Глава 39. Месяц спустя
Прошел месяц. За это время Влад больше не проявлял жестокость ни ко мне, ни к Нате. Раз в неделю он открывал ненадолго створку, чтобы мы могли поговорить. Мы научились одновременно говорить жестами и словами. Жестами я показывала, что дорожу общением с ней, а словами произносила, что мне никто не нужен, кроме Влада. После наших разговоров Влад обычно приходил ко мне довольный и рассказывал с энтузиазмом о своих испытаниях и достижениях. Я внимательно слушала, так как в дальнейшем эта информация могла мне пригодиться.
Я терпела все, что он вытворял, и превозносила его, называя богом. Это производило сильное впечатление на Влада, и постепенно он давал мне больше свободы. Но «идиллия» не могла продолжаться долго. В один из дней, когда Влад оставил створку между мной и Натой открытой, все и началось. Используя тактику общения жестами, мы были уверены, что Влад не видит нас, а только подслушивает, но неожиданно он ворвался к Нате в камеру и закричал:
— Что вы только что показывали друг другу?
Его внезапное появление обескуражило нас. Влад озверел и направился к нам. Мы с Натой резко отошли друг от друга, но Влад схватил ее за волосы. Та машинально вскрикнула, но сейчас этот монстр не обращал на это никакого внимания, его взгляд был прикован ко мне. Все его существо было пронизано злобой, лицо покраснело, а на лбу выступил пот. Влад замахнулся на Нату рукой и ударил ее по лицу. Я едва не закричала и не начала умолять его остановиться, но тут же разум возобладал над моими чувствами.
«Если я сейчас сорвусь, он убьет ее», — пронеслась мысль в голове, и я решила оправдываться до победного:
— Влад, тебе показалось. Ты для меня всегда будешь на первом месте, общение с другими людьми не приносит мне удовольствие. Прекрати тратить на нее свое время и иди ко мне.
Но он не поверил и снова ударил Нату, не отрывая взгляда от меня. Сердце бешено колотилось от страха, боли и желания убить этого урода. Изо всех сил я выражала безразличие к происходящему, другого выхода не было.
Влад еще раз ударил Нату, я не пошевелилась и не вздрогнула. И тогда он поднял Нату и сорвал с нее футболку. Я обомлела от одной мысли, что он сейчас может с ней сделать. Я так испугалась, что непреднамеренно выкрикнула:
— Не смей!
Он остановился и посмотрел на меня в ожидании, как же теперь я себя поведу. Чертов манипулятор. Мне срочно нужно было выкручиваться, и единственное, что пришло на ум, это разыграть ревность:
— Не смей мне изменять с ней. Я никогда не прощу тебе этого. Ты должен быть только моим. Если ты изменишь мне с ней, я убью вас обоих.
Слова сами приходили мне на ум. Я играла эту роль с интонацией униженной женщины, которая едва не подверглась предательству со стороны любимого человека, и ждала реакцию Влада на происходящее. Он остановился. Теперь время шло мучительно долго, ведь я не знала, поверит ли он в мои слова. Для убедительности я решила добавить:
— Ты только мой бог и больше ничей.
Влад отпустил Нату, посчитав мои слова искренними, и подошел ко мне. Трясущейся рукой он коснулся моего лица и тихо произнес:
— Ты ревнуешь? Ты правда меня ревнуешь?
— А разве не видно?
Выражение его лица, прежде изуродованное злобой и ненавистью, загорелось от счастья. Рука изверга нежно коснулась моей щеки через решетку. Страх постепенно отступал, Влад поверил мне. Он что-то шептал мне о любви, я не вслушивалась в этот бред, а лишь поддакивала. После Влад бросил презрительный взгляд на Нату и сказал:
— Бедная, бедная Наташа. Ты ведь даже не знаешь всей правды. Посмотри на нее, — Влад указал рукой на меня, — ведь ее настоящее имя Ксюша. Она только представилась Кирой, потому что хотела спастись на том корабле. Настоящая Кира, которая была тебе дорога, мертва. Все в твоей жизни построено на обмане и развалилось как карточный дом.
Влад рассмеялся, а я виновато посмотрела на Нату. По одному моему взгляду было понятно, что Влад говорил правду. Я едва сдерживала слезы, ведь сама так и не призналась Нате во всем. Губы задрожали, уверена, цвет моего лица стал мертвенно-бледным. Влад не заметил на мне изменений и все также продолжал громко смеяться, продолжая выплескивать накопившееся безумие. А я могла думать лишь об одном: она никогда не простит моего обмана. С этого дня я для нее мертва, ведь она искала именно Киру и со мной начала общаться, потому что считала меня Кирой.
Ната отвела от меня взгляд, отчего мне стало настолько больно, что хотелось закричать, броситься к ней, чтобы все объяснить. Но я не могла... я продолжала безмолвно стоять и смотреть на нее.
— Мне все равно, какое у нее настоящее имя, — вдруг заговорила она, отвлеченно смотря на стену. — Меня не волнует, кем она притворялась, так что у тебя не получилось меня задеть.
Ната посмотрела на меня и слегка улыбнулась. У меня так перехватило дыхание, что я едва не упала в обморок. Смысл ее слов доходил до меня медленно, ведь я считала, что все потеряно. Я перестала ощущать собственное тело, окаменела, но потом чувства волной накрыли меня, разнеся к черту недавно мучащую боль. На какое-то мгновение Влад перестал для меня существовать, я видела лишь ее, девушку, которая сейчас осмелилась сказать правду. Но я быстро пришла в себя, когда увидела, как Влад приблизился к Нате, страх ударил по мне с новой силой. Если это чудовище снова причинит ей боль... смогу ли я выдержать?
Влад наклонился к Нате и язвительно произнес:
— Тем хуже для тебя.
Он не стал ее трогать, это не имело для него больше никакого значения, так как Влад перестал видеть реакцию с моей стороны и уверился, что наши с ним чувства взаимны. Он вышел из камеры Наты, громко хлопнув дверью. Я взглянула на Нату, и в это же мгновенье окно захлопнулось. Я осталась наедине со своими мыслями.