Егор Крид улечу

Я падаю на пол, не по собственной воле — меня толкают. Кто-то ударяет мне в плечо и краем глаза я замечаю панику. Люди начинают покидать просторный зал, а парень на сцене медленно опускается на колени.

— Артем!

Кажется, мой крик громче любого другого, даже тот, что напуган больше всех.

Я поднимаюсь на ноги и иду к сцене, расталкивая всех на своем пути. Я вижу его, он уже сидит на полу, а Егор придерживает его. Он кричит мне что бы я уходила, но я не уйду.

Забираюсь на сцену, когда полный зал почти пустеет и придерживаю голову Артему. Он кашляет, а из его плеча идет кровь.

— Нужно вести его в больницу, — кричу я и Егор берет его на руки.

Мы бежим к выходу, и я толкаю двери. Не в зале, но здесь все еще продолжается паника. Краем глаза я замечаю Тимура, который накидывает пальто и рядом с ним знакомое мне лицо. Это чертов армянин из бара.

Парень задерживает на мне взгляд, а затем переводит взгляд на Артема.

Артем без сознания. Я кричу его имя несколько раз, но он не открывает глаза.

Даже в машине я не могу привести его в чувства. Его кровь на моих руках и платье. Меня всю трясет.
Слезы сами по себе катятся по моим щекам, и я стираю их тыльной стороной ладони. Забираю из его левой руки бумаги, на которой стоит подпись нового владельца оружия. Откидываю их в сторону и проклинаю себя о том, что именно сегодня захотела продать его.

Как же я ненавижу тебя, Марк.

— Помоги мне, Карла, — шепчет Егор, когда пытается вытащить его из машины.

Я помогаю ему и бегу к первой попавшейся на глаза медсестре. Мне не приходится что-либо говорить, так как она видит Артема на руках Егора.

Девушка посылает медбратьев за каталкой в то время, пока я придерживаю его голову. Крови еще больше. У Егора дрожат руки. Он задерживает дыхание, будто пытается услышать его сердцебиение. Я тоже прислушиваюсь.

Появляется медсестра и Егор кладут на каталку. Он приходит в себя, потому что я слышу, как он стонет. Хочу взять его за руку, но Егор останавливает меня.

— Какого черта произошло? — выкрикиваю я. Я не могу успокоиться. Я могла ждать всего что угодно, но только не этого.

— Марк, — поясняет Егор и ударяет ногой по стене. Он ходит из стороны в сторону.

Я вытираю руки об платье и хватаю его за руку, прекращая его ходьбу. Сжимаю ладонь так сильно как могу. Я хочу, чтобы он сейчас слушал только меня.

— С ним все будет хорошо, — шепчу я, схватив его лицо в ладони. — Ты слышишь меня?

Он не кивает. Он не соглашается со мной.

— Я обещал ей, — выдавливает он. — Я обещал, что с ним все будет в порядке. Обещал, что буду приглядывать за ним.

Я хмурюсь. Я не понимаю его.

— Кому ты обещал?

Он делает шаг назад от меня и возводит невидимую стену. Он жалеет, что сказал это на эмоциях, но теперь я задаюсь еще большим количеством вопросов.

Увы, мне не получить их, пока он находится в своем прошлом, а не здесь. Со мной.

Я не хочу ждать, поэтому направляюсь к палате, в которую повезли Артема. Егор стоит на месте некоторое время, а потом направляется к регистрационному окну. Он избегает меня.

Я злюсь еще больше и сжимаю окровавленное платье.

Он повяз в своих проблемах и не хочет меня в это просвещать. Я ненавижу его за это, поэтому и не хочу подходить ближе чем на метр к нему, пока не остыну.

***

Спустя три часа и семнадцать минут я понимаю, что сидеть в таком положении больше не могу. Моя шея затекла, а глаза закрываются сами по себе, даже несмотря на то, что за окном всего около шести часов вечера.

Егор сидит напротив, уронив голову на свои руки. Он молчит с того момента как отошел к регистрационному окну. Его рубашка и пиджак в крови. Даже на его лице есть кровь, думаю, как и у меня.

Все что произошло несколько часов назад для меня как сон. Я даже до конца не понимаю, когда все это успело произойти.

Марк выстрелил в Артема.

Зачем Марку стрелять в Артема? Почему Егор так заботится о Артеме ? Кому он обещал о нем заботится?

Марку выгодно вывести Егора из строя таким способом. Марк чертов кретин.

Что-то звонит. Противно и громко. Егор роется в карманах своих брюк и достает оттуда телефон. Прикладывает его к уху и слушает. Отключает, поправляет галстук и встает со скамьи.

— Оставайся здесь, — говорит он мне. На этот раз он не приказывает, он просто надеется что я сделаю это.

Я сделаю, Егор.

Я киваю и наблюдаю за тем, как он отдаляется и скрывается за углом. Встаю со скамьи и начинаю ходить из угла в угол, пока не встречаюсь взглядом с Ашотом . Он остановился в нескольких метрах от меня, а затем сделал шаг назад и развернулся чтобы уйти.

Какого черта он здесь делает?

— Эй! — выкрикиваю я и иду за ним. Я бегу за ним. — Ашот!

Мужчина останавливается и оборачивается ко мне лицом.

— Какого черта ты здесь делаешь?

— Отвали, — фыркает он и собирается уйти, как я хватаю его за руку, а затем другой рукой за волосы.
— Неверный ответ, парень.

Он шипит, но идет вместе со мной подальше от свидетелей.

— Ты чокнутая? — шипит он, когда я отпускаю его. На его лице несколько ссадин, а костяшки на руках содраны до забогровевшей крови.

Я не отвечаю на его вопрос и жду ответа на свой. Этот парень не кажется таким опасным как в баре.

— С ним все в порядке? — спрашивает он.

Я вхожу в недоумение.

— Артем.

— Зачем тебе что-то знать о Артеме, придурок? Ты в мамочки его записался? Когда же ты успел?

— Когда его сестры не стало, — выкрикнул он и пожалев об этом, накрыл лицо ладонями.

Он смотрит сквозь меня и дергается с места, когда из палаты на каталке Артема везут в другую палату. Я следую за ним и наблюдаю за бессознательным Аотемом. Ашот что-то спрашивает у доктора и останавливается возле меня, наблюдая за тем, как каталка скрывается за дверью.

— Как звали его сестру? — спрашиваю я, не сводя взгляда с двери.

— Регина, — отвечает тот и оборачивается ко мне лицом. — Будь осторожней, Карла. Не стоит связываться с мальчиком родом из России, — он делает шаг назад и направляется к выходу вдоль длинного коридора.

Регина. Регина там, Регина здесь. Регина мертва. Что случилось с Региной? Что случилось с родителями Егора? Причем здесь Россия?

Я все еще смотрю на дверь и пытаюсь представить перед собой девушку, которую так сильно любил Егор. Которую так же любил Артем.

Я не вписываюсь в эту картину. Они оба хранят её у себя в сердце, но для меня там нет места. У них своя история, никак не связанная со мной.

Я хочу задать еще несколько вопросов Ашота, но его здесь больше нет.

Он сказал мне достаточно, чтобы полноправно уйти.

Из палаты Артема выходит два доктора, один из которых подходит ко мне.

— С ним все в порядке? — тихо спрашиваю я.

— Он в норме, — вымученно улыбается он.

— Я могу туда... зайти?

Он кивает и уходит.

Я приподнимаю платье с пола и подхожу к двери, толкнув её.

Глаза Артема закрыты, в палате мрачно и только звук аппаратов оживляет это место. Я присаживаюсь рядом с кроватью и беру его за руку. Она холодная.

Опускаю голову, а затем кладу её на простынь.

У Егора была девушка по имени Регина. У Регины брат Артем. С Региной что-то случилось и Егор присматривает за ним. Из Егора хреновый смотритель.

Я хочу узнать о ней больше.

Дверь в палату открывается, и я вижу Егора. Он незамедлительно подходит к Артему, а затем переводит взгляд на меня.

— С ним все в порядке?

Теперь я понимаю это беспокойство в его глазах.

— Да, с ним все хорошо, — тихо отвечаю я и еле заметно улыбаюсь. Я хочу, чтобы он расслабился и не был так напряжен, потому что я питаюсь его эмоциями. Я живу им.

Я влюблена в тебя, Егор.