🌸
Удар за ударом, кровь за кровью. Земля под ногами была усеяна алыми пятнами, и даже воздух казался тяжёлым от запаха железа.
Ханами задыхалась, её тело было рассечено десятки раз. Регенерация замедлялась, раны уже не затягивались мгновенно. На лице, плечах и груди кровь не переставала сочиться, заливая белую ткань хаори.
- Ты... слабеешь... - гулко произнёс Кокушибо, его шесть глаз сверкнули мраком. - Демоны не вечны. Ты слишком близка к людям, чтобы выдержать меня.
Он поднял клинок для решающего удара.
И в этот миг Ханами подняла взгляд. В её глазах - полыхала решимость, яркая и чистая.
- Даже если я демон... даже если всё тело будет разорвано... я всё равно буду защищать их... Санэми, Гения... мою семью! -
Её голос, дрожащий, но твёрдый, пронзил воздух.
Кокушибо на мгновение застыл. Эти слова... этот взгляд...
В его сознании вспыхнула картина: красное солнце, молодой Ёричи с мягкой улыбкой, тёплый голос брата, которого он предал.
- Ё... Ёричи... - вырвалось у него.
Ханами, дрожа, подняла клинок обеими руками.
- Дыхание дракона... Десятый ката... Смертельный Дракон!
Её тело вспыхнуло алым светом, крылья сомкнулись, а затем расправились, словно пламя. Взрыв света и силы прорезал тьму. Клинок, окружённый вихрем крови и пламени, вонзился в грудь Кокушибо.
Его шесть глаз расширились, и он... улыбнулся. В последний миг, когда огонь её удара сжигал его плоть изнутри, он увидел перед собой не Ханами, а Ёричи - брата, которого он так и не смог догнать.
- Бра... т... - прошептал он, и его тело начало осыпаться пеплом.
Сильный порыв ветра разнёс пепельные частицы в небо.
Ханами опустилась на колени, истекая кровью, тяжело дыша. Её клинок дрожал в руках.
Санэми и Гения рванулись к ней, но она улыбнулась, даже с кровью на губах.
- Я... я сделала это... Он больше никогда не коснётся вас...
Её глаза закрылись, а тело качнулось от усталости.
Когда первые лучи солнца упали на лица Ханами и Нэдзуко, все поняли - они больше не демоны. Их клыки исчезли, а глаза снова стали человечными.
- Хааа... получилось... - прошептала Нэдзуко, едва сдерживая слёзы.
В следующее мгновение на них налетели девушки. Шинобу, Канао и Мицури крепко обняли их, образовав настоящую «стену любви». Ханами оказалась зажатой прямо в центре, и даже пошевелиться не могла.
- Ты вернулась! - всхлипывала Мицури.
- Теперь всё будет хорошо, - шептала Канао.
- Я рада, что твоя глупая голова всё же уцелела, - «строго» сказала Шинобу, но её дрожащие руки выдавали совсем другое.
А в стороне стояли мальчики.
Танджиро с улыбкой наблюдал, но даже он понял, что подходить опасно - слишком плотное кольцо из девушек.
Санэми и Геня переглянулись, оба слегка растерянные, но промолчали.
Обанай тоже пытался подойти к Мицури, но был мягко (и категорично) отодвинут.
А вот Зеницу...
- Эй! А я?!! - закричал он, махая руками. - Нэээдзукооо-чан! Я тоже хочу тебя обнять! Это нечестно!
Он рванулся вперёд, но тут же был «заблокирован» плечом Танджиро.
- Подожди, дай им время... - спокойно сказал тот.
- ВРЕМЯ?! - Зеницу почти завыл. - Они её сейчас раздавят! А я, её будущий муж, даже пальчиком коснуться не могу!
Он прыгал вокруг, пытаясь просунуть руку в этот «женский бастион», но его каждый раз невольно отталкивали, увлечённые плачем и смехом девушки.
В какой-то момент Ханами даже хмыкнула сквозь слёзы:
- Кажется, про мальчиков вообще забыли...
- И ЭТО САМЫЙ УЖАСНЫЙ ДЕНЬ В МОЕЙ ЖИЗНИ!!! - драматично завопил Зеницу, падая на колени и глядя на Нэдзуко так, словно его лишили воздуха.
Геня прыснул в кулак от смеха. Санэми лишь закатил глаза.
Танджиро улыбнулся шире, но тоже сделал вид, что ничего не слышал.
Так и стояли - девушки в обнимку, мальчики сбоку.
И бедный Зеницу, которому даже после победы над Музаном не дали дотронуться до своей мечты.