Тебе есть что показать
В соседнем корпусе
В комнате Киры и Крис царил хаос — Крис приползла ночью после дискотеки, скидывая с себя вещи прямо на ходу, а Лиза не смогла дойти до своей кровати и рухнула на пол.
Кира открыла глаза, полежала пару секунд, потом села на кровати и устало потянулась. Голова гудела, но привычно. Она на ощупь достала пачку сигарет, зажигалку и подошла к окну.
Утро было серым, липким — не от жары, а от лагерного перегара и воспоминаний о вчерашней ночи. Она закурила, открыв форточку, и глубоко затянулась.
Позади, из груды одеял, донеслось глухое:
— Бля... я ещё жива после этих попоек?
— Я сама в ахуе с тебя, братан, — отозвалась Кира, выдыхая дым.
Крис приподнялась, со спутанными волосами и глазами, которые явно не знали сна.
— А Лиза?
— На полу, — спокойно ответила Кира. — Как упала — так и спит.
— Потрясающе, — буркнула Крис, облокачиваясь на подушку. — Ну что, рассказывай.
Кира обернулась.
— Что?
— Не прикидывайся, — хрипло усмехнулась Крис. — Опять на дискотеке притворялась, что тебе вообще пофиг, а теперь драматично куришь на подоконнике и «думаешь о ней».
Кира усмехнулась, делая ещё одну затяжку. Потом тихо сказала:
— Она, кстати, будет помогать мне с номером на концерт.
Крис моргнула.
— Что? Внатуре?
— Да. Завтра у нас первая репетиция, — спокойно ответила Кира, будто говорила о погоде. — Я попросила помочь мне с постановкой.
— Кира, — Крис поднялась, села прямо, — ты понимаешь, что это твой шанс? Реальный, мать его, шанс!
— Шанс на что? — усмехнулась Кира. — На то, чтобы всё испортить? Нет, спасибо. Меня все устраивает.
— Устраивает, блять? — переспросила Крис, прищурившись. — Ты про то, как ты на неё смотришь? Или как она улыбается тебе и ты потом не можешь уснуть?
Кира ничего не ответила, только перевела взгляд в окно.
— Я просто хочу, чтобы всё было спокойно, — наконец сказала она. — Без этих драм, без боли. Пусть лучше она думает, что я просто хороший друг.
В этот момент с пола послышалось глухое:
— "Хороший друг" не смотрит на людей, как ты на неё, — простонала Лиза, не открывая глаз. — Даже я, со своим зрением минут пятьсот, это вижу.
Крис усмехнулась.
— Вот. Даже Лиза воскресла, чтобы тебе это сказать.
Лиза всё-таки подняла голову и с трудом села.
— Кир, ну реально. Ты же сама страдаешь от того, что молчишь. И она не дура, она чувствует. Просто ты вечно держишь броню, как будто тебя кто-то заставляет быть каменной.
Кира слабо улыбнулась, туша сигарету.
— Может, потому что если я хотя бы раз позволю себе не быть каменной — всё посыпется.
— Или наоборот — наконец-то соберётся, — тихо сказала Крис.
На секунду в комнате стало тише. Только ветер колыхал штору, принося запах сосен и чего-то нового — будто утро ещё не решило, каким оно будет.
— Завтра репетиция, — наконец сказала Кира. — Посмотрим, что из этого выйдет.
— Да уж, — усмехнулась Крис, — посмотрим. Но если ты опять всё просрёшь — я лично запишу тебя на курс "как не быть тупицей в любви".
— Поздно, — зевнула Лиза. — Она уже на продвинутом уровне.
Комната взорвалась смехом, и даже Кира не сдержалась.
На следующий день
За длинным столом у окна собралась вся компания: Соня с Алиной, Влада с Григорьевой, Кира, Окс, Женя, Лейла, Геля, Саша, Маф и Крис с Лизой.
— Я официально заявляю, — сказала Влада, намазывая блин джемом, — если завтра снова будет манка, я объявлю голодовку.
— Ты и на ней не похудеешь, — хмыкнула Женя.
— Я не худею, я поддерживаю форму, — парировала Влада.
— Знаю я одно действенное кардио... — шепнула Соня на ухо Владе, но услышали все, и компания залилась смехом.
Алина, сидя рядом с Соней, задумчиво крутила ложку в руках. У неё в голове крутились образы — движения, переходы, как соединить всё в их номер. Кира же сидела напротив, внешне спокойная, но каждый раз, когда Алина говорила с ней, в груди у неё будто щёлкал тумблер — между «будь нормальной» и «не дыши слишком громко».
Соня отставила кружку с кофе и повернулась к Алине:
— После завтрака я пойду доделывать трек. Там чуть-чуть осталось — куплет и переход. Сань, сможешь помочь с аранжировкой и записью? — она обратилась к подруге.
— Ебать, а вы че настолько заебаться решили и трек прям записать? — удивилась Крючкова. — Это интересно, я в деле.
— Я могу вам на беках постонать, — не удержалась Крис и начала издавать характерные звуки, закатывая глаза.
— Захарова, блять! — Влада прыснула кофе обратно в кружку. — Мы же едим, можно хоть раз без тупых шуточек и порнографии!
— Это не порно, это атмосфера, — невозмутимо ответила Крис. — Я вообще-то артистка, умею создавать настроение.
— Ага, напряжение и панику, — вставила Кира, и вся компания снова заржала.
Алина улыбнулась и, отставив тарелку, поднялась из-за стола.
— А я пойду помогать Кире с её номером.
— С Кирой? — удивилась Геля. — Это там, где она бутылки крутит и выглядит, как будто может убить, если не аплодировать?
— Ага, — усмехнулась Алина. — Только теперь у неё будет хореография. Мы попробуем объединить флейринг с движениями.
— О, звучит опасно, — протянула Крис. — Главное, не заряди шейкером Алинке в голову.
— Зато если получится, — добавила Саша, поднимая бровь, — это будет пушка. Никто такого не делал.
Кира чуть усмехнулась:
— Спасибо за веру в меня, телки. Если что, знайте — погибну красиво, с шейкером в руках.
— Всё, пошли, пока я не передумала, — сказала Алина, легко положив руку на плечо Медведевой.
— Удачи, звёзды, — крикнула им вслед Влада. — Только не поубивайте друг друга на первой же репетиции!
Алина, смеясь, помахала рукой и направилась к выходу вместе с Кирой.
Соня, наблюдая, как они уходят, повернулась к Саше:
— Всё, погнали тоже, пока я не решила записать дуэт с Крис и её стонами.
— Поздно, я уже микрофон готовлю, — крикнула Крис из-за стола, вызывая новую волну смеха.
****
— Так, у нас зал занят, где будем репетировать? — спросила Алина у Киры, выходя из столовой.
— Так вон, на площадке. Там тенёк, никто не мешает и, если что, я случайно никого не прибью, — Кира усмехнулась.
— Оптимистично, — фыркнула Алина. — Надеюсь, твой реквизит не летает так же, как твои шутки.
— Смотря кто рядом, — с хитрой улыбкой бросила Кира.
Алина закатила глаза, но уголки губ всё равно дрогнули.
Они дошли до площадки, где стояли старые скамейки и зеркало, прислонённое к стене — видимо, после какого-то танцевального конкурса.
Кира достала из рюкзака пару шейкеров и бутылку. Крутанула один шейкер на пальце, поймала; подкинула бутылку, легко прокрутила в воздухе и поймала другой рукой — движения были чистыми, четкими, уверенными, почти идеальными. И в тот же миг она бросила взгляд на Алину.
— Ну, вот мой максимум, — сказала она. — Дальше ты, хореограф, показывай, как ты это видишь, а я попробую не испортить, — и подмигнула.
Алина подошла ближе, оценила движение.
— Слушай, у тебя же отличная пластика. Можно встроить это в ритм. Смотри: ты делаешь вращение рукой, а я подойду сзади и задам тебе импульс, чтобы движение стало плавным. Это как танец с предметом, только предмет должен стать продолжением тебя.
Кира хмыкнула:
— Продолжение меня... Заебись, где ты этого понабралась?
Алина засмеялась и подошла ближе, показывая движения. Её пальцы легко коснулись Кириной руки, поправили угол запястья.
— Вот так, медленнее. Почувствуй, как движение проходит через плечо. Не выкидывай силу сразу, дай телу дышать.
Кира слушала, но взгляд невольно скользнул по её лицу — мягкому, сосредоточенному, почти светящемуся от увлечённости.
— Тебе и правда нужно быть хореографом, ты так погружена в это, — пробормотала она.
— Я просто вижу, где можно лучше, — спокойно ответила Алина, не отводя взгляда.
Несколько минут они двигались синхронно — бутылка описывала дугу в воздухе, Алина подстраивалась, добавляя в движение лёгкость, ритм, дыхание.
Музыка играла где-то из динамика телефона — лёгкий бит, похожий на биение сердца.
Алина показала еще несколько плавных переходов — корпус, плечо, шаг. Кира старалась повторять ее движения, но по-своему: чуть жёстче, чётче, с её фирменной концентрацией.
— Не бойся быть мягче, — сказала Алина, — не нужно всё контролировать.
Кира улыбнулась уголком губ, продолжая двигаться:
— Я не боюсь. Просто если я отпущу, никому это не понравится.
Алина остановилась — на секунду потеряла дыхание. В этой фразе было больше, чем нужно для репетиции.
Пауза. Долгая.
Алина сделала вид, что ищет новый трек в телефоне.
Кира в это время закрутила бутылку в воздухе и поймала, не глядя, будто просто чтобы разрядить атмосферу.
Алина снова включила музыку — теперь медленнее, с мягким битом и почти чувственным ритмом.
— Попробуем добавить эмоцию, — сказала она, подходя ближе. — Ты делаешь движение, как будто выпускаешь что-то — злость, боль, всё, что держишь внутри. А потом возвращаешь — но уже другое, спокойное.
— Ты как будто мой психотерапевт, — хмыкнула Кира, но послушно повторила.
Бутылка прошла дугу в воздухе, свет скользнул по её металлу, а Кира двигалась — чётко, красиво, без показной мягкости, но с чем-то очень личным внутри.
Алина подошла ближе и, не успев сдержаться, коснулась её плеча, помогая задать нужное направление корпуса. Кира чуть замедлилась, не отводя взгляда.
— Вот, — прошептала Алина, — именно так.
— Ты уверена? — тихо спросила Кира, не убирая руку с её запястья.
— Угу, — ответила Алина, и только тогда поняла, насколько близко они стоят.
Они двигались почти синхронно, и воздух между ними стал плотным, горячим.
Кира первым делом отступила на шаг, будто напоминая себе, что это репетиция, не больше.
— На сегодня хватит, — сказала она, взяв бутылку. — Иначе я перестану делать вид, что слушаю музыку, а не тебя.
Алина усмехнулась, но глаза выдали, что она почувствовала то же.
— Тогда продолжим в другой день. Я хочу, чтобы твой номер был идеальным.
— Не сомневаюсь, идеально будет, — с улыбкой ответила Кира. — Когда следующая репетиция?
Алина задумалась, прокручивая в голове свое расписание. Концерт уже через неделю, а график тренировок становился все плотнее.
— Завтра я после своих репетиций почти весь день буду готовить номер с Соней, с тобой можем послезавтра.
— Отлично, у нас же еще и дискотека послезавтра, разомнемся как раз, — с ухмылкой ответила Кира.
— Завтра выдели время и накидай еще движений и трюков, а послезавтра соединим все вместе. Концерт совсем скоро, послезавтра проведем репетицию, а дальше ты сама, — предупредила Алина.
— Есть, босс! — сказала Кира, собрав все свои атрибуты и прокрутив еще раз шейкер в воздухе. — Спасибо тебе, если бы не ты, я бы и не подумала выходить с номером на сцену, — она подошла к девушке и вытянула руки для объятий.
Алина на секунду замерла, но всё же шагнула вперёд и обняла её. Объятие было коротким, но почему-то почти электрическим — как будто между ними проскочил ток.
— Не благодари, — тихо сказала Алина. — Просто... тебе есть, что показать. И ты должна это сделать. В конце концов, ты еще и учишься на актерском, тебе вообще к сцене нужно привыкать!
Кира чуть усмехнулась, не отпуская сразу:
— Ты, кажется, вообще не умеешь делать что-то "просто". У тебя даже слова звучат, как будто из фильма.
— Может, я вдохновляюсь правильными людьми, — ответила Алина, глядя на неё снизу вверх.
Кира первой отступила, привычным движением закинула рюкзак на плечо.
— Тогда до послезавтра, хореограф, — сказала она с мягкой улыбкой и, уходя, добавила: — Не опаздывай, а то я начну без тебя.
Алина проводила её взглядом, и только когда Кира скрылась за поворотом, позволила себе выдохнуть.