Сама ты женщина
К вечеру в корпусе танцоров было непривычно тихо — последняя неделя перед концертом, все репетируют целыми днями, поэтому к вечеру сил не остается ни на что, кроме как плюхнуться в кровать. Правда сегодня вожатые запланировали общий костер с песнями и играми — чтобы разбавить плотный график чем-то легким и веселым.
Алина сидела на кровати в большом худи, закутавшись в одеяло, волосы еще чуть влажные после душа. Окс растянулась с кружкой какао, Влада лежала у окна на кровати с подушкой под головой, а Женя сидела на полу, собирая волосы в небрежный пучок.
— Ну, кис, рассказывай, — первой начала Влада. — Мы уже сутки ничего не знаем. Как там твои «танцевальные отношения»? — она выразительно подняла брови. — С Соней, с Кирой... может, ты вообще новый жанр придумала?
Алина рассмеялась:
— Влада, не начинай, Кире я просто помогаю.
— Мы просто наблюдаем, — сказала Женя, кидая резинку на запястье. — Ты сияешь, будто у тебя не репетиции, а медовый месяц.
— Это потому что Соня, — с улыбкой сказала Окс, глядя на неё. — Такие вы милашки!
Алина чуть опустила голову, но на лице расплылась теплая, влюбленная улыбка.
— Да... Соня — чудо. Она всегда знает, как поддержать, как подхватить, даже если я молчу. Мы с ней, когда репетируем, будто не просто двигаемся, а дышим в одном ритме. Это... — она замялась, будто подбирая слова, — это про доверие. Про спокойствие. Про то, что ты можешь быть собой.
— Это любовь, кис, — сказала Влада мягко.
Алина кивнула.
— Да. Настоящая. Она не про громкие слова, а про то, как тебе спокойно рядом. Как будто всё становится на место.
Некоторое время все молчали — просто слушали, улыбались. Потом Женя спросила:
— А Кира? Вы же тоже репетируете. Никаких неоднозначных моментов не было? А то она иногда смотрит на тебя, будто хочет наброситься и украсть тебя.
Алина вздохнула.
— Мы с Кирой просто друзья. У неё сильная энергия, она такая... притягательная, уверенная, — Алина смутилась и сделала паузу, будто подбирая слова. — И иногда, да... Бывают моменты, знаете, когда будто воздух между нами электризуется.... Но в этом ничего такого нет, она знает что я с Соней и не позволяет ничего лишнего, — Алина облокотилась на подушку у стены и задумалась.
На несколько секунд в комнате повисла тишина.
— А ты чувствуешь к ней хоть что-то? — осторожно спросила Окс.
Алина замялась на секунду, но наконец сказала:
— Нет, — она чуть улыбнулась, будто пытаясь убедить саму себя в этом. — Просто она иногда так смотрит... становится неловко.
— Просто неловко? — спросила Женя.
— Да, просто неловко, — серьезно ответила Алина. — Я люблю Соню, о каких чувствах может идти речь?
Влада посмотрела на неё чуть внимательнее, но промолчала.
— Это главное, — сказала Женя, потянувшись.
— Да, — кивнула Алина. — Я правда счастлива.
Позже весь лагерь собрался у костра. Ночь дышала теплом и огнем. Вокруг трещали дрова, кто-то бренчал на гитаре, кто-то пил чай из пластиковых стаканов. Над головами — звёзды, а вокруг — смех, обсуждения и перекрики.
— Так, кто сегодня рассказывает страшилку? — спросила Крис, поправляя кепку. — Я голосую за Владку, у неё талант превращать любой роман в хоррор.
— Очень смешно, — фыркнула Влада. — После твоих «страшилок» мне только жалко главных героев.
— Потому что мои герои — это вы, — усмехнулась Крис.
Саша подбросила в костёр ветку, искры вспыхнули.
— А я голосую за песню! — объявила она. — Кто-нибудь, дайте гитару, я сейчас прочувствую вдохновение!
— Только не снова «Все решено, мама, я гей»! — простонала Окс.
— Эй! — возмутилась Крючкова. — Вообще-то все активно подпевают!
Все рассмеялись.
Кира, сидящая чуть поодаль, улыбнулась краем губ. Её взгляд на мгновение зацепился за Алину, которая сидела, прижавшись плечом к Соне. В свете пламени они выглядели будто вырезанными из одной линии — плавно, спокойно, естественно.
— А вот и наши звёздочки, — подколола Крис, когда Соня и Алина взялись за руки. — Вчера — репетиции, сегодня — костёр, завтра — свадьба.
— Тебя не позовём, — ответила Соня с лёгкой улыбкой. — Ты слишком громко комментируешь чужое счастье.
Тут Кира толкнула Крис локтем в бок.
— Да че начинаешь, — прошептала Крис. — Я проявляю дружелюбие.
Костёр гудел, языки пламени взлетали высоко, освещая полукруг лиц — усталых, загорелых, но счастливых.
Воздух пах дымом, чаем и сладким зефиром, который кто-то уже успел уронить в угли.
— Да блять, опять! — начала вопить Окс, держа на палке оплавленный кусок маршмеллоу. — Это уже третий!
— Так ты не держи его, как факел, — захохотала Григорьева. — Это же не ритуал изгнания демонов!
— С вашими страшилками скоро понадобится, блять, — буркнула Окс.
— Ладно, тише, — сказала Крис, — объявляю вечер откровений, а то я с вами со скуки умру! Кто готов признаться, кто тайно влюблён в кого?
— Только если ты первая, — парировала Лиза.
— Я? Так я открытая книга. — Крис театрально развела руками. — Всем известно, что я в отношениях с алкоголем и сарказмом.
— И оба тебя бросают раз в неделю, — вставила Маф, отчего костёр взорвался смехом.
Женя хлопнула в ладоши:
— А давайте снова в «правда или действие»? Без бутылки, просто по кругу.
— Ооо, — протянула Влада. — Люблю, когда всё начинается словами «без бутылки», а заканчивается бегом по корпусу в трусах.
— Алина! — тут же повернулась к ней Крис. — Правда или действие?
Кира посмотрела на нее серьезным, слегка угрожающим взглядом, будто бы зная, что сейчас будет.
— Правда, — улыбнулась Алина без задней мысли.
— Если бы Соня и Кира одновременно упали в озеро, кого бы ты спасла первой?
— Захарова, — сквозь зубы сказала Кира. — Началось.
Алина фыркнула:
— Обеих, потому что у меня хорошая физуха!
— Да неее, — подколола Крис, — Соню бы спасла, а Кире бы кинула спасательный круг и сказала «ты справишься, я в тебя верю».
Все засмеялись, а Кира, стараясь не терять самообладания, подыграла:
— Ну, спасибо хоть за круг. Обычно мне кидают только обвинения.
И компания снова разразилась смехом.
Алина тут же задала ответный вопрос Крис:
— Ну давай, самая смелая, правда или действие?
— Действие конечно, — Крис похлопала руками по коленкам и уже вскочила с бревна.
На Алинином лице тут же появилась хитрая улыбка:
— Тогда пройдись на каблуках по бревну. Желательно не упав.
Крис простонала:
— Бля, ну че то получше не могла придумать? — она осмотрела взглядом всех сидящих, подбежала к каким-то девчонкам, что-то шепнула им и тут же сняла с их ног две пары каблуков.
— Ща верну! — только и услышала Алина.
— Кирюх, со мной давай, — с ухмылкой сказала Крис, садясь на бревно и снимая кеды.
Кира едва заметно прищурилась, наблюдая, как Крис собирается балансировать на бревне в чужих каблуках.
— Э, а че ты меня в это втягиваешь? Твое же задание, — сказала она с лёгкой насмешкой.
— Ну ты мне братан или кто? — спросила Крис, кинув ей вторую пару.
Кира недовольно посмотрела на нее, но тоже начала переобуваться.
— А ниче, что я и ходить то в них не могу?
— Так и я тоже, — рассмеявшись, ответила Крис, пытаясь встать на каблуках.
Алина, чуть наклонившись, поправила каблук на ноге Крис и тихо сказала:
— Держи спину прямо, смотри вперёд, дыхание ровно.
Вся компания встала с бревна, освобождая его для дефиле девушек. Кира тоже надела обувь и начала ковылять к бревну.
Крис попыталась сделать шаг, но все вокруг уже смеялись, а Кира скрестила руки и наблюдала:
— Давай Крис, ты же женщина!
— Сама ты женщина! — парировала Крис, обернувшись.
Все девочки смеялись и комментировали неумелое дефиле Крис.
— Не улети в кусты! — воскликнула Григорьева сквозь смех.
Крис, наконец, неуверенно дойдя до конца бревна, развела руки в стороны, будто дирижёр, и прокричала:
— Я это сделала! Победа моя! Кирюх, теперь ты!
Кира фыркнула и села на край бревна, аккуратно балансируя, чтобы не потерять равновесие.
— Ну что, зрители, готовьтесь к аплодисментам, — сухо сказала она, скрестив руки на груди, но уголки губ дрогнули.
— Вот это настрой, — усмехнулась Окс, хлопая в ладоши. — Я уже вижу, как лагерь под тобой трясётся.
— Смотри и учись, Крис, — сказала Кира, делая первый шаг. Но в голове у Киры это выглядело лучше, чем в реальности — Кира пыталась идти на прямых ногах, еле поднимая ноги, и похожа была больше на робота. Едва не упав, она все-таки дошла до конца бревна с серьезным лицом, не выражающим никаких эмоций, под общий смех компании.
— Боже, — выдохнула Окс, — это не дефиле, это магия!
— Магия или катастрофа на грани, — вставила Григорьева, качнув головой и сквозь смех добавив:
— Я даже не знаю, чему больше аплодировать: грации или стойкости.
— Главное, что никто не полетел в костёр, — хмыкнула Влада, наблюдая за Кирой. — Хотя после такого выступления кто-то мог бы устроить пожарную тревогу.
В этот момент из тени деревьев показалась Маша, слегка подвыпившая и с ухмылкой:
— Что вы тут, веселитесь без меня?
Она шагнула ближе, усмехаясь и переводя взгляд на Киру, Соню и Алину:
— Ну как ваш любовный треугольник? Кира еще не увела Алинку прямо под носом у Сони?
Соня посмотрела на Машу взглядом, полным ненависти, сжав зубы так, что Алина рядом это тут же почувствовала — она накрыла ее руку своей и положила голову на плечо девушки, будто бы говоря «я с тобой».
Кира медленно подняла взгляд, переодеваясь в свою обувь, холодно, но без лишней драмы сказала:
— Блонди, иди туда, откуда пришла. Никто тебя сюда не звал, и никто не рад твоему присутствию.
Лейла тут же поддержала:
— Мне кажется, ты забыла, дорогая моя, что это не твоя сцена, а наш костер. Уйди, пока я тебе опять не напомнила, кто ты такая.
Маша фыркнула, сделав шаг назад, слегка покачиваясь:
— Какой ты стала злой, Ляль. Неужели научилась не засовывать свой язык в жопу, и говорить когда что-то не нравится? Значит, хоть чему-то полезному у меня научилась!
Лейла уже заметно начала раздражаться и хотела что-то ответить, но ее перебили:
— Слышь ты, полезная! — твердо сказала Маф, подходя ближе к блондинке.
— Съебалась отсюда быстро, пока я сама тебя не выкинула!
На это Маша ничего не ответила, лишь демонстративно закатила глаза и исчезла.
Компания ещё несколько секунд молчала, прислушиваясь к звукам её удаляющихся шагов. Потом Крис, не удержавшись, выдала:
— Ну что, выступление Маши окончено. Аплодисменты, девочки, это было мощно.
— Без повторов, — добавила Окс, хлопнув в ладоши. — А то мне кажется, зрители второго ряда могут не выдержать.
Крючкова рассмеялась, глядя на Маф:
— Маф, ты просто богиня лаконичности. «Съебалась быстро» — в лучших традициях лагерной дипломатии.
Маф фыркнула, скрестив руки на груди:
— С людьми её уровня надо говорить на их языке.
Кира улыбнулась краем губ, глядя в огонь:
— Ну, теперь точно можно сказать, что вечер удался. Драма — галочка, смех — галочка, скандал — галочка.
Алина чуть покачала головой, усмехаясь:
— Осталось только, чтобы кто-то снова упал в кусты, и тогда программа будет полностью выполнена.
— Главное, чтобы не я, — вмешалась Крис. — Я уже рисковала жизнью сегодня ради искусства.
— Ради тупости, — уточнила Окс.
— Ради искусства тупости! — парировала Крис и гордо взмахнула рукой, будто дирижёр.
Соня рассмеялась, приобняв Алину. Вокруг снова зазвучали разговоры, Саша начала играть на гитаре. В воздухе повисло ощущение лёгкости — как будто всё напряжение последних минут растворилось в треске огня и весёлых голосах.
Кира, глядя на пляшущие искры, почувствовала странное спокойствие. Где-то рядом Алина тихо смеялась, Соня подпевала под гитару, а над ними раскинулось небо — огромное, живое, будто наблюдающее за всем этим маленьким хаосом с доброй улыбкой.
Держитесь, следующие главы настолько мощные, что разъебывают даже меня.... Мы подошли к кульминации сюжета (спустя 50 глав а че???)
На самом деле, мне очень нравится так долго писать и проживать с героями это вот все, мне стали сниться лагеря 🙂🙂