Рок-звезда / Rock-star

Хёнджин, уставший и физически измотанный, вошел в общую гримёрку самым последним. На его удивление, там было довольно пусто и тихо, что противоречило обычным громким и восторженным голосам вокруг после каждой репетиции или концерта . В принципе, оно и к лучшему. Хван упал на диван, откинув голову назад. Внутри все ныло от изнеможения и новой волны царапающей боли. Она была мучительная и невыносимая... Такое чувство, что на множество открытых ран, что покрыты солью, наносили новые вновь и вновь, давили, рвали, били и делали все, чтобы их носитель молил на коленях о пощаде. Только от такой душевной боли, моли - не моли, а терпеть придётся, пока все не разрешится и не придет в норму.
Парень не знал, как ему поступить, что выбрать и куда податься. Он стоит между двумя огнями, и один из них - выход. Только какой именно? Хён не хотел бросать свою карьеру, ведь до безумия любил сцену, фанатов, написание песен, постановку хореографий и многое другое, что было с этим связано. Он столько сил вложил в то, чтобы выбраться в мир и стать одним из самых обсуждаемых и популярных сольных айдолов по всему миру, что хотелось кричать от одной мысли, что он может всего этого лишиться!
Но еще он любил Феликса. Любил до колющей боли в сердце и не хотел бросать, не смотря ни на что. Только недавно они были на грани того, чтобы больше никогда не встретиться, а сейчас он прилетел сюда ради Хёнджина...и разве Ликс достоин, чтобы его поставили ниже карьеры? Нет. Явно нет. Этот светлый мальчик достоин большего. Хён его полюбил так неожиданно для себя..он же заметил его еще в день знакомства - тот отличался от всех. Ёнбок был, как луч самого яркого и теплого солнца, которое желаешь всегда и не хочешь отпускать. Хёнджин так сильно влюбился в это солнышко, что ему было безумно трудно представить жизнь без него.

Пока Хван сидел на диване, переводя дыхание и летая в глубине своих отчаянных мыслей, рядом сел Чан, который только вернулся со сцены. Видимо, что-то обсуждал со стаффом.
- Ты отлично справился. Завтра все пройдёт прекрасно. - поддержал он, по-дружески потрепав младшего по плечу. Джинни промычал лишь что-то невнятное, даже не взглянув на друга. - Тяжелый выбор перед тобой, не так ли? - вдруг спросил Бан. Хёнджин поднял на мужчину удивленный взгляд.
- Ты всё знаешь? - воскликнул он, сам не ожидая такого тона от себя.
- Конечно. Сынмин мне рассказал о вашем разговоре, да и я слышал, как вы в углу обсуждали это на сцене. Не волнуйся, больше никто не знает. - Чан уселся поудобнее перед парнем, закинув ноги в позу лотоса.
- И что ты думаешь об этом? - глаза его будто наполнились какой-то надеждой, что Чан ему поможет, даст совет или подскажет, как сейчас можно поступить. Он будет рад даже какой-то мелочи, ведь самому такое решение принять ужасно сложно! Все сжимается лишь от одной мысли, что он вот-вот потеряет что-то до боли дорогое.
- Я прекрасно видел, как вы с Феликсом друг в друга влюбились, и прекрасно понимаю, что не хотите расставаться, а желаете вывести свои отношения в люди. Но Сынмин прав, что тебе нужно сделать этот выбор. - Чан отвел взгляд, пытаясь подобрать нужные слова. - Тебе нужно принять решение самому, ведь это - твоя судьба! Я тут ничего не могу посоветовать, наставить или дать, ведь не я проживаю твою жизнь, а ты сам. Иногда нам приходится делать очень сложный выбор самостоятельно. Сейчас он только за тобой. Единственное, что я скажу: следуй за сердцем. Ему не прикажешь. Если ты чувствуешь, что тебе правда важна карьера, то бросай Ликса, а если наоборот..ты знаешь, что делать. Любой твой выбор к чему-то приведёт, запомни это, а я буду рядом, не смотря ни на что. - взгляд старшего блеснул искренностью и будто братским, родным тёплом. Он положил руку на плечо Хвана, чуть сжав. - И Мин тоже будет рядом. Да, он сейчас очень рассержен, но ты ему не менее важен. Не сомневайся в этом.
Хён хотел сказать ему пару теплых слов в ответ, что крутились на языке последние секунды, но его отвлек неожиданный звонок телефона. На экране высветилась надпись: «Хан Джисон (друг Ликса)»
Хван нахмурил брови. Он ему ни разу не звонил до этого, поэтому такая неожиданность неприятно настораживала.
- Да? - он приложил телефон к уху.
- Хёнджин! Я черт знает, что там происходит, но Феликса то ли избирают, то ли издеваются - я не знаю. Он сказал, что сидит в каком-то зале, о котором тебе сказал. Быстро беги туда! - последнюю фразу парень буквально прокричал, что она отдала эхом в телефоне. Кровь застыла в жилах от слов, что коснулись ушей Хвана. Он начал прокручивать все то, что только что услышал и надеялся, что неверно понял смысл, пока до него снова не долетел громкий мужской голос из трубки: - Хван, блять!
- Бегу. - бросил в трубку он и отключил звонок. Посмотрев на Чана, парень увидел его недоумение и интерес. - С Феликсом что-то случилось. - лишь смог выдавить он и сорвался с места в сторону выхода из гримёрки. Тот зал находился почти в конце коридора, но бежать нужно было по прямой, что многое облегчало. Особенно сейчас. Хёнджин никогда так быстро не бегал, как в тот момент. У него вся жизнь буквально пролетела перед глазами в те пару десяток секунд. Он не мог понять, как могло что-то настолько опасное случиться, ведь посторонних сюда просто бы не пропустили, а значит это - кто-то из знакомых? От этого вовсе бросало в жуткую дрожь. К тому же это происходит даже не на территории, где стоит здание и стадион, а внутри самого здания.

Как только парень оказался у нужной двери, он притих и прислушался:
- Больно, пустите! - раздался громкий голос Ликса в зале. Хван оцепенел.
- Кричи сколько влезет, а тебя никто не услышит. - сказал какой-то немного знакомый мужской голос, после которого раздались тихие смешки еще какого-то количества людей. Такое чувство было, что Хён их слышал где-то до этого, но вот где, вспомнить не мог. Сейчас больше всего пугало, что они находились даже не вдвоём, а там были еще какие-то ребята. В момент, когда парень хотел открыть дверь, к нему подбежал Чан. Ему хватило одного напуганного взгляда младшего, чтобы понять, что там правда что-то случилось.
Хёнджин резко распахнул дверь, переступив порог и застыв от увиденной им картины: двое парней держали Феликса за руки, двое - за ноги, один снимал, а последний, видимо, зачинщик, начинал расстёгивать штаны, будучи уже без верха. Сам Ликс был без кофты, его спортивки были развязаны и их можно было стянуть легким движением руки. Мурашки окотили волной. А если бы Хёнджин не успел? Он сразу понял, что тогда могло бы произойти и от этого бросало в жар. Бан был сообразительнее его, поэтому мигом захлопнул дверь, заперев ее на ключ, который, благо, был у него, как и от всех остальных залов. Парни, конечно же, опешели и ужасно перепугались такого визита. Феликса сразу отпустили и разошлись в стороны, начав оправдываться, а кто-то сразу просить прощения. Тот, кто стоял полураздетый, сразу натянул всю свою одежду обратно, делая вид, что он ту не при делах.
- Видимо, завтра ваш последний концерт. - тихо и до ужаса холодно сказал им Хёнджин, подходя к Ликсу, что пытался взглядом зацепиться за что-то, чем можно себя прикрыть. Не ища его одежды, Хван снял с себя толстовку, оставшись в футболке, и отдал ее тому, кого любил больше всех в своей жизни.

***

- На вас бы в полицию подать, идиоты! - разрывался от гнева заместитель директора компании, прибывший с ними в Австралию. - Это надо же так было! Боже, кого мы только понабрали! Где нам потом взять новых танцоров?! Шесть человек за раз! Да вы с ума сошли! - не унимался господин Сан. Буквально сразу же, как пареней застали на месте преступления, ребята позвали охрану, которая помогла привести их на ковёр в заму. Хёнджин, Чан, Сынмин и Феликс стояли в стороне. Ликс весь дрожал от страха, и Хван это прекрасно видел. Он обнимал его и прижимал к себе. Конечно, вместе с этой ситуацией зам узнал и про их отношения, что тоже послужило поводом для такого сильного гнева. Последние десять минут казалось, что вот-вот что-то должно взорваться, настолько зол был Чон Сан.
- Проваливайте с моих глаз все, кроме Хвана и Ли. - неожиданным, более-менее спокойным тоном сказал вдруг мужчина, показывая пальцем на дверь. Все мигом вышли, не посмев сказал и слова. - А что на счет вас, ребятки... Вы же знаете контракт, да? - его жёсткий взгляд был направлен на обоих.
- Да. - одновременно ответили они.
- Значит вы должны знать, какой выбор вас ждёт. А по большей части тебя, Хёнджин. - Сан медленно прошел к своему столу и сел за него, потянувшись за стаканом холодной воды. Ему требовалось ополоснуть горло.
- Молю вас, дайте мне немного времени! В любом случае я обязан буду довести тур по тому же контакту! Прошу, время и только! Вы же понимаете, насколько это сложный выбор... - Хван готов был встать на колени, лишь бы ему пошли на встречу. В этот момент он хотел расплакаться, как маленький мальчик. Он был на нервах из-за этих двух огней, а после так сильно испугался за любимого, что было чувство, будто он вот-вот может упасть в обморок. Все так сильно начинало давить на него, а ему хотелось просто быть счастливым, любить, быть любимым и заниматься тем, в чем он находит отдушину, а в итоге чему-то из этого должен прийти конец.
- Неделя. Свободны. - дал зам свой короткий ответ, после которого Феликс и Хёнджин покинули его кабинет. Никто из них не знал, что будет дальше, но каждый по своему надеялся, что все будет хорошо, как бы примитивно это не звучало.

***

- Я так был напуган! - воскликнул Хёнджин, прижав к себе хрупкое тело Ликса. Оба не могли остановить нарастающую дрожь во всем тебе. Они только вошли в комнату Хвана и впервые за долгое время дали волю своим кипящим внутри эмоциям: Хён, как только оказался за закрытой дверью в номере, схватил Феликса, не желая его отпускать, а тем более - потерять. Внутри все горело. Он хотел его защитить, хотел уберечь, помочь побороться со всеми его страхами и проблемами, но в итоге приносил все больше и больше. Хван не мог перестать прокручивать ту картину в своей голове, которую застал пару часов назад.
На его глазах начали выступать слезы, но взгляд не отлипал от светлого личика. Как же он прекрасен... Эти веснушки и шоколадные глаза! А губы... Его губы были такими сладкими и безумно нежными, хоть и оставались сухими и немного бедными. Волосы рассыпчатые, мягкие и сияющие... Казалось, что вот он, тот, ради которого можно горы свернуть! Но эти горы начали расти с такой силой, что Хёнджину становится страшно. А что, если он не справится? Что если он сделает неверный выбор? Если он ошибётся и допустит самую грубую в своей жизни ошибку, не подлежающую исправлению? К сожалению, это нельзя предугадать, и Хён это понимал. Он положил руку на щеку своего мальчика, начав нежно поглаживать мягкую кожу и стирать скатывающиеся по ней горячие слезы. Ликс плакал, а от счастья, горя или страха - никто не знал, кроме него самого. То, что Хён ощущал в тот момент и временем ранее...он не мог описать это обычными словами. Парень знал несколько языков, но ни в одном из них не было подходящих слов для этого. Но он понял одно. Он готов сделать выбор в эту же секунду, даже осознавая то, что он может быть на эмоциях, и что его душа все еще переполнена страхами:
- Я сделал свой выбор. - пересохшие губы Хёнджина коснулись мягких, хоть и потрескавшихся губ Феликса. Одна рука переместилась на его аккуратный, чуть заострённый подбородок, а вторая легла на поясницу, придвигая чуть ближе к себе, чтобы ощутить тепло любимого тела. Ли ему ответил с таким же напором, с каким его поцеловали. Он понял, что сейчас говорит ему Хёнджин, от чего с жадностью и желанием прижался к его телу, обвив шею худыми, но одновременно сильными руками.

***

Хёнджин, Сынмин, Феликс и Чан стояли в кабинете, что отведен для заместителя директора компании. В комнате повисла резкая и мучительная тишина, а на лице Чон Сан застыл холод и чуть видное разочарование.
- Ты меня поразил, что я даже не знаю, что тебе ответить. - всё-таки произнес мужчина спустя десятки секунд. - Позволь уточнить: ты бросаешь свою карьеру будучи на пике своей популярности ради..этого парня? - его голос чуть сорвался, а взгляд, полный недоумения, был направлен на Хёнджина.
- Да, вы верно все поняли. Раз контракт не позволяет мне находиться в отношениях, то я его разрываю и ухожу из компании, как только доведу тур. - Хван нервничал. Переживал до ужаса! С того момента, как он принял это решение, прошло два дня. И все эти дни он был, как на иголках. Даже в тот момент, когда Хён зажигал на сцене перед десятками тысяч фанатов, в его душе не переставало бушивать сильнейшее волнение. Он постоянно представлял себе, как именно пройдет это диалог, как отреагирует на него администрация, а главное - как отреагируют его друзья. Благо, Сынмин и Чан поддержали его, хоть Мин все еще и сердился на парня и был явно не доволен тем, что сейчас происходит. С его мнением и принципами ничего не поделаешь.
Но вот господин Сан... Если бы у человека была функция взрыва, то Сан давно бы ее применил от перенаполнения гневом.
- Серьёзно?! - воскликнул он, начав безудержно смеяться. - Хван, ты такой идиот! Надо же ради парня, черт меня побери, бросить карьеру! Ты столько лет с ней бился, а сейчас все обрываешь. Да если ты ее бросишь, то кем ты будешь? Да никем! Только я с директором и сделали из тебя кого-то, а без нас ты - очередной росток дерева по середине поля, который вот-вот могут скосить. И то, если заметят. Хёнджин, ты сам вырыл себе яму и закапываешь свое тело туда. - слова, брошенные с такой неожиданной резкостью, будто эхом раздались по кабинету, где снова повисла гробовая тишина. Хван не верил тому, что услышал от человека, которого только недавно считал одним из близких. Они с Саном очень хорошо общались ещё с того времени, как Джинни начал свою стажировку. Он был близок с ним, и бывало, что рассказывал какие-то секреты, переживания или что-то подобное. Конечно, Хён не доверял ему так же, как Чану и Сынмину, но даже не смотря на это, те слова были, как серпом по сердцу, из которого и так сочилась кровь.
- Чего? - неожиданно послышался низкий голос сзади. Широко распахнув глаза от удивления, Хёнджин повернулся на Феликса. Теперь уже тот начинал кипеть от гнева. - Чего вы только что сказали? - переспросил Ёнбок.
- Чего слышал, малец. - усмехнулся Сан.
- Да как вы смеете говорить о нем такое? - повысил тон Ли. - Пока он не пришел в эту гребанную компанию, вы были на таком дне, какого свет не видывал. Хёнджин сам днями и ночами торчал в зале, чтобы пройти дальше, а не вылететь из трейни. Это Хёнджин постоянно тренировал свой вокал и реп, чтобы тот звучал гармонично друг с другом. Это Хёнджин постоянно рвал что только можно и нельзя, лишь бы угодить вам и вашей администрации, чтобы, опять же, не вылететь из неё, а успешно дебютировать! Это, блять, он сделал себе карьеру! Он и его друзья, стоящие рядом, которые постоянно давали ему пинки под зад, чтобы тот руки не опускал! А что сделали вы? - в его голос дрогнул от переизбытка негативными эмоциями. Глаза буквально горели огнём. - А вы ничего не сделали. Вы только его критиковали, заставляли работать, выставляли на сцену, когда он был не в состоянии выступать, делали ему забитый график, что от него почти ничего не оставалось. Да я не знаю, как он вообще тут стоит после четырёх лет в этой компании! Вы ему гробили его жизнь, а он принимал это за "поддержку" и "наставления", начиная карабкаться самостоятельно. - его взгляд был направлен в глаза зама, а голос стал более тихим, но все еще держал планку холода и безразличия. - Единственный росток по середине поля, который могут не заметить, - это вы сами.
Хёнджин стоял и не мог вымолвить и слова. За все то время, что они с Ёнбоком были знакомы, он ни разу не видел его таким холодным, безразличным и злым. Сейчас он являлся своей точной противоположностью, которая будто бы проснулась из недр души, как только тронули что-то из того, что он считает безмерно дорогим. В этот момент сердце Хвана нежно ёкнуло. В голове снова появилась мысль, что он сделал верный выбор, оставшись вместе с Феликсом, а не с карьерой. Сейчас парень осмысливал сказанное: Ли говорил правду. Ведь это было так на самом деле! Только Хван не придавал этому никакого значения и делал все, к чему уже давно привык. Только сейчас ему начали медленно открывать его склеянные глаза на то, что с ним творили.

Хван посмотрел на Сынмина и Чана: те стояли пораженные смелостью Ликса. Никто из них не мог или не знал, что можно сказать в этой ситуации, именно поэтому сейчас все взгляды в комнате были направлены на единственного человека - на Ёнбока.
- Пойдем. - тот резко повернулся к Хёнджину и пошел в сторону выхода, взяв парня за руку. Их никто не остановил, а сам Хван даже побоялся сказать что-то поперёк, поэтому просто следовал за младшим. Он его тащил, казалось, в рандомном направлении, ведь даже сам Хёнджин не знал, куда ведут те коридоры.
Когда они были достаточно далеко от той злополучной двери, а рядом никого из людей не было, Хён все же решился подать голос:
- Феликс! Что это было? - спросил он не громко, пытаясь сделать тон нежным и непринужденным. Ликс замедлил шаг, переплетая свои пальцы с пальцами старшего. Он глубоко вздохнул.
- Меня задели его слова о тебе. Он не имел права так говорить. Ты многого добился сам, а он - никто. - его голос был уже не таким грубым, как пару минут назад. Сейчас в нем присутствовала то самое трепетное тепло, которое Хван так сильно любил.
Остановив Ликса, он притянул его в свои объятия, с нежностью поцеловав пересохшие губы. Он целовал их с небольшим напором, иногда переходя на щеки, уголки губ и носик. Парень расцеловывал все его лицо, на котором начала вырисовываться небольшая, но счастливая улыбка.
- Малыш, это начало моего конца. Но если еще недавно я его боялся, то сейчас я понимаю, что у меня есть ты, поэтому я не боюсь всего того, что будет у нас впереди. - он заправил длинную прядь светлых волос за ухо Феликса. - Я тебя люблю и буду рядом.

------
Что-то много экшена....🤯
Зато мы близимся к развязке. ~