renommée

— ты до омерзения женственный, — вот что выплюнул очередной ублюдок, чтобы выставить себя в лучшем свете, но при этом унизить парня, которого он видит второй или третий раз в жизни.

чжэнтин слышит это часто. и чжэнтину из-за этого неловко и больно. неужели так и есть? но что он делает не так?

— ты знаешь, что выглядишь в этой одежде, как дорогая шлюха, — усмехнулся парень, докуривая сигарету и рассматривая его с отвращением. он просто вышел подышать свежим воздухом, но теперь должен выслушивать всю эту грязь от помощника фотографа, у которого сейчас назначена фотосессия.

и да? действительно выглядел? чжэнтин реально не понимал что не так с его видом. недавно он похудел из-за сильного стресса и беспрерывных занятий танцами на восемь килограмм. видимо, потому что временами просто-напросто забывал поесть. почти вся одежда из его гардероба висит бесформенными тряпками, но другую он пока не прикупил, так как не было времени. теперь люди говорят, что он стал выглядеть еще более по-бабски. именно «по-бабски», как низко и мерзко с их стороны это не звучало.

— мои малыши, — улыбался вымученно чжэнтин, смотря на своих младших одногруппников, что как полные идиоты бегали по комнате, громко смеясь, в попытках ущипнуть друг друга.

— сопливо и отвратно, — шепнул кто-то недалеко от него из стаффа. и он услышал. стало обидно. улыбка, которую он с такой силой натягивал вот уже несколько дней, тут же рухнула, и на ее место пришла тупая боль в области груди. что теперь не так?

— мне нравится розовый, — расписываясь на розовом листке бумаги, невзначай промолвил чжэнтин на интервью, но тут же остановил себя и начал внутренне проклинать, ведь п а р н и так не говорят. парням н е н р а в и т с я р о з о в ы й. — точнее дайте мне обычный белый лист, — прочистив горло, чтобы сделать голос мужественным, произнес тут же он, удивляя друзей. 

да. так правильнее.

— чжэнтин красится лучше многих девушек. он обожает персиковые тени, — промолвил с улыбкой ченчен прямо на камеру. только вот смысл? чжэнтин любил. чжэнтину действительно нравились яркие тени. но стоит ли это упоминать? зачем? для него стало нормальным ждать, что его осудят. парни не должны любить ярко краситься. хотя он никогда не замечал за собой, что, например, его тени чем-то отличаются от теней его одногруппников.

— чжэнтин, ты приторно милый. это выбешивает, — девушка произнесла это разочарованно, а затем ушла оставляя наедине с сжирающими мыслями. в голове вертелась единственная фраза: нельзя быть собой — это отталкивает людей. но прекратить быть тем, кем ты являешься на самом деле так сложно. осознание, что он постоянно делает что-то не так опять не дают покоя.

«не я одна заметила что чжэнтин слишком женственный? прям гейский гей».

«блядский вид. не признал бы в нем парня».

«его слащавость выглядит так наигранно. фальшивка».

«столько косметики не сделает из него красавца, а такая худоба лишь усугубляет ситуацию. похож на уродливое подобие девушки, лол».

комментарии вейбо угнетали. неужели теперь люди по внешнему виду определяют ориентацию людей? это низко. все эти слова и суждения — дикость. н е п р а в д а. но невыносимая боль уже распространилась по телу парня и словно сдавливала все внутренности, заставляя умирать в агонии.

— не читай это, — цзыи выхватил телефон и заблокировал его, а чжэнтин так и остался сидеть рассматривая пустую стену напротив.

— возможно они правы? кажется мне пора меняться.

— чжэ, не ведись на провокацию. ты выглядишь помужественнее многих.

кажется чжэнтин уже давно сгнивал изнутри. он хотел убежать. улететь. исчезнуть. испариться лишь бы не читать всех этих неприятных вещей в свой адрес. но бежать некуда. поделиться тоже не вариант, ведь все, итак, знают о происходящем и наврятли помогут. тут помогать нечем.
ему надо срочно измениться. проблема точно в нем. когда он изменится, разговоров станет меньше.

— ты мне загораживаешь проход в туалет, — первое, что сказала она с акцентом, посматривая, то на чжэнтина, то на дверь.

— а, ох, эм, прости.

— ага.

и чжэнтин снова заглох, раздумывая как поступить дальше, или что делать со своей жизнью. сейчас он должен быть в комнате практики, но с утра все валится из рук и не получаются даже самые элементарные связки. он чувствовал себя обессиленным и в упадке. апатия была абсолютно ко всему. даже кошачье кафе не помогало, а ведь в дни предебюта, чжу наведывался в это место чаще всего. оно всегда расслабляло и давало поддержку...

— эй.

снова та девушка.

— снова что-то загораживаю?

— нет, но тебе не кажется что лучше с таким дерьмовым настроением пойти домой? к тебе ни одна кошка не подходит.

оглянувшись чжэнтин невесело улыбнулся. смешно, но так и было. тоже считают женственным и мерзким?

но ведь дело совершенно не в этом. на данный момент чжэнтин тонул. тонул в пучине депрессии и ненависти к себе. та аура, образовавшаяся вокруг него, стала преградой ко всему. он не замечал, что раньше подобного не было. не было до того момента, пока он не начал загоняться. «ангел» — так его звали, и ведь не спроста. но теперь от этого произвища не осталось и следа.

— а тебе-то какое дело? — наконец-то подняв голову спросил парень, поглядывая на девушку в черной бомберке и платье. у нее были длинные темные волосы, и она казалась милой. но это только на вид.

— по идее: никакого. но как видишь что-то заставило меня остановиться. я не тот тип людей, который лезет не в свое дело. просто понимаешь? увидев тебя, хотелось спросить «почему»?

слушая девушку, чжэнтин впервые за все время улыбнулся. он так смешно тараторила пытаясь хоть как-то оправдать свою навязчивость. на самом деле она и правда не выглядела как те люди, что лезут ко всем с расспросами и советами. наверное поэтому ей было неловко. а еще этот явный акцент хотя внешность-то китайская. ну ладно, как минимум азиатская.

— откуда акцент? — услышав вопрос, девушка уселась рядом, считая что приглашена, так скажем, на личный разговор. внутри она слишком обрадовалось, что ее не отшили, поэтому не могла не вести себя неловко. сначала как-то нервно села, а затем не переставала шуршать, постоянно пытаясь устроиться как можно более удобно. то касалась длинных темных волос, то светлой кожи, то опускала взгляд, вероятно из-за смущения, а может причина совершенно другая. образ, который с самого начала предстал перед чжэнтином, рушился на глазах. он то думал, что она какая-то крутая деваха из клуба, обожающая рэп и ночные посиделки с друзьями. но никак вечно беспокойная и временами глупо улыбающаяся девушка.

— сильно заметно? — лишь спросила та, что-то ковыряя под своими достаточно длинными ногтями без грамма лака.

— с первого слога, — улыбнулся чжэнтин, но затем закашлял и поправил кепку. он кажется ведет себя слащаво. этот момент не укрылся от глаз девицы.

— как и у тебя.

— у меня? у меня все в порядке с китайским.

— но конфликт с самим собой.

— что прости?

— почему одергиваешь себя постоянно? ты же хочешь мне улыбнуться! так улыбнись! — одно движение и кепку уже сжимает рука девушки. непонятно когда эта странная особа успела так осмелеть. осознав, что сотворила, та немного замялась, но отступать не стала.

— ну раз начали задавать вопросы друг другу: ответь откуда ты, и как тебя зовут? — словно как ни в чем не бывало начал чжэнтин.

— во-первых, два вопроса, во-вторых, ты не отвечаешь на мои, почему я должна отвечать на твои? — теперь уже более спокойно, без прежней резкости, хмыкнула девушка и положила кепку рядом с хозяином.

— хорошо, давай так. что ты думаешь обо мне? — теперь настала очередь удивлять парня. он и сам не понял, как умудрился спросить у совершенно незнакомого человека нечто подобное. но в конце концов пути назад нет.

— хорошее или плохое? — ничуть не смутившись поинтересовалась новая приятельница, а чжэнтин вот опешил.

— а есть уже плохое мнение?! мы знакомы всего минут пятнадцать!

— хватит строить из себя не пойми кого. отталкиваешь.

— не нравлюсь?

— совершенно.

чжэнтин замолк. неужели у него судьба такая не нравиться абсолютно всем людям, встречающимся на его пути? это сильно ранит. он не хочет начинать снова копаться в себе, выискивая отрицательные стороны и отталкивающие черты, но у парня словно нет выбора. он обязан искоренить в себе все то, что может не нравиться другим. даже если ценой станет потеря себя.

— расскажи о себе, — попросил тот, лишь бы не начать снова загоняться.

— чем меньше говорю, тем лучше.

— стесняешься?

молчание. было понятно, что чжэнтин попал в точку, но и она словно этого не скрывала.

— ты тот тип людей что болтливы и смеются слишком громко, — чжу почему-то улыбнулся.

— а ты тот что любят розовый и называют всех малышами.

уголки губ поползли вниз, и теперь уже чжэнтин серьезно глянул на незнакомку, что стесняется разговаривать на китайском, но при этом до странности болтлива.

— и откуда такие выводы?

ему реально вдруг стало интересно. неужели он и правда создает впечатление нежного, милого и ранимого парня? в этом чжэнтин не видел ничего плохого, но также ему хотелось, чтобы люди думали, что он совмещает в себе достаточно мужественные качества.

— а какие выводы ты хочешь чтобы я сделала?

— скажи обо мне что-нибудь мужественное, - проговорили на одном дыхании тот.

— хорошо. и какие же качества ты считаешь образцово мужественными?

парень замолк. и правда какие? общество постоянно твердило, что он в первую очередь — парень, а значит должен вести себя и выглядеть соответствующе. но чжэнтин же именно так и вел себя… никогда у окружения чжу, в котором он всегда рос, не возникало никаких вопросов по поводу его гендерной пренадлежности до того момента, пока он не дебютировал.

— не знаешь? а я скажу, — ответила на пустой взгляд парня она.

расакрыв ладонь с маленькими пальчиками, девушка стала поочередно сгибать один за другим:

—трудолюбие. верность. забота. ответственность. внутренний стержень. сила воли. уверенность. целеустремленность.чувство юмора. щедрость. храбрость. доброта. уважительное отношение не только к окружающим, но и к себе.

чжэнтин молчал, смотря на ту, что с каждым словом потрясала его все больше. она продолжала согинать пальцы, перечисляя все эти качества, а он мог только восхищенно наблюдать за ней, понимая что эта удивительная девчонка действительно права.

— а теперь, чжэнтин, разгадай загадку. как думаешь, кого я описала? — озорные искорки сияли в ее темно-карих глазах и на губах играла милая улыбка. — только лишь с одной поправочкой: уважение к себе. запомни, ты должен ценить себя, если хочешь считаться настоящим мужчиной, хотя, о, боже, это так стремно звучит. просто заруби на носу, ты потрясающий такой, какой ты есть. и очень мужественный.

парень не мог вымолвить и слова. словно завороженный наблюдал за странной новой знакомой, что так просто открыла ему глаза на мир своим коротким монологом.

но, к сожалению, она ушла также неожиданно как появилась. хватило всего пару секунд прострации, а девушка словно испарилась в воздухе. но после нее остался терпкий запах лавандового шампуня и мятной жвачки, что давали понять — это не мираж. реальность. и чжэнтин смог упустить ее. она оставила его наедине со своими раздумьями после всех громких слов и речей.

вскочив с места и распугав милых котиков, что успели столпиться вокруг парня, чжу целенаправленно добрался до выхода и распахнул дверь наружу. стоя на крыльце и вдыхая прохладный вечерний воздух, тот окончательно пришел в себя.

и только сейчас до чжэнтина дошло главное:

— я не говорил ей своего имени…

ему казалось это настолько нечестным. почему она знает его имя, а он ее нет. и самое главное откуда? глупыш чжэнтин даже позабыл, что он всемирно известный айдол, совсем увлекшись новой подругой.

которую, кажется, он никогда не увидит. но так ли это? ведь у вселенной могут быть свои планы, а, предназначенные друг другу люди, обязательно встретятся. чжэнтин верил. теперь верил не только в себя и свое светлое будущее, но и в то, что, кажется, судьба не такая уж и глупая штука, а принять себя хоть и сложно, однако возможно. просто нужно время и не слушать.