Хван Хёнджин/ [𝐡𝐰𝐚𝐧𝐠. 𝐡𝐲𝐮𝐧𝐣𝐢𝐧.] Y/N.

«Я останусь рядом с тобой.

А ты останешься здесь, со мной?

Снаружи одному слишком холодно.

А здесь тепло, может, из-за тебя.

Я - это ты. Я вижу себя в тебе»

I am YOU, Stray Kids
___________________________

Кингдом надвигался на них подобно леднику: тяжелой, давящей глыбой, медленно и неотвратимо. И чем он был ближе, тем сильнее они нервничали.

Банчан тренировал свое сальто, как проклятый. Чанбину уже начало казаться, что хён такими темпами однажды подпрыгнет и, вращаясь в воздухе, полетит в сторону на радость тоскующей семье.

Младшие вообще с ума сходили, каждый по-своему. Чанбин с Минхо старались уделять им внимание, чтобы снять хотя бы часть ответственности с Банчана - его правая и левая рука, всегда готовые прийти на помощь.

Хан, как обычно, стал чересчур болтливым и энергичным, хотя сам же пытался разрядить обстановку на тренировках милыми шуточками. Феликс постоянно переживал, что во время номера наделает ошибок и травмирует других. Наступит не на того или не вовремя встанет на позицию для сальто Хёнджина. Чонин все время улыбался, могло даже показаться, что он больше всех рад скорым съемкам... Но Чанбин хорошо знал, что за улыбками маннэ скрывал волнение, стараясь до последнего держаться перед остальными. Сынмин наоборот совсем стих и ушел в себя, так что Чанбину приходилось выводить его с Чонином на разговоры, чтобы те могли облегчить душу.

А у Чанбина самого все внутри скручивалось в узел от волнения. Шесть групп, три из них - опытные, известные в Корее и за ее пределами сонбэ. Сонбэ, которыми Чанбин сам восхищался: iKON, BTOB... А они, Stray Kids - молодые, зеленые, их даже на MAMA в том году не удостоили номинации, хотя бы одной. Как не ударить в грязь лицом? Более того, как выиграть?

Да, именно так. Выиграть. Все или ничего, на меньшее Чанбин был не согласен. Учеба в престижном вузе, наследование семейного бизнеса - он все это бросил и ушел в музыку не для того, чтобы плестись позади кого-то. Чанбин уже доказал родителям, которые поначалу осуждали его выбор, что он хорош. Теперь нужно было доказать всему миру, что он - лучший.

Была, впрочем, одна маленькая загвоздка. Отвлекающий фактор, сбивающий с толку и доводящий до кипения его и без того уставший, воспаленный мозг.

Чанбин всегда был хорош в математике. На ходу проводил сложнейшие вычисления, формулы запоминал, сочиняя для них рифмы, его комната в родительском доме до сих пор была под потолок забита учебниками... И только одно уравнение ему сейчас никак не давалось

Т/и.

Т/и, которая крутилась вокруг него, приходила к нему, писала ему даже после тех постыдных глупостей, что он наговорил в компании друзей, после того, как ей пришлось тащить его по коридорам JYP в машину. Об этом сам Чанбин помнил урывками, а от воспоминания о том, как его затошнило, и вовсе хотелось заорать и до смерти разбить себе голову о стену.

У Чанбина с детства был определенный набор правил, определенный образ, которому он старался следовать неотступно. Со Чанбин - всегда надежный, принципиальный, джентльмен. Подобно отцу, когда тот ухаживал за мамой, Чанбин очень хотел быть джентельменом. Проблема была в том, что...

...жизнь сталкивала не его с Т/и в каких-то абсолютно непредсказуемых и даже нелепых ситуациях. а почему-то Хёнджина с Т/и, вроде скажешь, были они только 1 день вместе, а уже столько всего.

Нет-нет-нет, все должно было быть наоборот! По крайней мере, в представлении Чанбина. Как ему теперь в глаза Т/и смотреть после того, как она видела его таким? Он не строил насчет себя иллюзий: он не вышел ни лицом, ни ростом, так что надеялся компенсировать хотя бы крепким плечом! Как он может считать себя надежным мужчиной, если сам расклеился из-за какой-то дурацкой головной боли? Хорошо хоть ЧанБин сообразил передать подарок Хёнджину. Хотелось бы Чанбину увидеть ее лицо в тот момент, когда она открыла пакет...

*****
-
-О!.. Хёнджин... Здравствуй!

Я поклонилась, чувствуя, как горячеют щеки. Как-как он меня назвал? «Sweet princess»? Я посмотрела на Джинни и удивленно охнула.

Смотрите-ка, нарядился. Волосы уложил, глаза накрасил - взгляд сразу стал таким выразительным. Белая рубашка была расстегнута на несколько верхних пуговиц, обнажая шею. Украшений столько нацепил: серебряная цепочка, браслеты, кольца.

И ведь хорош. Хорош.

Я даже не знала, куда пристроить взгляд: черные, подведенные глаза были такими яркими и буквально светились, когда Хёнджин смотрел на меня. Белоснежная ткань оттеняла кожу. Спасибо Австралии, я никогда не была помешана на вайтвошинге, как это было в странах Азии, так что мне нравилась. Очень.

- Вау, у вас что, сегодня съемки? - спросила я. - Хёнджин сегодня очень красивый.

Джинни довольно прищурил глаза, уголок его губ дернулся, рука пригладила волосы.

- Нет, съемок нет. Я просто... Просто. Ты тоже хорошо сегодня выглядишь, - поспешно добавил он, улыбаясь еще шире.

Я машинально обняла себя за плечи, с нескрываемым наслаждением проходясь пальцами по мягкой розовой ткани.

- Да... Это худи...
Я поклонилась, хотя ни один поклон и никакие слова не могли полностью выразить мою благодарность.

Хёнджин задумчиво покачал головой:

- Вау... Тебе и правда идет розовый. Ты в этой худи похожа на зефирку.

- Я? На зефирку? - я смущенно моргнула.

- Да. На милую розовую зефирку, - мягким голосом ответил Хёнджин.

Сначала «принцесса», теперь «зефирка»... Да что с ним сегодня такое?