Pt 38
Sorry - Halsey
Прости, что я не могу поверить, что кто-то на самом деле сможет влюбиться в меня, за то, что я могу быть такой слепой.
Я не хотела оставлять тебя, и все, что между нами было.
Кто-то другой полюбит тебя,
Но этот кто-то — не я.
Хиро
Еле как разлепляю глаза, которые тянутся, чтобы закрыться обратно. Веки тяжелые и не с первого раза поддаются под силу. Я отнёс Мел в комнату, а сам дополз до соседней и тут же уснул, только голова коснулась подушки. Мы оба оказались слишком измотанными настолько, что сил попросту не осталось.
Поднимаюсь с кровати, натягивая футболку и проведя рукой по волосам, чтобы не лезли в глаза. Внизу доносятся тихие голоса и непонятные шуршания, когда я открываю дверь гостевой комнаты. Мышцы ноют, а виски иногда стреляют, отдаваясь волной по всему телу. Медленными шагами я подхожу к началу лестницы и вижу спины Джейсона и Розы.
— Позвони мне как доберёшься, - произносит шатенка, и я замечаю Мел, что стоит с чемоданом.
— Вы как-будто на войну меня провожаете, - в пол голоса произносит она, грустно улыбаясь.
Девушка поднимает взгляд, встречаясь с моим. В глазах проблескивает боль, и я слышу как нервно она сглатывает. Что-то в груди защемляется, словно на сердце повесили амбарский замок, что сдавливает сильнее. Голубки поворачиваются в мою сторону, а на их лицах пробегает точно такая же грустная ухмылка.
— Я отнесу вещи в машину, - произносит парень, и они с подругой выходят из дома, оставив нас наедине.
Я преодолеваю все ступеньки, через считаные секунды оказываясь возле кареглазой. Молочное пальто красиво подходит под цвет её кожи, а чёрная водолазка практически сливается с волосами. Мы смотрим друг другу в глаза, словно пытаясь сказать все нужные слова за раз. Я чувствую как бит сердца начинает нарастать, понемногу сбивая дыхание.
— Всё-таки уезжаешь?
— Да, - отвечает она тихо, - Самолёт через полтора часа.
— Самолёт? Ты улетаешь?
— Да, - повторяется девушка, - Поживу у тёти в Атланте какое-то время.
— А учёба?
— Перевелась на заочное. Буду приезжать иногда, чтобы сдавать сессии.
— Вот так просто?
— Ну, там не долго всё это дел...
— Я не об этом, - перебиваю я её, - Ты так просто готова оставить всех близких и уехать?
— Я разговаривала со всеми насчёт этого, и они только поддержали. Рано или поздно это бы все равно произошло.
— А со мной? Ты поговорила со мной?
Мел виновато опускает голову, словно пятилетний ребёнок, и разглядывает собственные руки.
— Ты бы все равно меня не отпустил.
— Но ты даже не думала попрощаться, если бы я не поймал тебя в дверях.
Первая слеза стекает по её лицу, падая на пол, а затем девушка тихо добавляет:
— Я заходила в комнату, пока ты спал... и хотела оставить письмо, которое написала ночью... но оно показалось мне таким глупым, что я просто попросила Джейсона сказать тебе о том, что улетаю.
— Куда ты дела его?
— Хиро, я не хочу, чтобы ты ч...
— Дай. Его. Сюда, - произношу настойчиво.
Мел тянется к карману пальто, доставая сложенную пополам бумагу, и медленно протягивает мне. Я аккуратно разворачиваю письмо, замечая знакомые буквы и мелкие разводы от слез. На душе становится тяжко и неприятно, но я выдыхаю, начав читать:
«Привет, Хиро.
Не знаю прочитаешь ли ты мои каракули или просто выбросишь в мусорку, но сейчас половина четвёртого утра, и я хочу объясниться перед тобой.
Мой характер далеко не сахар, а некоторые вещи я вообще делаю лишь перед тем как подумать. Я металась из стороны в сторону, постоянно причиняя тебе боль, за что мне искренне стыдно. Но я делала это из лучших побуждений для тебя. Возможно, это звучит глупо, однако я правда думала, что своим первым уходом облегчу тебе жизнь. Мне было плевать на себя, я лишь хотела, чтобы тебя оставили в покое. Да, я связана со всеми этими загадками, что обрушились на нас после приезда из Испании, но я бы ни за что не потащила тебя насильно на все эти испытания или тем более бы не стала подстраивать всё это сама. Не было у меня никакого плана, когда мы познакомились, я сказала всё это, потому что в комнате стояла прослушка, а другого способа как-то сыграть наше расставание мне в голову не пришло. Прости, если я очень сильно тебя задела. Я не осознавала, что говорю, потому что это был всего лишь заученный текст, который я набросала по приезду домой. Я видела, как ты разозлился и понимаю, что заслужила всё это. Слишком много косяков с моей стороны в твою... возможно, это мой собственный способ любить, но я понимаю, что долго ты со мной не протянешь. Наверное, Майк был прав. Я совсем не изменилась после переезда из Северной Каролины и осталась тряпкой, которая бежит от проблем. Бывшая алкоголичка, как он сказал. Думаю, это то, что будет ходить за мной, как тень, до конца дней.
Я не заслуживаю твоей любви... если от неё что-то осталось после всего, что я сделала. Не понимаю, как тебе удалось вообще влюбиться в меня, я же несносная. Ты часто говорил, что я спасла тебя от той жизни, что была до наших отношений, но скорее всё было наоборот. Ты помог мне выбраться со дна окончательно, когда я была готова снова потянуться к бутылке и забыться в литрах алкоголя. Ты научил видеть светлое во всем тёмном и показал, как две души могут чувствовать друг друга.
И ты был первым, кто полюбил меня. Странное чувство, однако, но будоражило внутри все, когда ты лишь входил в комнату и бросал на меня быстрый взгляд с улыбкой. Я никогда не смогу полностью отблагодарить тебя за все, что ты сделал для меня, но я надеюсь ты поверишь в том, что я правда любила. Я обещала, что не брошу и останусь рядом, но и тут мои слова остались лишь пустым местом.
Прости, что не сказала сразу про ребёнка. Я действительно боялась, хоть сейчас понимаю, что бояться было нечего. Ты всегда поддерживал меня, даже когда я этого не замечала. Ты всегда был рядом, а я продолжала думать, что в твоих чувствах есть какой-то подвох. Но его не было. Ты любил по-чистому, не прося чего-то взамен.
Я никогда этого не говорила, но никто раньше не дарил мне цветы. Никто не называл меня как-то ласково и не целовал с утра в макушку, пока я ворочалась у плиты, пытаясь сделать вкусный завтрак, который по итогу все равно подгорел. Никто не отвозил меня на собственных руках по несколько раз в больницу из-за моих же глупых поступков. Ты оставил в моей жизни до боли особенный след, который я не выведу ничем. А я ведь даже татуировку набила. Она белого цвета и находится под грудью, в районе сердца. Там две маленькие буквы, сплетенные друг с другом концами «MH». Точно такие же как на том кулоне, который ты подарил мне на день рождение и который я не снимаю. Я не оставила тебе ничего после себя и поняла это только на втором листе этого письма. Хотела сделать имбирные печеньки, те, что готовила на Рождество, но мои мысли витали где-то далеко, поэтому они тоже пригорели. С готовкой у меня оказывается напряг.
Я могу ещё долго говорить про тебя и, наверное, никогда не устану. Но пришло время прощаться. У нас получилась красивая история. Со своими взлетами и падениями, ссорами и примирениями и я благодарна за то, что ты помог мне раскрыться и довериться жизни. Прости, что я не смогла дать тебе того, что ты заслуживаешь. Надеюсь, кто-то другой сделает это за меня, и ты наконец будешь полноценно счастлив. Мне больно писать об этом, ведь я все ещё та Мелисса, что готова свернуть шею любой, что посмотрит на тебя, но я понимаю, что с моим появлением в твоей жизни все пошло наперекосяк, и я не хочу такой судьбы для тебя. Кто знает, может завтра кого-то пристрелят или похитят на очередной фокус, а мы не сможем найти. Ты не заслуживаешь такого. Ни один из вас. Поэтому я уезжаю, чтобы самой разобраться во всем, и по праву принять удар на себя.
Я до сих пор люблю тебя и вряд ли смогу полюбить так же сильно кого-то ещё. Надеюсь, мы расстанемся не на плохой ноте и будем вспоминать все эти моменты лишь с улыбкой и теплотой на душе.
Ну, а сейчас мне пора собирать чемодан и готовиться к вылету. Прости меня ещё раз. Я буду скучать.
С любовью, твоя Мел. Х»
Внутри все с хрустом ломается, а скупая слеза скатывается по щеке, падая прямо на маленькое сердечко в конце страницы. Я поднимаю голову и вижу, что Мел до сих пор стоит рядом, ожидая моей реакции. Лицо скрывается за волосами, а пальцы нервно цепляются друг за друга.
— Иди сюда, - шепчу я, протянув руки вперёд и заключив девушку в объятия.
Она осторожно обнимает меня в ответ и прижимается ближе, уткнувшись носом в шею. Её повадки остаются неизменными по отношению ко мне, хоть она и старалась скрыть это какое-то время.
— Ты дала мне намного больше, чем думаешь, - говорю я, гладя её голову, - И ты не трусливая, а очень храбрая и сильная... мне стоит у тебя поучиться.
Мы оба улыбаемся с застывшими в глазах слезами и наслаждаемся последними минутами вместе.
— Прости меня, - произносит кареглазая.
— Ты сказала эту фразу три раза, хватит уже, - усмехаюсь я, - Мы будем вспоминать нас с улыбкой, помнишь?
От осознания того, что «нас» больше нет, я чувствую, как ком выжигает горло, но сдерживаюсь и проглатываю его, сжав кулак.
— Помню.
— Так улыбнись, - я щелкаю её по носу, от чего милая улыбка расползается на лице девушки.
Она выпрямляется, наконец поднимая на меня свой заплаканный взгляд, и старается удержать позитивное выражение лица.
— Звони мне, - говорю я, - Хоть иногда... вдруг не с кем будет «Звездные войны» посмотреть.
Мел закатывает глаза, улыбаясь шире.
— Только, если ты будешь смотреть «Титаник».
— Ох, черт, ни за что!
— Да брось, тебе же понравился!
— Не-а, только не он.
Комната наполняется смехом, на секунду отрывая нас от окружающего мира, заставив вспомнить все лучшие моменты.
Я подхожу ближе, касаясь мягкой кожи лица, и накрываю губы девушки своими. Они трепетно перебирают мои, боясь сделать лишнее движение, а тёплое дыхание отключает все механизмы внутри, оставив лишь пустоту и изредка бьющееся сердце. Горький поцелуй разносит по всему телу окутывающую волну, от чего я переплетаю наши пальцы вместе, будто говоря «у нас все ещё впереди».
Но как только мы отстраняемся друг от друга, уголёк надежды начинает стремительно угасать, снова вызвав боль и потерянность.
— Вишня, - шепчет Мел мне в губы, слегка улыбаясь, - Мне пора.
— Да, - с горечью отвечаю я, подняв голову, - Береги себя... и не давай всяким мудакам запудрить тебе голову.
— Как скажешь, - смеётся она, - Ты тоже береги себя.
— Хорошо.
Мел закусывает губу, отведя от меня взгляд, который начал вновь заполняться слезами.
— Пока, - шепчет она, делая шаг назад.
— Пока, пупсик, - тихо произношу я, стараясь запомнить её красивые черты.
Наши глаза смотрят друг на другу, стараясь прочесть, что же на самом деле мы чувствуем. Друг для друга наши души открыты, как книга, а ощущения одни и те же.
Боль, понимание и любовь.
Пальцы расплетаются, руки больше не ощущают тепло друг друга. Последний взгляд, и девушка разворачивается, скрываясь за дверью.
Горький выдох. Поток мыслей моментом испаряется, оставив лишь одну единственную фразу, пока я осматриваю взглядом первый этаж стен дома, что сохранил нашу историю.
Неужели это и вправду конец?