13
Пригретый солнцем, Никита, подложив руку под голову, удобно устроился на столе. Его карие глаза внимательно разглядывали сосредоточенного на чтении учебника Колю: взгляд из-за полуопущенных ресниц, губы, сжатые в напряжении, и небольшая продольная морщинка на лбу, говорящая об активном мыслительном процессе.
- Офигеть, по ходу я влюбился в тебя с первого взгляда, - мечтательно произнес Никита.
Серые глаза оторвались от текста и задержались на лице друга, который и сам опешил от собственных слов. Однако отступать было не в характере Никиты, и тот не отвел взгляда.
- Такой весь независимый интеллектуал, на стиле. Сам в себе, гордый и довольный собой. Я, конечно, тот еще слоупок, но вот сейчас мне стало ясно: в первый раз, как увидел тебя, я влюбился.
- Ты смеешься надо мной? – поморщился Коля, — это шутка такая?
- Нет, что ты, - Никита все также продолжал фривольно лежать на столике, - просто выкладываю то, что у меня на уме.
- Впрочем, как обычно, - пробормотал под нос его друг, - в следующий раз, прошу, думай прежде, чем говорить такое. Даже, если не всерьез.
Длинные тонкие пальца Коли стали нервно собирать вещи со стола, он достал из кармана бумажник, положил банкноту на столик и, резко встав, запихнул учебники в сумку. Через секунду дверь кофейни захлопнулась, оставив Никиту наедине со своими мыслями.
— Вот дела, - протянул он и откинулся на спинку дивана, - Никитос, это что сейчас было?
Интересно, это он с треском провалился и профукал лучшие в своей жизни отношения, пусть даже дружеские, или все-таки рискнул верно, и надежда на взаимное чувство есть?
Весь прошедший месяц были только они вдвоем: Никита на удивление родителей не завалил сессию и не показывал признаков беспросветной печали по поводу расставания с Леной. Коля, закончив со своими учениками и оставшись без дохода, стал искать подработку. Они встречались каждый день, потому что Никита, как и обещал, заставил Колю вставать на тренировки, и вскоре двое друзей познакомились со всеми собачниками в округе и местными пожилыми любителями скандинавской ходьбы. Коля не без усмешки называл их компанию клубом «Будь здоров», не заметив сам, как с радостью выпрыгивает из постели по утрам, торопясь на встречу с Никитосом. Это были легкие дни, полные солнца и тепла, когда оба решили не думать ни о чем, а просто наслаждаться своей компанией. И теперь, вздохнул Никита, он своим признанием положил этому беззаботному времени конец. Он вздохнул еще раз и, сняв фартук с крючка на стене, пошел за стойку.
Коля скинул ботинки в прихожей и сразу скрылся в своей комнате. Как был, в уличной одеже, он рухнул на кровать, уткнувшись головой в подушку. Его трясло и знобило, он не помнил, как добрался домой, на каких-то условных рефлексах и пошатывающихся ногах. Долго лежать так Коля не смог – дышать было неудобно, он перевернулся и заплакал. Вроде бы прошли те дни, когда он рыдал от отчаяния, что родился не таким как все, что не может завести подругу или показать родителям своего любимого. Почему же он настолько растерзан теперь? В его голове крутились слова Никиты, такие простые, брошенные словно невзначай, его искрящиеся глаза и блаженное выражение лица в золотом свете. Никитос пошутил или это была правда? Что думать, как вести себя дальше? Вот уже несколько недель Коля изредка разрешал себе представлять картину их признания в любви друг другу, но ни одна его бурная фантазия не была похожа на сегодня. Коля был уверен, что не выдержит первым, выпалит, что давно любит Никиту, а тот пошлет его ко всем чертям и забудет на следующий день. А теперь первый ход был за его другом, и подобное положение дел спутало Коле все карты. Это был и не худший, и не сопливо-розовый вариант из фантазий, а третий путь, к которому тот оказался не готов.
- Коль, - протянула ласково мама за дверью, - ты вернулся, обедать будешь?
- Иду, - как можно естественнее выдавил он. С мыслью, что, что бы это ни было на самом деле, и как бы больно ему не станет в будущем, он пройдет, гордый и независимый, как верно отметил Никита, через все, Коля вытер слезы, встал, переоделся и, аккуратно развесив одежду, пошел на кухню.
За эйфорией признания последовал момент отрезвления и падения духа: еле доработав смену, Никита брел, куда глаза глядят, и впервые со встречи с Лунтиком он вдруг снова захотел ощутить терпкий вкус спирта и эффект размытости мозга от алкоголя. Вернувшись в родной район, он зашел в самый захудалый магазин, где таким же юнцам из-под полы продавали спиртное. Там купил какой-то жгучий алкогольный коктейль и устроился в темном углу соседнего двора. Вкус оказался поганый, но зато действие напитка было незамедлительным. Отпивая мелкими глотками, Никита гонял лихорадочные мысли в мозгу: нравятся ли ему мужчины? И да, и нет, ведь секс с Леной и девушками до нее приносили ему удовольствие. Хочется ли ему переспать с Колей? Возбуждается ли он, фантазируя о нем? Да и да. Что за херня? Почему это случилось с ним, и все не может быть просто, черно-белым, как прежде? Почему именно Коля – это тепло, растекающееся по телу и заставляющее думать о сексе с ним? Коля – это роскошные серые глаза, тонкие изящные пальцы, это интеллект и стиль, это четкие правила и всеобщее доверие. Это любовь, и она не может быть чем-то плохим и позорным.
- Угораздило же меня так втюриться, - посмеялся сам над собой Никита, выбросил пустую банку в урну и побрел домой. Что сейчас происходит с Колей? Никиту передернуло от осознания, как тому может быть плохо или неприятно. Хотя в то же время внутреннее чутье, которое никогда его не обманывало, уверенно намекало, что чувства двух друзей взаимны. Все еще под влиянием хмеля, Никита решил во что бы то ни стало разобраться со всем сейчас, достал телефон и набрал друга, но тот трубку не взял.
За окном стемнело, а Коля никак не мог сосредоточиться на просмотре любимого фильма, и когда его телефон яростно завибрировал, перекрикивая актеров, он точно знал, кто ему звонит. Он смотрел на мерцающий неоном экран, но не мог заставить себя пошевелиться. В этом оцепенении, не отводя глаз, он увидел, как пришло сообщение от Никиты. Тот был настойчив по обыкновению. Зная, что избежать общения не удастся, Коля медленно открыл послание друга.
«Жду тебя на нашем месте»
«Наше место» — это было то пересечение дорожек, где Коля месяцами ранее нашел расстроенного Никиту и привел домой. На этом месте, где-то посередине между своим домами, они расставались каждый день и шли каждый к себе.
Коля был не в силах ничего ответить, но уже через две минуты он, расстелив пиджак наизнанку и нервно покусывая губы, ждал Никиту на бортике.
Тот пришел минут через семь. Одетый в любимый черный с серебром спортивный костюм Адидас, капюшон накинут на голову, почти закрывая бледное лицо.
- Так и знал, что ты успеешь раньше меня, - вяло улыбнулся он и сел рядом с Колей. Знакомый запах парфюма ударил в нос, снова напоминая Никите, как сильно тот влюбился в своего друга: каждой клеткой кожи он ощущал тепло Колиного тела, такого близкого и желанного. Он впервые ясно понял, что хочет обнять Колю, прикоснуться к его груди, спине, рукам, целовать его щеки и губы. Еще больше волнуясь из-за оформившихся желаний, Никита не мог заставить себя повернуться и посмотреть на своего друга. Они сидели молча, в полутьме, разбавленной соседним фонарем, одни, словно отрезанные от мира.
- Если ты скажешь, что пошутил сегодня утром, - в тишине голос Коли прозвучал осипшим и надорванным, - клянусь, я прибью тебя. Нет, не так. Я никогда в жизни не буду больше с тобой общаться и не вспомню о тебе. Давай покончим с этим скорее. Ну, говори. Уничтожь, растопчи меня. Как в школе.
Никита громко сглотнул и в следующий миг, что есть мочи, прижался губами к Колиному рту, одной рукой нежно вцепившись в его волосы.
- Не смей никогда меня забывать, - тихо прошептал он, ослабив хватку, - я признался тебе на полном серьезе.
Он вновь коснулся Колиных губ, в этот раз более нежно, но настойчиво. Коля поддался и ответил на поцелуй. Его длинные руки потянули Никиту к себе, обвили его талию, обжигая кожу даже через ткань костюма. Это был страстный поцелуй, когда ни один не хотел уступать или останавливаться. Казалось, прошла уже вечность, как Никита ощутил странный солоноватый привкус во рту. Он резко остановился и отодвинулся.
- Ты плачешь? – он разглядывал взволнованное лицо Коли, на его щеках виднелись слезы. Они впервые посмотрели друг другу в глаза.
- Прости меня, - Коля выглядел смущенным, таким растерянным его Никита не наблюдал ни разу.
- За что? Это я, балбес, выпалил все, не обдумав, - поспешил заверить Никита, его рука машинально потянулась вытирать слезы с Колиного лица, - скажи, ты сильно прифигел от этого?
- Да, я был в шоке, - Коля стал приходить в себя, и к нему вернулась сосредоточенная аура, - но можно я признаюсь, что мечтал об этом уже давно?
- Давно? – рука Никиты остановилась на щеке Коли.
- Может, это и не была любовь с первого взгляда, но я уже несколько недель назад осознал свои чувства.
- И молчал? Какого ты такой скрытный?! Мы столько времени потеряли! – Никита принялся целовать Колины щеки, медленно подбираясь к губам.
- У тебя все легко, - обиделся Коля, пытаясь увернуться от друга, но тщетно.
- Это вовсе не так, - прошептал Никита и слегка прикусил Колино ухо. Последний вдруг осознал, что, как и везде, где ему важно, в любовных делах Никита идет прямиком и на таран, и силой отстранил его от себя.
- Давай поговорим нормально, Никит, - он стал совсем серьезным.
- Давай. Я люблю тебя, ты любишь меня. Все, разговор окончен? – Никита заискивающе улыбнулся. Внутри него все ликовало и пело еще с того момента, как Коля признал взаимность чувств, и теперь в голове не осталось ни одной связанной мысли кроме желания целовать и обнимать.
- И тебя совсем не тревожит то, что ни один из нас не девушка? Что ты сейчас целуешь парня, и это как бы не есть общественная норма? – не сдавался Коля.
- Началось, - простонал Никита, - мы, что, так начнем наши отношения? С нудных разговоров и объяснений?
- Ты, конечно, привык плыть по течению. Но, пойми меня, это не тот случай.
Да, именно в такого, рассудительного, холодного Колю и влюбился Никита.
- Ок! Хочешь поговорить? Я тебе скажу – целоваться и сидеть, а уж тем более – разговаривать на этой ограде пипец как неудобно!
- Я серьезно, Никита.
- И я, - он попытался сделать максимально угрожающе-сосредоточенный взгляд, втайне надеясь, что дома ему удастся продолжить то, на чем они прервались, - к кому пойдем – к тебе или ко мне?
- Ох, мама испекла пирог и будет рада снова тебя видеть, - вздохнул Коля, поднимаясь с бортика и отряхивая пиджак.
- Она хорошо готовит? – Никитос спрыгнул вслед и по привычке крепко обнял его, добавив еще и поцелуй в щеку.
- Никит, пожалуйста, - почти умолял его Коля, - тут сейчас полно знакомых!