар? Расслабься хотя бы на пару часов. - Равендор готов был пихнуть брата бедром, чтобы тот немного разошёлся, но вместо этого предусмотрительно ступил на сторону Реналя. - Будешь так хмуриться, на лбу быстрее появятся морщины.
Что удивительно, Рейгар почти сразу сдался. Было видно, как он пытался выглядеть невозмутимым, но перед двумя очаровательными братьями устоять так и не смог. Всю дорогу средний наследник причитал и не выпускал накидки Реналя из крепкой хватки. На площади он приказал держаться рядом и отпустил в первые ряды только когда вокруг сцены начал собираться народ.
То выступление Реналь помнил до сих пор. Оно было ярким, громким, по-настоящему живым. Королевские театры меркли по сравнению с ним, напоминая кукольное представление, где один человек, лишённый энтузиазма, дёргал за ниточки из-за ширмы. Зажатый в толпе между братьями принц чувствовал себя свободнее, чем когда-либо. Прямо как сейчас. Но уже не потому, что смог увидеть праздничную площадь. Он был невероятно благодарен Равендору с Рейгаром и очень бы хотел, чтобы они разделили с ним и этот момент, так похожий на счастливое воспоминание. Сцена перед его глазами была не такой праздничной, не слишком громкой, но по-прежнему живой. Это был лишь набросок, в который ещё не успели добавить красок.
Реналь слышал, как в голосах актёров мелькал азарт, с каким вниманием они относились к каждой реплике и насколько тщательно продумывали каждый шаг. Хотелось слушать и представлять, позабыв о времени. Но проблема потерянного в незнакомой деревне принца оставалась, и Реналь бы рано или поздно покинул безлюдный переулок, вернувшись на площадь. Вот только в момент, когда лан Эккель готов был сделать шаг, на сцене начало происходить то, чего в истории никогда не было.
После нескольких реплик, повторенных не один раз, принц понял, что именно разыгрывали актёры - единственное позорное событие семьи лан Эккель. Очень давно, когда Свободный континент только становился великим, доверенный человек короля обманул его, украв почти всю казну средь бела дня. Отец обмолвился об этом лишь парой слов, а вот братья после долгих уговоров, поделились подробностями. Тем самым человеком был генерал рыцарской стражи, чьё имя навсегда стёрли из истории за предательство. Король считал генерала лучшим другом, отчего произошедшее звучало ещё печальнее. Со слов Равендора, изменника так и не поймали. Он безнаказанно уплыл с королевским богатством в неизвестном направлении. Даже с обедневшей казной его не переставали искать. Каждая собака знала запах бывшего генерала, а каждый пьяница помнил его лицо. Только это не помогло. Предатель будто испарился и больше никогда не ступал ни на землю Свободного континента, ни в воды Спокойного моря.
Тем страннее, ведь прямо сейчас генерал гордо вышел на сцену, бравясь перед королём совершённым деянием. Он завёл длинную речь о несправедливости власти, в ответ на которую правитель грозно хмыкал. Реналь никогда не отказывался от титула принца, поэтому клевета в сторону предков оскорбила его до глубины души. А ещё Реналь никогда не лез за словом в карман. Особенно после того, как познакомился с Рэймондом. Лан Эккель и сам не понял, как и когда переступил через поломанную деревяшку забора и оказался за кулисами репетиции. Пока ещё сознание не зазвонило в колокол, заставляя бежать, он серьёзно выпалил:
- Глупости. - Реналь постарался придать лицу грозное недовольство. - Не так всё было.
Голоса на сцене затихли. Шесть пар глаз устремились на него. Именно шесть. Реналь прекрасно видел каждого: трое - на сцене, двое сидели на длинной скамейке, ещё одна подошла к нему откуда-то со стороны. Она наклонила голову на бок так, что коротко остриженные волосы упали на лицо, пряча светло-голубые глаза, и скрестила руки на груди. Было в её жесте что-то пугающее, прямо таки воровское, но явно не в духе кровожадного убийцы. Скорее девушки, которой долгое время приходилось защищать себя самостоятельно.
- Ты кто такой? - Голос у неё был с хрипотцой, но по-прежнему девичий. Не удивительно, что она сейчас не стояла на сцене в платье. Такая роль ей совсем ни к чему.
- Мист, не надо, - окликнул её юноша, которого Реналь видел со спины сидящим на скамье. Ещё тогда он выглядел крупнее остальных, а когда поднялся, то и выше. Он чем-то напоминал принцу Рэймонда: острые черты лица, беспорядочная причёска, кожа, покрытая тонким слоем бронзового загара.
Остальные тут же столпились вокруг него, как команда вокруг капитана. Юноша убрал из рук потёртые бумажки - видимо, сценарий, - расправил плечи и немного нахмурился. Светло-карие, будто янтарные, глаза сделались ещё серьёзнее. Выдержав паузу, он кивнул подбородком в сторону Реналя.
- Представься.
Когда его практически обступили, дотошность куда-то испарилась, но упасть в грязь лицом принц не мог. Сделав едва заметный шаг подальше от, кажется, Мист, он представился:
- Я Рен... - и тут же осёкся, вовремя осознав, что его имя в кругу осведомлённых о королевской семье людей могло вызвать вопросы. Пришлось быстро придумывать что-то другое. - Ренфри. Просто Ренфри.
Актёры переглянулись. Они уже выглядели более расслабленно, но всё так же держались особняком. Один из юношей, игравший короля, шепнул что-то главному на ухо. Тот кивнул и обратился к Реналю с уже менее серьёзным тоном:
- Ладно, просто Ренфри. Как ты сюда попал?
- Услышал вашу репетицию, когда шёл мимо, и мне стало интересно. - Незаметно для себя Реналь приподнял подбородок, будто совершил самое благородное из деяний. На деле же, когда дотошность испарилась, он пожалел о мгновении храбрости. Лучше бы он действительно прошёл мимо.
- Ценишь искусство? - Девушка в зелёном платье с невероятно рыжими, словно огненными волосами, в которые было вплетено много бус и ниточек, очаровательно улыбнулась и прижалась к руке главаря.
- Во многом разбираюсь.
- Не слишком ли это сильное заявление? - фыркнул блондин, играющий рыцаря.
- Кейл, успокойся. - Парень, на чьей голове была бутафорская корона, положил ладонь на плечо друга. - Видно же, что не шут из подворотни, - а потом тут же обратился к главному. - Глис, угомони его.
Лан Эккель чувствовал себя немного неуютно. Что неудивительно. Даже в самой волшебной сказке он бы не выстоял против шестерых. Артисты - удивительные люди. Они умели всё: стрелять, метать ножи, управлять кораблём, шить, петь, да наверняка даже готовить. Куда ему против целой труппы, особенно в таком состоянии?
Выловив подходящий момент, Реналь мягко намекнул и уже попятился к выходу:
- Если я вам мешаю, тогда пойду. Не хотел отвлекать вас от репетиции.
- Эй, - окликнул Глис, - что ты имел в виду, когда сказал, что всё было не так?
- Откуда знаешь? - добавила вслед за ним рыжая девушка.
- Я... - Рэймонд говорил, что врать нужно уверенно, а о чём - уже не так важно, и нарекал учиться у него. Так что Реналь в полной мере воспользовался советом капитана. Для первого раза вышло весьма складно. - Работал с архивами. Мой отец занимается бумагами в замке, а я иногда помогаю. У них в библиотеке много интересного.
На самом деле в общем зале библиотеки всё было старым и скучным. Важные документы хранились в архиве, которого даже Реналь не видел. Но, впрочем, кажется, труппа артистов была не настолько осведомлена о дворцовой жизни. Они переговорили о чём-то, посовещались. Со стороны показалось, что недовольными остались только Мист и Кейл. Кажется, так их звали.
- Я - Глис, - неожиданно начал он. - Предводитель группы. Парень в ржавых доспехах - Кейл. Девушка, что стояла рядом с тобой - Мист. Это - Искель. Вот эти двое, - Глис сначала указал на юношу в костюме короля, а потом на длинноволосого шатена рядом, - Ас и Риф.
- Приятно познакомиться. - Реналь неуверенно кивнул. Уголки его губ растянулись в лёгкой улыбке. Принц впервые общался с артистами, а не просто наблюдал со стороны. Необычное ощущение, хоть он и был практически заперт с ними в подворотне.
- Так ты расскажешь, что знаешь? - прощебетала Искель, подпорхнув к Реналю. Яркие бусины весело болтались среди её рыжих локонов, а сама она выглядела очень необычно, даже волшебно. Будто была русалкой в человеческом обличии.
- Если вы обещаете сделать так, как я скажу, и не искажать королевскую историю.
- Сдалась она тебе? - Кейл закатил глаза, за что получил в бок от Аса.
- Не то что бы... - замялся Реналь. - Это просто уважение.
Подсуетившись, артисты расчистили скамейки, убрав всё ненужное на сцену. Поначалу лан Эккель чувствовал себя неловко, поэтому даже не подумал присесть. Он опустил взгляд на свои руки, а подняв, увидел, что все шестеро смотрели на него с одинаковым выражением заинтересованности:
- Не хочу вас расстраивать, но генерал не заявлялся к королю. Он просто уплыл и его больше никто не видел. Не думаю, что из этого теперь может что-то получится...
После взгляда на сцену, Реналю стало немного проще. Он всё ещё старался подбирать слова так, чтобы не выдать себя, но артисты и без детальных подробностей наблюдали за ним с живым любопытством. Искель подпирала подбородок ладонью, покачиваясь взад‑вперёд, Кейл вертел в пальцах колосок, Риф всё же иногда отвлекался, Ас сидел ближе всех, облокотившись на колени, а Мист, устроившись на перевёрнутом ящике, слегка покачивала ногой. Внимательней всего слушал Глис. Когда подробности вероломного предательства подошли к концу, он предложил команде ставить спектакль о дальнейших путешествиях генерала. Никто всё равно не знал о его судьбе. Остальные поддержали и, сбросив прежние костюмы, перебрались на сцену, пока не сделали перерыв на перекус.
Протянув Реналю мясную лепёшку, Мист без церемоний, чуть ли не метнула в него вопрос подобно кинжалу:
- Так кто ты всё-таки такой?
Маленький принц уставился на них, застанный врасплох чужой проницательностью. Ему казалось, что история про работу в библиотеке получилась весьма складной. Видимо, казалась ему одному. Придётся взять у Рэймонда ещё пару уроков искусства вранья.
- Ты не похож на архивиста. Мы тебе сразу не поверили.
Отнекиваться смысла не было. Пришлось, как и с историей о генерале, подбирать слова. Ресницы задрожали, окончательно выдавая смятение. Реналь обречённо вздохнул, отщипнув от лепёшки тесто.
- Я путешествую на корабле вместе с пиратом. Мне пришлось тут задержаться, а ему надо было срочно отплыть. Так что я просто жду. Ничего такого.
- Не очень ты похож на пирата. В тебе есть что-то... - Вместо продолжения Риф ткнул пальцем в небо, скорчив якобы аристократичную гримасу.
- А я только учусь, - спешно объяснил Реналь, пока артисты не копнули глубже. - Моя жизнь круто поменялась на самом деле... Сначала я был их пленником, потом победил морского змея и, вроде как, меня приняли. Не уверен точно. Но живу я лучше, чем раньше. Вот так. - Принц пожал плечами, неловко улыбнувшись. - Может, вы даже возьмёте мою историю за основу спектакля.
- Обязательно! - Искель хлопнула в ладони, поднимаясь с места.
Скорее всего, она хотела достать ещё что-то из мешка с едой, но лан Эккель решил действовать на опережение. Солнце давно уже преодолело зенит, теперь скатываясь к горизонту. Приэль наверняка сошёл с ума. Или Брукса четвертовала его за потерю пациента... Не хотелось бы. Реналь вообще-то планировал всё-таки попросить Рэймонда взять Приэля на корабль в помощники Парацельсу.
- Спасибо большое за угощение, мне уже пора. Но могу я вас кое о чём попросить? Не могли бы вы провести меня к... гавани?
Сколько бы Реналь ни переживал за жизнь Приэля, всё ещё хотел устроить Рэймонду небольшой сюрприз. Поначалу он уж смирился с тем, что придётся ждать капитана у Бруксы, но сама судьба предоставила ему такую возможность. Артисты оставили его на подходе к гавани. Раньше времени бродить по берегу принц не решался. Такой, как он, наверняка привлечёт внимание ошивающихся у воды пиратов. Третий плен Реналь точно не переживёт, а Ущелье не переживёт, если Рэймонд узнает, что с его маленьким принцем произошло что-то плохое.
Присев на ящик, лан Эккель внимательно наблюдал за горизонтом. Спокойное море радовало лёгкими перекатами волн и тихим шумом, за которым Реналь уже успел соскучиться. Посторонние голоса и птичьи крики дополняли картину, погружая в суетливые будни пиратской деревни. Чужие корабли покачивались в такт пенистым гребням, и какое-то время принц от скуки высматривал в их сложенных флагах одноглазый череп с револьверами или скелет дельфина. Но любой галеон или фрегат мерк на фоне приближающегося к берегу небольшого шлюпа.
Когда на голубом небе стал отчётливо виден флаг с пробитым палашом черепом, Реналь подскочил с места и направился сразу к пирсу. «Бунтовщик» становился всё больше, умело подходя к одному из свободных причалов. Пираты на борту засуетились, постепенно опуская паруса и готовясь швартовать судно. Несколько подошли к борту, собираясь опустить трап. Деревянная дощечка со стуком соприкоснулась с пристанью, шум вокруг стал ещё громче.
Среди знакомых лиц Реналь искал одно-единственное. Когда нога капитана ступила на трап, принц не сдержался - махнул рукой и крикнул, привлекая внимание:
- Рэймонд!
Хейз тут же изменился в лице. Увидеть Реналя, стоящего на ногах и улыбающегося с ребяческой искренностью, было лучшим сюрпризом по прибытии. Напряжение в мышцах тут же спало. Даже собрав перлоцвет, Рэймонд не мог быть уверен, что в Ущелье всё гладко. Он бросил маленького принца одного на свой страх и риск, отчего всю дорогу его жгла тревога. Сейчас она отступила, а на смену пришла радость от встречи. Сбежав по трапу, Рэймонд в несколько шагов оказался рядом и без церемоний подхватил Реналя на руки, будто принц был легче пёрышка.
Лан Эккель не был готов к такой встрече. Изумлённо ахнув и уперев ладони в плечи Хейза, он вцепился в него, хотя был уверен, что пират ни при каких обстоятельствах его не уронит. Он чувствовал, как руки Рэймонда крепко и в то же время аккуратно обхватили бёдра, не позволяя себе лишнего. Сквозь тихий, вырывающийся из груди подобно птичке смех, Реналь сбивчиво прошептал:
- Пусти, пусти.
- Тебе не нравится?
- Нравится... - Смотреть на капитана сверху вниз было чем-то необычным. Реналь сначала смущённо опустил голову, а потом устремил взгляд Рэймонду за спину - на корабль и команду, некоторые из которых уже столпились у борта. - Но остальные смотрят.
Не опуская принца на землю, Рэймонд обернулся и нагло подмигнул подглядывающим пиратам. Большинство почти сразу разошлись. По крайней мере, сделали вид, что занялись швартовкой. На самом же деле продолжали просматривать в сторону капитана и пленника. Только Калеб задержался у борта. Состроив недовольное лицо, он действительно ушёл
- Пусть завидуют, - Рэймонд растянул губы в лукавой усмешке, но всё же опустил Реналя.
Тот, приводя себя в порядок, пытался скрыть смущение. Оказавшись на земле, он осознал, с каким усердием сердце пыталось выпрыгнуть из груди всё это время, и что Рэймонд наверняка слышал его гул, находясь так близко. Принц не сдавался - усердно поправлял рубашку, пока вопрос Рэймонда не увлёк снова.
- Что ты тут делаешь?
- Хотел обрадовать тебя, - гордо заявил Реналь, приподнимая подбородок, будто ждал, что его похвалят. - У меня получилось?
- Ещё как, маленький принц.
На контрасте с прежним поведением, эти слова Рэймонд произнёс с особой мягкостью. Смотря на Реналя, медленно увядающего на глазах, он размышлял о многом, поэтому сейчас его охватило не меньше эмоций. Просто Хейз умел держать их в себе и выдавать нежность за дерзость. Думая о худшем, Рэй ловил себя на мысли, что не хочет больше тянуть. Он не юная девица, чтобы прятаться со своим возлюбленным по углам. Он - капитан пиратского судна, который желал показать миру своё сокровище.
Рэймонд мог бы ещё долго любоваться Реналем, медленно скользя взглядом по прекрасному лицу напротив, но предпочёл действовать. Положив ладонь на шею принца, он провёл большим пальцем по его щеке и наклонился, чтобы сорвать с губ поцелуй. Тогда, в каюте, Хейз руководствовался желанием доказать, опустить с небес на землю и сбить с мыслей. Сейчас в поцелуе было столько же любви, сколько и страсти.
Дрожащие от волнения пальцы Реналя нашли грудь Рэймонда и в поисках опоры смяли рубашку. Кровь шумела в ушах, он зажмурился, полностью отдаваясь моменту. Уже никакие посторонние матросы или члены экипажа не имели значения. Мир сузился до них двоих и мелодии моря. Мысли сменяли друг друга, без возможности ухватиться хоть за какую-то - в голове звенело от волнения. Дыхание, влажные губы друг друга, мгновения проникновенных взглядов... Пальцы пирата лениво поглаживали кожу на затылке, вызывая волны мурашек.
Реналь целовался плохо, поэтому он просто приоткрыл рот, позволяя языку Рэймонда творить вещи, сводящие его с ума. Гори мачта, гори и корабль. Принц не хотел, чтобы капитан останавливался, но последнее прикосновение к губам было таким лёгким, таким невесомым. Хейз отстранился.
- Как ты себя чувствуешь? - шепнул он, нагло улыбаясь.
- Прямо сейчас? - Ресницы Реналя затрепетали. Он смущённо опустил их и зарылся щекой в шершавую ладонь капитана. - Великолепно.
- Я переживал.
- Я знаю.
Выпустив из груди лукавый смешок, Рэймонд не удержался от того, чтобы легонько ущипнуть Реналя за нос. Ему бы не хотелось, чтобы принц так быстро таял от столь простой ласки.
- Я общался с русалками. На расстоянии вытянутой руки. Вот так, - продемонстрировал он, сделав шаг назад.
Реналь инстинктивно ухватился ещё дрожащими пальцами за краешек рукава пирата. Стараясь скрыть охватившее его смущение за дерзким заявлением, он воскликнул:
- Ты шутишь.
- Говорю чистую правду. - Рэймонд шутливо приложил ладонь к груди.
- Когда нырял за перлоцветом?
- Мы сочиняли рифмы. Я понравился им больше, чем Калеб.
- Ну естественно, - фыркнул принц, сморщив нос.
- Но их очарование на меня не подействовало. Знаешь, почему? - Рэймонд снова ткнул принца в нос. - Потому что моё сердце уже занято. Они сами так сказали.
- Расскажи мне всё.