9. следы тишины
Я проснулась от глухого гула — привычный шум базы, тихий, здесь будто было слышно дыхание под землёй.
Всё было спокойно. Слишком спокойно.
Анна спала, закутавшись в одеяло, на её щеке дрожал бледный отсвет лампы.
Каин и Пилеон ушли ещё до полуночи — вылетели на разведку восточного сектора, где, по словам Дмитрия, наблюдались всплески энергии разлома.
Это было рядовое задание. Рутинное. Безопасное. Такие задания, по рассказам отряда, выполнялись нередко. Но чтобы бессмертные пробыли там больше одного дня, ни разу.
С глубокой ночи я не могла отделаться от ощущения, будто воздух стал плотнее, а база затаила дыхание. Даже механические гулы, привычные и успокаивающие, казались тише обычного.
Не долго думая, я включила панель связи, которая лежала в комнате у Анны. Отсюда была возможность увидеть, когда бессмертные подавали сигнал последний раз. На экране высветились красные символы: «Обратный сигнал с группы не получен. Последнее обновление — 21:47»
Нахмурившись, я пыталась отговорить себя какими-нибудь другими мыслями.
Может, задержка? Или какая-нибудь техническая ошибка?
Я пыталась себя убедить в этом, но пальцы дрожали, когда я листала журнал сигналов.
Просидев над экраном несколько часов, я уткнулась в подушку, так ни разу не выйдя из комнаты.
После завтрака Анна зашла в комнату с двумя кружками чая.
— Ты опять плохо спала, — сказала она, не спрашивая.
— Просто... проверяла данные.
— Не надо. Они вернутся. Всегда возвращаются.
Я кивнула, но в своем голосе можно было легко ощутить неуверенное дрожание.
За последние недели Каин стал слишком часто уходить — и слишком мало говорить, когда возвращался.
День тянулся бесконечно. Люди проходили мимо, переговаривались о текущих заданиях, проверяли оборудование, но мне казалось, что все ждут того же, чего и я. Возвращения.
Вечером я снова спустилась к нижним уровням — туда, где стояли навигационные терминалы.
Дежурного не было. Свет мигал, как будто база тоже устала ждать.
Когда я вновь открыла архив сообщений, я разглядела длинный непонятный сигнал, который появился совсем недавно.
После него — пустое пространство. Ни данных о маршруте, ни координат, ни отметки о возвращении.
И всё же, в строках, еле различимыми символами я отметила, что кто-то оставил запись из разбросанных букв среди цифр:
"Не ищи. Это не конец."
Перечитав несколько раз, я сжала руки в кулаки.
Каин. Только он мог так написать — коротко, без объяснений, но с тем странным спокойствием, что всегда скрывало бурю.
Позднее Анна нашла меня в коридоре, уже в куртке и с рацией в руках.
— Ты собралась куда-то?
— Просто проветриться, — выдохнула я.
— Лэйн, ночь. Сейчас минус сорок. Проветришься — и всё, обморожение.
Я улыбнулась краешком губ:
— Я не далеко. Мне просто нужно... посмотреть на снег.
Я показала подруге рацию, которая лежала в боковом кармане моей куртки, чтобы той стало спокойнее.
Анна вздохнула, но не стала останавливать.
— Только не лезь за периметр. Слышишь?
Ночь была ясной. Снег искрился под луной, ветер тихо шуршал.
Я вышла на площадку перед ангаром и подняла взгляд в небо — туда, где, возможно, мог быть Каин.
На мгновение мне даже показалось, что она видит слабое свечение — не свет фар, не отражение луны. Что-то мягкое, золотистое, будто перо, упавшее из тьмы.
Это были крупные снежинки.
Когда я протянула к ним руку — снег над пальцами стал теплее.
Вдруг, я резко услышала, что хлопнули железные ворота ангара. Обернувшись, я увидела свет.