Новенькие
На сцену они выходили последними. Толпа уже устала хлопать и смеяться, но именно в этот момент зал будто оживился — потому что эта компания выглядела так, словно их номер будет либо провалом, либо шоу, которое все запомнят.
— Итак, команда... э-э, как вы назвались? — спросил ведущий.
— «Неугомонные», — выкрикнула Крис, вызвав смешки в зале.
— Ну что ж, «Неугомонные», вам слово!
Музыка заиграла бодрая, и в первые секунды все шло гладко: кричалка, шутливые переклички, даже танцевальные элементы. Но дальше началось самое интересное.
Маша, по сценарию, должна была отойти чуть в сторону, но вместо этого резко вышла вперёд, схватила Соню за руку и протянула её к себе:
— Танцуем вместе!
Зал зашумел — выглядело это так, будто у них готовая дуэтная постановка. Соня растерялась, но быстро собралась, сделав пару движений. Алина в этот момент почувствовала, как сердце ухнуло вниз, а лицо покрылось жаром.
Кира, стоявшая рядом, заметила это и наклонилась к Алине:
— Хочешь, подстрахуем их? — Она подмигнула и подхватила Алину в импровизированный танцевальный элемент, отвлекая зал от Маши.
Зрители взорвались смехом и аплодисментами — получилось неожиданно ярко, будто так и задумывалось.
Тем временем на другом краю сцены Лиза и Григорьева разыгрывали комедийную мини-сценку. Лиза постоянно вставляла фразы с флиртоватым подтекстом, а Григорьева привычно подыгрывала, даже не замечая, что Влада стоит с лицом, мрачнее тучи.
— Да ты прям мой герой, — бросила Лиза в конце реплики, и Григорьева рассмеялась, хлопнув её по плечу.
Зал снова загудел.
А Женя тем временем вообще оказалась в центре внимания — Геля резко выдернула её вперёд, заставив вместе выкрикнуть финальную фразу кричалки. Женя покраснела, но справилась, хотя по глазам было видно: она смущена до предела.
Финал номера собрали всем вместе — общее движение, крик «Мы неугомонные!» и поклоны.
Зал зааплодировал, кто-то даже засвистел. Их номер действительно был одним из самых ярких за вечер, но напряжение внутри команды ощущалось сильнее, чем овации.
Соня, покидая сцену, сразу поймала взгляд Алины. В её глазах было всё: ревность, боль и попытка скрыть эмоции.
Маша же, проходя мимо, нагло прошептала Соне:
— Вот видишь, мы с тобой смотримся лучше всех.
В этот момент Алина развернулась, будто готова была сказать что-то резкое, но Кира мягко коснулась её локтя и тихо сказала:
— Не ведись. Она специально поджигает. Ты — огонь и так.
Алина удивлённо посмотрела на неё. Это прозвучало искренне, без намёка на подкат.
А в другом углу сцены Влада резко схватила Григорьеву за руку:
— Я смотрю, ты себе новую жертву выбрала, — выпалила она, не выдержав.
Григорьева оторопела, но улыбнулась:
— Красотка, да ты что, ревнуешь?
У Сони и в мыслях не было намеренно вызывать ревность у девушки, она ведь всегда так общалась со всеми. Но в следующую секунду она подумала, что это может сыграть ей на руку, чтобы наконец Влада призналась, что так же неровно дышит к ней, как и она.
— Еще чего?! Девочку жалко просто! — Влада сорвалась, не заметив, что на них уже оборачиваются.
Соня лишь сильнее ухмыльнулась:
— А по-моему, она не против.
Влада лишь закатила глаза, ничего не ответив.
В комнате Алины поздним вечером
Алина рухнула на кровать, подложив под голову подушку. Влада сидела на подоконнике, качая ногой, Окс завалилась рядом и тянула с чьих-то запасов чипсы, а Женя лежала на своей кровати, уткнувшись в телефон.
— Бля, девочки, — первой заговорила Алина, — вы видели, как эта Маша себя ведёт? Просто ноль тормозов. Она же прям в открытую подкатывает к Соне, при мне.
Окс прыснула со смеху:
— Я, если честно, думала, ты ей сейчас реально втащишь. У тебя глаза были, как у бешеной кошки.
Алина смущённо фыркнула:
— Да бесит! Она ведёт себя так, будто меня рядом вообще нет.
Влада вдруг резко вмешалась, перебив всех:
— Да эти Маши, Лизы, Киры — все они такие! Особенно эта Григорьева! — она ударила пяткой по подоконнику и затянулась сигаретой. — Сука, она бесит! Сидит, флиртует с каждой второй, как будто так и надо. А Лиза... эта Лиза её сегодня чуть ли не облизывала, а она улыбается!
В комнате повисла тишина.
— Подруга, тебя че-то подкипело, — осторожно заметила Окс, закидывая в рот чипсу.
— Не кипело, — буркнула Влада, но голос у неё дрогнул. — Просто раздражает это её поведение.
Женя оторвалась от телефона, вздохнула и улыбнулась уголком губ:
— Я бы с радостью с Григорьевой поменялась. У меня вот эта Геля всё время вьётся вокруг, будто хвост приклеили. Сегодня вообще заставила выйти с ней вместе на сцену, блять!
— И чё? Тебе не нравится что-ли? Всю первую смену ты одна была, а тут смотри как! — оживилась Окс.
Женя пожала плечами:
— Ну, она прикольная конечно, смешная. Слишком настырная, конечно, но я... наверное не скажу, что мне неприятно.
— Бля, Женёк, ну всё, попала, — Окс расхохоталась, хлопнув её по ноге. — Так и вижу вашу свадьбу через пару лет!
Женя зашвырнула в неё подушкой, но всё равно улыбнулась.
Алина закатила глаза, но внутри ей стало немного легче от этого девчачьего смеха. Всё же хорошо, что они могут вот так делиться всем.
В другом корпусе
Григорьева сидела на своей кровати и жестикулировала так, будто рассказывала анекдот:
— Я вам клянусь, я сегодня видела, как у Влады лицо скривилось, когда Лиза мне на ухо что-то сказала! Это была ревность, стопудово!
— И чё дальше? — ухмыльнулась Маф, валяясь на соседней кровати. — План какой? Надо давить на больное, пока не признается!
— Вот именно! — оживилась Григорьева. — Завтра я специально пофлиртую с Лизой, посмотрим, как она взорвётся.
Крючкова застонала, натягивая на голову одеяло:
— Бля, вы обе психопатки. Ей может быть реально больно, а ты ещё бензин в костёр льёшь.
— Зато признается быстрее, — хмыкнула Григорьева.
— Да ты сама признаться боишься, вот и прячешься за эти игры, — буркнула Крючкова, но её голос заглушил смех Маф.
Тем временем Соня сидела у окна, нервно крутила в руках браслет:
— Эта Маша заебала за один день, блять. Я готова её придушить. Видели, как она ко мне лезла? И это при Алине! Моей Алине!
— Ну... — осторожно начала Крючкова, выглядывая из-под одеяла. — Может, Алина увидит, что тебе никто кроме неё не нужен?
— Ага, если Алина не закроется, — взорвалась Соня. — Она же всё принимает слишком близко. А тут ещё эта Кира! Смотрит на неё, улыбается. Я, блять, даже не знаю, что хуже: Маша, которая лезет ко мне, или Кира, которая тихо пялится на мою девочку.
Маф подхватила тему:
— Да ладно, мне кажется Кира норм. Они с Крис вообще хорошо бы к нам вписались. Она типа не из тех, кто уведёт. Скорее наоборот. А вот Машу надо выжить, согласна.
Соня тяжело вздохнула:
— Я просто не хочу, чтобы Алина подумала, будто мне кто-то другой интересен.
— Так покажи ей, что интересна только она, — просто сказала Крючкова, сбавив градус. — А с Машей... ну, разберёмся.
Соня кивнула, но внутри у неё всё ещё клокотало. Эта смена только началась, а она уже чувствовала: спокойной она точно не будет.
Корпус Алины
В комнате было тихо: Алина уже почти задремала, Окс листала мемы на телефоне, Влада ворочалась, а Женя писала что-то в заметках.
И вдруг — стук в дверь.
— Кого ещё там черт принес? — пробормотала Женя, а Окс тем временем вскочила и пошла открывать.
На пороге стояли Геля и Лейла. Обе с довольными мордами и пакетами чипсов в руках.
— Девчонки, не спится? — Геля нагло протиснулась внутрь, не дожидаясь приглашения. — Мы тут решили познакомиться поближе. Ну чё, тусим?
Лейла шагнула следом, улыбнувшись более дружелюбно:
— Да, мы подумали, что в лагере так весело, что надо продолжить вечер.
— Вы вообще понимаете, что ночь? — нахмурилась Алина, но Окс уже захохотала.
— Давайте, давайте, я за, — сказала она и хлопнула Женю по плечу. — Ну, Женька, твоя поклонница пришла.
Женя покраснела, натянула одеяло повыше, но Геля тут же уселась рядом, как будто это её кровать:
— Ой, ну не смущайся. Мы же просто общаемся.
Алина закатила глаза, но села.
— А где ваша Маша? Чё, без неё?
Лейла фыркнула:
— Маша? Да ей только твоя Соня интересна, мы её еле уговорили, а она отказалась. Типа, "мне тут нечего делать".
В комнате повисла пауза. Алина почувствовала, как внутри что-то сжалось, но она сразу сделала вид, что её это не задело.
И именно в этот момент снова раздался стук. Окс выдохнула:
— Это что, проходной двор?
Дверь открылась, и на пороге показалась Соня Кульгавая — в худи, с растрёпанными волосами.
Она кинула взгляд на гостей и сказала:
— Чё, тусим без меня?
Алина расплылась в улыбке:
— Сонь, а ты чего пришла?
— Хотела просто к тебе, но я смотрю у вас тут туса, — пожала плечами Соня, заходя. — А мои решили спать.
Влада недовольно фыркнула:
— Удивительно, в первую смену вы всем составом приходили, особенно Григорьеву было не оттащить.
Соня лишь пожала плечами, не желая лезть в их разборки с Григорьевой.
Теперь в комнате было уже слишком тесно: Геля с Женькой, Лейла пыталась разговорить недовольную Владу, Окс смеялась со всего подряд, а Алина сидела рядом с Соней, ощущая, как в груди отпускает.
И хотя атмосфера вроде оставалась лёгкой, каждая чувствовала, что назревает ещё больше поводов для ревности.