Пик сотни битв
Пик Бай Чжань обладал наибольшей мощью и, за всю историю существования хребта Цан Цюн, именно он выпустил из своего гнезда большинство самых прославленных заклинателей. Впрочем, Шан Хуа знал, что это всего лишь игра. Пик сотни битв был создан им для возвышения заклинательской школы над другими и повышения рейтинга главного героя. После победы Ло Бинхэ над адептами самого мощного пика, никто не смел противиться воле гордого бессмертного демона.
Самолет лично прописал такую историю вершине Бай Чжань и сильный боевой дух его адептам, вот только он никогда бы не подумал, что эти ученики будут позволять вести себя заносчиво не только с остальными школами, но и с адептами других вершин. Проще сброситься с Радужного моста, чем иметь дело с адептами Бай Чжань.
Другой конец моста встретил Шан Хуа боевыми кличами и звоном металла. Насколько он знал, (а на свои знания он обычно не полагался) горный лорд Бай Чжань всегда находился в центре сражений, поэтому свой путь Самолет держал к главному тренировочному полю, сердцу пика сотни битв. Как бы он не старался, избежать въедливые взгляды адептов ему не удалось. Когда ты младший ученик, никто не воспринимает тебя всерьез, а если ты младший ученик пика Ань Дин, роль боксерской груши и объекта обсуждения тебе обеспечена. Однако Шан Хуа удалось дойти без единой помехи, система сегодня добра как никогда.
У тренировочного поля столпились, казалось бы, все адепты Бай Чжань. За их спинами невозможно было что-то рассмотреть. Самолет мысленно вытер слезу негодования из-за своего роста и принялся расталкивать адептов. Большинство, конечно же, стали возмущаться, но это не помешало логисту пробраться в первые ряды. Да и многие из них были увлечены тренировочным поединком.
В плотном круге из адептов сражались два заклинателя: один помладше, другой — постарше. Несомненно, это были Лю Мингэ и старейшина Пэн. Их движения были невероятно быстрыми, а удары точными. Лю Мингэ всегда сравнивали с его учителем, но, видя их рядом, можно было сказать, что ученик явно отставал. Только один Самолет знал, что его шиди не только станет сильнее, но и намного превзойдет своего учителя. Как бы то ни было, ничего хорошего в будущем Лю Цингэ не ожидало, да и сам пик Бай Чжань тоже. Даже старейшина Пэн так и не сможет спокойно уединиться в медитации, вновь принимая на себя обязанности горного лорда для поиска нового достойного наследника. Горные властители всегда тщательно выбирали своих преемников, а чтобы иметь такую честь, нужно было для начала стать учеником внутреннего круга. Самолет прикинул возраст Лю-шиди и точно, это было именно то время, когда старейшина Пэн посвятит своего ученика в старшие адепты и объявит своим наследником. То, что он лично тренирует одного из адептов, уже говорило само за себя. Многие адепты Бай Чжань, конечно, были недовольны и все еще не потеряли веру в себя. Как никак, Лю Мингэ был для них еще одним заносчивым шиди, который слишком горд собой и своей принадлежностью к воинственной вершине. Знали бы они, как ошибаются... Лю Мингэ, несмотря на свой дерзкий нрав, был хорошим союзником и верным другом. Вот только большинство адептов, если не все, рискуют потерять с ним всякие связи. И связи — это то, что до сих пор останавливает Шан Хуа не сбежать на свой пик в порыве трусости. Он следил за их сражением, как за сюжетом нашумевшего боевика. Шиди Лю был хорош, вот только несдержанность его ослепляла, притупляла сознание во время боя. Старейшина Пэн без зазрения совести этим воспользовался и отправил своего ученика в полет.
— Ну, и что вы тут столпились? — взревел он на толпу. В повторе никто не нуждался и адепты начали неспеша расходиться.
Шан Хуа помолился всем богам, каких знал, чтобы его шишу был в хорошем расположении духа и сделал несколько шагов навстречу.
— Шишу Пэн, — вежливо поклонился он. — Учитель просил передать вам отчет о поставках.
— Мгм, — старейшина Пэн бесцеремонно вырвал свиток из рук ученика. — Почему же он сам не пришел? Я хотел лично обсудить с ним некоторые вопросы.
Самолет не нашелся с ответом, ему стоило с самого начала догадаться о подставе. Тем не менее, он с облегчением заметил, что сегодня его шишу более приветлив, чем в прошлую встречу. Тогда учитель так же послал Шан Хуа доставлять отчеты, но старейшина был чем-то раздосадован и засыпал вопросами ничего немыслящего юного логиста. Каждый поход на пик Бай Чжань был особенным: то старейшина в гневе и срывается на всех, кто попадется ему на глаза; то ведет себя сдержанно, как истинный пример для подражания. За все это время несменным было одно — шишу Пэн был плох на имена.
— Напомни, — уже по традиции бросил он, внимательно изучая содержание свитка. — Как тебя зовут?
— Шан Хуа, — апатично отозвался Самолет и всеми силами пытался не выказывать раздражения. Ему и вовсе хотелось бросить этот отчет и сбежать.
— Иной раз я думаю, что лорд пика Ань Дин нашел себе учеников лишь бы сбрасывать на них всю работу, — недовольно ворочая языком, продолжал старейшина Пэн. — Передай своему учителю, что ему стоит посетить пик Бай Чжань.
— Если у шишу есть какие-то вопросы, — выдохнул Шан Хуа, — этот адепт мог бы на них ответить.
Самолет знал, что заставлять учителя идти на пик Бай Чжань — гиблое дело. Пэн-шишу и Юн Чаошань в пору юности были соперниками и настоящими врагами на экзамене, определившем их судьбу. С тех пор они были раскинуты на разные вершины, и Шан Хуа был абсолютно уверен, что виделись эти двое только на собрании горных властителей. В связи с этим, Самолет заранее предвидел свои перебеги с одного пика на другой, и решил, что лучше отчитается сам. Роль писемщика ему не особо нравилась.Шан Хуа обреченно выжидал приговора пока откуда не возьмись налетело цунами, сбившее его с ног.
— Ты! — взревел Лю Мингэ. — Закончим наше сражение сейчас.
— Хорошо, — спокойно ответил контуженный Шан Хуа и поднял руки вверх. — Я сдаюсь.
— Я не приму поражение, — лицо Лю Мингэ так и раскраснелось от бешенства.
— О, — протянул вмешавшийся в их живописный разговор старейшина Пэн. — Так это тебе проиграл мой ученик на прошлой совместной тренировке?
Услышав подобные слова от учителя, Лю Минге так и затрясло, а сконфуженный Шан Хуа сразу замотал головой.
— Итогом поединка была ничья, — напомнил он.
— Ничья — это тоже самое, что поражение, — отрезал шишу Пэн. Вот уж точно, каков учитель, таков и ученик. У лорда пика Бай Чжань были очень своеобразные методы воспитания. — Честно говоря, я удивлен. Что-то твой учитель да рассмотрел в тебе.
— Не думаю, что дело в этом, — запротестовал Шан Хуа. Ему не очень-то хотелось, чтобы все вокруг напоминали о дне, когда Вэй Йивэй тащил покалеченного шиди на Ань Дин.
— А в чем же? Такими темпами мне придется пересмотреть участие пика Ань Дин в совместных тренировках, — хохотнул старейшина, а затем резко принял серьезный вид. — Нет, лучше иди и приведи сюда своего учителя.
Самолет уже представил грядущую пробежку, смахнул нематериальную слезу, отдал поклон и схватил Лю Цингэ за рукав. Страдать так не в одиночку.
— Что ты делаешь?! — запальчиво вскричал он.
— Сразимся на изречениях по пути, — коротко бросил Шан Хуа.