(3) кулаки и драки
Саша моргает несколько раз, трёт глаза, жмурится от яркого света, слышит голоса на кухне.
— Ты больной блять, это сестра моя, я тебе уебу, иди сюда! — Кричит Кащей.
— Да я откуда знал, я подумал, это чушпан какой-то! Че она так вырядилась?! Ай, Кащей, не в нос! — Отвечает ему незнакомый картавый голос.
Саша слышит звук удара, кашляет, резко садится, а затем падает обратно на подушку. В комнату заходит Коля, следом за ним – лысый парень в шапке, в руках у него платок с кровью, который он прижимает к носу и смотрит на неё виновато, исподлобья. Саша мычит от боли, смотрит на брата, ничего не понимает, а тот ей только воды протягивает и таблетку сует, чтобы поменьше вопросов задавала, машет своему приятелю, тот уходит, дверью входной хлопает, а Кащей её на ключ закрывает, в комнату заходит и садится на край кровати рядом с Сашей.
— Наркотики, — тихо говорит она и смотрит ему в глаза.
Коля складывает руки на груди и напряженно вздыхает.
— Ну а чё ты думала? Ты думаешь, откуда у нас еда в доме берется? А одежда твоя? А для учебы твоей вот эта херня всякая?
Она отворачивается от него.
— Ты кто, — Саша разглядывает ковёр на стене, — наркодилер?
— Саш, родная, ты меня послушай, — говорит Кащей с едва заметной злостью в голосе, — тебя здесь никто не держит. О как! Если умная такая, иди сама зарабатывай. Давай-давай, посмотрим, сколько протянешь.
Коля отмахивается от неё, как от назойливой мухи, Саша вздыхает , осознает, что выбора у неё особо нет: уж слишком она брата любит, поворачивается, смотрит ему в глаза.
— Кащей, — вдруг смеется она и пихает его в плечо.
— А че ты хихикаешь? Фамилия-то у нас с тобой говорящая, — Коля пихает её в ответ.
— А познакомь меня с пацанами! — Вдруг говорит она, Кащей чуть не падает со кровати.
— Чего? Может тебя ещё замуж выдать, а? Че удумала опять? — Он даёт ей щелбан.
— Ну просто... — она кладет голову ему на колени. Коля задумчиво гладит её по волосам. — Надо мне научиться драться, — говорит Саша, а брат лишь прыскает по смеху.
— Сашурка, если тебя в машину два здоровых мужика затащат и выебать захотят, тебе никакая драка не поможет, понимаешь? — Кащей убирает руку, думает, думает, думает. — Надо тебя с авторами познакомить и сказать, что ты сеструха моя. А они уже пусть до масс донесут, чтоб не трогали, — говорит он, размышляя о чём-то своём, потом хлопает в ладоши и встает с дивана. — Хотя, драться тоже не помешает. Пойдем-ка, собирайся.
Сашка неохотно собирается, накидывает кожаное пальто и берцы. Они идут совсем недолго, заходят в темное помещение, подвал с тренажерами, на Сашу удивленно пялятся все присутствующие, она рассматривает их в ответ.
— Так, пацаны, всем салам, это сеструха моя, прошу любить и жаловать! — Говорит Кащей, поворачивается к ней и уже тише добавляет: — Я пока со старшими пообщаюсь, ты тут постой, познакомься со всеми, — он ободряюще хлопает её по плечу и подводит к рингу с боксерской грушей. — Эу, скорлупа, Маратка! Поди сюда, родной, — Коля одной рукой вставляет сигарету в зубы, другой машет, подзывает к себе, из толпы выходит темненький мальчик среднего роста, Кащей кидает Саше перчатки, наклоняется к младшему, — так, покажи-ка Саньке паре приёмчиков, давай-давай.
Саша беспомощно глядит на то, как брат уходит в каморку, она остаётся одна с Маратом на ринге, вокруг которого уже собрались пацаны и с интересом наблюдают за ними. Марат объясняет ей, как держать кулак, как бить, показывает сначала на груше, потом говорит, чтоб она сама повторила, Саша неловко машет руками, пытается что-то сделать, краснеет.
Дверь хлопает, пацаны оборачиваются, внутрь заходят тот лысый парень, которого она видела у себя в квартире, а следом за ним симпатичный кудрявый пацан. Мелкие что-то шепчут им, они кивают и подходят к рингу.
— Ты у нас кто? Кащей-младший? — Усмехается кудрявый.
— Баба Яга, блять, — отвечает Саша и получает подзатыльник от подошедшего брата, недовольно чешет затылок. — Меня Саша зовут.
— Шурка, значит, — улыбается он.
— Ой не, не, — Кащей машет рукой и усмехается. — Она бесится, когда её так называют, — он треплет сестру по волосам, тут из каморки его кто-то зовет, он вновь отходит, оставляя сестру с пацанами.
Кудрявый перелезает через резинки на ринг, отгоняет Марата, приветливо тянет ей руку.
— Турбо, — он улыбается, кивает в сторону лысого друга, что угрюмо стоит в стороне, сложив руки в карманы, — а это Зима.
Саша жмёт руку, кивает, смотрит на Зиму, а тот безразлично оглядывает её и уходит куда-то в другую сторону зала. Она удивленно пялится на него, а потом поворачивается к Турбо.
— Так. Вставай в стойку и бей меня. Давай-давай! — Говорит он. Саша выставляет ногу вперед, пытается ударить, но парень уворачивается, перехватывает её руку, тянет на себя и вдруг опрокидывает через плечо.
— Ай! Больно, бля, — недовольно пыхтит Саша и потирает бедро.
— Ну а ты как думала? На улице не церемонятся, — усмехается Турбо и помогает ей подняться, оборачивается на младших. — А вы чё встали? Че, дел нет? Ну-ка разошлись!
Мальчишки разбегаются, Саша облегченно вздыхает: наконец-то на неё никто не смотрит, продолжает пытаться ударить Турбо, тот её в разные стороны кидает, а она смеется, входит в азарт, сдувает прилипшие к лицу пряди и машет кулаками.
— Эу, — Кащей выходит из каморки, свистит, забирает Сашку к себе, что-то говорит Зиме, жмет ему руку, потом прощается с Турбо, уводит её с собой.
— Пока! — Саша довольно улыбается и машет Турбо, разворачивается, идёт следом за братом, натыкается на Зиму, что стоит у входа, неловко ему улыбается, прощается и с ним тоже, тот молча кивает, ничего не говорит.
А вечером, лежа в кровати, Саша ворочается, пытается спрятать улыбку, что невольно возникает у неё на лице, закрывает глаза, пытается уснуть, но все мысли у неё почему-то крутятся не о том, кто так старательно учил её драться, а вокруг того, кто ушёл в сторону, так и не попытавшись с ней поговорить.