II
Полное отсутствие солнечного света действовало угнетающе. Слизеринские подземелья навевали апатию и тоску, от чего я вновь вспомнила свою уютную комнатку в Илверморни, в которую больше никогда в жизни не попаду. Причина таинственной бледности каждого второго слизеринца была раскрыта, и я постепенно настраивала себя на то, что мои шансы на здоровый цвет кожи стремительно сокращаются. Отныне никакого загара и витамина Д.
День вышел достаточно утомительным. Вопреки ожиданиям плотный ужин практически не прибавил сил, и я, охваченная усталостью, просто плюхнулась на постель, даже не думая разбирать багаж. Несмотря на поздний час, гостиная факультета гудела, как пчелиный улей, в преддверии вечеринки.
Лениво перекатившись на бок, я словила на себе чей-то пристальный взгляд. С этой девушкой мы уже успели обменяться любезностями за ужином. «Какая ирония, мы будем весь год жить вместе в этом сыром подвале».
— Разве ты не собираешься на тусовку? — подозрительно спокойно поинтересовалась она, подкрашивая губы красной помадой, — Меня, кстати, зовут Агата. Агата Уоррингтон.
— Не думаю, что мне будет весело.
Без капли заинтересованности отвечаю я, натягивая на себя пёстрый плед.
— А зря, — она смотрится в небольшое ручное зеркальце, а затем снова поворачивается ко мне, — такие мероприятия у нас не часто. Как только начнётся учеба станет не до вечеринок.
— Ты не похожа на кого-то, кого заботит учёба.
— И на кого я похожа?
— На типичную стерву, — я зарываюсь носом в подушку.
— Спасибо, — Агата тихо смеётся, и возвращается к макияжу, — зачту это за комплимент.
Минут пять в комнате висит тишина, на меня нападает приятная полудрёма, и как только на горизонте появляется надежда на сон, Уоррингтон без предупреждения войны одним резким движением срывает плед.
— Слушай сюда, Вулфард с Мальсибером сказали мне, чтобы я притащила твой зад в гостиную. Нам нужно как-то налаживать связи друг с другом, поэтому быстро переодеваться! Огневиски сам себя не выпьет.
— Переодеваться? Чем плох мой свитер?
— Тем, что в нём ты выглядишь, как типичная хаффлпаффка.
Я так и не поняла, в чём заключается суть ее оскорбления, поэтому в очередной раз промолчала, даже не думая подниматься с кровати. Социальная батарейка иссякла и я не могла ничего с этим сделать. Перевод в Хогвартс добротно подкосил меня, что прекрасно читалось по моему замученному лицу.
Агата без доли смущения скинула передо мной школьную форму, и впервые за долгое время я ощутила зависть. «Её фигура достойна подиума». Слегка задумавшись перед раскрытым шкафом, девушка достала оттуда два мрачных наряда и швырнула на стул возле себя, после чего вновь заговорила:
— Тебе нужно расслабиться, а мне нужно, чтобы ты спустилась в гостиную факультета, — Агата принялась натягивать на себя черную блузку, — я буду ждать тебя там и не вздумай соскочить.
Загадочно подмигнув, она захлопнула деревянный шкаф и бодрым шагом покинула комнату, оставив меня наедине с собственными тараканами. Возможно, идея с вечеринкой не так уж плоха, но при одной лишь мысли о том, что придётся знакомиться с новыми людьми по коже прошли мурашки. Знакомства, как и какие-либо перемены в целом, мне никогда не нравились.
Без капли энтузиазма и тяги к приключениям я спускаю свои ноги на холодный пол и шагаю в сторону чемодана. Вид у него не очень, в принципе, как и у меня. Исцарапанный пластик чётко давал понять, что этот чемодан пережил не одну транспортировку, и, сделав глубокий вдох, я расстегнула молнию.
Поверх штабелями уложенной одежды лежала увесистая папка с документами, напоминающая о том, что на днях меня ждёт увлекательный визит в Министерство магии. Бюрократия, связанная с переездом, всё никак не могла закончиться, и данный факт действовал на нервы.
Выудив из недр багажа футболку с надписью «Оклахома», я лениво натянула её на себя, предварительно скинув перед этим злосчастный свитер. Мое чувство стиля умерло смертью храбрых ещё где-то два года назад, когда я поняла, что тратить деньги на тряпки — это бессмысленное вложение.
Напоследок я посмотрела на себя в заляпанное зеркало на стене и, недовольно скривившись, завязала волнистые волосы в низкий пучок. Пожалуй, такой лук идеально вписался бы в пижамную вечеринку, но что-то подсказывало, что сегодняшняя тематика не имеет ничего общего с моими фантазиями.
Чем ближе я приближалась к гостиной, тем больше жалела о том, что встала с постели. Громкий смех, звон бутылок и другой шум слились воедино, нанося убийственный удар по слуху и вызывая новую порцию мигрени.
— О, так ты у нас, значит, из Оклахомы?
Мальсибер, сидевший в позе лотоса на ковре, махнул мне рукой, приглашая присесть рядом, а Агата, развалившись на диване напротив, еле заметно улыбнулась уголками губ.
— Вам не кажется, что здесь слишком шумно? Вдруг младшекурсники проснутся и настучат декану? — поинтересовалась я, приземляясь на подлокотник кожаного дивана, где лежала Уоррингтон.
— Без паники. Наш Финни обо всём позаботился, на то он и староста факультета.
— Тебе напомнить, что было в прошлом году, Исак? — Агата крутила в руках полупустую бутылки виски.
— А что было в прошлом году? — я забеспокоилась.
— Финн наложил какое-то стремное заклятие на все двери, ведущие в комнаты младших. Не знаю, что это было, но вскрыть их на утро не помогла даже «алохомора», а потом оказалось, что у одной третьекурсницы цистит, и она всю ночь не могла попасть в уборную из-за нас. Тогда со всего факультета сняли сотню баллов.
— Спасибо за краткий пересказ, Агата, но по-моему ты опустила некоторые подробности.
— И какие?
— То заклинание было из твоего семейного справочника, который ты сама всучила Вулфарду в руки. Типа: «в школе мы такого не проходили, но, Финни, здесь реально рабочий способ!», — неудачная попытка скопировать манеру речи Уоррингтон повлекла за собой незамедлительный удар диванной подушкой.
— С моим гримуаром всё в порядке, просто кто-то настолько тупой, что даже не в силах выполнить заклинание по инструкции.
Я тихо засмеялась в ответ на их забавные препирательства, а затем ощутила на своем плече чью-то ладонь.
— Выходит, у нас сегодня посвящение в слизеринцы? — вполголоса пробормотал мне на ухо Вулфард, появившись из ниоткуда.
Отшатнувшись от него на полметра, я уставилась на пластиковые стаканчики в его руках.
— Ты вовремя, — Агата присела на край дивана, освобождая место для Финна, — а то мы уже думали начать пить из горла.
— Проблема с дверьми решена?
— Настолько, насколько это возможно, — отвечает он Исаку, раздавая каждому по стакану, — я всё лето тренировался на замочных скважинах у себя дома.
— Выпьем же за твою ответственность!
Агата, открутив колпачок от бытылки с надписью «Огненный виски Блишена», принялась разливать алкоголь по стаканчикам, подпевая при этом какую-то неизвестную мне песню, доносившуюся из волшебного граммофона.
— Нет уж, Мальсибер. Сначала выпьем за новоприбывших.
Финн кивнул в мою сторону и поиграл бровями. Это подозрительное внимание настораживало, я вновь покраснела до кончиков ушей, но не стала сопротивляться.
— Вы что, пьёте виски, не разбавляя? — испуганно спросила я, не найдя в поле зрения чего-то, чем можно было бы всё запить.
— Ох, дорогая, ты ещё так мало знаешь о нас. Чистый виски не самое страшное, что происходило в стенах этой гостиной, — проурчала Агата с какой-то загадочной ухмылкой на лице.
— Я не пью.
— Поздно, Оклахома, твой стакан уже полон. Тебе нужно выпить его до дна, — сказал Исак, — иначе мы все обидимся.
Заметив мои сомнения, Финн придвинулся ближе, опустив свою руку мне на колено.
«Ненавижу чужие прикосновения».
— Без паники, я все контролирую. Этой ночью никто не умрёт и не будет блевать без моего письменного согласия.
Он игриво смеётся, поднимая стакан для тоста, а я без задней мысли убираю его конечности со своей ноги.
— Смирись, Вулфард, тебя отвергли, — подытожил Исак, наблюдая за тем, что происходит на диване, — однако... Возможно, у меня есть шансы?
— Мерлин, вы хуже пубертатных подростков, — взвыла Агата, наматывая на палец прядь иссиня-черных волос, — Ах, да! Всё время забываю. Вы же они и есть!