Глава 6
'Человек предпочитает охоту поимке'.
В лесу, я почувствовала странную душевную вибрацию. Я ощущала Лес. Он был рад моему приходу. Дико звучит, но объяснить ощущения всегда сложно. Вот только густота деревьев на меня немного давила, хотелось простора. С чего вдруг такие позывы? Эльфы вроде же в лесах живут? Не понятно.
— Тебе понравилось ходить на охоту? — спросил Архи, вернув меня в реальность.
— Понравилось, — согласилась я, умолчав при этом, что больше нравиться просто гулять по лесу.
— Староста, там следы волохов. — Сказал один из охотников.
Мы все шли и шли, по этим следам... Невесело. А Лес манит. Мимо проскочил ушастый и остановился в шаге от меня, словно дразня в предложении побегать. Не особо колебавшись, рванула за ним. Начались веселые догонялки. А, ушастого, я все — таки загоняла. Вон как дышит. Даже ногами сил перебирать у него не осталось. Я легко и радостно рассмеялась. Хорошо-то как! В пылу погони, даже не заметила пятерку изумленных мужчин, с интересом наблюдающих за моими действиями.
— Какой хорошенький паренек, — разорвал тишину леса, бас, коренастого бородатого мужика.
От неожиданности я вздрогнула. Забыла я как-то, что выгляжу лет на двадцать. Оглянувшись, увидела пятерых незнакомых охотников. Взяв себя в руки, спокойным и ледяным тоном, осадила зарвавшегося наглеца.
— Не советую, вам провоцировать меня на действия. — Пригрозила я, в душе надеясь, что мой тон их остудит. Порыв ветра вметнул растрепавшиеся волосы, открыв мои уши.
— Ты что, сдурел?! Это же эльф, — зашипели на него друзья.
— Да какая разница. Он здесь один и без оружия, а нас пятеро, — беспечно отмахнулся зачинщик.
Однозначно, как только найду учителя по военному искусству, так сразу и начну учиться. В этом мире, быть без оружия, значит стать потенциальной жертвой. Меня такой вариант категорически не устраивает.
— Как хочешь, но я не собираюсь в этом участвовать, — высказался самый молодой, и, на мой взгляд — умный.
— Ну и дурак! — зло сплюнул в сторону задира.
— Дурак — это ты. — Насмешливо и громко сказала я, обалдевшему от моего слуха, подстрекателю. Сама в шоке, но приятном.
— Это как? — прошептал он.
— Молча. При такой тупости еще и остальных на глупость подбиваешь. Ай-ай... — хмыкнув, покачала головой и для полной картины, погрозила пальчиком.
Они в осадке, а мне весело.
— Ты один, а нас много, — вспомнив, начал бахвалиться, дурак.
— Как же мне надоело, в последнее время, натыкаться на таких вот уродов, как ты, — я, злясь, устало прикрыла глаза.
— Ах, ты! — было уже начал недалекий умом мужик, но тут же захлопнулся, увидев мерцающий красный огонек в моих резко открывшихся глазах.
Удлинились клыки и, испуская яркий синий свет, загорелись мои татушки. Они с воплями пустились прочь от меня. Только молодой паренек, поклонился мне и извинился.
— Иди. — Ответила я ему. Уважаю паренька, молодец.
Успокоившись, я побрела обратно.
— Где тебя носило?! — заорал на меня староста, как только увидел.
— Здесь. Шишки собирал. — Совершенно спокойно ответила я. От чего он так и остался стоять в ступоре.
— Какие шишки? А... — махнув на меня рукой, и пошел обратно.
— Кого-нибудь поймали? — поинтересовалась я у Аруча. А в ответ — тишина. Обиделся. Ясно. Повторила свой вопрос Архи.
— Рогатого, — обиженно буркнул он.
Скорее всего, потому, что рога большие, и даже переспрашивать не стану.
— Долго меня искали? — тихонечко спросила я Архи.
— Да ты, не особо далеко и был то. Но вот помучались пока последам шли.
— Почему? — искренне изумилась я.
— Петлял как ушастый.
— Понятненько, — улыбнулась, — а рогатого покажешь?
Смотреть там было не на что. Рогатый как рогатый, вернее лось как лось, только рыже-белый, полосатый. Мужики угрюмо и молчаливо тащили рогатого в село. Со мной ни кто не разговаривал, обижены же. Они молчат и я, молчу. Вообще идем. Молчим.
До моего слуха начали доноситься, какие то не ясные звуки, я насторожилась. Чем ближе подходили к селу, все беспокойнее мне становилось. Уже различимы многоголосные крики людей, паника.
— На село напали — встревожено сообщила охотникам. И не дожидаясь ни кого, помчалась туда. От происходящего в ужасе содрогнулась. Теперь я воочию увидела голака во всей своей звериной красе. Огромный сильный зверь с окровавленной пастью, с множеством длинных тонких игл вместо зубов, без проблем хватал пробегающих мимо людей, кусал и откидывал в сторону и снова хватал очередного. При этом длинный хвост, в виде шиповатого хлыста, вилял из стороны в сторону, калеча и убивая не успевших увернуться, сзади твари, людей. Уже много селян, окровавленными пустыми куклами валялись вокруг, словно создавая просеку, по которой голак продвигался, сея смерть.
Крики ужаса и боли людей, паническая беготня в попытке убежать или спрятаться. Убегающий в ужасе кричащий ребенок, взмах хвоста и бездыханным он отлетает в сторону.
— НЕТ!!! — заорала я. Так не должно быть. Красная пелена бешенства застлала мне глаза. Я полностью обернулась. И не обращая внимания ни на что больше, прямиком понеслась на монстра, с одной лишь целью — убить.
***Охотники.
Запыхавшиеся в погоне за быстрым эльфом, вывалились на опушку. Увиденная нами кровавая бойня, будет сниться нам в кошмарах, до конца дней. Покалеченные люди, не так давно дышавшие вместе с нами, бывшие нашими друзьями и родственниками, теперь были мертвы. Оставшиеся в живых, испуганно выглядывали из своих укрытий, и даже дети не издавали ни звука. Мертвую тишину прерывал только шум боя, между двумя монстрами. Голак и темный обернувшийся эльф, бились насмерть. Подобного зрелища мы не увидим больше никогда, но будем помнить о нем всю свою жизнь. В обезумевшей ярости, темный полосовал голака, своими длинными острыми как бритва, когтями. На, увеличившихся в разы, мускулистых руках, нестерпимо ярко светились браслеты. Гибкость в вкупе с быстротой, помогали ему избегать ударов, от лап, зубов и хвоста. Один раз все же удар хвоста достал эльфа, разрезав ему бедро. Утробно зарычав, с еще большим ожесточением, он ухватился за хвост голака и, вырвав, отбросил его в сторону. От боли голак закрутился. Не растерявшийся темный впился своими клыками ему в шею, раздирая её. И отскочив в сторону, стал спокойно наблюдать за агонизирующим животным. Дернувшись, последний раз, голак затих.
***
Бой был не долгим, по крайней мере, мне так показалось. В начале мне застилала все пелена ярости. Я совершенно не могла мыслить здраво, лишь увертывалась от ударов зверя и действовала на инстинктах. А когда, его хвост, хорошо черканул по моему бедру, ясность ума вернулась. Воспользовавшись его дезориентацией, я и вцепилась ему в шею, разорвав её. Я была уверена, что мне просто очень — очень повезло, победить голака. Новичкам и дуракам, говорят, везет. Хорошо, что он вроде как последний. У меня нет ни малейшего желания встретиться ещё раз с подобным чудовищем, к тому же я не уверена, что в следующий раз мне бы посчастливилось выйти из схватки живым.
Успокоившись и пошатываясь от слабости и раны, не смотря по сторонам, я прямиком направилась в сторону избы лекарки. Придя обессилено, рухнула на пол, не дойдя до кровати.
Утром я проснулась в совершенно удрученном состоянии. Раны уже не было, только свежий шрам, как напоминание о вчерашнем. Было пасмурно и птицы не пели. Ожидавший меня завтрак, остался неизменным утренним ритуалом, лекарки.
— Ешь, и собирайся. Поедешь сегодня. — Мрачно проговорила она.
— Угу — продолжая жевать, согласилась я.
— Вот тут я тебе две сменные одежки положила. В этом мешочке еда, ешь и не экономь. Тебе до города хватит. А в этом немного денег.
— Нет! Не надо! У меня серьга есть. Её продам... — начала отказываться я.
— Даже не смей думать об этом. Серьга может связать тебя с родственниками. А родня лишней не бывает. И деньги бери, мне они не пригодятся, — похлопала меня по плечу лекарка.
— Спасибо вам, за все. Я никогда вас не забуду.
— Будешь в наших краях, заходи. Чувствую, что мы еще встретимся. — Ласково улыбнулась она, — а теперь давай иди, переоденься. Митяка тебя уже на дворе заждался.
— Многих убил? — с трудом проговорила я, в миг пересохшими губами, вспомнив о вчерашнем.
— Треть села. — Сказала горестно бабушка, — А ты иди и не думай об этом. Ты сделал все, что смог. Эти люди тебе жизнью обязаны. Не думай о мертвых, им уже не поможешь, думай о живых. Ступай, парень, с миром.
На пороге избы, старушка наклонила мою голову и подарила материнский поцелуй.
Во дворе на телеге меня ждал, этакий деревенский увалень, метра два ростом, широкоплечий с квадратным подбородком и бесстрастным выражение лица, молодой мужчина. Видимо он и есть, Митяка. Хорошо, что через деревню ехать не надо. Нет, у меня желания смотреть на отголоски вчерашнего ужаса. Не успели выехать, за ворота, как нас остановили Аруч с Архи.
— Все жители нашего села благодарны тебе, за то, что ты сделал для нас. И пока в этом селе остается в живых хотя бы один житель, помнивший о тебе, ты всегда будешь желанным другом для нашего селения, — и, поклонившись, ушли.
Мы уже наверно час ехали молча, мимо полей, в сторону города. Вот и дорога в город, пора выполнять свое обещание. Повозка подпрыгивала на каждой кочке, и я вместе с ней. Мое 'мягкое место' совсем скоро обещало превратиться в один сплошной синяк. Я уже серьезно подумывал о спокойной пешей прогулке. Все же деревянные колеса, это для экстремалов.
— Видишь, вон лесок небольшой виднеется. До него доедем и на ночлег расположимся, — неожиданно выдал Митяка.
— В лес? Чтобы нас там съели? — съязвил я.
— Лучше зверей отгонять, чем в поле на здешних, разбойников нарваться, — спокойным тоном пояснил он.
— Здесь еще и разбойники водятся?!
— А где их нет? — в тон спросил Митяка.
— Грабят богатых, отдают бедным? — попытался пошутить я.
— Нет, — ответил он, и совершенно спокойным голосом продолжил, — продают в рабство.
— Твою мать!
— А причем, здесь она?
— Не причем, — огрызнулся я. Мама дорогая, что за мир такой! Куда не плюнь, везде какая-нибудь пакость нарисуется.
— И как часто, людей в рабство продают? — испуганно спросил я.
— Бывает.
— А городская стража куда смотрит?
— За городом.
— Слышь умник, объяснить сложно, что ли? Кто- то же должен ловить работорговцев?
— Нет. Ловят, если только, кого высокородного коснется, то поохотятся малеха на них. А так, обычно родня мстит, и так до следующей мстящей родни, — пояснил Митяка.
— А у кого родни нет?
— Не повезло, — пожал плечами селянин.
— Жестоко, — не удержался я от комментария. — Слушай, а чего ты такой спокойный? Не боишься? Наврал, небось, что бы меня испугать.
— Я всегда такой. — Искренне улыбнулся мужчина. — Боюсь, конечно. Но в город ехать надо, староста денег отсыпал и заказ дал. Подарок надо моей невесте купить, свадьба через неделю.
— Поздравляю. Так ты еще и с деньжищами! А почему без охраны?! — справедливо возмутился я.
— Одному лучше, привлекаю меньше внимания.
— Наверно, — с сомнением согласился я.
— Будем надеяться, нам повезет, — приободрил он.
Лучше бы молчал. Наконец то лес! Привал. Ночевка — ура! Еда, о мням — мням, вкуснота... А теперь полежать и растянуться в полный рост. Мягкая травка. О, блаженство!
— Чем собираешься заниматься в городе? — полюбопытствовал Митяка.
— Найду жилье, работу, и учителя по военному искусству.
— Эльфов же с детства обучают владеть оружием? — неподдельно удивился он.
— Откуда знаешь?
— Слухи такие ходят.
— Слухи слухами, а знать надо наверняка — глубокомысленно изрек я.
— А остановиться где, знаешь?
— Нет. Я в этом городе никогда не был. Посоветовать можешь?
— Могу. Лучше в трактире 'Сытый дракон'. Там чисто, не дорого и кормят хорошо, а главное подальше от улицы с богатыми домами. — Дал мне совет Митяка.
— А богачи ко мне, каким боком? — удивился я.
— Ты красивый темный эльф, — сказал он, совершенно не внеся ясность в мои мысли.
— И?
— Ох... Все же просто. Ты, что вчера родился? Тебя заметят, и захотят заполучить. Богатые за деньги, бедные — любым другим путем. И ни кто не узнает, к какой сволочи ты можешь попасть.
Славненько здесь... Мир какой-то ненормальный, бандит на бандите, и бандитом погоняет.
— А, что это так с каждым эльфом может случиться? — поинтересовался у невозмутимого гида.
— Чаще с изгнанниками, у кого поддержки рода нет. А вот такие как ты вообще редкость. Мало того, что темный так и еще память потерял, и семья тебя вроде бы не ищет. Лакомый кусочек.
— Что-то радости не внушает мне прогулка в город, да и вообще по стране. Беспредел, какой — то. А почему ценность в том, что я темный?
— Я не знаю, как ты у нас здесь появился, но темные вроде как за морем живут. Здесь очень редко бывают, и связываться с ними себе дороже. Рода сильны и никого своего в обиду не дадут. Работорговцы стороной обходят темных. А у тебя поддержки рода нет.
— Ну, хорошо, там светлого поймали кучей на одного, но темный может и ипостась поменять, и разодрать их на ленточки. Как они ловить его будут? И дальше удерживать? — задал мучивший меня вопрос.
— На твои вопросы, эльф, я смогу ответить. — Неожиданно пробасил вышедшей из-за дерева бородатый коренастый мужичек.
Мы вскочили на ноги.
— Приветствую вас путники. Сидите, сидите, отдыхайте. — И в подтверждение его просьбы-приказа, из темноты выступили еще человек десять разбойников с направленными на нас, арбалетами.
Ты не эльф! — Ругал я себя мысленно. — Ты дурак глухой! Это надо же было прошляпить такую толпу?!
— Во-первых, — продолжал главарь, — спасибо за ценную информацию. Говорил это Митяке, при этом многозначительно посматривая на меня.
— Во-вторых, в рабстве, темных эльфов удерживает специальный ошейник, не позволяющий им перекинуться, и с привязкой к хозяину. Далеко не убежишь, украшение на шее задушит. Очень полезное изобретение.
— Сам не хочешь поносить подобное украшение? — огрызнулся я, окинув эту чушку небритую, надменным взглядом. Кажется, мне уже нравиться быть эльфом. Можно с таки гордым видом, гадости говорить. Просто прелесть.
— Нет. — Недовольно скривился он.
— Какие твои годы, еще попробуешь. — Я злорадно усмехнулся, в душе ощущая безвыходность положения.
— А вот тебе мой ответ, на вопрос как поймать темного эльфа...
Я почувствовал сильный удар сзади, по голове и вырубился.
Пишите коменты и ставте звёздочки)))