27
Таня. Наши дни
Вчера, вернувшись домой, я устроила Аленке допрос с пристрастием. Почему-то к концу первого рабочего дня, я решила, что она знала, в чью компанию я попала, и что именно через Лебедева пять лет назад она нашла номер.
Оказалось, помог Дима через каких-то знакомых. Так что зря я наехала на сестру. Извинилась, но спор получил новый виток. Аленка намекнула, что кое-кто задолжал мне алименты плюс моральный ущерб за оскорбления. И прямо сказала, что я не должна увольняться ни в коем случае.
Мы так и не пришли к согласию в этом вопросе. Это вчера Влад не вспомнил про Максима, а если он все-таки решит забрать сына? На его стороне больше преимуществ: деньги, влияние, в скором времени полноценная семья.
А что я? Собственная квартира только в Сургуте, и то скоро выставится на продажу. Не замужем и без пяти минут безработная.
Остается только прятаться, а возможно, и снова переезжать. В каких странах нет экстрадиции? Надо погуглить.
Осматриваю своих коллег. Никому нет до меня дела, работа кипит.
Пишу заявление по собственному, распечатываю отчет и, пока решительность не испарилась, иду к Ольге Матвеевне.
Сначала сдаю отчет, Корина просматривает, удовлетворенно кивает и протягивает новую папку.
Забираю, но мнусь на месте, не зная, как сказать об увольнении. Стыдно до жути. Приперлась провинциалка, устроилась на теплое местечко, а на следующий день в кусты.
– Что-то еще? – спрашивает Ольга Матвеев, не отрывая взгляда от листков, которые держит в руках.
– Вот, – краду заявление на ее стол и задерживаю дыхание.
Чувствую, сейчас меня пропесочат, как школьницу.
– Ну-ка присядь, – хмурится Ольга Матвеевна. – В чем дело?
Отвожу глаза, рассматривая сертификаты и награды за спиной Кориной. Честно говоря, я не знаю, что сказать. Последние сутки я собирала мужество по крупицам, чтобы прийти к ней, но совершенно не подумала, как объясниться.
Не скажешь же правду, мол, я спала с вашим боссом и теперь его боюсь. Мямлю что-то про семейные обстоятельства и осмеливаюсь посмотреть на Ольгу Матвеевну. Понимаю, что она мне не верит. В ее глазах застыло сомнение, но больше вопросов не задает.
– Ладно, – наконец, говорит Корина, – иди работай.
Выдавливаю кислую улыбку и натурально сбегаю.
Как я поняла из вчерашних разговоров, Ольга Матвеевна справедливый руководитель. Подчиненные относятся к ней с благоговением и уважением. Еще узнала, что ей сорок два, а не тридцать с хвостиком, как я подумала изначально, и у нее двое взрослых сыновей. Сказать, что я была в шоке ничего не сказать. Говорили, что она горой за свой отдел и по возможности отгоняет Грымзу от сотрудников.
Весь коллектив радовался пополнению, потому что за последнее время ушло несколько человек, и они зашиваются. Поэтому мне вдвойне тошно, что я так сильно подвожу людей. Смотреть на кого-либо стыдно, и я погружаюсь в работу. Жаль, что ее мало, я пока на испытательном сроке, и мне не дают ничего сложного и трудоемкого.
До обеда день проходит незаметно. Ольга Матвеевна куда-то уходила и, только вернувшись, сразу просит меня зайти к ней. Понурив голову, плетусь за женщиной. Ощущение будто меня к директору в школе вызвали.
Ольга Матвеевна осматривает меня словно видит впервые и загадочно улыбается. А я в ступоре. Разве она не должна на меня злиться?
– Ты уже приступила к новому заданию? – я киваю, и Ольга Матвеевна продолжает. – Закончи побыстрее и приступай к этому, – Корина двигает объемную папку по столу.
Беру и быстро просматриваю, поражаясь объему предстоящей работы. Сердце начинает трепыхать от восторга. Задание сложное, трудоемкое – как я люблю.
А потом я вспоминаю о своем шатком положении, и настроение тухнет, будто кто-то потушил лампочку. Кладу папку обратно.
– Ольга Матвеевна, мне очень лестно. Но я же увольняюсь, не лучше ли отдать эту работу тому, кто давно работает?
– Татьяна, – женщина добавляет в голос строгости, – если бы я могла кому-нибудь поручить это задание, я бы так и сделала. Но отдел поредел, так что приступайте к работе.
Не в моей привычке оспаривать приказы руководства, но разве Корина не понимает, что поручать ответственное задание временному работнику, как минимум, не практично.
– Ольга Матвеевна, вы как опытный руководитель прекрасно понимаете, что после моего увольнения, другому работнику придется потратить очень много времени на изучение материалов, а затем не меньше, чтобы закончить.
– А ваше заявление превратилось в самолетик, – с улыбкой говорит Корина.
Я открываю и закрываю рот, как выброшенная на берег рыба. И Ольгу Матвеевну откровенно забавляет мое состояние, в ее глазах искрятся смешинки, а на губах играет улыбка.
– И Александр Петрович, и Владислав Андреевич категорично отказались подписывать.
– Варварство какое-то, – тихо шепчу, – они не могут заставить меня остаться, – говорю громче.
– Закончите с этой компанией, а потом подумаете об увольнении.
Разрываемая противоречиями, беру папку и ухожу. С одной стороны, я работаю только день, и мне все нравится. А с другой – негативное отношение Влада. Природу которого, я не понимаю. А еще есть его Грымза-невеста, с которой мне пока посчастливилось не сталкиваться.
Во всей этой ситуации меня пугает только одно – то, что Влад попытается отобрать сына, а остальное – мелочи.
– Таня, – голос Ольги Матвеевны застает меня у двери, и я поворачиваюсь, – Владислав Андреевич просил передать, если есть претензии, можешь высказать их ему лично.
Я не планировала с ним сталкиваться, а уж идти добровольно в пасть к тигру – тем более. Но я все же киваю.
Пять дней проходят в привычном для меня режиме. С утра до вечера куча работы, потом провожу время с Лелькой и Максимом, иногда к нам присоединяется Димка. В выходные он нас вытащил загород на пикник, и, по-моему, я радовалась больше сына.
В понедельник Максим пошел в садик, и Леля расстроилась, ей пришлось прервать свой отпуск и вернуться на работу. А я за эти сутки вся испереживалась: как он там, хорошо ли кормят, приняли его дети?
Вчера мы с Лелей завалили его этими вопросами, сын ответил, что все хорошо, а я все равно волнуюсь.
Он же у меня с характером, мужчина до мозга костей – до последнего не жалуется. Когда в прошлом садике мальчик из старшей группы отбирал у него игрушки, он ни словом не обмолвился. Узнала, когда этот мелкий хулиган пустил в ход кулаки.
Если припомнить характер Сомова, думаю, он бежал к мамочке при любых трудностях.
В животе начинает неприятно тянуть, и я бросаю взгляд на часы. Ух, до обеда десять минут, а я сегодня не завтракала и с собой ничего не приготовила.
– Наташ, – зову ближайшую коллегу, – не подскажешь куда можно сходить на обед?
– Кафешка напротив, – отвечает она, отрываясь от монитора, – вкусно и недорого.
Благодарю и хватаю сумку. Есть хочется – жуть.
Чудом удается занять столик и сделать заказ. С каждой минутой людей становится все больше. Хорошо, что вышла чуть раньше.
– Извините, можно к вам присесть?
Я запрокидываю голову на мелодичный женский голос, встречаясь глазами с его обладательницей. Невысокая шатенка нерешительно мнется у столика, теребя в руках ремешок сумки.
– Да, конечно, – указываю на стул напротив, понимая, что затягиваю с ответом.
Мы с женщиной, представившаяся Настей, оказывается работаем в одной компании. Она много рассказывает о себе и своих детях. Такая открытая и доброжелательная, ее безумно приятно слушать.
В какой-то момент прошу ее показать фотографии деток. Уверена, она, как и люба мамочка, фоткает их десятки раз на дню.
– А у тебя есть дети? – спрашивает Настя.
Я киваю и достаю телефон показать Максима.
– Божечки, какой милашка, – щебечет девушка, листая снимки.
Пока она смотрит, я поглощаю вкуснейший «Цезарь», не заостряя внимания ни на чем, кроме горячего, которое скоро должны принести. Очень уж проголодалась.
– Как же он кое-кого напоминает, – бормочет Настя.
– Что, прости? – переспрашиваю, неуверенная, что правильно ее расслышала.
– Это я так. О своем, – отмахивается шатенка, возвращая мой телефон. – Можно я задам один вопрос? Если он бестактный, можешь не отвечать.
У Насти такое мило-заговорщицкое лицо, что я не могу ей отказать и киваю.
– Скажи, пожалуйста, – интриганка склоняется ближе и понижает голос, – на какой праздник вы заделали Максимку?
– Э, не поняла.
– Я пока в декретах сидела от нечего делать стала собирать свою личную статистику. И выяснила, что во многих семьях дети зачаты на какой-нибудь праздник. У кого на годовщину свадьбы, у кого на новый год. Я вторым забеременела на второй день рождения первого.
– Ого, как точно, – смеюсь я. Настя так воодушевлена своими исследованиями, но я не могу в них не усомниться. – Ты в этом полностью уверена?
– Я тот день до сих пор помню будто вчерашний. У меня папа сильно болеет, и мама за ним постоянно ухаживает, а родители Мишки вообще в другом городе живут. Поэтому мы никогда не отправляли внуков погостить на выходные. На день рождения заехали на пару часов, а мама так расчувствовалась, что уговорила нас оставить Севку у них. Мы с Мишкой все ночь не спали. Ни до, ни после у нас по несколько месяцев ничего не было: то зубки, то животик.
Думаю, в чем-то Настя права. Когда люди живут друг с другом уже долгое время, то любые праздники выступают мотиватором интима. Застолье в кругу семьи, теплые воспоминания, возможно, лишняя рюмочка, и вот в сердце зреет нежность, поцелую на ночь затягивается, становится глубже, итог очевиден.
– Боюсь тебя огорчить, Насть. Я узнала, что беременна за пару дней до своего дня рождения, когда пошла в ЗАГС подписывать развод. Судя по словам врача, зачатие произошло в самом конце апреля – начале мая. Я в те дни работала как проклятая и никаких праздников не было.
– А Первомай?
– А Первомай я встретила в самолете, возвращаясь из командировки, и поперлась на работу. У нас такие выходные редко давали, потом к отпуску прибавляли.
Подошедшая официантка, прерывает наш разговор, который явно свернул не туда. Расплачиваюсь за свой обед и хочу уйти как можно быстрее от дальнейших расспросов, но Настя догоняет меня у самого выхода.
– Тань, подожди. Нам же в одно здание, – говорит она весело.
– Прости, забыла, – говорю как можно беззаботнее, а у самой внутренности сворачиваются в тугой узел.
Если женщина продолжит задавать вопросы, при срочно что-то выдумывать. Зря я сказала, что много работала в тот период.
К счастью, Настя вопросов про сына больше не задает, расспрашивает о климате в Сургуте, о моей прошлой работе и предлагает как-нибудь встретиться и погулять с детьми. Я соглашаюсь. Настя приятный человек, и своим задором немного напоминает мне Алену. Мы обмениваемся телефонами и расходимся каждая на своем этаже.