В ночь их первой встречи он утонул
Чимин сидит на заднем сидении автомобиля и немного покачивает в такт головой незамысловатой мелодии. Мужчина любит классику, под неё воображение работает лучше, чем под что-либо. В ней нет слов, поэтому и отвлекаться не на что.
У него куча дел, но почему-то сегодня они его мало заботят. Он уже с утра успел выпить волшебную пилюльку, и именно поэтому Паку сейчас всё равно, куда ехать и зачем. Расстёгивает верхние пуговицы рубашки. Этот вечно деловой стиль его обременяет. Душу дьяволу бы продал за пару шорт с лёгкой футболкой.
- Босс, - водитель сделал музыку до минимума.
- М? - мычит Чимин, продолжая улыбаться и качать головой, словно всё ещё слышит прекрасные звуки так же громко, как и до этого. Со стороны он кажется больным, но в какой-то степени это так и есть. Он болен, и от этой гадости мужчина лечиться не собирается. Ему и так неплохо.
- Звонили наши люди, которых вы отправляли до того, как самому поехать.
- Ближе к делу, Самуэль, - Пак останавливает свои движения и слегка хмурится, фокусируясь на водителе. Старается напрячь мозг, чтобы тот начал думать под действием наркотика.
- Произошла облава, нам лучше сейчас же развернуться, если вы не хотите, чтобы ваше имя пострадало.
- Блять.
Слова, на удивление, доходят быстро, и также быстро находится ответ, какая тварь могла помочь устроить такой неожиданный сюрприз. Ему бы хотелось оставаться таким же весёлым, как и до этого, но не получается. Он загорается моментально. Хочется крушить всё вокруг, разбить собственную машину, сделать хоть что-нибудь, чтобы снять напряжение, растущее с невероятной скоростью.
- Останови машину!
Слышится резкий скрип покрышки об асфальт, и Пак бы сморщился, будь он в нейтральном состоянии. Он пулей вылетает из машины, хлопая дверцей, и облокачивается об неё же. Нервно нащупывает в карманах пачку сигарет и закуривает. Мужчина чувствует себя вулканом перед извержением. Повсюду стоит тяжёлая дымка, идущая из самой верхушки. Где-то в кратере уже потихоньку начинает закипать лава, и от бушующей температуры она поднимается всё выше и выше, пока не затопит близлежащие поселения вместе со всеми живыми там. Люди будут умирать в муках, и ничто не спасется.
Мимо проходит парень и отчего-то смотрит слишком пристально на Чимина. По крайней мере, ему так кажется. Тот смотрит на него злым взглядом, дёргается вперёд, кидая бычок в незнакомца. И абсолютно всё равно, что сейчас своим несдержанным поведением он может испортить всё. Лицо-то не мало известное, а они даже далеко от города отъехать не успели. На секунду он задумывается о том, как хорошо - их успели предупредить прежде, чем они оказались на месте. Ведь приедь они туда, дел не оберёшься, ещё и не откупился бы. А так, его хата с краю.
Сэм выбегает из автомобиля, придерживая своего босса на месте, пялящийся парень тем временем покидает место остановки автомобиля быстрым шагом. Чимин набирает номер, очень знакомый, но вызывающий в нём сейчас бурю гнева. Чистого, ни с чем несравнимого.
- Доброе утро, сука, - говорит он, как только на другом конце берут трубку.
- Я смотрю, ты уже получил мой подарочек, - голос с хрипотцой и, даже не видя лица, Пак чувствует ухмылку на чужой физиономии.
- К чему это всё, Намджун? Ты пытаешься мне отомстить, но за что? За то, что я не верю в твои сказки? - Чимин запускает руку в волосы, слегка сжимая их у основания.
- Может и так, а может. Вы такие жалкие, сидите, боитесь ручки свои замарать. Таких, как вы, вообще существовать не должно.
- Считаешь меня жалким? - усмехается Чимин. - Посмотри на себя. На что ты только не готов пойти, чтобы тебе заплатили деньги, Намджун? На что? Ты знаешь, что такие, как я, всегда будут управлять такими, как ты, и от этого хуебисишься. Разве я не прав? Спрос рождает предложения.
Между ними наступает молчание.
- И разве я не прав? - усмехается Пак. - И такой, как я, найдёт тебя, выпотрошит и поджарит на костре. Будешь ебучим шашлыком для моих церберов, как тебе?
На том конце слышатся гудки, а Чимин, сжав в руках смартфон, швыряет его на асфальт, наступая ногой. И, кажется, только после этого слегка успокаивается.
***
У Намджуна играет улыбка на лице. Если бы в далёком детстве ему сказали, что чужая злость будет доставлять ему глубочайшее удовольствие, он бы не поверил. Как бы ему не хотелось, парень, что сидит внутри него, тот, кто уговаривает его на эти ужасные вещи не всегда был таким. Все мы начинаем с малого, даже камню нужно время, чтобы обрасти мхом. И Намджун модифицировал своё сознание, на протяжении многих лет превращаясь в чудовища.
Последние слова не западают в чёрную душу, он даже и минуту не тратит на их осмысления, ибо не верит. Как он и сказал. На что способны земляные черви? Его не было достаточно много времени. По крайней мере, Нам так считает, все эти секунды, как песок, упущены. Они всё больше и больше разделяют его от своей ненормальной одержимости. Глаза горят, он слишком долго думал, как всё сделать правильно.
Тратил время на это, скорее для того, чтобы перед собой же оправдаться. Сказать своему же монстру, что он его не предал бездействием, а наоборот выжидает удачного момента. Жертву важно не упустить, такой наживы уже возможно никогда не будет. Мимолётом думает, что, возможно, у русалки есть семья. Ещё несколько таких же хвостатых, которые будут стоить миллиарды. У Намджуна слюна во рту собирается, а в ушах так и стоит шуршание купюр.
Намджун идёт на кухню, набирает полный стакан воды и залпом его осушает. Терпеть не может духоту, а во всей квартире, кажется, только она и стоит. Пьёт много воды и, может, слегка алкоголя.
Больше даже мысли не было рассказать кому-то о мифическом существе. Ситуации с Паком ему хватило, вторую месть он сейчас не потянет. Лучше придёт, когда товар будет у него на руках, и тогда какой-нибудь толстосум случайным образом проболтается Чимину о своём прекрасном и очень необычном приобретении. Раз уж тот избежал тюрьмы, так хоть локти покусает. Жалеть будет, что тогда Киму не поверил. Но будет уже всё равно.
И Намджун уверен, что всё именно так и будет. В этот момент он даже не представляет, как начать охоту. Ранить нельзя, сеть, скорее всего, не прокатит. Как поймать настолько необычное существо, не причинив телесных повреждений и оставив хороший товарный вид? Он обязательно должен придумать это в ближайшее время. У него просто выбора нет. Раз начал дело, его надо довести до конца. Иначе монстр его же кровь пить станет. Пока он совсем без влаги не высохнет. Как рыбёшка на суше.
***
- Ладно, давай. Я пойду Юнги, - Тэхён махнул на прощание рукой и вышел за дверь лаборатории.
Парень сейчас придёт домой и будет собираться на остров. Уедет, чтобы увидеться со своим мифическим существом и хотя бы слегка притупить эту ужасную манию, что каждый день долбила по виску. Сейчас Тэхён как никогда уверен в своих действиях, он до такой степени горит этой идеей, что готов сделать всё, лишь бы осуществить свои планы. Тэ не замечает ничего за своими мыслями, идёт быстрым шагом и врезается во что-то.
Поднимает глаза вверх, видит перед собой мужчину с хмурым лицом, может совсем чуть-чуть выше его самого. Он бормочет неразборчиво «извините» и, опустив голову, проходит мимо. Чувствует неловкость от этой ситуации, но она быстро уходит на задний план, а на передний снова возвращаются прошлые думки. Возможно, Тэхён уже никогда не научится жить без нервотрёпки, было бы не так обидно, если бы нервы трепал кто-то физический, реально существующий человек. Как и всегда, оказывается причина всех проблем Тэхёна - это он сам и ничего с этим не поделаешь.
***
Моторка остановилась возле берега. Погода с каждой секундой портится, небо окрашивается в тёмно-синие оттенки. Грозу обещает, оплачивает за то недолгое время, когда было приемлемо. На улице и до этого шёл мелкий дождь, а сейчас поднялся сильный ветер, обдувая Тэхена со всех сторон. Он ёжится, но от своей идеи не отказывается, упрямо продолжает идти к цели. Он на берегу, кроссовки утопают во влажном песке, а он оглядывается по сторонам в поисках Чонгука.
- Чонгук! - кричит парень, но в ответ видит только, как волны поднимаются выше, и ничего, что могло бы хоть немножко походить на хвостатого.
- Чонгук! - он продолжает его звать, а про себя молится, чтобы тот его услышал. Приплыл и неважно, как далеко находится.
Тэхён смотрит вдаль, по сторонам, надеется и с каждой секундой потухает. Уезжая, он так сильно боялся вернуться в никуда, он боялся не увидеть тут Чона, а сейчас его кошмары стали реальными. Его тут нет, и на душе пусто и неприятно. Хочется обвинить в этом существо, но это даже звучит глупо. Сирена не виновата в том, что человек настроил себе ожиданий, не совпадающих с действительностью. Чонгук и не должен был ждать Тэхёна. Но этот противоречивый червь всё настаивает на своём, поддакивает, нашёптывает: То, что было, - всё обман. Тебя обманули и никакими чувствами тут и не пахнет.
Ким резко останавливается. А о каких чувствах может идти речь, если изначально Чонгук был против. Он не хотел делиться чём-то с Тэхеном, что-то ему говорить, а наоборот запрещал ему приходить. О каких чувствах может идти речь, если Тэхён Чонгуку не нужен?
На него резко наваливаются все прошедшие недели, он сам себе придумал проблему там, где её не было вовсе. Парень приплыл, но зачем.
Он не нужен, и это клеймо у него на сердце горит. Он не нужен, и дома его внутреннего города рушится. Он не нужен, а у него внутри цунами бушует. Он просто не нужен.
Тэхён грустно улыбается, жалея, что раньше не смел допускать такие мысли. Парень никогда не был таким, всегда легко кого-то отпускал, не позволял людям так сильно завладеть своим сердцем, ведь по-другому велика вероятность, что его разобьют. Но Чонгук и не человек вовсе и отпускать его почему-то тяжелее. Ветер задувает под толстовку, и он зябнет, но вовсе не от холода.
Ким идет в сторону озера, уже не надеясь там кого-либо найти, а просто отвести душу в надежде, что ему станет чуточку проще принять всё то, что происходит с ним в последнее время. Пытается разжевать себе весь план жизни, расставить всё по полочкам, чтобы дальше было проще существовать со всем этим. Штаны намокают от влажной листвы, но это всё остаётся терпимым. Он выходил к берегу, вдыхает запах природы перед грозой и неожиданно слышит рядом с собой всплеск. Оборачивается, а там на камне лежит сирена, вяло помахивая в воде хвостом. Может спит или отдыхает. Ну уж точно не загорает.
Тэхён подходит чуть ближе.
- Чонгук, - лёгким движением касается руки, не чувствуя холода, потому что его собственные конечности замерзли до такой степени. Тэ испугался, что это простой мираж или шутка его воспалённого воображения. Чувствуя чужую кожу под пальцами, ему становится немного спокойнее.
- Ты вернулся, - губы Чона растягиваются в легкой улыбке, и ему, кажется, всё равно, что человек нарушил дистанцию.
- Не смог иначе.
- Сейчас будет шторм, тебе лучше вернуться.
У Тэхёна от этого «вернуться» глаза грустнее прежнего. Сразу возникает мысль, что его прогоняют и никак не думается, что это банальное проявление заботы. Парень за всем тем, что сам придумал, не может заметить истину, а существо от такого взгляда только хмурится. Чонгук не имел в виду ничего плохого и никак не может понять такие странные перепады настроения человека. То он с нежностью берёт его за руку, приезжает, а теперь обижается, но только на что? Чон слишком сильно отвык от людей, и от этого Тэхён для него становится целой загадкой, которую ему пока что не по силам разгадать.
- Есть одно место, но до него придётся плыть.
***
Он смотрит русалу в глаза, не моргая. Вспоминает ситуации, когда тот ему корабль затонувший показывал. Тэхён боялся, что Чонгук его обманет, на морское дно утащит и поминай как знали. А сейчас всё иначе, они провели время порознь и ему было так грустно без существа. Он смотрит на него сияющими глазами, стоя по пояс в воде, держит за руку Чона, пока вокруг играет непогода. Сильный ветер бьёт по коже неприятными потоками, будто удар хлыста, но ему всё равно. В этот раз он полностью доверяет сирене и не боится за свою жизнь. Даже если тот прямо сейчас начнёт его топить, ему будет всё равно. Это в любом случае лучше, чем возвращаться обратно к этой обычной размеренной жизни, что ждёт его на повороте, ко всему тому, что у него не вызывает ни капли интереса и желания. В ночь их первой встречи он утонул, а то, что происходит сейчас, это последствия.
Тэхён опускается под воду, задерживая дыхание, и они плывут. Куда, известно только Чонгуку, но мысленно он надеется, что сие действо продлится недолго. Это было бы очень жестоко: в такой момент расставаться с жизнью. Под водой хорошо, тепло. Видны только мутные очертания, из-за темноты, ведь ещё никто не додумался протянуть под водой электричество.
Они выныривают достаточно быстро, лёгкие Тэхёна даже не начали жечь от нехватки воздуха. Он откидывает свою влажную копну волос назад и чувствует себя как в жопе. Вокруг всё ещё стоит тьма, но он вроде как уже к ней привык и хотя бы видит очертания Чонгука. Киму кажется, ослепни он на один глаз, всё равно бы продолжил отчётливо видеть существо перед собой.
Чонгук привёл его в грот. Тут не холодно, не жарко, слышны небольшие завывания ветра, небо не протекает и повсюду камни.
Прекрасное место и прекрасное время для его чувств. Ему хоть и холодно в мокрой одежде, сидя на камне, но выбирать не приходится. Чон в это же время думает, как бы человек какую хворь случайно не подхватил. Человеческое тело слабенькое, хиленькое, не по наслышке знает, как легко подхватить то, от чего умереть не долго. И не объяснишь существу, что от обычной простуды Тэхён не помрёт, только если своё состояние ещё хуже усугубит, тогда да.
Тэхён выдохнул и собрался только что-то сказать, но резко замолк. Что он собирается сказать, он даже не обдумывал, как правильно донести мысль до Чона, чтобы тот понял. Ну и на всякий случай не сожрал его. Хотя парень уже начинает сомневаться, что русал на такое способен. Слишком уж возрос его уровень доверия с прошлого раза.
И вот он сидит и как рыба на суше то открывает, то закрывает рот. Чонгук же на него даже не смотрит и, кажется, совсем не замечает его присутствия.
- Зачем ты вернулся?
Тэхён возвращается в недавние воспоминания, к той нежной улыбке на губах сирены. Киму тогда показалось, что ему рады, а на самом деле что оказывается? Чонгук сейчас вовсе и не рад, и взгляд хмурый, как грозовое небо за пределами этого грота, и движения отстранённые. Он в очередной раз всё себе придумал, был прав только приехав на остров, даже при условии оставшегося Чонгука. Ничего не поменялось. Действительно, зачем?
- Не знаю, - понуро отвечает Тэ.
Чон от ответа ещё мрачнее становится. Себе же признать не может, что хотел бы услышать простое: «Из-за тебя».
Стоит тишина, которую ни один, ни другой не хотят нарушить. Каждый из них надумал своё и сильно расстроился, когда желаемое поведение не совпало с действительностью. Тэхен царапает ногтем камень, просто пытается отвлечься, возможно придумывает, как правильней начать разговор. Но пока в его мозгу только обезьянка бьёт в тарелки, не больше.
- Мне уехать? - задаёт вопрос Тэ.
- Там гроза.
- И что? - напирает.
- Останься, - брови Чонгука слегка изгибаются, похоже будто он сейчас начнёт канючить. Вслух о том, что он хочет, чтобы человек остался, не говорит. Тэхён на просьбу поджимает губы.
- Хорошо.
- Я вообще приехал по одной причине, - вновь заговорил Тэ. Чонгук перевёл на него заинтересованный взгляд. - Чонгук, - и слова застревают где-то в горле. Как же тяжело говорить о всём том, что он думал это время.
- Подвинься ко мне поближе, - просит Тэхён, и Чон выполняет его просьбу. В тот момент у него была одна миллисекунда, чтобы подумать о своих действиях.
Парень наклоняется в надежде, что Чонгук от него не отпрянет. Он слегка касается нижней губы своими, сирена статично находится на своём месте.
Чонгук слегка приоткрывает рот и кладёт свою когтистую руку на человеческую щёку. Черт его знает, что подтолкнуло его ответить на этот поцелуй, ведь он изначально не хотел подпускать к себе близко парня. Знает, что это закончится для него разбитым сердцем, но продолжает со всей лаской, которая была в нём до смерти, отвечать на поцелуй. Так страстно и губительно.
Тэхён лизнул нижнюю губу Чона, прежде чем вернуться к верхней. Когда дышать становится уже невозможным, они отстраняются друг от друга. Ким опирается лбом о чужой, дышит и боится открыть глаза. Вдруг это сон или ещё чего хуже, он их откроет и увидит в глазах сирены жалость. Он абсолютно не готов к такому повороту событий. Это основательно разобьёт ему сердце, ведь он вкладывал в поцелуй не простое желание, а свои чувства, о которых вслух сказать не может. Словно это был единственный доступный язык толкования.
Чонгук себя уже разбитым чувствует. Столько лет держал под замком давно забытые чувства, избегал, как люди ответственности, а сейчас перед человеком напротив сыпется песком на ветру. Он пытался держать всё это в себе, а сейчас рушится без шансов. Устоять невозможно, от этого двуногого всё равно ведь никуда не денешься. Искать будет.
- Чонгук, я понимаю, что мне нельзя чувствовать всё это. Я знаю, что ты против, но ей богу, всю эту неделю я себе покоя не находил. Прошу тебя, не отталкивай меня больше. Понимаешь, я не смогу. Не выдержу. Мне очень паршиво, - «без тебя» не договаривает. Боится, что будет звучать по-детски.
- Не буду, - Тэхён от неожиданности открывает глаза и натыкается на чужие. Глаза русала блестят, как звёздное небо, и парень себя входящим в омут чувствует.
Ким хмурится, пытается понять, откуда произошла резкая перемена в решениях Чона, но не может отрицать нарастающую радость внизу живота. Его приняли. Тэхёна принял Чонгук, разве может быть что-то лучше, чем этот миг?
- Ты не единственный, кому из нас было плохо, Тэхён, - с небольшой обидой произносит.
Парню воздуха не хватает, ему плохо-хорошо. Неужто сирена только что завуалированно признался в своих чувствах? Такое бывает? Тем более с Тэхёном.
Тэхён аккуратно касается рук Чонгука с небольшой опаской. Первое время ему будет немного страшно касаться существа, ведь всё ещё будет казаться, что это банальная шутка.
Чонгука же это всё выворачивает, но тот трепет, от того, что он стал чувствовать, - это восхитительно. При жизни он часто думал о том, как хорошо бы было ничего не чувствовать. Пока он дышал, чувствовал много всего неприятного, но сейчас. Чон так рад чувствовать хоть что-то, долгое безэмоциональное время сделало своё дело и заставило скучать. По человеческому теплу в том числе. Всё-таки тяжело быть постоянно одному. Даже несмотря на это всё, Чонгуку тоже страшно в частности из-за прошлого очень неприятного опыта, который закончился очень трагично.
***
Они переплели пальцы, Тэхён рассказывал о своей жизни, совсем немного о детстве и почти ничего о том, что происходит сейчас.
- Быть человеком сложно, - сказал Тэ, играясь с чужими пальцами. - Ты, наверное, и не знаешь, какого это.
- Я был человеком когда-то.
- Серьёзно? И ты молчал! - Чонгук пожимает плечами. - Так значит ты был человеком. А как так получилось, что у тебя вместо ног?..
Тэхён не договаривает, а Чон недовольно поджимает губы.
- Ладно, не будем об этом. Пока что.
- Тот коротыш помирился со своим другом? - теперь очередь русала задавать вопросы.
- Кто?
- Они оба ещё приезжали с тобой. В прошлый раз.
- Юнги и Хосок? Они же не ссорились. А если ссорились, то это наверное было в шутку. Парни часто так.
- Не похоже было, но тебе виднее.
- Подожди, а из-за чего они ссорились? - Тэхён не хочет знать об этом всём, но любопытство в очередной раз берёт над ним вверх. И он почти не может контролировать свои вопросы, но знает, что потом пожалеет об этом.
- Они говорили много странного, я плохо разобрал. Но до этого они целовались.
- Да уж, не густо. Ладно, выясним позже, - Тэхён хмурится. Думается много, но так хочется провести время рядом с Чонгуком.
- У меня есть чувство, что я сказал что-то лишнее.
- Верное чувство, но ты не волнуйся.
Тэхён улыбнулся, провёл рукой по волосам Чонгука и притянул его к себе. Возобновил поцелуй, а сирена вовсе и не против. Ему сейчас так хорошо, как было очень-очень давно.