Chk Chk Boom

***

«Манулы - коты-одиночки, действительно не любящие контакт даже со своими сородичами. Их одиночный образ жизни разбавляется только брачным периодом. Самка и самец встречаются на одну брачную ночь, а после самка агрессивно выгоняет самца вон со своей территории, вне зависимости от погодных условий: будь то дождь, снег или мороз...»  

― Чертова самка манула... Трахнула меня и выставила с голой жопой на мороз... ― ворчит Минхо, смотря в телефон, где на YouTube во вкладке shorts открыто видео об этой породе кошек. 

― У нас выступление через пятнадцать минут. Включи пожалуйста свою основную голову, а не нижнюю, хён. ― идущий мимо Джисон закатывает глаза. Он сегодня нервничает, от чего становится более язвительным.

― Уу~ ― подначивает Хёнджин, хрустя сырными палочками. ― А Джисон сегодня в ударе - это должна была быть моя фраза.

Чан, смотрящий на препирания детей, только качает головой, поджав в смешную мордашку губы.

Крики фанатов, переполненных эмоциями, фоновое музыкальное сопровождение, то и дело мелькающий свет прожекторов и спешно кружащий в своих делах стафф, скрывающийся от зрительской толпы в темных участках закулисья и зоны балконов над сценой. Очередное шоу, громоздкие камеры и строгая слежка за стандартами, чтобы занять первые строчки на телевидении. Для фанатов это запоминающееся событие с их любимыми айдолами. Для айдолов - очередной рабочий день, наполненный нагрузкой и стрессом, разбавляемым лишь любовью к своему делу и поддержкой команды.

― Дахён ведь сегодня выступает первый раз после травмы...? ― тихо интересуется Хёнджин не смотря на то, что их перекрикивают фанаты передних рядов и вступление инструментала одного из новых треков женской группы.

Он как никто другой знает, какого это: когда ты претерпеваешь боль, отдавая всего себя сцене. Точь птица, что пред смертью, наколовшись отчаянно на острые шипы, издаёт самый красивый крик... И песнь её смерти трогает сердца, заставляя струны души дрожать точно так же, как любимый айдол на сцене, сгорающий в боли от травмы и в любви к своему делу.

Феликс не сдерживает волнения, прикусывая губы.

― Уверен, наша Дахён отлично справится. Надеюсь, с ней всё будет хорошо...

― Она не показывает, как ей может быть тяжело... Но Дахён работала допоздна. Я задержался в студии, дописывая лирику моего нового трека, а потом поднимался на этаж выше за холодным кофе из автомата... Свет в танцевальном зале номер 311 всё ещё горел... Она была там. Она танцевала. Это был даже не перерыв.

― Не нравится мне, что малышню так нагружают... ― цыкая, качает головой Чан. Его влажно уложенная чёлка вновь мешает ресницам, из-за чего он поправляет её.

― Кто бы говорил: ты вообще из студии не вылезаешь. А если и уходишь в общежитие пораньше, то ноут тащишь с собой, чтобы ещё поработать в кровати. ― буднично вносит коррективы в речь лидера Сынмин, даже бровью не поведя.

Чонин вздыхает, скрещивая руки на груди и откидываясь на спинку диванчика. Их места на балконах для артистов явно удобнее, чем стулья или отсутствие сидячих мест вообще. Но даже не смотря на комфорт он испытывает нервозность, всё сверля взглядом зону подъёма айдолов на лифте, ожидая, когда там появится знакомая девушка.

― Держись, "нуна"...

И сцена вспыхивает светом. Музыка, голоса, движения, фанчарты. Всё сливается воедино - продолжается настоящий концерт на высшем уровне. Оформленные экраны со слаженной работой операторов являют четырёх неповторимых девушек. Они сияют улыбками и страстью к своему делу во взгляде намного ярче, чем блики драгоценных кристаллов и камней на их одеждах. Сегодняшний концепт с оригинально собранными причёсками и короткими плащами в виде крыльев и правда напоминает птиц.

«Bring Shine!» - айдолы заявляют о себе на всю арену, когда после первого куплета встают в клин с пустым центром.

― Оущ, это выглядит слишком хорошо... У них всего четыре участницы, но как они это делают? Такой ровный... Им ведь даже не на кого ориентироваться - центрального танцора нет. ― Чанбин потирает плечи, ощущая приятные мурашки и не сдерживаясь от комментариев.

В это время девушки вдруг разворачиваются друг к другу спинами, оказываясь по двое танцора в каждую сторону и под биты сначала сгибают руки в локтях, вскидывая их в "сдающемся" жесте, но тут же так завораживающе плавно, поворачиваясь корпусом в центр, раскидывают руки на лад крыльев, сделав ими волну.

― Омо... Хёнджин, у каких учителей ты там занимаешься? Участницы Bring Shine ходят к ним же? Они очень хорошо стараются... ― Джисон заканчивает свою речь, прикрывая заворожённую улыбку рукой в тот момент, когда айдолы вдруг исчезают для зрителей - гаснет свет, меняется поза, девушки озаряются красно-белыми софитами вновь и используя элементы contemporary, вдруг уходят в hip-hop на ударе плечом.

Ёнхи резво зачитывает свою часть, удобнее перехватив микрофон. Под рэп винновласой, попадая в такт, из-за её плеча на шаг позади появляется Хана, из-за плеча Ханы уже Мия и...

― Ким Дахён... ― негромко произносит Минхо, словно смакуя имя на вкус. Он играет с массивными  кольцами из чёрного металла на своих руках и старается не накусывать такого же цвета пирсинг на нижней губе сбоку, хотя при виде неё - очень хочется.

Девушка, являясь финальной точкой в движении, ударяет руками по груди, уходя в волну.

― Йоо... А этот рэпер не слаб, хорошо читает. Кто она...? Как её зовут? ― интересуется Чанбин, прикрыв рукой губы так, словно просто потирает нос.

― Тцс... Резкость их движений не исчезает ни на секунду... Они хорошо подстроили хореографию под рэп часть. Они её чувствуют. ― Феликс весь напряжён, дёргает головой вбок, чтобы чуть размять шею - его тело словно само желает поддаться музыке. Настолько Bring Shine заряжают своей активной атмосферой. ― А, это? Ёнхи кажется, да? Ли Ёнхи.

Это настоящие танцоры, у которых музыка течёт по венам.

Девушки изящно двигают кистями рук так, словно они на ринге во время бокса, но победят они далеко не силой. Их движения - заигрывающие. Партия Дахён вписывается как нельзя кстати:

«Мы не на ринге, это жизнь

Хочешь сказать "стоп"? Никаких тайм-аутов

Птицы летают высоко

Я не задираю к ним голову»

Девушки одновременно вскидывают руку к небу, словно победители раунда, вставая в фигуру, где Дахён падает на колени по центру, но всё так же гордо держит руку поднятой.

― О- вы видели?? ― оживляется Хван, всё выступление группы сидящий с открытым ртом или, поймав волну, качающий головой в такт. ― Это был полный синхрон. Сумасшествие. Их руки, вскинутые вверх, взлетели как стрелы вот так быстро и так резко. И даже при такой скорости - идеально ровно. ― Хёнджин, будучи в составе dance-racha (часть участников группы, являющаяся ведущими танцорами и отвечающая за синхрон), ярко жестикулирует, показывая, насколько цепляюще это было.

― Они как отзеркаленная версия одного человека... ― вставляет свою приятно-поражённую часть мнения Чонин, на что Феликс улыбчиво смеётся.

― Na-na-na~, na-na- Knockout! ― игриво-язвительно пропевает последние строки Ким и становится первой "феей концовки" (те самые кадры после каждого клипа живого выступления на сцене, где отдельных айдолов показывают крупным планом на несколько секунд).

Черновласая, тяжело дыша, но полыхая тёмным огнём наслаждения моментом в глазах, вызывающе резко склоняет голову на бок, провоцируя. Айдол словно показывает: «я - победила, ты - проиграл.» Её острые пряди у лица, из дальней части которых заплетены тонкие косички, выглядят, как самые настоящие стрелы, способные убить. Два пышных чёрных хвоста из основной части волос, собранные сверху, покачиваются сзади на одну сторону.

Фанатский зал взрывается криками и аплодисментами.

Bring Shine показали хорошее выступление, операторы засняли эффектные кадры, что разлетятся по интернету и все менеджеры остались довольны. В конце мероприятия, собравшись на общем выходе на сцену, Stray Kids веселились, общаясь со своими знакомыми, с кем повезло пересечься. А Ли Минхо, скрестив руки за спиной, цепким орлиным взглядом высматривал Ким Дахён, чертовку, что избегала его весь конец мероприятия, так и не дав себя поймать на сцене, чтобы хотя бы с натянутыми для камер улыбками, прикрыв губы рукой, переброситься парой фраз. Ему нужно убедиться, что с ней всё хорошо и отругать её. Да, именно в такой последовательности.

И даже перед уходом со сцены, когда группы айдолов по очереди координируют по спуску со сцены по единственной лестнице - айдол не успевает поймать черновласую хотя бы на метр. Остаётся надеяться на встречу в закулисных коридорах.

Они не виделись неделю.

Да, может быть это была интрижка.

Да, по глупости.

Да, у них двоих просто давно не было секса.

Но тогда почему Минхо по ней так тоскует?

Сердце рвётся, готовое сделать всё, лишь бы она на него посмотрела. Она злит и тянет к себе. Злит. И тянет.

― Дахён, пожалуйста. ― он уже понимает, что что-то не так, когда черновласая прячет взгляд. Но Минхо не может упустить шанс поговорить, когда девушка так близко.

У неё напрягаются даже скулы.

А красные глаза? Это от светло-карих линз или...? Из-за линз ли?

Попытка схватить девичью руку - его касания словно обжигают.

Она как бабочка, дёргается от айдола в сторону, лишь бы не коснулся крыльев. Чтобы не повредил, не оставил ожог.

― Здравствуйте, сонбэ. ― чеканит так по-рабочему девушка, которую Минхо любит.

Чёрт возьми.

Неужели эта чертовка ему настолько понравилась.

Ким кланяется и так не кстати рядом появляется слишком много людей.

Хёнджин, положивший руку на плечо друга, было хочет дружелюбно поздороваться с Дахён, поднимая руку для "помахать", но...

― Извините... ― на выдохе её голос звучит дымом дотлевающего пожара.

Пепелище.

Словно исчезло всё.

Минхо не понимает.

Минхо страшно.

И поэтому он злится.

Парень порывается вслед за уходящими черными локонами, с запахом того самого шампуня. Запах дождя. Запах холода. Она так отстранённа, что хочется хотя бы колкость. Ощутить хоть что-то, помимо пустоты.

Чёртова Ким Дахён.

Дорогая сердцу Ким Дахён.

«Обернись на меня.

Обернись.

Пожалуйста.

Дахён...»

Ли тянется за девичьим плечом, как за светом.

За плечо кто-то останавливает крепкой хваткой. Хочется ударить. Ли стискивает челюсти и оборачивается с настолько пылающим чёрным огнём взглядом, что Чонин отшагивает назад с таким детским испуганным взглядом, словно младший вернулся во времена дебюта. Бан, держащий второго по старшинству за плечо, похлопывает по нему, приводя в чувства.

― Нам в другую сторону. Поговорите в агентстве или в общежитии. ― отсекает лидер. ― Вы оба всё ещё на работе.

***

Минхо переживает, что сделал ей больно в тот день. Что должен был позаботиться, позвонить, узнать как дела. Но что он мог? После четырех дней пропасти между ними из-за работы и не совпадающего расписания - она просто начала его избегать. А под дождём на треклятом балконе, между прочим, мок он.

Дахён даже не спросила, не простудился ли парень.

Остыла?

Он не успел?

Что за игра в молчанку?

Минхо изводил себя.

Изводил до того момента, пока уже просто не сдержался. Она, улыбающаяся, совсем молодой менеджер, провожающий её до танцевального зала и закрывшаяся за девушкой-айдолом дверь.

― Эй, 311-й зал свободен? ― возможно выходит слишком резко и грубо, но Ли пытается сгладить ситуацию улыбкой, когда скалой встаёт на пути того самого менеджера, пытающегося обойти известного айдола.

Известного. Наверное поэтому такое яркое уважение и податливость паренёк выказывает, как само собой разумеющееся.

― А- нет, сонбэним, простите. Он сейчас занят новым айдолом.

― Одним? ― выжидающий взгляд тёмных глаз заставляет новенького съежиться. Неужели Дахён сейчас без своей команды. Какая удача.

― Там готовится сольник для будущей премии... ― менеджер выдыхает напряжение только тогда, когда Ли, кивнув, проходит мимо.

Громкие биты зарубежной музыки, популярного в америке сейчас трека, вибрируют по полу. Скрипят белые кроссовки девушки, что оттачивает движения, несколько раз повторяя одни и те же два такта, не реагируя на то, что музыка ушла далеко вперёд. Идеально. Всё должно быть идеально. Её настолько поглощают мысли, как ответственного танцора, что даже звук открытия и закрытия дверей не выводит из транса.

― Йа, Ким Дахён! ― вдруг вскрикивает Минхо, заставляя сбиться с хореографии из-за неожиданности.

Черновласая замирает с лёгкой одышкой и расширенными в удивлении глазами. Они смотрят друг на друга долгие секунды, пока Ким не приходится осознать по грозному взгляду парня, что разговора им не избежать. Она вздыхает, зачёсывая растрёпанные волосы пятернёй назад, останавливает воспроизведение музыкальной дорожки на стереосистеме. Возвращаясь через весь зал обратно к зеркалу, она видит, что Минхо уже стоит, насупившись, вскинув подбородок и показательно скрестив руки на груди.

― Что происходит. ― ожидаемый вопрос от айдола сжимает сердца обоих, заставляя на несколько секунд разбежаться взглядами, но в поиске ответов вернуть зрительный контакт снова.

― Ты остановил мою тренировку.

― Если начнёшь что-то про нерабочее время, то сразу проиграешь. Тебя невозможно поймать вне замкнутых пространств танцевальных залов. Потому что ты меня избегаешь.

― Я не- ― пытается в оправдания встревоженная, но старательно подавляющая это, Дахён, но вдруг отшатывается назад, как от огня, стоио только Ли сделать к ней шаг на встречу.

― Дахён. Я тебя обидел?

― Нет. ― резко, чётко, уверенно.

― Я сделал тебе больно?

― Минхо, давай не будем...

― Давай не будем что? Выяснять наши отношения? ― вдруг вскипает Ли, злостно поджимая губы. Сейчас для Дахён он выглядит просто огромным, из-за раздутой в гневе груди и острых, столкнувшихся на переносице, бровей.

― Нам нужно это прекратить. ― Дахён одной фразой отправляет парня в нокаут.

― По объективной причине?

― Мы айдолы, Минхо. ― в её взгляде словно оттаивает корка льда, за которой прячется хрупкий цветок, готовый вот-вот сломаться под натиском собственных чувств и мыслей. Это заставляет Ли сбавить обороты, смягчившись. ― Я не хочу, чтобы мы превратили наши отношения в черти-что.

― К примеру?

― Я не хочу, чтобы ты "снимал со мной напряжение".

Минхо уменьшается на глазах просто мгновенно. У него поникают плечи, поднимаются в задетом непонимании брови и язык почти не хочет шевелиться. А ведь входя сюда он так яро хотел со всем разобраться.

― Что...? Ты с ума сошла?

― Мне не нужны ночные встречи без отношений. ― торопится оправдаться.

― Мне не нужны отношения с тобой, если в них будет только секс. ― его серьёзный тон пристыжает девушку. ― Как ты вообще могла о таком подумать? Потому что что? Потому что я парень?

У черновласой нет ответа. Она давится воздухом, лишь открывая рот и трусливо сбегает взглядом в сторону.

― Йа, Ким Дахён, ты просто сумасшедшая. ― взмаливается к небесам Минхо.

― Иди к чёрту.

― Я уже рядом с ним.

Подувшись и поязвив в две стороны, они медленно остывают.

Минхо, видимо, успокоившись и приняв сложившееся выяснение обстоятельств как зелёный свет, вдруг довольно покачивает плечами, как заигрывающий ребёнок и медленно подходит вплотную к девушке.

― Так значит мы...

― Нет. ― довольного кота тут же лишают сметаны. ― Мы не будем встречаться.

― Что... Но-

― Это слишком опасно! Для нашей карьеры, душевного равновесия фанатов, для статуса агентства и его прибыли в конце концов. Нет. Я сказала нет, Минхо. ― в конце уже смеётся Дахён, когда парень пытается сгребсти её, сбегающую, в объятия.

― Дахён стой! Нет, ты должна заплатить штрафы! Эй! ― по всему залу пытается игриво догнать черновласую айдол, точь маньяк жамкая воздух пальцами.

― А наручники у вас есть, мистер полицейский? ― вдруг с хитрой улыбкой язвит Ким, огибая подкравшегося парня возле зеркала, не замечая, как тот хватает с пола стоящую там бутылку воды.

― Йа, ты оставила меня на балконе, ночью, под дождём! Не хочешь взять за это ответственность?

― За что...? ― милый тон дурочки добавляет девушке игривую очаровательность, но Ли уже решил действовать, а потому крышка шустро откручивается, отбрасываясь в сторону, когда парень ловит Ким за запястье, вдруг притягивая вплотную к себе, впечатывая не ожидающую этого Дахён в свою грудь.

― За это. ― и бутылка наклоняется над чёрной макушкой.

С хитрой победной ухмылкой Минхо тёмными глазами наблюдает за тем, как вскрикивает от неожиданности девушка, тут же начиная яростно возмущаться, пытаясь уйти от воды, стирая её с лица. Пока капли срывались с концов её теперь уже промокших чёрных волос.

― Йа, Ли Минхо! М-...!

Притянув девушку за затылок, айдол впечатывается в её влажные губы, сыплющие ругательства. Минхо больше не мог сдерживаться. Он прикусывает их, выдыхает рвано, вновь целуя, проводя языком по нижней, готовый эту чертовку Дахён просто сожрать. Ли настолько увлекается процессом, в котором Ким вредно мычит, но всё равно жарко выдыхает в поцелуй, что не замечает, как бутылку забирают из рук и переворачивают над его головой...

― Один-один... ― шёпотом в самые губы заявляет девушка.

Мокрые и острые пряди волос, стекающая с подбородка вода, тёмный взгляд игривых глаз. На Минхо невозможно наглядеться. Дахён прикусывает губу, когда он усмехается. Мужские руки притягивают её к себе за талию, прикрытую белой футболкой

― Так значит у нас война? ― вкрадчиво спрашивает айдол, прекрасно зная, что он поймает эту чертовку в ловушку, даже если уже отдал ей своё сердце.

― Война. ― выдыхает во вновь накрывшие её губы Дахён, улыбаясь, даже если знает, что победителей здесь не будет.