Часть 6. Поцелуй
Солнце еще не коснулось горизонта, когда Виктория пробудилась, словно от толчка, от смутного ощущения неминуемой перемены. В памяти, как осколки разбитого зеркала, всплывали обрывки вчерашнего дня, когда сухой, бесстрастный голос банковского служащего сообщил о блокировке всех её счетов. Слова эти звучали приговором, эхом отражаясь в пустой квартире, в которой еще вчера она чувствовала себя хозяйкой.
Тяжелое, словно свинцовое, чувство опустилось на плечи. Работа. Это слово, словно назойливая муха, жужжало в голове, не давая покоя. Работа нужна была срочно, отчаянно. Платить за коммунальные услуги никто вместо нее не станет, а перспективу оказаться на улице Виктория представляла с животным ужасом.
Она поднялась с постели, чувствуя, как тело пронзает озноб – не от холода, а от внутренней тревоги. Медленно, словно во сне, побрела в ванную, где полумрак рассеивался лишь тусклым светом одинокой лампочки над зеркалом. Включив воду, Морган долго стояла под горячими струями, позволяя им смыть остатки сна, усталость и въевшийся в кожу страх. Вода приятно обжигала, разгоняя кровь по венам, но внутренняя дрожь не отступала. Она представляла себе, как вода уносит вместе с мыльной пеной все её сомнения, неуверенность, но знала, что это лишь иллюзия. Проблемы останутся, никуда не денутся, пока она не решит их.
Выйдя из душа, Виктория накинула на плечи махровый халат, впитывающий капли воды. В зеркале отражалось бледное, измученное лицо с темными кругами под глазами. Она долго смотрела на себя, пытаясь увидеть в этом отражении ту сильную, уверенную в себе девушку, какой она была когда-то.
В спальне, у раскрытого шкафа, Морган задумчиво перебирала немногочисленную одежду. Выбор был невелик, но нужно было создать впечатление. Сегодня – день решающий. Она выбрала простую белую рубашку из тонкого хлопка, которая, несмотря на свою простоту, выглядела элегантно и свежо. Застегнув пуговицы до самого верха, Виктория подошла к зеркалу, чтобы оценить свой вид.
Длинные, темные волосы были заплетены в небрежную косу. Она распустила их, и тяжелые волны рассыпались по плечам, словно крылья ворона. Виктория провела пальцами сквозь пряди, пытаясь придать волосам хоть какой-то объем. В глубине души она надеялась, что эта маленькая деталь – распущенные волосы – добавит ей уверенности и шарма, столь необходимого при том деянии, которое она собиралась совершить.
Тяжелое дыхание преследовало её, словно тень, неотступно напоминая о той тёмной стороне, которую она так тщательно скрывала от мира. Министерство… одна мысль об этом месте вызывала у девушки тошноту и отвращение. Работа там? Никогда. Не после всего, что она сделала, не после того, как её душа была запятнана тьмой. Она была Пожирателем Смерти, и этот факт, словно клеймо, выжженное на сердце, определял каждый её шаг.
Что может начать новый день лучше, чем утро, наполненное предвкушением новых дел и приятных хлопот? Проснувшись в уютной атмосферке своего магазина "Всевозможных Волшебных Вредилок", Фред потянулся, ощущая свежий воздух с улицы через открытое окно. Было прохладно, легкий утренний туман ещё держался на улицах Хогвартса, а солнце, только начинающее пробиваться сквозь облака, добавляло оранжево-золотистого сияния всему вокруг.
Парень сразу поднялся, оделся и отправился заниматься делами: ведь сегодня нужно разбирать новый товар, пополнять витрины. В его с братом магазине со вчерашнего дня кипела жизнь, и сейчас он с удовольствием погрузился в работу, вооружившись своей палочкой. Слева, в отдельной комнате, Джордж уже занимался документами. Они с братом прекрасно чувствовали ритм дня: обмен улыбками, шуточки— всё как обычно в их хаотичной, но такой родной атмосфере.
Узкие улочки Косого переулка, утопающие в утреннем тумане, служили временным укрытием, маскируя истинное лицо среди толпы обычных прохожих. Девушка шла быстро, почти бежала, стремясь как можно скорее добраться до места, которое, словно маяк, манило её надеждой – магазин двух близнецов. «Всевозможные Волшебные Вредилки» - яркая вывеска, словно вызов серости и обыденности. Сейчас это была её единственная надежда.
Дверь магазина приветливо звякнула колокольчиком, выпуская наружу волну ароматов, смешанных из запахов конфет, пороха и чего-то неуловимо волшебного. Внутри царил привычный хаос, но в этом хаосе чувствовалась особая гармония.
Фред, стоял спиной к входу, увлеченно перебирая новый товар. Его рыжие волосы, словно солнечные лучи, пробивались сквозь полумрак магазина. Он расставлял по полкам какие-то диковинные штуковины, смеясь чему-то своему.
Девушка на мгновение замерла, собираясь с духом. Она знала, что это её шанс, её последняя надежда на спасение. Собравшись с духом, она сделала шаг вперед.
— Фред? - робко позвала она, стараясь, чтобы голос звучал как можно более естественно.
Уизли обернулся, и на его лице расцвела широкая улыбка. Он всегда отличался приветливостью и открытостью.
— Морган! Второй день подряд, ты становишься нашим постоянным покупателем! — воскликнул он, но тут же осекся. — Что-то случилось? — спросил он, заметив её смущенный вид.
Девушка нервно закусила губу. Слова давались ей с трудом.
— Фред, мне нужно с тобой поговорить… наедине. Это очень важно, - проговорила она, опуская глаза.
Фред нахмурился, но сразу же кивнул. — Конечно. Пойдем в подсобку. Там нас никто не услышит.
Он махнул рукой в сторону задней комнаты, заваленной коробками и какими-то непонятными механизмами. Девушка последовала за ним, чувствуя, как внутри нарастает волнение.
В тесной подсобке царил полумрак и запах старого дерева. Фред обернулся к ней, выжидающе глядя в глаза.
— Что случилось? Говори.
Девушка глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.
— Мне… мне нужны деньги, - прошептала она, чувствуя, как щеки заливает краска. — Я знаю, что это звучит странно, но…
Её взгляд скользнул по лицу Уизли, пытаясь уловить в его чертах хоть малейший признак слабости, намек на возможность воспользоваться его положением. В его глазах читалось недоумение и сочувствие, но Викторию это не останавливало. Она знала, что соблазн – это оружие, которым она владеет в совершенстве.
С медленной, нарочитой грацией, её пальцы коснулись верхней пуговицы белоснежной рубашки. Движение было плавным, почти ласковым, словно она гладила кожу. Затаив дыхание, она расстегнула её, обнажая тонкую полоску шеи и начало ключиц. В полумраке подсобки этот жест казался более откровенным, чем он был на самом деле.
Её взгляд поднялся, встретившись с глазами Фреда. Он был ошеломлён, его взгляд бегал с ее груди в глаза и обратно. Открыв рот, он хотел что то сказать, но не придумав, что сказать, закрыл рот обратно. Она расстегнула вторую пуговицу, позволяя ткани рубашки слегка разойтись, открывая взгляду ложбинку между грудей.
— Я могу предложить тебе кое-что, Фред, - прошептала она, её голос звучал хрипло и соблазнительно, как шелест шелка. — То, что стоит гораздо больше, чем просто работа.
Она сделала шаг вперед, сокращая расстояние между ними. Её тело излучало чувственность и уверенность, несмотря на то, что внутри бушевал ураган страха.
— Я могу трахаться с тобой, - произнесла она, словно предлагая самый ценный бриллиант в мире. — За деньги. За эту работу.
В её глазах не было мольбы, лишь прямое, недвусмысленное предложение. Она смотрела на Фреда, словно хищница, оценивающая свою жертву. Она знала, что играет с огнем, но её отчаяние было сильнее страха.
— Ты знаешь, я могу быть очень щедрой, - добавила она, слегка улыбнувшись. Улыбка была натянутой, почти хищной, но она надеялась, что Уизли увидит в ней соблазн, а не отчаяние.
Она ждала, затаив дыхание, наблюдая за реакцией Фреда. Она знала, что сейчас решается её судьба. Либо он примет её предложение, и она получит работу, либо она потеряет всё. Но даже в этот момент, когда её будущее висело на волоске, она не позволила себе сломаться. Она оставалась соблазнительной и уверенной, готовой на всё, чтобы выжить. Ведь, в конце концов, такова была её жизнь - игра на грани, где выигрывает лишь тот, кто готов пойти на самые отчаянные меры.
Фред почувствовал, как его охватывает ошарашенность. Всё его внутреннее состояние резко изменилось — от удивления до растерянности, смешанной с сочувствием. Он даже не знал, как реагировать или что сказать, ведь такого поворота он вовсе не ожидал. Его сердце забилось быстрее, и в голове мелькнули сотни вопросов.
Вместо слов, Уизли взял девушку за плечи, прижав ту к стене. Морган глянула ему в глаза. Но она еще не знала что он сделает. Парень коснулся руками ее рубашки и стал одну за другой застегивать пуговицы, молча. Застегнув последнюю пуговицу, Фред отшагнул назад.
-Я мог бы трахнуть тебя прямо сейчас, но я не такого плохого мнения, как ты обо мне думаешь,-рыжеволосый сложил руки на груди. -С этого дня ты работаешь в этом магазине, мы с Джорджем как раз искали помощницу. Платить буду каждые две недели. Можешь приступать прямо сейчас.
После произнесенного Фред мягко улыбнулся и подошел к опустившей голову девушке. Он протянул ладонь и взял девушку за руку.
— Если тебе нужно будет выговориться, то я могу тебя выслушать, Эми.
Девушка обняла себя, подняла голову, посмотрев на парня благодарным взглядом и улыбнулась, прошептав что-то похожее на "Спасибо". Фред открыл дверь подсобки, пропуская Морган вперед и они вышли обратно.
Девушка, словно ускользающая тень, выплыла из затхлой темноты подсобного помещения, стараясь держаться в тени внушительной фигуры Фреда. Она с видимым волнением придерживала пуговицы на своей блузке. Ткань предательски морщилась, напоминая о недавней попытке соблазнения, которая, увы, обернулась полным фиаско. Еще несколько мгновений назад она, в порыве отчаяния и тщательно спланированной дерзости, решилась на отчаянный шаг – расстегнула несколько пуговиц, открывая взгляду Фреда кокетливую полоску кожи и намек на чувственность. Расчет был прост: пленить Уизли своей привлекательностью и, как следствие, заполучить желаемое. Но Фред, этот рыжий бес, оказался непробиваемым. Он остался невозмутимым, вежливым и совершенно не заинтересованным в ее скромном предложении.
Теперь Викторию жгло чувство стыда, смешанное с горьким разочарованием. Она чувствовала себя нелепо и униженно. Мечты о легкой победе и быстром успехе рассыпались в прах, словно карточный домик.
Из-за угла выскочил Джордж. Его рыжие волосы торчали во все стороны, а глаза горели озорным огнем. Заметив Викторию, выходящую из подсобки вслед за его братом, Джордж картинно приподнял брови, словно стал свидетелем невероятного зрелища.
— Ого-го! Фредди, братишка, - провозгласил он, растягивая слова с нарочитой театральностью. - А ты, я смотрю, время зря не теряешь! Неужели наши скромные закрома «Всевозможных волшебных вредилок» удостоились того, чтобы сама Виктория Морган нас посетила? Что ж, браво! Я всегда знал, что у тебя отменный вкус! Или я чего-то не знаю? Может, Фред решил открыть филиал нашего магазина, только для особо важных клиентов? В подсобке, так сказать, Вип-обслуживание? Или ты напоила моего брата любовным зельем, Морган?
Джордж расхохотался, не сводя глаз с смущенной Виктории. — А может, это новая рекламная акция? «Купи зелье от икоты – получи свидание с красоткой!» Хм… Звучит неплохо! Нужно будет обдумать эту идею!
Он подмигнул Фреду, ожидая его реакции.
Фред лишь закатил глаза. Его близнец удивленно вскинул брови, вероятно ожидая получить вторую порцию шуток от брата.
- Хватит нести чепуху, Джордж, - произнес Фред тоном, не терпящим возражений. - Теперь она у нас работает.
Радостное выражение лица Джорджа мгновенно потухло, словно кто-то выключил свет. Он удивленно выдохнул, а его глаза немного расширились.
— Работает? В смысле… здесь? Серьезно? Он окинул Викторию оценивающим взглядом, словно пытаясь понять, что именно эта девушка может делать в их магазине. Собравшись с духом, Джордж принял деловой вид.
— Ладно, Виктория, добро пожаловать в нашу дружную команду, - сказал он, стараясь скрыть удивление в голосе. - Так, сейчас… Тебе нужно будет разложить новые «Взрывающиеся хлопушки». Видишь вон те ящики в углу? Разложи их на полках, следи, чтобы цвета сочетались, а этикетки были хорошо видны. И… не вздумай их взорвать, пожалуйста! Нам тут взрывов и без тебя хватает.
Он указал на гору коробок, которые явно требовали немедленного внимания.
Виктория кивнула и поплелась к указанному месту, чувствуя себя загнанным зверем. Впрочем, выбора у нее не было. Деньги нужны были срочно, а другие возможности пока не предвиделись. Она принялась за работу, стараясь не думать о том, что ее блестящее будущее превратилось в серую и безрадостную рутину из за гребанных Пожирателей. Но где-то в глубине души, под слоем разочарования и обиды, еще тлела крошечная искра надежды.
Ее лицо было сосредоточенным, брови чуть хмурились, а губы сжаты в мелкую линию. Каждое движение — аккуратное. Оно расфасовывала коробки, проверяя их содержимое, складывала тестеры на места, аккуратно расставляла заколки, шкатулки и склянки с зельями.
Ее глаза иногда бегали по посетителям — покупатели ходили между стеллажами, разглядывали товары, делали заметки или просто любопытно рассматривали всё вокруг.
В этот момент, проходящий мимо витрины парень, неожиданно для Виктории, задел её плечом. Всё произошло в мгновение ока: склянка с яркой голубой жидкостью, стоявшая на краю противоположного стеллажа, полетела на пол. Виктория, ошарашенная, попыталась подхватить стекло, но она выскользнула из ее рук, и ярко-синяя жидкость попала точно на одежду того самого парня.
Молодой волшебник прыгнул назад, вздрогнув от неожиданности. Его лицо мгновенно поморщилось.
-Гребанная сука, ты хоть знаешь, что натворила?! Этот костюм стоит дороже, чем вся твоя жизнь!
Девушка нахмурилась. Она не позволит какому то ублюдку оскорблять и позорить ее, тем более тогда, когда он был сам виноват.
—Ты меня толкнул! Если твои глаза были не на заднице, а на голове, то ты бы увидел, что кроме тебя здесь кто то стоит! Иди потрать деньги на уроки хороших манер!
Глаза парня вспыхнули гневом. Он схватил Морган за локоть, притягивая к себе и прорычал сквозь зубы прямо в лицо.
— Да ты хоть знаешь, что я с тобой сделаю? Я...— парень осёкся на полу слове.
-Что здесь происходит?-Фред, появившийся позади девушки, хмуро осматривал разбитую колбу и жидкость, растекшуюся на полу. Его взгляд остановился на локте Виктории, которую все еще держал тот парень.
—Отпустите мою сотрудницу. — Твердо произнес Уизли. Морган освободилась из хватки и сразу встала за спину рыжеволосого. В большинстве случаев она сама себя защищала, но никто раньше не смел угрожать ей. И этот парень явно был неадекватным, поэтому она просто наблюдала, как Фред разбирается с ситуацией.
—Прошу прощения за этот инцидент. Она новенькая, не привыкла пока что. Вы можете взять любые две вещи из нашего магазина абсолютно бесплатно.
Уизли улыбнулся парню и тот, хоть и недовольно, но согласился, уходя вдаль стеллажей. Девушка недоумевала: то есть он ее толкнул, оскорбил, схватил, угрожая расправой, а ему за это еще и скидку?!
—Уизли, какого Мерлина ты делаешь? -прошипела девушка, глядя близнецу в глаза. Вместо ответа парень схватил ее за руку и повел к подсобке.
—Куда ты меня тащишь? Фред!
В подсобке пахло взрывающимися бобами и нереализованными амбициями. Уизли впечатал дверь в косяк, и без того испещренный следами неудачных заклинаний. Внешний мир, наполненный смехом покупателей и песнями, замер, словно зачарованный, оставив их наедине с тихой бурей.
— Ты хоть понимаешь, что натворила, Эмили?– выпалил Фред, его обычно игривый голос звучал непривычно резко. Искры, обычно плясавшие в его глазах, сменились холодным пламенем раздражения. — Джордж потратил две недели, уговаривая поставщика отдать нам изготовленную последнюю партию! А ты… ты просто размазала зелье по полу!
Виктория молчала, стиснув зубы. Слезы подступали к глазам, но она глотала их, как горькое зелье.
— И это еще не все! – продолжал Фред, расхаживая по подсобке, как загнанный зверь. — Ты умудрилась нажить врага в лице того идиота! Ты представляешь, сколько проблем это может нам создать?!
Виктория вздрогнула. Она помнила его ледяной взгляд, его презрительную усмешку, его едкие слова.
— Я… я не хотела, – прошептала Морган, поднимая на Фреда полные отчаяния глаза. — Он… он начал первым. Он… он пытался меня унизить.
— Унизить? – Фред остановился, нахмурившись. — Что такого ты ему сказала, что он вышел из магазина, проклиная все на свете?
Фред застыл, словно пораженный заклинанием окаменения. Он прекрасно понимал, что Виктория просто защищалась.
— Что ты ему сказала? – спросил он снова, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.
— Я сказала ему, что лучше бы он потратил свои деньги на уроки хороших манер, – ответила Виктория, подняв подбородок. — И что я бы предпочла общение с троллем, чем с ним.
Фред молчал, обдумывая её слова. С одной стороны, он осознавал, что Виктория поступила неправильно, нажив врага в лице юноши, который буквально клялся молить о пощаде их магазин. С другой стороны, он не мог не восхищаться ее смелостью и прямотой. Она не струсила перед надменным аристократом, не позволила ему унизить себя.
— Ты понимаешь, что ты натворила? – спросил Фред, нарушая тишину.
— Да, – ответила брюнетка. — Я понимаю, что могла поставить под угрозу репутацию вашей лавки. Но я не жалею о том, что сказала.
Фред вздохнул. Он знал, что должен отчитать ее, напомнить о правилах поведения с клиентами, пригрозить увольнением. Но глядя на ее гордо поднятую голову, на огонь в ее глазах, он понимал, что не может этого сделать.
— Знаешь что? – сказал он, внезапно меняя тон. — Забудь об этом. Тот парень – просто трусливый болван. Он ничего не сможет нам сделать.
— Но… – начала Виктория, удивленная его словами.
— Никаких «но»,– перебил ее Фред. — Ты поступила так, как считала нужным. И я уважаю твою смелость.
В тесной подсобке повисла тишина, напряженная, но уже не враждебная. Фред смотрел на Викторию, и в его глазах больше не было раздражения. Там было что-то другое… восхищение, уважение, и еще что-то, что он не мог до конца понять.
Виктория ответила на его взгляд, и внезапно вся злость, все обиды и все страхи отступили. Она увидела в глазах Фреда не только коллегу, но и человека, который ее понимает, который ее поддерживает.
И в этот момент, когда все слова были исчерпаны, когда все обиды забыты, между ними словно проскочила искра. И эта искра зажгла огонь, который еще давно зародился в их сердцах.
Фред шагнул вперед, ярость клокотала в нем, смешиваясь с желанием. Он не наклонился – он набросился. Грубо схватив Викторию за затылок, он впечатал её губы в свои. Это был не поцелуй – это был взрыв. Не нежность, а грубая сила. Его зубы слегка прикусили её нижнюю губу, заставляя её вздрогнуть. Язык ворвался в её рот, хозяйничая, требуя ответа. Ярость и похоть сплелись в этом поцелуе, превращая его в первобытное, животное действо. Виктория ответила не сразу, ошеломленная напором, но потом, словно опомнившись, вцепилась пальцами в его волосы, позволяя себя поглотить этой буре. Он сжимал её в объятиях, словно боялся отпустить, словно хотел впитать её в себя без остатка. Этот поцелуй был протестом против всего – против правил, против здравого смысла, против их же собственных страхов. Он горел, как пламя фейерверка, обещая оставить после себя лишь пепел и воспоминания.
Мгновение спустя они оторвались друг от друга, тяжело дыша. Девушка удивленно уставилась на рыжеволосого, который, казалось, сам от себя этого не ожидал. В голове шумело, сердце билось так, будто было готово выпрыгнуть из груди прямо сейчас, а мысли спутались в хаосе всех эмоций.
-Мне... Надо работать.— Виктория быстрым шагом вышла из подсобки, оставляя Фреда наедине с собой и своими мыслями. Она хотела скорее отвлечься и занять свои мысли чем то более важным. Но не получалось. Весь оставшийся день Морган не могла избавиться от назойливых мыслей: "Что это было?", "Зачем он это сделал?" и "Почему я не оттолкнула его?".
Оставшуюся часть рабочего дня девушка провела в смятении и попытках изгнать эмоции. Когда магазин закрылся, она подошла к Джорджу, который стоял у кассы и считал прибыль за день.
-Джордж, я могу идти?— Морган осмотрелась, надеясь не пересечься с его близнецом. Слишком много его сегодня было.
-А? Да, Вики, можешь идти. Ты хорошо справляешься! Скоро будешь лучше моего братца,— Джордж посмеялся, что вызвало у девушки искреннюю улыбку, впервые за весь день.
-Я всегда была лучше его, не забывай, Уизли. Доброй ночи.— Морган помахала близнецу и вышла с магазина. Сумерки уже сгущались над Косым переулком и девушка оглянулась на яркое ночное небо. После напряженного рабочего дня среди шума и суеты, она ощущала глубокое облегчение и внутреннюю тишину, наполняющую сердце теплом. Ветер мягко трепал её волосы, а далекие звезды мерцали в небе, словно загадочные огоньки, приглашая к размышлениям и мечтам.
Она остановилась на мгновение у порога, вдохнула свежий воздух, напоённый запахами магии и пряностей. В своих мыслях она переносилась в годы обучения в Хогвартсе, когда страсть к астрономии разгорался ярче солнечного света. Тогда она с восхищением наблюдала за звездами, словно раскрывая их тайны.
Любовь к астрономии пробуждала в ней чувство гармонии и бесконечности. Она помнила те долгие ночи, проведённые на Астрономической Башне, когда вся вселенная казалась одновременно огромной, далекой и близкой, таящей в себе неразгаданные загадки. В её глазах зажглись искорки вдохновения, и она с благодарностью подумала о тех моментах, когда обучение в Хогвартсе наполняло её увлечением и надеждой, а не раздражением и болью.
Вздохнув, она побрела к дому напротив, желая поскорее оказаться в кровати и выспаться. В ту же минуту кто то схватил ее, закрывая ее рот широкой ладонью.
-Ну привет, крошка),— девушка услышала знакомый, мерзкий голос того самого парня, на которого она случайно пролила зелье. Она попыталась вырваться, но он усилил хватку так, что ей стало больно.
-Готова отрабатывать за испорченный костюм?— прошипел он ей на ухо, от чего ее передёрнуло. Она промычала что-то вроде "пошел в задницу" и попыталась достать свою палочку из кармана, но он выхватил ее и откинул в сторону. Его руки коснулись ее шеи, и медленно спускались к груди, расстегивая первые пуговицы рубашки. Морган дернулась и он сжал ее шею.
-Не дёргайся, куколка. Все равно никто не поможет. Разве ты не хочешь составить мне компанию на вечер?— он ухмыльнулся, опуская руку к краю юбки, приподнимая ее, и касаясь холодными пальцами шва ее нижнего белья. На глаза навернулись слезы, от понимая, что сейчас произойдёт.
-Милый, давай я тебе компанию составлю?-голос Фреда разнёсся по всему переулку. Парень ослабил хватку, отвлекаясь и поворачивая голову к Уизли, а Виктория, воспользовавшись этим, ударила парня локтем в живот и побежала к близнецу, обнимая его и благодаря Мерлина за спасение. Фред отодвинул девушку за спину, держа наведенную на парня палочку.
-Сколько ты хочешь за костюм?— спросил Уизли, не сводя с него глаз.
-Опять ты...— парень отряхнулся и стал подходить ближе. Фред повернул голову к девушке.
-Уходи, быстро.
-Но..
-Я сказал, уходи!
Девушка неуверенно кивнула, схватила свою палочку с земли и убежала. Но не домой. Она забежала обратно в магазин.
-Джордж! Джордж!
Уизли быстро спустился с верхнего этажа, таращась на Морган.
-Что случилось? Ты же ушла?
-Фред.. Он там.. С ним.. А я сюда..
Не успела девушка договорить, как в помещение зашел второй близнец. У него была разбита губа, но на лице сияла ухмылка. Вики сразу подошла к нему, рассматривая его лицо на наличие других ссадин. Когда она не нашла ничего другого, она обняла его, чувствуя аромат его парфюма. Карамель..
—Спасибо.. Спасибо огромное. — Вики прижалась к нему ближе, а Джордж, стоящий в стороне и опирающийся на перила, присвистнул.
—Не буду мешать, голубки!— ухмыльнулся он, уворачиваясь от брошенного Фредом шуточного заклинания и уходя обратно наверх.
В полумраке лавки Уизли, где волшебные шутки и яркие безделушки в обычное время искрились весельем, сейчас царила тишина, нарушаемая лишь приглушенными вздохами. Морган, словно тень, скользнула вглубь помещения, где Фред, склонившись над столом, держал у губ белую сухую тряпку. Багровая кровь пропитала ткань, контрастируя с бледностью его лица. Сердце девушки сжалось от внезапной волны благодарности и вины.
Она медленно подошла к раковине, стоявшей в углу. Открыв кран, подставила тряпку под струю прохладной воды. Капли, словно слезы, стекали с ткани, смывая следы недавней схватки. Виктория несколько раз отжала её, стараясь сделать движения как можно более плавными и уверенными, чтобы не выдать дрожь, охватившую её тело.
С влажной тряпкой в руке она вернулась к Фреду. Его плечи были напряжены, а взгляд устремлен в пол. Виктория тихонько присела рядом, ощущая, как между ними нарастает неловкое молчание.
— Фред, - прошептала она, и ее голос прозвучал громче, чем ожидалось, в тишине лавки. Он вздрогнул и поднял глаза, в которых отражались боль и удивление. Морган протянула ему тряпку.
— Позволь мне, - сказала она, и ее пальцы на мгновение коснулись его руки. Этот мимолетный контакт словно пронзил ее электрическим разрядом.
Фред отстранился, но Виктория не отступила. Она мягко, но настойчиво взяла его лицо в свои ладони. Её пальцы, прохладные от воды, нежно коснулись его щеки. Она приложила влажную ткань к его разбитой губе, стараясь делать это максимально осторожно.
— Спасибо, Фред, - прошептала она, глядя ему прямо в глаза. — Спасибо за то, что заступился за меня. Ты не должен был.
В его взгляде мелькнула растерянность, но потом появилась легкая улыбка.
— Ерунда, Эми. Я не мог поступить иначе.
Девушка улыбнулась. Никто никогда не называл ее так. А он назвал ее так уже второй раз за день.И слышать это от него было на удивление... Приятно. Неловкое молчание вновь наполнило лавку, но на этот раз оно было другим – более теплым, более интимным. Виктория медленно убрала тряпку и отступила назад.
— Мне пора, - сказала она, стараясь скрыть волнение в голосе. — Спасибо еще раз.
Она поспешно вышла из лавки Уизли, оставив Фреда в полумраке.
Уже дома, захлопнув за собой дверь своей комнаты, Виктория прислонилась к ней спиной, чувствуя, как бешено колотится сердце. Дверь под её спиной казалась прохладной и успокаивающей. Она закрыла глаза и позволила себе улыбнуться. Внутри нее разливалось теплое чувство – смесь благодарности, облегчения и чего-то еще, чего она пока не могла понять. Она провела пальцами по губам, словно пытаясь удержать на них отголоски его взгляда, его присутствия.
В душе Виктории только зарождалось предчувствие чего-то нового, неизведанного, волнующего. Она чувствовала, как в ней просыпается робкая надежда, словно цветок, пробивающийся сквозь толщу земли навстречу свету. И в этот момент, стоя у закрытой двери своей комнаты, она была по-настоящему счастлива.