Персик, спрятанный в тени

Царь Обезьян парит на облаке над местом, где работает его преемник. Только вот сегодня у парнишки выходной. Почему? У его друга, Тэнга, день рождение.

Мистер Тэнг – знаток легенд про Царя Обезьян и жуткий фанатик. Похлеще МК, если честно. Интересно, есть ли история, которую историк бы не знал? Ну, не считая тех, что были скрыты от глаз людских или переписаны. Хотя, если он общается с Макаком, то наверняка узнал больше, чем положено.

–Так и будешь сверху наблюдать? – кстати о Макаке.

– Да. Тебя смущает? – Царь Обезьян спускается ниже, чтобы быть примерно на одном уровне с другой обезьяной, которая стоит на крыше лапшичной.

– Очень. А потом ты обвиняешь меня в слежке?

– Я не делаю это постоянно.

– Как будто мне больше заняться нечем, – в ответ фыркает Макак, садясь на крышу.

– Чего это ты ушёл оттуда раньше всех? – ксмехается царь подлетая ближе. – Не очень-то красиво.

– Не очень-то красиво вообще не прийти, – колкостью на колкость отвечает Люэр и ложится подкладывая руки под голову.

Царь Обезьян фыркнул и отвернулся. Вот как выстроить хорошие отношения, когда этот шестиухий придурок постоянно и специально бесит?

– Знаешь, что мне рассказал очкарик? – начинает Люэр с новой темы.

– Что ты всех достал? – улыбается Укун, как только лицо собеседника хмурится. – Ох, ты продолжай. Я просто предположил.

– Ты всех достал, – прошипел Макак. Ещё одна фразочка от правителя царства Сунь в таком духе, и он его ударит. И плевать, что здесь город, люди и МК с его компашкой. – Рассказал о том, что произошло во время поисков колец.

Сунь Укун нахмурился, пытаясь понять, что же именно Тэнг рассказал. Много чего произошло.

Может о том, как все попали за решётку во дворце Дракона Восточного моря из-за Укуна? Из-за него, как же! Конечно, он уважает брата своего ушедшего друга, но тому следовало бы думать больше. Ао Гуан был зол, но на что? На кражу посоха? На кой чёрт он ему вообще был нужен, если его поднять никто не мог? Да если бы не Великий Мудрец, валялось бы это оружие не малой силы на дне морском, а так оно жизни спасает.

Может, рассказал, как Укун трясся на сцене во время выступления команды Манки Кида на шоу талантов в городе Фонарей? Да, у него боязнь сцены, и что? Как будто он один такой. Хотя Тэнга не было на их выступлении. Тот решил добыть кольцо Самади самостоятельно и справился с этой задачей, не смотря на Макака, который решил помешать. Это делает их дружбу ещё более странной, но допустим.

– Можно конкретики?

– Проблемы с памятью? – подколол демон теней, надеясь, что Укун найдёт скрытый смысл.

– Слушай, мистер! Много чего произошло, включая тебя, вечно мешающегося под ногами, так почему бы тебе не сказать хоть что-то нормально? – надежда потухла. Всё тот же твердолобый идиот. А только показалось, что мозгов прибавилось.

– Имеешь ввиду также прямо, как ты обучаешь парнишку? – усмехнулся Макак и открыл глаз, дабы лицезреть недовольную морду от его замечания. – Бедный МК...

Сунь Укун сдерживает себя, чтобы не наброситься на темношёрстную обезьяну и не придушить к чертям собачьим! Он пытается восстановить отношения, а не испоганить.

– Вернёмся, – Макак перевернулся на бок, облокотившись на одну руку. Его хвост махал в разные стороны. – Ты лишился памяти во время приключений, не так ли?

Царя Обезьян как холодной водой облили. Твою налево, Тэнг! Ладно ещё, если бы Пигси разболтал, тот и в прошлой жизни иногда палки в колёса вставлял, да и в этой он с Укуном не очень ладит. Но чтобы Тэнг? Удар ниже пояса.

Царь не помнит, что происходило тогда, но по рассказам тех двоих, что и послужили причиной временной амнезии, мог предположить, что вёл он себя... Не свойственно самому себе сейчас.

Улыбка Макака растянулась до ушей. Наблюдать за сменяющимися эмоциями на лице царя довольно увлекательно. Как жаль, что никакой камеры рядом нет.

– Видел бы ты себя сейчас! Неужели стыдно за себя же?! – не выдержав, мастер теней рассмеялся. – Как же я ждал момента, чтобы напомнить это тебе и увидеть твоё выражение!

– Я-я не был тогда собой! – пытается оправдаться Укун, но получает ещё больше смеха со стороны. Ясное дело. Люэр же никак не может признать, что он изменился. – Ты можешь заткнуться?!

– Пхах, мне так жаль, Ваше Высочество, но не могу, – Макак чуть успокоился, иногда немного посмеиваясь. Но через несколько секунд смех прекратился вовсе. На лице демона осталась лишь улыбка. – И знаешь, это лишь подтверждает мою теорию.

– О чём? – Сунь Укун выдохнул.

– О том, что ты видишь в команде МК своих ушедших друзей, – на последнем слове Макак чуть затих и закатил глаза. – Печально, правда?

Каменная обезьяна бросила на макаку раздражённый взгляд и отвернулась. Плохая всё это была идея. Как можно помириться с тем, кто вовсе этого не желает, да ещё и бьёт по больному?

Сунь Укун приподнялся, готовясь вернуться домой. На любимую Хуагошань, где его уже ожидают любимые обезьянки. Макак удивлённо моргнул на это действие.

– Уходишь?

– Не вижу смысла с тобой разговаривать, – огрызнулся Укун.

–Я обидел Вас, Прекрасный Царь Обезьян?

– Нет, – и это правда. – Если захочешь нормально поговорить, то ты знаешь, где я.

Серьёзно? Он просто уйдёт? Ни удара по лицу? Ни колкой фразочки или оскорбления в ответ?

– Постой, – окликнул Шестиухий, Сунь Укун обернулся, ожидая.

Он действительно старается, да? Макак усмехнулся, отводя взгляд от Великого Мудреца. Все заслуживают второго шанса, разве нет? Теневому демону его дали, может, и Укун заслужил?

Макак вздыхает. Ладно. Так уж и быть. В этот раз засунем упрямство куда подальше и всё же попытаемся.

–Я дам тебе шанс.