Часть IX. Неожиданное возвращение или Пора меняться
(предупреждаю, хотя вы должны были узнать давно. Тут полный ООС персонажей. Извините)
Чу Ваньнин думал, что погиб. Но как реагировать на то, что проснулся он, повернувшись и случайно уложившись на запчасть от ночного стража?!
Стоп... ночной страж, привычный беспорядок... неужели он вернулся во времени?!
Значит... орден Юэ ещё не уничтожен, а Шэньян не опорочена! С улыбкой он рванул к зеркалу. Из зеркала на него смотрело давно известное ему отражение. И Чу Ваньнин удивился. По словам Вэйюя и своей давней вере, он был уродлив, а Ши Мэй был его намного-намного краше. А сейчас с зеркала смотрел симпатичный молодой человек. Может не такой, как Ши Мэй, но достаточно красивый.
"Хотя... Шэньян часто говорила, что я красивый. Чему удивляться?"-пожал плечами Чу Ваньнин и стал одеваться.
Пока он одевался, воспоминания нахлынули, охватив старыми и реальными ощущениями.
—Чу-Чу, кто тебе говорил, что ты уродлив? Ты очень-очень красивый,–по торсу пробежали мурашки от тепла её прикосновений и первого холода, который сменялся на лёгкое жжение согревающей мази. Была зима и чтобы он не заболел, она каждое утро мазала его поначалу жгущей, а потом согревающей перцовой мазью.
—Мо Вэйюй...
—Он слепой и глухой идиот, не верь ему. Он считает красивым человеком того, кто сглупил, кто решил не послушаться и пострадал...
—Он погиб...
—У меня тоже шиди и шицзе из-за этого погибали, Чу-Чу. Поверь–ты красив и внешностью и душой, а с умом... как тебя ещё не утянули под венец?
—Не знаю...
—Тогда... может я утяну?–ее смех он заглушил поцелуем. Сексуальная близость им была не нужна, они получали удовольствие даже от таких невинных моментов.
Закончил он одеваться с улыбкой на лице и словно въевшимся в подсознание ароматом османтуса в носу. Привычные одежды легли на плечи нелегко, ведь надо вести себя как раньше. А как он может вести себя, как раньше, если он был сломан и воскрешен? Взгляд кинулся к шкафу, где он прятал подарки главы Сышен-одежды там были разноцветными.
-Вот и решение,-он достал тёмно-синее одеяние, положил его на кровать, расправил, как учила его давно Шэньян, забрал Тяньвэй и ушёл. Скоро должен быть Небесный Разлом, а его надо чинить.
Ветвь Божественной Ивы лягла в руку знакомо и легко. Так и хотелось ради тренировки разрушить тренировочный манекен... но Чу Ваньнин сдержался и просто создал цветок яблони. Таким способом он передавал сообщения. Цветок был закрытым, ожидающим своего сообщения.
От радости он начал улыбаться, прячась за деревьями. Он был счастлив тому, что он сейчас в порядке, что духовная энергия бьёт в нём ключом, что он снова один из сильнейших заклинателей.
Но его радость была испорчена криками прорывающейся нежити, из-за чего он сразу побежал к Разлому.
Все движения были ему известны, знакомы, доведены до автоматизма–уворот, оборот с Тяньвэй, прыжок ближе к Разлому, косой удар с лева направо...
Но или этот Разлом был сильнее, либо он начал отвлекаться, потому он ускорился, добавляя всё новые и новые элементы в известный ему танец с плетью. Он мог его повторить и воссоздать с закрытыми глазами.
Единственное, что он не знал, так это то, что за его пляской наблюдали восхищённые Сюэ Мэн и Мо Жань.
Pov: Мо Вэйюй
Этот достопочтенный не ожидал проснуться в борделе, где проводил долгое время, учась на пике Сышен.
Рядом спал Жунь Юнь–его давний фаворит из-за сходства с Ши Мэем. Вспомнив, что он с ним сотворил, захотелось отомстить. Но больше хотелось отомстить самому ненавистному человеку–Чу Ваньнину, который посмел не только ослушаться его указа и похоронил девку Бао, которая посмела посягнуть на его собственность, которой он его считал, но и совершил самоубийство на его глазах и глазах Сюэ Мэна.
Оказывается, ярость и горечь даёт сил, ведь Сюэ Мэн, этот Маленький Феникс, одолел его, мстя за смерть Чу Ваньнина.
Так что он просто сбежал, не доплатив. Так ещё и украл нефритовую подвеску.
После он помог любимому Ши Мэю разобраться с нахалами и они пошли на пик Сышен. Сюэ Мэн их ждал и тут же стал его отчитывать и вести сначала к матушке, где были разборки с Жунь Юнем, а потом и к Чу Ваньнину.
Он тащил его к учителю чуть ли не через весь пик и они недалеко от Разлома издалека увидели силуэт в белоснежных, словно сотканных из лунного света и снега, одеждах.
Мо Вэйюй легко узнал в нем Чу Ваньнина. Судя по всему, они пришли в момент далекий до запечатывания Небесного Разлома.
—Учитель как всегда великолепен,–прошептал Сюэ Мэн, с восхищением смотря на ненавистного ему человека. Грубый взгляд Мо Вэйюя перекинулся туда, и не смог сдержать восхищения.
Этот прямой, словно меч, мужчина сейчас был гибче своей плети, плясуя между прорвавшейся нечисти и убивая их элегантнее, чем танцевали самые лучшие танцовщицы и танцоры.
Тяньвэй знакомо сверкала золотом, пока Чу Ваньнин танцевал и запечатывал Разлом. Когда он закончил, отправленная в оружие духовная энергия вернулась в тело Чу Ваньнина, заставив его задрожать от превосходства этого человека.
Он даже поступил по давней, кажется забытой привычке–плюхнулся на колени перед ним.
—Учитель,–Сюэ Мэн поклонился перед Чу Ваньнином. И разумеется, сдал его с потрохами.
И тогда он испытал на себе действие Тяньвэй–любой, кто ей связан, не сможет лгать.
И лучше бы он терпел боль, чем рявкнул это...
Pov: Автор
Чу Ваньнин чуть не подавился в отвращении. Может раньше это было бы только смущение, но теперь это не только оно, но и отвращение.
И с каких пор он мечтал его трахать?!
Да, возможно тогда было дело лишь от подавленности и жажде мести, но сейчас... Шэньян не зря заботой и любовью почти два года возобновляла в нем достоинство и сгинувшую гордость, так что теперь он имел не выдуманные, а реальные ограничения действий к своей персоне, какие могут быть у человека. И такое грубое желание трахнуть было одним из запретных действий.
—Учитель?
—Тяньвэй сломалась. Пойду починю,–тот собрал кнут и ушёл. Чу Ваньнин и так знал, что Сюэ Цзымин напподаст Мо Вэйюю за такие слова, так что теперь он получит наказание за заслуженные наказания–распутство, воровство и ложь.
После наказания он пошёл к мадам Ван, чтобы она не жалела Мо Вэйюя во время годовой отработки.
—Буду обращаться с ним так, как с обычным адептом, обещаю, Старейшина Чу,–пообещала мадам Ван с улыбкой.
После он отпросился у главы пика на годовое путешествие и собравшись, он покинул пик.
Переодевшись в подготовленную одежду, он отправился на территорию ордена Юэ. Он никогда там не был и ему было интересно, как выглядит край, где родилась и выросла Шэньян.