63
Арджен подтянул одеяло до подбородка Эллиота и укрыл его. Затем он направился к чайному столику в углу комнаты и начал заваривать чай.
«Мне правда просто лежать?»
«Да. Сегодня я всё сделаю за тебя», — сказал Арджен, высыпая в чайник целую горсть чайных листьев.
Эллиот решил не обращать на это внимания. Лёжа в кровати, он задумался.
«Обычно с семи вечера создают условия для сна, а когда Его Высочество приходит в десять или одиннадцать, тогда начинают укладывать… Но почему он пришёл в семь и заставляет меня лежать и спать? Кто вообще сможет заснуть в… *зевок*… такое… время…»
Эллиот совершенно забыл, что относится к тем людям, которые засыпают, едва коснувшись подушки. Если он ляжет в семь, то и заснёт в семь.
Пока Эллиот плавно погружался в сон, Арджен закончил заваривать чай. Он налил кипяток в чайник, подождал ровно десять секунд и разлил чай по чашкам — так делали на войне.
Он поставил чашки и чайник на поднос и понёс его к Эллиоту. Чтобы не уронить поднос, он невольно двигался медленнее и аккуратнее, чувствуя себя настоящим ночным слугой, что даже вызвало лёгкое чувство гордости.
«Мня…»
Но Эллиот уже спал!
Арджен поставил поднос на прикроватный столик и потряс Эллиота за плечо.
«Просыпайся, Эллиот Браун».
«М-м, да?»
«Проснись. Пей чай».
Эллиот, причмокивая, с трудом приподнялся, его глаза были полузакрыты от сонливости.
«Вот, чай для крепкого сна. Выпей, и будешь спать лучше».
Эллиот бросил на Арджена сердитый взгляд.
«Разбудили меня, когда я прекрасно спал, и что теперь говорите?»
Но он молча подул на чай и сделал глоток.
«Фу! Горько, Ваше Высочество! Ух…»
«Наверное, потому что я использовал целую коробку чая. На войне, чтобы повысить эффективность, мы заваривали большие порции и пили по надобности».
«Мы что, на войне?»
«Жизнь каждого человека — это война».
Арджен ответил так серьёзно и торжественно, что Эллиот решил промолчать.
Он с сомнением посмотрел на чашку и аккуратно поставил её на место.
«Чай такой крепкий, что, кажется, уже действует. Пойду-ка я спать».
На самом деле вкус чая прогнал весь сон, но Эллиот сказал так из вежливости, чтобы не обидеть собеседника. И, честно говоря, он знал, что, лёжа в кровати, быстро заснёт снова, так что это не было полной ложью.
Эллиот снова улёгся. Арджен, удовлетворённый, унёс поднос с чашками. Затем он подошёл к окну и распахнул все окна в комнате Эллиота.
В комнату хлынул прохладный и влажный летний ночной ветер.
Эллиот, собиравшийся заснуть, замер и посмотрел на Арджена у окна.
«Что… он делает?»
Арджен, словно угадав его мысли, ответил, хотя Эллиот ничего не спрашивал:
«Ты любишь аромат природы, вот я и открыл окна».
Он выглядел очень довольным собой. Эллиот был ошарашен, но, поскольку Арджен в этот момент показался ему немного милым, он невольно улыбнулся.
«Да, ветерок такой свежий и влажный… А-а-а!»
Внезапно Эллиот закричал и нырнул под одеяло.
«Эллиот Браун! Что случилось?»
«Насекомое! Насекомое! Огромное! Серьёзно!»
Он увидел, как в окно с величественным видом влетело гигантское насекомое.
Единственная слабость Эллиота Им Сонсика Брауна — насекомые. Ещё с тех пор, как он работал в сфере обслуживания, он боялся просьб поймать насекомое не меньше, чем долговых расписок. Сюзи, с которой он работал в семейном ресторане, называла это «гэп-моэ», но Эллиот так и не понял, что это значит.
В любом случае, насекомые казались ему отвратительными, с кучей ног, и всегда, казалось, летели прямо в лицо.
«Ты боишься насекомых?» — спросил Арджен, стоя с растерянным видом, словно не понимая.
«Насекомые — просто другой вид. Они слабее нас и не несут зла. Бояться нечего».
«А-а-а! Ненавижу насекомых! Поймайте его, пожалуйста!»
«…Хорошо».
Арджен, используя своё превосходное зрение, выследил движение насекомого. Он рванулся вперёд, словно ветер, чтобы поймать его, но насекомое, будто почуяв его, улетело к кровати Эллиота.
«Эллиот Браун! Не вылезай из-под одеяла!» — крикнул Арджен с тревогой.
Эллиот ещё сильнее закутался в одеяло, крича изнутри: «А-а-а! Почему? Почему?!»
Арджен вытащил меч.
«Вот к чему всё пришло. Вини себя за то, что залетел сюда».
С этими словами он эффектно взмахнул мечом. Он прыгал по мебели, почти паря в воздухе, — сцена напоминала поле боя.
Но насекомое, несмотря на крупное тело, имело несколько пар мелких крыльев, что делало его манёвренным и быстрым. Оно, словно издеваясь над Ардженом, кружило над кроватью Эллиота и в конце концов юркнуло в щель между одеялами.
Из-под одеяла раздался ужасающий вопль. Эллиот, словно в танце, сбросил одеяло и бросился к Арджену, крепко обхватив его.
Тело Арджена на мгновение напряглось, но Эллиот этого не заметил. Все его мысли были заняты насекомым, и ему казалось, что оно уже ползает по его одежде, вызывая дрожь.
«Я не смогу спать на этой кровати. Правда… Нет, нет, Камамбер!»
В этот момент Камамбер с любопытным видом ринулся к одеялу. Арджен крепче обнял Эллиота одной рукой, успокаивая его.
«Этот кот очень храбрый. Он полон духа самопожертвования и верности…»
Но тут Камамбер спокойно вышел из-под одеяла. В его пасти извивалась огромная чёрная тварь с множеством ног.
«Камамбер! Выплюнь! Тьфу! Выплюнь!» — закричал Эллиот, почти взбираясь на Арджена, вцепившись в него. Его лицо побледнело, словно он вот-вот потеряет сознание.
Чтобы не уронить Эллиота, Арджен поддержал его за талию и позволил обхватить себя ногами. Убедившись, что поза устойчива, он, держа Эллиота, подошёл к Камамберу.
Эллиот уткнулся лицом в плечо Аржена, бормоча: «Что делать, теперь я не смогу целовать Камамбера…»
«Кот. Выплюнь», — сказал Арджен, протягивая руку к Камамберу.
Он слегка выпустил ауру, подавляя животное. Камамбер, испугавшись, приоткрыл пасть, и насекомое упало на руку Арджена.
Арджен, чтобы Эллиот не увидел, быстро сжал насекомое в кулаке, подошёл к окну и выбросил его. Затем, всё ещё держа Эллиота, обошёл комнату и закрыл все окна.
«Всё, Эллиот Браун».
Лоб Эллиота медленно оторвался от плеча Арджена. Тот подумал, что уже скучает по теплу и ощущению его близости.
На самом деле он начал чувствовать что-то странное, когда Эллиот, боясь насекомого, прижался к нему.
Его адъютант Луэр тоже панически боялся насекомых. На войне, во время отдыха, он мазался вонючим соком трав, чтобы отпугнуть их, и это было зрелище. Тогда Арджен даже подумывал, не отправить ли его в нокаут «благословенным кулаком».
Но Эллиот, боящийся насекомых, всё равно был милым. Он был очарователен и вызывал жалость. Арджен приподнял его, одной рукой поправляя ему волосы.
«Насекомое выброшено. Окна закрыты. Я прикажу магу поставить вокруг твоей комнаты защитный круг, чтобы насекомые не залетали».
«Н-нет, не нужно так утруждаться… Но это правда работает?» — спросил Эллиот, бледный, но с горящими глазами. И это снова было так мило.
И тогда Арджен совершил нечто, чего никогда бы не сделал в обычной ситуации.
*Чмок.*
Он импульсивно поцеловал Эллиота в щёку.
«Э…?»
Эллиот замер, глядя на него, но Арджен видел теперь только его губы.
Умеренно тонкие, розовые губы, которые часто улыбаются, плачут, говорят слова, радующие Арджена, или огорчающие его. Он хотел поцеловать эти губы.
«Эллиот Браун», — тихо и спокойно сказал Аржен.
«Прикажи мне поцеловать твои губы».
«…Что?»
«Сегодня я твой слуга, готовый подчиниться одному твоему взгляду и поклясться по одному твоему жесту».
Арджен смотрел на Эллиота с жаром.
«Прикажи мне поцеловать тебя, и я выполню приказ».