просто молчи [Завершён]

АЭРОДРОМ НКВД

Эля уже успешно приземлилась. В небе можно было увидеть ещё пару летящих парней.

Полковник Вишневецкий, второй инструктор, укладчики и еще несколько человек смотрят...

...как от самолета отделяется первая фигурка... вторая...

— Три... — считает Вишневецкий. — Четыре... Пять... Что это?!!

Эля уже успешно приземлилась. В небе можно было увидеть ещё пару летящих парней. Но одна из фигур всё ещё стремительно летит в низ...

Начальник лагеря растерянно оглядывается, кричит:

— Что это?!! Что такое?!!

Уже раскрылись все парашюты, но одна фигурка продолжает падать камнем вниз, так и не открыв спасительный купол!..

...А затем раздается глухой удар о землю, и Вишневецкий обхватывает голову руками...

Именно сейчас до девушки дошло что именно произошло... Парень у которого не раскрылся парашют это Маэстро...

Стоят вокруг искореженного тела Маэстро пацаны, взрослые энкаведешники, укладчики, наземные службы... Девушка не решилась подойти... Не хотелось. Было страшно увидеть изуродованное от падения тело чернявого мальчишки с гитарой... Ей оставалось только слушать что происходит там...

— Кто укладчик?! — кричит Николай Николаевич. — Кто парашют укладывал?!!

— Я укладывал, — говорит пожилой старшина. — У него трос оторван. Смотрите...

И тут все видят, что в правой руке у мертвого Маэстро зажато вытяжное кольцо с обрывком троса.

— «Скорую» бы надо вызвать, — говорит кто-то из обслуги.

— Какую «скорую»?.. Кому «скорую»? — глухо спрашивает Вишневецкий.

Николай Николаевич становится на колени у тела Маэстро, осторожно переворачивает его на живот, освобождая нераскрывшийся парашют. Он отстегивает клапан парашютного ранца, и все видят...

...что стальные запорные шпильки загнуты намертво крючками в «люверсах»!..

— Вон оно что... — говорит старый укладчик. — Это кто же так хорошо сообразил?

Николай Николаевич поворачивается к стоящим вокруг и оглядывает каждого...

И вдруг раздается дикий, душераздирающий крик Тяпы:

— Студер, сука!!! Это ты, подлюга позорная!.. Ты шпильки загнул, пидор гнойный!.. Ты его убил, сволочь!!!

Девушку аж передёрнуло. Ей казалось что сейчас она во сне...по крайней мере хотелось находится во сне...

Тяпа рвет с груди автомат, но Вишневецкий хватает его в охапку. Тяпа пытается освободиться от его сильных рук, рыдает в голос и страшно орет на весь аэродром:

— Антон, блядь!!! Пусти меня!.. Я ему кишки выпущу!.. Антон, миленький, пусти меня!!! Зарежу падлу, гниду вонючую!!!

Девушка смотрела будто в пустоту. Разум был затуманенным...

Вишневецкий отбрасывает Тяпу на руки Котьке и инструктору рукопашного боя, подходит к Вове Студеру:

— Ты?

— Ну я... — криво ухмыляясь, отвечает Вова Студер.

— Зачем?

— Я еще месяц тому назад его в «буру» проиграл. А для вора карточный долг — сами знаете... Все руки не доходили. Ну и хотелось как-то посмешнее устроить... Ничего получилось, да?

Блять... А ведь Студер не казался столь жестоким... Хотя они в целом и не пересекались....

В тихом омуте черти водятся....

Оружие и амуниция уже были разложены по чехлам. Все рассаживались в кузовке «доджа», а Вишневецкий уже собирался сесть за руль...

Подошел инструктор по рукопашному бою:

— Как дальше, Антон Вячеславович?

— Покойного мальчика осмотрите — нет ли на нем каких-нибудь подтверждений о принадлежности его к нашей школе и... Не везти же его наверх, в горы? Закопайте в районе дальнего поста охраны аэродрома.

— Слушаюсь. А того, который его «проиграл», куда везти?

— Никуда. Там же и закопать.

— Но ведь он еще живой!..

— Ваши проблемы — моя ответственность. Выполняйте! — жестко приказал Вишневецкий. — Мы подождем вас в машине...

Инструктор быстро ушел.

ДИВЕРСИОННАЯ ШКОЛА В ГОРАХ. СОЛНЦЕ. ДЕНЬ

Царевна располагалась Чижом недалеко от склада, а рядом были ещё пара мальчишек. Котька и Тяпа сидели на ступеньках у входа в открытый склад дяди Паши. Каждый лопал большое алма-атинское яблоко.

В глубине склада дядя Паша что-то перекладывал с полки на полку, записывал в толстую инвентарную книгу и ворчал:

— Вот ты, Тяпа, — настоящая сволочь!.. Я, старый человек...

— Ну дядя Паша!.. — фальшиво-возмущенно закричал Тяпа. — Какой же вы «старый»?! Вы чё?! Ну надо же!..

— Заткнись! — рявкнул дядя Паша. — Я, старый человек, должен за тебя, за молодого, здорового кобелька, твой же пистолет чистить! Это на что же похоже, а?! Прошлый раз автомат, гадюка, сдал с таким нагаром в стволе, что удавить тебя мало... Позавчера — пистолет весь в дерьме каком-то!.. Отстрелялся и с глаз долой, да? А если он у тебя в нужный момент заклинит? Что тогда?.. А это может произойти о-о-очень скоро.

Девушка молча слушала. Быть наблюдателем в разы удобней чем отхватить пиздюлей из за какой нибудь потасовки.

— Я больше не буду, — совсем по-детски, но искренне говорит Тяпа. — Чесслово, дядя Паша...

Тяпа выглядел настолько смешно что было трудно скрывать улыбку.

— А все почему? — не может успокоиться дядя Паша. — А все потому, что у тебя вместо совести — «в поле ветер, в жопе дым»...

— Дядя Паша, — прерывает его Котька-художник, — не знаешь, зачем Антона «вниз» вызвали?

— Откуда мне знать!

— Не из-за тех заморочек на аэродроме?

— Нет.

— Тогда откуда ты знаешь, что не из-за тех, темнило?!

— Отлепись! Много будешь знать — не успеешь состариться!

Эта фраза как никогда описывала то что происходит. Чем меньше знаешь тем дольше проживёшь...

НОЧЬ. ГОРЫ. ШТАБНОЙ ДОМИК ДИВЕРСИОННОЙ ШКОЛЫ

В штабе трое — Вишневецкий, дядя Паша и Котька-художник.

— Сообрази себе группу из десяти  диверсантов. Ты их лучше знаешь, чем мы, — говорит Вишневецкий Котьке-художнику.

— М-гу. — Костя кивает головой.

— И прикинь, что тебе может еще пригодиться кроме штатной комплектации. Исходя из характера задания, — говорит дядя Паша.

— М-гу. Как летим?

— На нашем ЛИ-2 до Ташкента, там посадка, дозаправка. И в Мары. Там вас будет ждать дальний бомбардировщик ПЕ-8 из хозяйства Голованова.

Котька-художник посмотрел прямо в глаза Вишневецкому:

— Если эта база — такая сильная заслонка для нашей АДД, почему вы думаете, что нас не собьют еще на подходе к ней?

— Как только пересечете линию фронта, на вашей машине начнет пульсировать специальный прибор — «Я — свой!». Код меняется каждые тридцать шесть часов. Когда будете вылетать, ваш самолет получит последнюю немецкую кодировку и под ее защитой выведет вас на цель...

— А откуда этот позывной придет? — спросил Костя.

— Ну, есть же у нас ТАМ СВОИ люди...

— А у нас ИХ ЛЮДЕЙ нету, Антон Вячеславович? Чтобы предупредить тех — дескать, к вам гости, встречайте! А там... Пиф-паф, ой-ой-ой, умирает зайчик мой, — усмехнулся Костя.

— Вернешься, я тебя познакомлю с одним контрразведчиком, ты его и спросишь — есть у нас ИХ люди или нету...

— Да не вернемся мы, — строго сказал Костя.

— Это почему же? — фальшиво удивился дядя Паша.

Костя показал пальцем в потолок:

— Далеко топать оттуда. Ну, я пойду?

— Иди, отсыпайся.

И Костя Чернов вышел из штабного домика.

Несколько секунд Павел Петрович и Вишневецкий смотрели друг на друга. Затем Павел Петрович достал из кармана бутылку водки, взял с полки два стакана и стал зубами отдирать картонную пробку.

Вишневецкий потер руками лицо, зло процедил сквозь зубы:

— Да наливай ты быстрее, Пашка! Не тяни!..

НОЧЬ. КУРИЛКА.

Девушка сидела и смотрела на звёзды. Именно сейчас ей хотелось чтобы сюда вошёл ОН....

Казалось её мысли были услышаны...

— А ты опять сидишь ночью одна. — Раздался казалось уже такой родной голос. Бабай. Его голос девушка могла отличить из тысячи похожих.

Девушка повернулась на ночного гостя сопровождая словами:

— А ты присоединиться хочешь? — сказала девушка хлопая рукой по соседнему месту.

Парень долго не думая прошёл и сел рядом.

— Тебя наверное мучают мысли? — девушка хотела проигнорировать вопрос парня.

— Да, но не думай что здесь я сижу из за этого. — сделав небольшую паузу девушка продолжила. — Хочется полюбоваться этими местами на последок. Кто знает сколько ночей нам ещё осталось... Сегодня-завтра нас не станет...подохнем как собаки бешеные.

— Получается у меня есть только эта ночь.

Девушка с непониманием посмотрела на лицо собеседника.

Парень встал пройдя чуть дальше от лавочек... Царевна последовала его примеру....

Казалось Бабай стоявший лицом к девушке пытался собраться с мыслями...

Парень сделал шаг вперед тем самым сократив дистанцию. Его голубые глаза смотрели в её карие. Ему хотелось сказать многое...собравшись с мыслями парень заговорил:

— Ты Единственное что мне...

Перебив парня девушка произнесла лишь одну фразу:

— Просто молчи...слова сейчас лишние...

До конца сократив дистанцию Царевна погрузилась в объятия дорогого на данный момент человека.