34. Воскресенье
Мне кажется, я достиг нирваны. Стоя на коленях и локтях, упираясь подбородком в деревянный пол, абсолютно голый, не считая декоративных ремней, голодный и совершенно замёрзший, я достиг просветления. Я ничего не чувствовал. Ничего не хотел. Моё прошлое не приходило ко мне, моё будущее не волновало меня. Я просто ждал, когда это пройдёт. Ведь это должно закончиться, правда?
Мне было всё равно. Я слышал короткие всхлипы своей девушки рядом со мной, и это не порождало никаких чувств в моей груди. За то время, пока мы были связаны, она успела протрезветь и осознать наше положение. А я был мёртв. Они могли бы убить меня прямо здесь и ничего не изменилось бы. Я уже был мёртв.
Вдруг в углу зала началось какое-то столпотворение. Гости собрались в небольшой круг, от которого исходили вздохи и нецензурная брань. Постепенно те, кто стоял в плотном кругу, начали разбегаться. В воздухе висело два слова: скорая и полиция.
— Здесь сейчас будет куча копов, — кричал по-английски один из гостей. — Нужно убираться!
— Мы иностранные граждане, нас не тронут, — кричал другой.
— Ты идиот? Мы в России, они могут сделать что угодно!
Началась суматоха. Люди то и дело пробегали мимо, не обращая на нас никакого внимания. Я подумал, в каком бы невыгодном положении мы оказались, случись здесь пожар, что было вполне возможно, учитывая все эти свечи вокруг. Но сейчас очагом паники служил человек, которому стало плохо. Я взглянул в ту сторону. Человеку уже пытался помочь Иван. Хоть какой-то толк от него всё же был или он просто нёс ответственность за всех людей, которых пригласил сюда.
Сверху слетела птица. Я узнал в ней Сару. Я легко мог определить её среди других ворон по небольшой проплешине на крыле, в том месте, где была повязка. Из-за этого в полёте Сару слегка уводило вправо, но она научилась летать и так. Это была умная птица, но я всё равно удивился, когда она стала клевать верёвку у моих связанных рук. Сначала это не имело и шанса на успех в моих глазах, но спустя несколько минут верёвка ослабла, и я смог выбраться. Я отцепил верёвку от своего чокера и стал развязывать ноги. Сара не спешила помогать Алесе, а просто прыгала вокруг меня, поднимая крылья. Казалось, она подгоняет меня.
Я сумел отвязать свои ноги и помог Алесе. Иван всё это время сидел на телефоне, изредка поглядывая на нас. Когда мы поднимались по винтовой лестнице, мы услышали в спины:
— Расскажете кому-то, и все видео обретут публичность! Слышите меня?
Мы слышали, но не решались отвечать. Единственной нашей потребностью было сейчас сбежать отсюда. Вырваться на свободу. Я увидел, как за одним из гостей закрывалась входная дверь. Туман от вейпов здесь наконец развеялся. Я оглянулся на Алесю и, прихрамывая, побежал к выходу.
— Подожди, — окликнула меня она. — Не пойдём же мы голыми?
Я осмотрел своё тело. Это напоминало страшный сон. Один из тех, в котором ты голый перед всем классом, и ничего нельзя поделать.
— Нужно бежать, — испуганно проговорил я.
— Давай найдём наши вещи. Кольцо. Там твоё кольцо, — она говорила про кольцо, которое я подарил ей на день рождения. Оно совершенно не стоило того, чтобы возвращаться за ним, но поди объясни это Алесе. — И крестик. И моё любимое платье!
Я понял, что нам не отделаться от поисков вещей. Как бы страшно мне ни было оставаться здесь ещё хоть минуту, это нужно было сделать ради неё. Мы шагнули от спасительного выхода к лестнице на второй этаж. За одной из дверей мы нашли комнату, в которой оставили свои вещи. Я загнанно оглянулся на коридор — никто не преследовал нас. Полиции или скорой всё ещё не было.
Натянув платье поверх портупеи, Алеся взяла свои туфли в руки, сгребла горсть колец с комода и вышла из комнаты. Я тоже уже успел надеть подвеску, шорты и захватил футболку с кроссовками. Мимо нас в панике пробежал Иван.
Мы уже вышли из дома, когда Алеся повернулась назад.
— Если он ушёл, — она тыкнула на удаляющуюся фигуру нашего хоста, — кто с ним?
— С кем? — я был чуть ли не в истерике, мне хотелось только убраться отсюда подальше.
— Там человеку стало плохо. Кто-то должен дождаться скорой вместе с ним.
— Ты серьёзно?
— Конечно, он может умереть.
Мы вернулись в подземельный зал. Меня снова окутал холод этого места. Гость, который упал в припадке, так и лежал. Он уже не двигался. Алеся подбежала к нему и подняла его голову выше. Изо рта мужчины полилась белая пена. Он закашлялся.
— Приведи медиков сюда, когда они приедут, — велела мне Алеся.
Я вернулся на крыльцо и стал ждать. Со мной рядом приземлилась Сара. Я погладил её по голове. Мне казалось, будто я сейчас расплачусь, но этого не происходило. У меня болела нога, я вывернул ступню и посмотрел на неё. Из пятки торчал осколок бокала. Видимо, я наступил на него, пока мы убегали. Я безразлично вытащил осколок, промокнул ногу футболкой и надел кроссовки. Стало лучше. Через некоторое время подъехала машина скорой. Меня спросили, нужна ли мне медицинская помощь. Я отказался и провёл людей в масках в нижний зал. Передознувшегося мужчину вывели под руки, он уже дышал, правда, не совсем соображал, где он, и что происходит. Нас заверили, что с ним всё будет хорошо. Почти все свечи потухли, красные огарки дымились в подсвечниках на каменном полу. Мы, кажется, остались одни во всём этом огромном доме. Полиция так и не приехала.
— Сколько сейчас времени? — спросил я.
Алеся достала телефон и показала мне экран. Было 19:48. Я опустил глаза на дату и только сейчас сообразил, что уже воскресенье.
— Чёрт, мне нужно отдать этот чёртов долг! Сегодня!
Мы выбежали из дома. Над нашими головами тут же закружила и закаркала Сара. Алеся держала одной рукой туфли и телефон. Мы побежали вдоль главной улицы, пока не наткнулись на зелёное поле пшеницы. Алеся остановилась прямо перед ним.
— Как мы доберёмся до дома? — спросила она. — У тебя есть деньги?
Я ещё глубже погружался в страшный сон, только сейчас переживал ещё и о том, как бы с Тёмой снова не случилась беда из-за моего опоздания. Я порылся в карманах и достал несколько монет.
— У меня есть 60 рублей.
— Давай поймаем попутку до города, а потом сядем на автобус, — предложила Алеся.
Машин в нашем направлении ехало немного. Я надел футболку, местами пропитанную кровью, чтобы выглядеть более презентабельно. Спустя полчаса стояния на обочине, нас подобрала «Газель».
— У меня место только для одного, — сказал водитель. — Но если вы будете пригибаться на постах ГАИ, до города доедем без проблем.
Мы залезли в салон. Внутри пахло кожей и сигаретами. Я был рад, что это не запах вейпов. Я больше никогда не смогу спокойно воспринимать этот ягодно-попкорный пар.
— Куда направляетесь, ребята? — спросил водитель.
— Домой, — глухо сказала Алеся. Больше мы не проронили ни слова за весь путь.