У меня твоё сердце (ты этого ещё не знаешь)

Эту ночь Фай проводил без сна.

Потрясения от столкновения с прошлым настоящего Фая, нервозность перед возвращением и выматывающая дорога не помогали утихомирить рассудок и расслабиться в кровати, под которой были надёжно укрыты тайник и так поразившие Фая личные записки.

Но было и еще что-то, что заставляло его ворочаться часами, прежде чем горько вздохнуть в одну из бесчисленных подушек. Что-то более личное и не такое драматичное, как чужое прошлое.

Вернувшись в орден, к своей отдельной комнате и мягким подушкам... Фай почувствовал себя на редкость, до неудобного одиноко. Может быть, это тело оригинального Фая не привыкло быть в кровати в одиночестве, с учётом всех прошлых подозрений о старом романе с Фаэром. Уж точно это не могла быть реакция самого Фая! Даже если последнюю неделю он провёл буквально под чужим боком и уже битый час ворочался в кровати так, будто пытался обнаружить в ней источник тепла, к которому мог бы прижаться.

Ему было попросту неуютно теперь одному, после комфортного путешествия в приятной компании, вот и всё.

Ненадолго он затих, уткнувшись лицом в очередную подушку, и пусть та быстро нагрелась, но всё равно не стала его спасительной грелкой. Тогда в голове всплыла старая история, будто из другой жизни. Одна чужая оговорка, неосторожно брошенная фраза о том, что иногда в период болезненной лихорадки Фаэр прогуливался ночью неподалёку от его окон.

Фай распахнул глаза, глядя в потолок. Сейчас совершенно не было причин, чтобы извечный соперник хотел "проведать" его. А если бы он заявился... было бы это ради нынешнего Фая или из-за прошлого, у которого он забрал все шансы?

Думать о Фаэре ночью в собственной постели было немного неловко, но Фай уже не мог остановить свой поток мыслей.

Если подумать здраво, даже несмотря на все очевидные заигрывания Фаэра, тот будто имел желание больше смутить и подразнить, чем действительно рассчитывал на что-то серьёзное. Даже Фай с его отсутствующим опытом в любовных отношениях понимал, что есть грань между флиртом и откровенными намёками на то, что было между ними раньше... если это раньше всё же было. И если Фаэр...

Фай прикусил губу, чтобы ненароком на зациклиться на другой своей догадке. Ведь всегда могла быть причина, почему эти двое, оказавшиеся совсем не врагами, не распознали друг в друге подвоха. Почему вопреки долгому времени практически наедине, Фаэр ни разу не забеспокоился и не сдал его каким-нибудь магическим лекарям на проверку.

Думать об этом было ещё опаснее, чем валяться всю ночь без сна и с чужим образом перед глазами. Фай вновь остро почувствовал, насколько просторной была его кровать, которую не спасало даже множество подушек, в которых он мог утонуть. Одному и наедине с собственными мыслями ему было пугающе одиноко - хоть прямо сейчас собирайся снова в очередное приключение, чтобы вновь позабыть об отдельных ночёвках и слишком удобных постелях.

Фай громко вздохнул. А потом поднялся, накидывая на нижние одежды просторную летящую накидку, чтобы печальным призраком побродить по округе и подышать свежим воздухом. С надеждой, что успевшие стать привычными места и запахи леса убаюкали бы его хоть немного.

Ночь среди леса была тёплой и тихой. Со стороны ученических домиков не раздавалось ни звука, и лишь ветер изредка шумел среди крон, но не спускался прохладой до самой земли, как ожидал Фай. Ночь была темна, но бледные фонари были зажжены под крышами нескольких зданий, чтобы не дать никому потеряться на лесных тропах.

Это место ощущалось сейчас загадочным, почти сказочным, пока Фай неторопливо прохаживался без цели по широким протоптанным тропинкам, однако стараясь не выходить за пределы света и не забредать слишком глубоко в лес. Его тревоги понемногу улетучивались, а волнение уже улеглось, сменившись щекочущим ощущением ночного воздуха на коже. И всё же Фаю казалось, что сонный покой был бесконечно далёк от него. Всё ещё безмерно далёк.

Высоко поднявшаяся луна своим светом прорвалась через кроны и расстелила перед Фаем бледную дорожку, сводящую с привычной тропы. Не задумавшись, он ступил на эти светлые пятна, сделав шаг, другой, и лишь тогда поднял взгляд перед собой, замечая тёмный силуэт, прислонившийся к дереву у самой границы тренировочной площадки. Дальше начинались тёмные дебри, но именно в этом месте ещё можно было различить тень, сгусток более глубокой темноты, похожей на фигуру человека.

Фай даже не вздрогнул. Он был на своей земле, в своей школе, а ночь была такой тихой и спокойной, что он и не подумал о разгуле нечисти. По своей лунной тропе он неспешно приблизился, пока эта кажущаяся "нечисть" слишком уж спокойно ожидала его, сложив руки на груди и почти полностью оперевшись на ствол дерева за спиной.

Фаэр, спрятанный в тенях, улыбнулся, хотя и выглядел немного удивлённым его появлением.

– Проверяешь, не нарушает ли кто-то твои границы, мой дорогой друг? - спросил он. Фай не удержался и улыбнулся в ответ, даже если этот ответ был скорее на прижившееся ласковое обращение. Он подумал - пусть лучше продолжает так, чем зовет по старой памяти достопочтенным наставником и учителем.

Вслух он признал:

– Просто не спится. Кровать слишком удобная, ночь слишком спокойная, - Фай не остановился, пока не приблизился вплотную к чужой фигуре. Ширина дерева позволяла и ему немного опереться, достаточно близко, чтобы они стояли плечом к плечу и смотрели в сторону спокойно спящих павильонов.

– У меня кровать не лучшая, я мог бы поделиться, - негромко бросил Фаэр, и Фай слегка толкнул его локтем в бок.

– Пожалуй, откажусь от столь щедрого предложения.

– И даже не спросишь, что я опять делаю здесь?

Фаэр звучал вкрадчиво. Пожалуй, слишком тихо и интимно даже для середины ночи. Что же до его слов... Фай почувствовал, как у него гулко забилось сердце.

– Я подозреваю, что ты проверяешь, чтобы ночь была действительно тихой и спокойной.

Фаэр рядом резко пошевелился. Повернул голову и взглянул на Фая так, будто не верил, что правда это слышит. Покачал головой. Выдохнул и опустил руки почти обречённо. Кажется ещё немного и он спросил бы: "Почему тебя не смущает, что я слежу за твоим домом? Тебя загоняли в краску и куда меньшие вещи!", но он выбрал промолчать.

Фай повёл плечом. Его и правда это пугающе не напрягало, пока в его окно никто не лез без его разрешения. На самом деле, скорее он... расслабился. Дело, конечно же, было не в ночном визите к его дому, не в совершенно ненужной и непонятной слежке, а в самом простом ощущении, что теперь он действительно не был один. Меньше чем в шаге от него был человек, в последнее время доказавший, что готов подставить ему плечо в любой ситуации. Человек который мог смутить, но утихомирить его панику в любой ситуации.

Мгновение спустя Фай уже почувствовал ту самую сонливость, которой ему не хватало. Прикрыв рот рукавом, он несдержанно зевнул и внезапно для себя склонил голову набок, устраивая её на чужом плече.

– Фай? Ты... - кажется, даже Фаэр не ожидал такой неожиданной дерзости, но замер, когда Фай попросил его негромко.

– Позволь мне побыть так, совсем немного? Я правда не смог уснуть один...

И они замерли так.

Будь у Фая умение спать стоя - наверняка он смог бы отключиться прямо так, но это было бы жестоко по отношению к Фаэру, явно не расчитывавшему служить чужой подушкой среди ночи. А Фай был слишком благодарен Фаэру, чтобы не считаться с его комфортом. Потому Фай позволил себе лишь немного короткой дремоты, которая стала лишь сильнее и комфортнее, когда Фаэр приобнял его одной рукой и позволил уткнуться лбом в своё плечо.

А когда спать захотелось совсем нестерпимо - провёл до самого павильона, обратно, не давая ни разу споткнуться на ходу. Фай сонно улыбнулся ему, а потом его прижали к себе в порывистом объятии и подтолкнули в сторону кровати, беззвучно прикрывая дверь.

Чувствуя себя на редкость довольным, Фай сонно улыбнулся и покачал головой. Ещё бы в лоб поцеловал на ночь, в самом деле. Но собственная кровать встретила Фая уже совсем иначе, охотно, с убаюкивающей мягкостью и теплом одеяла после лёгкой ночной уличной прохлады. Будто его радушно встретил кто-то очень тёплый, воспоминание о чьём запахе сейчас ещё хранил сонный рассудок Фая.

Фай удовлетворённо, мечтательно вздохнул и мысленно вместо "спокойной ночи" пожелал тому хорошего пути до собственного дома.

Глаза слипались. Ночь всё ещё была тиха и спокойна. И на границе сна Фай вдруг вспомнил то и дело прорывающиеся в слова Фаэра намёки, каждый из которых мог сейчас отозваться внутри Фая взволнованной дрожью, но теперь только успокаивал его и убеждал в правоте всех его фантазий.

Однажды Фай сказал Фаэру, пытаясь убедить того не скрывать свой настоящий характер:

"Ты будешь в порядке, если будешь собой".

И Фаэр ответил ему, сделав непонятный акцент на последнем слове:

"Я буду в порядке, если буду собой здесь".

Здесь.

Это слово прозвучало, как хруст сломанной ветки под ногами, как стук шагов за спиной. Это слово будто всё раскладывало по своим местам. Будто доказывало, что прежде, в неизвестный момент своей жизни, Фаэр был не в порядке, а потом очутился здесь и...

Чужое место "здесь" могло быть не возле Фая, не в том незнакомом городе, а в мире этой книги. Он мог быть прямо как Фай, и не очень-то от него скрывался, бросаясь своим невинным "не думал, что твои волосы такие растрёпанные", или поддерживающим перед первым серьёзным противостоянием сюжету "делай что должен, я помогу", или совсем уже намекающим "хочешь о чём-то спросить меня сейчас, пока мы далеко от всех?".

Почему Фай боялся увериться в этом раньше? Его сонное, разнеженное короткой знакомой близостью сознание не понимало, почему он избегал очевидного так долго.

Простая правда всегда была прямо перед его глазами, не скрываясь и не таясь.

Зерно старого сомнения давно укоренилось и прорастало внутри Фая. В их совместном путешествии оно уже успело расправить ветви, а теперь обзавелось готовыми вот-вот раскрыться почками. Фай уже глубоко спал, когда уверенность внутри него распустилась и расцвела, пока мягкий ветер сметал прочь все оставшиеся сомнения.

Фай никогда не был здесь один, и это вновь полностью изменило его будущую жизнь.