Часть 4
Утро началось спокойно — редкая роскошь после суматошной недели. Я приехала в школу чуть раньше обычного, припарковала Mercedes на привычном месте и зашла в здание с чувством, что хотя бы сегодня всё будет идти по расписанию.
В моём плане не было 11-Б — и это казалось лучшим подарком на свете. Никаких дерзких комментариев, никаких шуточек, никакого Пау Кубарси, который умудряется выводить меня из себя за десять секунд.
Половина первого урока прошла идеально: спокойный класс, нормальная атмосфера, никто не шутит, не отвлекается, никто не пытается специально нарушить правила.
Но ровно в момент, когда я объясняла реакцию осадков, в дверь постучали.
На пороге стояла завуч.
Она выглядела серьёзно — настолько, что я моментально напряглась.
— Аделина Даниэловна, вас срочно вызывает директор. Немедленно.
Я кивнула, извинилась перед классом и вышла.
Внутри уже что-то неприятно холодело.
Директор вызывает срочно — значит, или проблема, или замена.
Оказалось — замена, но не простая.
Когда я вошла в кабинет директора, он сразу поднял на меня глаза.
— Аделина Даниэловна, — начал он, — ситуация непредвиденная. Классный руководитель 11-Б заболела. Серьёзно, надолго. Нужно срочно подменить её и провести у них урок. И...
Он сделал паузу.
Я почувствовала, как напряжение поднимается ещё выше.
— И временно выполнять обязанности классного руководителя, пока она не выйдет.
Я чуть не выдохнула слишком громко.
11-Б.
Тот самый класс.
Тот самый Пау.
— Уже сегодня? — уточнила я.
— Прямо сейчас. Урок уже идёт. Идите, пожалуйста. Класс ждёт.
Ну конечно.
Чудесный день закончился быстрее, чем начался.
Я взяла журнал, поблагодарила директора и направилась в 11-Б. По пути чувствовала, как внутри растёт раздражение: только я обрадовалась, что наконец-то день пройдёт спокойно...
Дверь в класс была приоткрыта.
Я вошла.
В классе стоял лёгкий шум, почти гул — типичный 11-Б, как всегда. Девочки обсуждают какие-то новости, мальчишки громко смеются.
А в центре внимания, конечно же, Пау Кубарси — сидит, развалившись на стуле, рассказывает что-то так громко, будто выступает на сцене. Девочки слушают его почти с открытыми ртами.
Меня заметили мгновенно. Шум стих.
— Ребята, — сказала я спокойно, — ваша классная руководитель заболела. Меня попросили заменить её... и временно взять обязанности классного руководителя.
Кто-то тихо присвистнул.
Кто-то шепнул: «Капец»,
Кто-то сделал вид, что радуется.
И, конечно, Пау — ухмылка до ушей.
— О, так теперь вы — наша классная? — сказал он так, будто это лучший подарок ему на день рождения.
Я проигнорировала тон.
— Сегодня у нас химия. Открыли тетради.
Класс задвигался, но Пау, как обычно, не торопился.
Он медленно поднялся, растянулся, как будто только проснулся, взял ручку и сел, глядя прямо на меня — слишком внимательно.
Слишком вызывающе.
Я начала объяснять новую тему, но он перебил.
— Аделина Даниэловна, — потянул он имя так, будто специально дразнил. — А замены — это навсегда? Или пока вы нас не возненавидите?
Класс зашёлся в смехе.
Я спокойно посмотрела на него.
— Кубарси, если вы думаете, что сможете меня вывести, придётся вас разочаровать.
Он приподнял бровь.
— Я ещё даже не начинал.
Снова смех.
Я продолжила урок — хладнокровно, профессионально, чётко.
Пау вставлял комментарии каждые три минуты, будто проверял, где граница.
И ни разу я не дала ему ни миллиметра лишнего пространства.
Конец урока был обычным... насколько это возможно с 11-Б.
Я объявила:
— Со следующей недели я буду вести вас как классный руководитель. Домашнее задание — параграф семнадцатый.
Но Пау поднялся раньше всех и, проходя мимо меня, бросил:
— Ну держитесь теперь, ребята. Мы — класс Аделины Даниэловны.
Сказано так, будто это звучит как что-то особенное.
Я только устало выдохнула.
Как будто он был рад этому больше всех остальных.
⸻
От лица Пау
Ну и день...
Когда она вошла в класс — я думал, что у меня сердце пропустило удар.
Даже не потому, что она строгая, красивая или ещё что-то — нет.
Просто... странно.
Я не ожидал её увидеть.
Точно не вместо нашей классной.
И когда она сказала, что будет вести нас какое-то время...
Не знаю.
Что-то внутри странно дёрнулось.
Будто всё стало немного... интереснее?
Я сел, но не мог перестать на неё смотреть.
Она злилась. Я видел это.
Она держала лицо, как всегда, но всё равно — я чувствовал каждый момент, когда её раздражал.
И мне это...
Нравилось?
Не знаю.
Это тупо.
Она — учительница, взрослая, умная, строгая.
А я...
Я просто Пау.
Футбол, девчонки, внимание, шутки — всё обычно легко.
Но она — не реагирует.
Вообще.
И это бесит.
И одновременно... притягивает?
Да нет.
Так не должно быть.
Мне просто скучно.
Наверное.
Но когда она сказала, что будет нашим классным руководителем...
Я едва не улыбнулся шире, чем хотел.
Весь класс, конечно, ржал, шептался.
А я думал о другом:
«Почему, когда она рядом, я хочу говорить больше? Громче? Почему хочу, чтобы она смотрела?»
Полнейшая фигня.
Но скрывать это я не умею — и не особо хочу.
⸻
От лица Аделины
После урока я упала в кресло учительской.
Коллеги что-то обсуждали, кто-то пил чай, кто-то спорил о контрольной.
Я пыталась прийти в себя.
Пау Кубарси.
Теперь ещё и постоянный ученик.
И я — его классный руководитель.
И вот теперь точно понятно:
Моя жизнь становится заметно сложнее.
После завершения всех уроков и административных задач я задержалась в школе.
В учительской шли разговоры: кто-то обсуждал новые методики, кто-то шутил о событиях дня, кто-то давал советы новичкам.
Я знакомилась с коллегами, слушала истории, делилась своими мыслями о подходах к ученикам и заметила, что постепенно начинаю чувствовать себя частью команды.
Время шло незаметно. Когда разговоры постепенно стихли, я собрала сумку, попрощалась с коллегами и направилась к машине. Mercedes мягко проглотил дорогу домой, ночной город был тихим, спокойным, почти уютным.
Дома я сняла пальто, поставила сумку, включила свет. На диване ждало уютное место: я включила любимый сериал, устроилась поудобнее и смотрела несколько серий подряд.
Когда глаза начали закрываться от усталости, я выключила телевизор, легла в кровать и, наконец, почувствовала долгожданное спокойствие.
Сегодняшний день закончился.