Кто приходит по ночам?

Перед визитом в загадочную квартиру Наташа зашла в парк, чтобы забрать свой лук со стрелами. Шел первый в этом году снег, и пожухлые листья, под которыми было спрятано оружие, покрылись тонкой кисеей белой крупы.

Выходя на улицу, девочка одела на себя оба взятых с собой свитера, но тем не менее совсем продрогла. Страшно было подумать о том, что будет дальше, когда подземные поезда увезут ее в настоящую зиму.

В подъезде было по ночному тихо и гулко. У двери квартиры Наташа остановилась, собираясь духом. Сердце бешено колотилось, руки не хотели слушаться. Пересилив себя, девочка поднесла ладонь к замку.

Щелчок. Дверь распахнулась, как будто давно ждала гостя. Прямо напротив двери в полумраке сидел Карл и темными впадинами глаз смотрел на Наташу.

От неожиданности и испуга девочка вскрикнула. Ей захотелось развернуться, броситься вниз по ступенькам, прочь от страшного человека с его тайнами. Но Наташа сдержалась. Она твердо с вызовом посмотрела в глаза старику, все так же сохранявшему гордую неподвижность. И тут с удивлением поняла, что он спит, спит сидя в кресле! Скрытые глубокими тенями веки были опущены, тело окаменело. Или... Или он был мертв?

Девочке стало жутко. Воздух, отяжелевший в квартире от праздности, сквозняком рвался в открытую дверь, огибая Наташино тело быстрой бесконечной змеей с холодной кожей. Девочка переступила порог и захлопнула за собой дверь.

От лязгнувшего замка Карл вздрогнул, его веки начали медленно подниматься. Старик просыпался. Вдруг Наташа увидела еще одну опасность, не замеченную ранее. На полке для шляп, на тумбе, на шкафу стояли лемминги с луками. Лица их были сердитыми, почти злыми. Луки натянуты. Человечки целились девочке в глаза.

Карл окончательно проснулся. Он по-прежнему не шевелился, лишь глаза сощурились, пристально разглядывая Наташу. Наконец он узнал ее, неприятно улыбнулся и проговорил хрипло, но громко, обращаясь к леммингам:

– Не бойтесь, друзья мои, это свои.

Казалось, слова старика вовсе не успокоили человечков. Луки натянулись еще сильнее. Одно неверное слово или резкое движение, и в девочку полетят стрелы. Пути назад не было. Все, что оставалось – идти вперед.

– Я пришла за леммингами, – твердо сказала Наташа. И, взглянув на лучников, добавила. – За своими леммингами.

– Боюсь, тебя ждет разочарование, – ухмыльнулся Карл. – Но не печалься, не такая уж большая ценность эти твои лемминги.

– Кто ты? – прервал их разговор один из леммингов.

Наташа растерялась. Отвечать надо было быстро, и было совершенно неясным, какой ответ правильный.

– Меня зовут Наташа, – очень вежливо представилась девочка и улыбнулась, сделав легкий реверанс, хотя внутри у нее все замерло от страха. – Я Та, Что Приходит По Ночам.

Лемминг недоверчиво посмотрел на нее.

– Она моя старая знакомая – вставил Карл. – Тоже занимается леммингами.

– Неправда! – рассердилась Наташа. – Я не ваша старая знакомая. Вы украли у меня моих друзей!

Лемминг вздохнул с облегчением. Остальные человечки зашевелились и заулыбались. Они убрали луки и по квартире пронеслись радостные крики, многократно усилившиеся во внутренних комнатах.

– Пойдем быстрее! – от волнения лемминг перешел на "ты". – Ты очень вовремя. Этого, – лемминг указал на Карла, – не бойся. Он ничего не сможет сделать.

Несмотря на уверения лемминга, Наташа с опаской проходила мимо кресла старика. Тот не шелохнулся, лишь губы скривились в неприятной гримасе и глаза следили за перемещением девочки. Только оказавшись совсем близко, Наташа разглядела тоненькие как паутина веревочки, прижимавшие руки Карла к подлокотникам, ноги к ножкам, а голову и плечи к спинке кресла. Старик был связан множеством миниатюрных канатов и не мог пошевелиться.

– Это вы сделали? – спросила Наташа у леммингов, хотя ответ был ясен и так. Те радостно закивали.

Вид внутренней комнаты потряс девочку. Леммингов в ней было не просто много, их было настолько много, что начинало рябить в глазах. Вдоль всей стены стояли стеллажи. На полках были расположены города – на каждой свой. Это было понятно по тому, как различались архитектурные стили. Одни поселения стремились вверх стрелами башен, а другие, на соседних же полках, состояли из плоских и круглых, как перевернутые блюдца, зданий. Некоторые дома удивляли – Наташа никогда не видела ничего подобного. В одном месте жилищами служили кубы, поставленные в неустойчивое равновесие на одну из вершин, в другом дома лепились к верхней полке как ласточкины гнезда, и вниз от них тянулись веревочные лестницы.

Орнамент на стенах выглядел столь же нелепо. Средневековые завитушки неожиданно сменялись геометрическими узорами, а те, в свою очередь, превращались в скопище зверей, вставленных друг в друга как в матрешки. Каждый кусочек этой грани ноосферы был красив по-своему, но все вместе образовывало хаос. Становилось понятным, почему кристалл, обозначавший этот мир, светился так необычно.

На столе у окна стояла большая клетка. А в ней – Наташа раньше и представить такого не могла – сидел самый настоящий дракон. Ярко-красный с золотыми крыльями. Чуть меньше кошки, дракон явно тосковал в замкнутом, маленьком для него пространстве.

Рядом на столе стояло несколько банок, наполненных водой, а в них плавали существа, похожие на морских чудовищ из старинных атласов.

Появление Наташи вызвало среди леммингов невыразимый переполох. Вверх полетели шляпы, все радостно кричали что-то, суета стояла неимоверная. В этом сумятице девочка никак не могла понять, что же происходит. Было ясно только, что Карл каким-то образом добывал леммингов из самых различных миров и располагал эти многочисленные колонии на бесконечных полках стеллажей. Когда шум поутих, Наташа спросила, обращаясь к старику:

– Зачем? Зачем вам столько леммингов?

Карл не мог обернуться в своем кресле, поэтому Наташа не видела его лица, когда он заговорил:

– Я-то могу ответить, зачем они мне, – старик замолчал. Потом собрался уже продолжить, но его слова сбил кашель. С трудом откашлявшись, Карл, наконец, выдавил. – А вот сможешь ли ты сказать, зачем они тебе?

Наташа растерялась.

– А я, кстати, могу и про тебя рассказать, – продолжил Карл, пользуясь замешательством девочки. – Ты ребенок. Для тебя это все игрушки. Лемминги, приключения. Ты не сможешь найти ни одного серьезного объяснения твоим действиям. Кроме игры. Развлечения.

– Неправда! – возмутилась Наташа. Но Карл ее перебил:

– А что же тогда?

Лемминги притихли, слушая их разговор.

– А вы? Вы так и не ответили! – перешла в наступление Наташа. Она вышла из комнаты и встала напротив старика, сердито глядя ему прямо в глаза.

– Я? – усмехнулся старик, не отводя взгляда. – Я ведь говорил тебе. Я – коллекционер. Я их собираю.

– И это вы называете серьезным занятием! – возмутилась Наташа. – Тоже мне, взрослый! Совершенно детская забава, все равно, что фантики собирать! Только хуже. Они же люди!

– Мы лемминги, – хмуро поправил ее один из человечков.

– Есть то, что отличает взрослое занятие от детского, – Карл не намерен был отступать.

– Да? И что же это?

– Деньги, любезная, деньги. Если собирательство фантиков будет приносить доход, оно вполне превратиться во взрослое занятие. Ты – ребенок, тебе никогда не приходилось зарабатывать на жизнь, – старик не давал возможности вставить слово в свой монолог, – а если и приходилось, то сущую мелочь. Коллекционирование леммингов – это деньги, и немалые. Даже твоих коротышек, которые стоили сравнительно мало, я продал за сумму, которую ты в глаза не видела за всю свою жизнь.

– Вы их продали?!! – закричала Наташа, позабыв обо всем на свете, – куда, кому?

Старик замолчал, упиваясь прорвавшимися наружу эмоциями девочки. Заметив это, Наташа взяла себя в руки и тоже замолчала. Повисла тишина. Лемминги ожидали развития событий, Наташа собиралась с мыслями, а Карл глядел на нее и ухмылялся. Вдруг девочка заулыбалась. Старик, не ожидавший этого, вопросительно посмотрел на нее.

– Вы получили в свои руки целый мир, а променяли его на фантики, – улыбаясь, сказала девочка.

– Игрушечный мир, – подчеркнул старик.

– Нет, – Наташа покачала головой. – Маленький, не более того. Вы отказались от настоящего, и оправдываете это тем, что только деньги серьезны. Чепуха какая.

– Вырастешь – поймешь.

Наташа вновь покачала головой:

– Не думаю. Вы спрашивали, зачем мне все это? Так вот, речь идет о моих друзьях. И этого объяснения вполне достаточно. Мне некогда тратить время на перепалку. Кому вы продали моих друзей?

Карл хмыкнул и демонстративно сжал губы.

– Он все записывал, – вмешался один из леммингов. – Пойдем!

В двух других комнатах не было ни малейшего следа жизнедеятельности леммингов. Конечно, сейчас тут кишели фроки, и там и тут встречались человечки, но было понятно, что раньше комнаты были закрыты от них. Чисто прибранные, болезненно аккуратные помещения. Хрусталь за стеклянными дверцами шкафов. Идеально пустой письменный стол. На одной из полок стояла клетка с ручкой для переноски, по высоте чуть выше лемминга. Увидев ее, Наташа вздрогнула.

– Во втором ящике стола, – подсказал лемминг.

Наташа открыла ящик и достала потрепанную тетрадку. При самом беглом взгляде становилось понятным, что Карл дотошно записывал все свои коллекционные манипуляции. В самом конце девочка нашла, что искала.

Роджер, Ансельм, Людовик, Гриффин, Бруно, Гвендолин – 6 штук.

Хозяйка – Наташа(ж) (фамилия неизвестна). Сдана в жандармерию.

ТЧППН – она же.

Проданы.

Дальше шел список покупателей.

– Он не просто их продал, – тихо сказала Наташа леммингам, обступившим тетрадку. Он их разлучил. Продал разным людям.

– Я их помню, ответил один из леммингов. И...

Человечек замялся.

– Что такое?

– Боюсь... Боюсь, что их нет там, куда их продали. Они теперь Неприкаянные.

– Что значит "Неприкаянные"?

– Иногда, очень редко, но так случается, лемминги решаются отправится в путешествие между мирами без Тех, Кто Приходит По Ночам. Таких и называют Неприкаянными. Они говорили между собой, что не останутся там, куда попадут. А сбегут и попытаются встретиться и добиться своего.

У Наташи опустились руки. Цель, которая, казалось, была уже совсем близка, неожиданно вновь превратилась в недостижимую. Вновь нужно было искать маленьких человечков среди бесконечного города, наполненного бесчисленными вселенными.

– Это же... Это же для них гигантские расстояния! Зачем! – Наташа рассердилась и обиделась на глупых леммингов, не поверивших в нее, не поверивших, что она их найдет...

– Их ведь продавали таким же вот коллекционерам, как этот. А у коллекционеров не появляются Те, Кто Приходят По Ночам...

В это мгновение замок на входной двери громко и отчетливо щелкнул.