thirty - the end
- А что было потом, мисс? - с любопытством спрашивает меня девочка, сидевшая передо мной.
Я улыбаюсь детям, которые смотрели на меня с искорками в глазах. Я поворачиваюсь к настенным часам, было уже три часа дня, а это значит, что пора собирать детей домой, по-моему эта самая лучшая часть моего дня.
Я улыбаюсь им, вставая со своего места, дети разочаровано стонут, похоже они не хотят уходить.
- Вам придется подождать до завтра, - говорю я. - Теперь одевайтесь, и все выстраиваемся возле выхода. Давайте, мы уже опаздываем.
Комнату наполняют звуки скрипа стульев, шуршание портфелей, стуки падения карандашей. А уже через несколько минут это комната будет абсолютно пуста, без единого звука до завтрашнего дня. Я люблю свою работу, но средняя школа - это, скажу я вам, зоопарк. Грейс подходит ко мне, крепко прижимая свою книгу к груди и кусая губу.
- Мисс, а Лэйси и Эштон будут вместе, да? - спрашивает она, по белеску в ее глазах, я вижу, что она надеяться на счастливый конец.
- А как ты думаешь, Грейс? - я улыбаюсь ей.
- Я не знаю, - девочка пожимает плечами, прежде чем на ее лице появляется улыбка. - Я надеюсь, что они остались вместе.
Я хихикаю над ней, наблюдая, как Грейс возвращается к своим друзьям, которые громко обсуждали конец истории. Я открываю дверь, и дети с криком выбегают на улицу.
Мне всегда нравились четверги, ведь именно в этот день недели мы договорились с ребятами рассказывать истории. Обычно дети рассказали свои истории, хотя подростки не смогли придумать ничего лучше, чем истории о том, как их кошки играют с верёвочкой. И я решила каплю разнообразить наш день своей историей любви.
Мне всегда нравится вспоминать о истории Лэйси и Эштона, она напоминает мне о старых подростковых проблемах: потеря девственности и странный учитель физкультуры. Мне нравятся вспоминать те вечера, когда мы с моим парнем сидели в полной тишине, наши перепады настроения, наши ссоры. Все это так замечательно. Замечательно до тех пор пока у вас не появится ребенок, а помимо него еще пару десятков подростков, за которыми ты должен следить, чтобы они не наступили на те же грабли, что и ты когда-то.
Я вижу каждый день, как девушки вроде Лэйси бесцельно ходят по коридором, молясь, чтобы их день поскорее закончился, иногда получая оскорбления со стороны парней вроде Эштона, которые являются капитанами спортивных команд и всегда окружены девушками. Но, к сожалению, не каждая Лэйси находит своего Эштона. Мне повезло, ведь я нашла своего.
Я нажимаю на кнопку, чтобы открыть двери моего гаража, я обнаруживаю черный порш, рядом с моим парковочным местом. Я быстро выхожу из машины, хватая свой портфель с кучей бумаг. Я бегу до входной двери.
На пороге меня встречает Макс, его волосы растрёпанные, галстук свободно болтается на шее, а рубашка чуть расстегнута.
- Я думал, что ты будешь допоздна сегодня.
Я вешаю своё чёрное пальто на вешалку, поворачиваясь вновь к Максу, но его след простыл, я закатываю глаза.
Сейчас с Максом было не так лекго, как раньше, его настроение начало быстро меняется. Теперь он не рассказывает мне все, как раньше. Я вздыхаю и поднимаюсь вверх по лестнице, пробираясь в свою комнату. Я падаю на кровать королевских размеров и стону. Я закрываю глаза и засыпаю по тихий шум душа.
Когда я вновь открываю свои глаза, было уже темно. Я находилась под одеядом и, кажется, я была в своей ночнушке. Я включаю настольную лампу, и вижу, как он лежит рядом со мной. Мне становится не по себе, когда я вспоминаю, как ему приходится рано вставать, а потом я вспоминаю свой трудный и долгий день. Наверное, это часть жизни жены футболиста, да?
Его глаза распахиваются и он улыбается мне. Я улыбаюсь ему в ответ.
- Ты уже спала, когда я вышел из душа. Я не хотел будить тебя, - шепотом говорит он, прижимаясь ближе ко мне.
- Все хорошо, просто у меня был трудный день, - также тихо отвечаю ему, вспоминая мои последние восемь лет.
- У меня тоже. Мне не по себе от...
Я перебиваю его, но я знаю, что он не обиделся, ведь Эштон знает, как я ненавижу все эти разговоры о футболе.
- Ты помнишь наши уроки полового воспитания?
На мгновение Эштон смотрит на меня, как на дурочку, прежде чем громко рассмеяться.
- Как такое можно забыть?
- Ты скучаешь по школе в Америке? - спрашиваю его.
Эштон хмурится.
- К чему это все? Если ты скучаешь по дому, то мы можем слетать туда, как только закончится футбольный сезон.
- Нет, дело не в этом, - я ложусь на подушку. - Просто я вспоминала о жизни в Америке по дороге домой, знаешь, я рада, что мы переехали.
- Я немного побаиваюсь, что после пяти лет нашего прибывания в Англии, ты только сейчас сказала, что любишь ее.
Я закатываю глаза, толкая его.
- Ещё десять лет назад в школе мы не говорили и слова друг другу, а сейчас посмотри где мы.
Эштон улыбается, притягивая меня ближе к себе, и обнимает. Это напоминает мне о тех ночах, когда мы так же тихо лежали на моей кровати, чтобы не разбудить родителей.
- Ты когда-нибудь задумывалась, чтобы было, если бы я не получил контракт и мы бы вернулись в Америку? - спрашивает Эштон, нежно целуя меня в лоб. - Думаешь, мы бы были до сих пор вместе?
Я угукаю ему в грудь. Я не хочу думать, что могло бы быть.
- Конечно, мы бы были вместе. Я бросила школу, приехала сюда, чтобы быть рядом с тобой, Эштон.
- У нас появился Макс, - бормочет Эштон в мои волосы, поглаживая мою руку.
Когда я забеременела Максом, нам было всего девятнадцать, но мы были словно в другом мире. Летом Эштон только подписал контракт с футбольным клубом Челси, а уже весной я была беременна. Мне не хочется думать о том, сколько денег зарабатывает Эштон, потому что это пугает меня. Я никогда не росла с большим количеством денег, а теперь я прохожу через все это, постоянные папарацци, следующие за тобой по пятам, вспышки камер. Не поймите меня не правильно, конечно же, сумки от Chanel в моем шкафу вовсе не являются кошмаром для девушек.
- Ты заметил, что с Максом что-то происходит? - спрашиваю я. - Ему всего восемь лет, а я чувствую, что у него уже начался переходный возраст.
Эштон вздыхает.
- Если он сейчас так себя ведёт, то я боюсь представить, что будет через десять лет. Когда он начнет приводить девушек в дом, тогда мне придется побыть мистером Рэем и рассказать ему, что секс может вызвать смерть и бла бла.
Я улыбаюсь от воспоминания о мистаре Рэе, он одновременно был самым лучшим и самым худшим учителем.
- Он хоть чему-нибудь научил нас?
- Ну, он был прав, когда говорил, что мои волосы выглядят так, как будто ими мыли пол, - говорит Эштон. - И именно он выгнал нас вместе из класса. Если бы этого не была, то, наверное, мы не лежали бы сейчас вместе.
- Уф, перестань, - я скулю, снова поворачиваясь к нему. - Мысли об этом пугают меня. Только представь, если бы я вышла замуж за какого-ниубдь парня, который целый день пьёт пиво и использует меня, как прислугу.
- Именно, я бы использовал тебя для другого, если бы ты надела костюм горничной, - Эштон закусывает губу, наклоняясь вперёд, он соединяет наши губы. - Но уже поздно, а у меня завтра игра.
- Я люблю тебя, Эштон Ирвин.
Эштон улыбается мне, прижимая меня крепче к себе.
- Я люблю тебя.
***
- ДА! - кричу я, когда мяч попадает в ворота. Люди в синих майках встают со своих мест и громко кричат. Челси выигрывает со счётом 2:0.
Макс прыгает рядом со мной и улыбается.
- Я хочу быть, как папа.
- Ты можешь быть кем захочешь, Макс, - я обнимаю его за плечи, защищая его от холода. Минус этих игр в том, что мы должны торчать на холодном воздухе.
Я смотрю на Эштона, пот льется по его лбу, его мышцы заметны с каждым его движением - все это напоминает мне его занятия в спортзале, тогда у него был помощник, а сейчас у него есть я. Вы просто представить себе не можете, как это замечательно, стоять рядом с женами других футболистов, и говорить, что Эштон мой.
Мы бежим к Эштону, когда он вместе с другими парнями выходит из раздевалки. Макс бросается ему на руки, Эштон поднимает его, сажая себе на плечи, и идёт ко мне.
- Папа сказал, что научит меня играть! - пищит Макс.
- Конечно, научу, - хихикает Эштон. - На самом деле, мы можем приступить, как только вернёмся домой.
- Эштон, у Макса не сделана домашняя работа.
Эштон закатывает глаза и восклицает:
- К черту* домашку! (t/n: Эштон использовал слово fuck)
- Сколько раз я говорила тебе не выражается при ребенке? - я вздыхаю. Эштон спускает Макса на землю.
- Мама, а почему ты всегда кричишь это слово посреди ночи? - Макс смеется.
Я замираю, чувствуя, как мои щеки горят. Я смотрю на ухмыляющегося Эштона.
- Это не я, наверное, просто собаки лаят.
Мы с Эштоном смотрим друг на друга. Он пытается сдержать свой смех, пока я пытаюсь не умереть от стыда. Макс указывает на детей других игроков, прежде чем убежать к ним. Эштон снова смотрит на меня, дерзко ухмыляясь.
- Я и забыл, какая ты ужасная лгунья. Помнишь, когда я залез в твою комнату, и твоя мама поймала меня, ты сказала, что я твой друг-гей из Англии, - улыбается Эштон, и я толкаю его.
- Эй, ты единственный с кем мне пришлось лгать всем.
- Я то знаю правду, - Эштон дразнит меня. - Но почему ты думаешь, что я тот, кто заставил тебя лгать?
- Знаешь почему? - я улыбаюсь.
- Почему?
- Потому что, пока мы знаем, что секс может убить тебя, Люк Хеммингс останется девственником, а у мистера Рэя будет красивая жена-француженка.
t/n: вот и все конец. Эштон и Лэйси вместе 🎆🎉 а этот фанфик официально закончен.
сейчас я выложу благодарности и поставлю статус "завершён". у меня тресутся руки, я не могу поверить, что это конец. а вы?
люблю 🐰💕