Тепло твоей ладони

-Хиро... солнце... -Начал был Рёта, сделав пару шагов в сторону Хиро. -Мне нужны последние твои силы, пожалуйста.

Увидев как Хиро заинтересовался и сел, Рёта подошёл к комоду достал планшет и поставивши его на штатив. Обернулся к Хироаки, хитро улыбнувшись.

-Т-ты хочешь... -Начал понимать намёк Рёты он, но всё же сомневался в догадках. 

-Я хочу снять нас..., не грязно, а мило. Может кто то откликнется на нашу проблему и поможет.

Он нажал на камеру, и начал медленно подходить к своему парню.

Он сел на ляшки Хиро, дерша спину ровной.  Рёта окуратно пальчиком поднял подбородок парня вверх, наклонился к уху Хиро и  шепотом произнёс:

-От тебя ничего не требуется милый, просто сиди смирно. -После этого он подарил своему парню короткий, но страсный поцелуй в шею и  спустился обратно на ляшки, схватился зубами резинку нижнего белья Хиро и медленно начал снимать.

Хиро до сих пор в недоумении закинул голову назад, не переставая тяжило дышать.

Оголив парня он начал покрывать  короткими поцелуями его ноги, плавно переходя к ещё не вставшему половому органу. Обхватив его своей маленькой ручкой он начал делать медленные движения вверх и вниз, во время того как страсно целовал живот Хиро.

Хиро закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться не на камере, а на том, как бережно его касался Рёта. Тепло его рук, мягкость губ — всё это отвлекало от боли и напоминало, что он всё ещё жив… всё ещё любим.

Рёта двигался медленно, оставляя лёгкие поцелуи на коже — не ради страсти, а ради близости, ради воспоминания о том, кем они были друг для друга с самого начала.

— Я просто хочу, чтобы люди увидели, как мы любим, — прошептал он, замирая на секунду, чтобы посмотреть в глаза Хиро. — Не ради жалости. Ради настоящего.

Хиро тяжело вздохнул, проводя пальцами по его щеке.

— Ты сумасшедший, — пробормотал он с лёгкой, уставшей улыбкой. — Но… я с тобой.

Рёта склонился к нему, прижался лбом к его лбу.

— И я с тобой. Пока ты не сдашься — я не отпущу.

Рёта медленно продолжал свои ласки, его губы нежно скользили по коже Хиро, пробуждая в нем тихое дрожание. Он не спешил, позволяя каждому прикосновению наполниться теплом и заботой. Хиро, чувствуя это, постепенно расслаблялся, позволял себе отдаться этим моментам, забывая обо всем вокруг.

Рёта аккуратно провел рукой по спине Хиро, его пальцы мягко скользили по коже, словно рисовали невидимые узоры. Взгляд парней встретился — в нем читалась любовь, доверие и благодарность. Они словно растворялись друг в друге, объединенные одной нежностью.

И пусть этот момент был коротким, но в нем было все — любовь, поддержка и обещание быть вместе, несмотря ни на что.

Рёта поднял голову и посмотрел в глаза Хиро — глубокие, немного растерянные, но полные доверия. Он медленно провёл руками по телу парня, чувствуя, как кожа под пальцами становится теплее, а дыхание Хиро учащается.
Он аккуратно сдвинул волосы с лица Хиро, провёл пальцем по щеке, затем опустился к шее, оставляя легкие поцелуи, которые вызывали дрожь по всему телу. Хиро задрожал и слегка открыл губы, позволяя Рёте нежно касаться его губ.

Поцелуй был мягким и долгим — как обещание. Рёта чувствовал, как Хиро постепенно расслабляется.

Рёта скользнул ладонью вниз по спине, к талии, ощущая каждую мышцу, напряжённую и при этом открывающуюся ему. Хиро, уже почти забывший о внешнем мире, сперся на стену и закрыл глаза.

Рёта провёл рукой по плечу, медленно опускаясь вниз, чувствуя, как дыхание Хиро становится всё глубже и ровнее. Он тихо шептал ему слова поддержки и любви, их голоса переплетались в тишине комнаты.

Постепенно Рёта начал нежно двигаться головой, следуя ритму, который казался им обоим естественным — не спеша, не торопясь, отдаваясь каждому ощущению. Хиро отвечал ему, его тело сгибалось и изгибалось, как будто повторяя этот танец взаимной близости и доверия. Хироаки не видержал. Он просунул пальцы в темные, густые волосы Рёты и постепенно задавая свій темп начал двигать его головой.

Рёта чувствовал, как напряжение между ними нарастает с каждой секундой. Его движения становились всё более уверенными и глубокими, будто стремясь донести всю свою любовь и заботу через прикосновения. Хиро, зажмурившись, позволял себе полностью раствориться в этом чувстве, доверяя Рёте без остатка.

Рёта продолжал медленно и уверенно ласкать Хиро, чувствуя, как напряжение в его теле растёт с каждой минутой. Его пальцы играли с каждым изгибом, губы оставляли горячие поцелуи по коже, разжигая огонь внутри обоих. Хиро всё сильнее сжимал его за плечи, дыхание стало прерывистым, губы чуть приоткрылись в тихом стоне.
Вдруг волна удовольствия накрыла Хиро с головой — тело выгнулось, мышцы напряглись, а руки сильно нагнули голову Рёты, будто боясь потерять его. Тёплая дрожь пробежала по всему телу, сердце билось в груди с бешеной скоростью.

Рёта ловко чувствовал каждый вздох, движение Хиро и не переставал поддаватся. Их дыхания слились в одно, и мир вокруг перестал существовать — остались только страсть, любовь и невероятное единство.

Сперма наполнила рот Рёты без остатков.

Когда всё стихло Рёта подбежал к камере и одним движением зокончил сьемку.

-Ты хорошо выполнил свою роботу, милый. Теперь как в награду… куда ты хочешь пойти?

-Помнишь как мы хотели посетить Асакусу? -Темные, как ночь без звёзд глаза Хиро, наполнились надежной и стимулом жыть.

-Как я мог такое забыть? -Хихикнул Рёта. Тихо ступая ногами по полу он подходил к Хиро. Когда был буквально в шаге от постели дотянулся к голове Хиро и растрепав его волосы.

Хиро поднял голову и посмотрел своему парню в глаза. Потом он медлено протянул свою руку и взял руку Рёты в свою. Потом повторил те же действия и со второй рукой. Не сколько не было тяжело подтянуть Рёту к себе и уткнутся головой в его жывотик.

-Я так тебя люблю. – На выдохе, тихо, почти моляще произнес Хиро. Рёта освободил одну с рук и начал нежно гладить Хиро по голове.

-Асакуса так Асакуса, собирайся!

* * *

Асакуса встретила их мягким ветром и ароматом сладостей, доносившимся с уличных лавок. Над старинными фасадами вспыхивали фонари, краски заката таяли в воздухе, словно вода на стекле. Рёта и Хиро шли медленно, не спеша — как будто боялись разрушить хрупкое спокойствие этого момента.

— Я давно здесь не был, — тихо сказал Хиро, глядя на силуэт храма Сэнсодзи, освещённый последними лучами солнца. — Раньше всё казалось больше… А сейчас — тише. Уютнее.

— Может, потому что мы вместе, — ответил Рёта, едва заметно улыбнувшись. Потом он остановился, перешел вперед Хиро, что бы тот его видел, взял его руки в свои и с огромнейшой серйозностю произнес.

-Только давай договоримся- если тебе будет хоть немнооожечко плохо- ты мне сразу же говоришь!

-Не бойся, малыш. -Они продолжили движение.

Хиро повернулся к нему, их глаза встретились. Взгляд Хиро был глубоким, немного усталым, но в нём светилось то, что нельзя выразить словами. Он взял Рёту за руку — легко, как будто боялся, что тот исчезнет.

— Иногда я думаю… что это всё — как во сне, — прошептал он. — Я, ты, этот вечер… Что если я проснусь — и ничего не будет?

Рёта крепче сжал его пальцы.

— Тогда я буду тем, кто держит тебя за руку и в твоих снах.

Хиро опустил взгляд, улыбнулся — мягко, по-домашнему. Он сделал шаг ближе, пока их лбы не коснулись друг друга.

— Спасибо, что ты есть, — сказал он. — Просто… будь рядом. Даже если молчишь. Даже если ничего не говоришь — я всё чувствую.

— Я никуда не уйду, — ответил Рёта. — Обещаю.

И они стояли так, посреди Асакусы, где прошлое дышало в каждом кирпиче, а настоящее звучало в биении их сердец. Люди проходили мимо, унося с собой шум и свет, но для них мир замер — только тёплая рука, дыхание рядом, и чувство, что любовь может быть тише, чем слова.

-Что это так вкусно пахнет? -Оторвался Хиро от своего парня и начал оглядыватся по сторонам.

-Это, скорее всего жарёные креветки и м'ясо. -Принюхался Рёта, а потом пришло к нему осознание.

-Ты хочешь кушать? -У малыша загорелись глазки. Три дня подряд его парень ничего не ел.

-Побежали туда! -Крикнул рёта, схватил своей ручкой хиро за запёястье и потащил в ту сторону с которой доходил этот вкуснейший аромат уличной еды.

* * *
-Вон тот нам пожалуста. -Попросил Рёта, тыкая на контейнер с рисом, нескольками штуками жареных в панировке креветок, кусочком запечёного мяса и две маленькие булочки. Так же там было совсем немного зеленого салата.

-Вам нужен соус в небольшой упаковке? -Спросил у пары консультант.

-Д-да, пожалуста. -Закончил заказывать Рёта для Хиро.

-Жёнушка, а ты ничего кушать не будешь? -Буд-то обычное дело, спросил Хиро у Рёты.

Всегда белоснежные щёчки Рёты залились румянцем. Его глазки забегали то на меню, то на консультанта, который с не большой улыбкой искренни смотрел на них. Но даже краснея, даже тогда, когда Хиро смущает, Рёта продолжает крепко сжымать его руку.

-Аа…ээ.. я н-ничего не буду. Начал заикатся Рёта, незная как справится с смущением. Его глаза всё ещё били направлены в бок от консультанта.

Получив еду они сели за ближний столик около окна с видом на прекрасный вечер.

Хиро сел и начал смотреть на еду, ковыряя вилкой. Сложно было это не увдеть Рёте. Тот взял всю ситуацыю на себя. Окуратно держа вилку в руке, малыш наколол маленький кусочек мяса, подул на него и поднес к роту Хиро.

-Вот, скажы «ам»! -Хиро неохотно открыл рот и позволил Рёте положыть туда еду. Медленно, окуратно пережовую еду он думал не было ли это лишним. Но через некоторое время на его лице появилось удивление и его глаза расширились.

-Ммм, это так вкусно! -С едой во рте пытался что то сказать Хиро.

Рёта рассмеялся, глядя, как Хиро с искренним удивлением жуёт первый кусочек.
— Я же говорил, что тебе понравится, — прошептал он, мягко убирая с губ Хиро крошку салфеткой. — Ты заслуживаешь всего самого вкусного, милый.

Хиро чуть откинулся назад на спинку стула, прикрыв глаза от удовольствия, будто и вправду погрузился в забытое, почти сказочное чувство — когда еда вкусная, воздух — чистый, а человек напротив — твой. По-настоящему.

— А теперь я, — добавил Хиро, поддев с рисом маленькую креветку, и, не разрывая зрительного контакта, тоже положил её в рот своего малыша.

Хиро прикусил губу, наблюдая за ним. Его сердце било чуть быстрее. Он чувствовал себя живым. Впервые за долгое время — не просто телом, а всем внутри. Не больным. Не обременённым. А любимым.

— Ты выглядишь… счастливым, — тихо сказал он.
— А ты — красивым, — не задумываясь, ответил Рёта. — И не смей возражать. Даже если щёки в соусе — я всё равно думаю, что ты самый красивый человек на этой планете.

— Даже если я лисый в пижаме? — хмыкнул Хиро, проводя рукой по своей коротко остриженной голове.

— Особенно. Это твой боевой стиль. — Рёта сжал его руку, и в его взгляде было что-то неописуемо нежное. — Твоя улыбка — моя любимая победа.

Хиро опустил глаза, не в силах больше говорить. Его пальцы крепче обвились вокруг руки Рёты, как будто он боялся, что если отпустит — всё исчезнет. Этот вечер, эта еда, эта тишина между словами.

Позже они вышли на улицу, держа в руках по тёплой булочке, завернутой в бумагу. Асакуса потихоньку пустела, но город не терял своего волшебства — он просто дышал мягче. Рядом проходили пары, слышались смех и шёпот, а где-то вдалеке снова заиграла тихая живая музыка.

Хиро остановился на краю моста через реку Сумида, где вода отражала огни фонарей, будто небо перевернулось и упало в город.

— Знаешь… — начал он, не отпуская руку Рёты. — Если бы это был последний день в моей жизни — я бы хотел, чтобы он прошёл именно так.

Рёта опешил. Его горло чуть сжалось от боли и счастья одновременно. Он подошёл ближе, обнял Хиро с боку, прижавшись щекой к его плечу.

— Тогда давай сделаем так, чтобы таких «последних» дней было ещё много, — прошептал он. — И чтобы каждый из них мы провели вот так: с едой, с прогулками, с ветром, и с тобой — живым.

— И с тобой — рядом, — добавил Хиро.

Они стояли так долго. Ветер игрался с краями их курток. Внизу плескалась вода. Мир больше не требовал ничего от них. Он просто позволял быть.

И в этом простом «быть» — они нашли то, чего искали всю дорогу.

продолжение следует...