Зарисовки моего существования

Я выбежала после защиты диплома в каком-то дурмане, смутно помнились слова Председателя комиссии и оглашение остальных оценок. Распечатку своего будущего диплома я пробегала глазами раз десять, не веря тому, что закончила университет на «отлично». К слову, единственное, что этот самый красный диплом дал мне в жизни – это красную папочку для фотокарточки вместо синей. Ну и ещё попутная гордость родителей, бабушек с дедушками и ничем непримечательная минимальная гордость за свои усилия. Работодатели и мир не ждали меня с распростёртыми руками, желая предложить мне высококлассную и интересную работу.

План на день был таков: встретиться с друзьями и отметить данное событие.

К двадцати двум годам близких друзей у меня осталось двое – Марина и Никита. Остальные же люди в моей жизни были случайными знакомыми, кто-то ближе, кто-то дальше. В лучшие времена друзей у меня было гораздо больше, хотя их качество желало оставлять лучшего.

Вспоминать о прошлых потерях я не любила, самые первые и близкие подружки покинули меня во времена студенчества. Одна променяла меня на новых друзей, вторая на парня. Ничего интригующего или необычного, стандартное окончание для дружбы в десять лет, где вы когда-то расписывали планы на совместное будущее, а их родители относились к тебе уже как к родственнице.

Университетские подружки были ещё сложнее. Женский коллектив может тебя научить лишь одному – будь готов, что в любую минуту тебе плюнут в спину. Этому меня университетские подружки и научили, поэтому, довольно быстро покинули мою жизнь, оставив после себя ворох как приятных, так и не очень воспоминаний.

Так я и пришла к тому, что друзей у меня было двое, это несмотря на то, что во все прошлые года я была одной из самых общительных девушек в коллективе, куда попадала[интересно почему коммуникабельность также легко теряется в дороге жизни, как и беззаботность].

Вот всё, что вам нужно знать о Марине с Никитой.

Марина была невысокой, миловидной брюнеткой [большую часть времени, в своё время она сменила около пяти цветов волос]. Она ненавидела конфликты, любила приятную компанию, пиво Hoegaarden с грейпфрутом и всегда принимала сторону друзей, даже если они могли быть не правы. Уверена, если бы нам и в правду однажды угрожала смертельная опасность, она, не раздумывая схватила бы топор и покромсала ваших обидчиков.

С Никитой мы дружили со школы, с тех времён, как нас в восьмом классе посадили за одну парту на физике. Школьные годы объединили нас тем, что мы терпеть не могли свой класс за его необъективную токсичность и склонность к буллингу. Поэтому, если кто-то из наших бывших одноклассников встречал его на улице, очень сильно удивлялся тому, как он похорошел и стал уверен в себе [всего лишь-то надо было сменить среду].

Никита один из самых светлых и добродушных людей, что я знаю, готовых прийти на помощь, правда, не исключено, что по пути с ним что-то случится и он опоздает. Он мечтает открыть свой настоечный бизнес, а по вечерам играть в каком-нибудь в баре в шахматы [не самый плохой план на жизнь].

Так что смело могу сказать, что эти двое – лучшая компания из всех, что могла вам повстречаться в те годы в моём небольшом окружении.

Стоит отдать должное, Никита был неединственным человеком, который часто опаздывал, его в этом звании смело обгоняла Марина. Наверное, я со своей пунктуальностью для баланса во вселенной дружила с двумя людьми, которые считали, что они не опаздывают, а задерживаются [даже, если это задерживается превышало пятнадцать минут].

Расскажу вам немного о типичных летних посиделках питерской молодёжи, у которой не так много денег, чтобы сидеть в дорогих ресторанах с красивыми видами на питерские пейзажи.

Секрет очень прост: вы с друзьями берёте ваш самый любимый фастфуд, затем покупаете любимое вино или водку с соком [кому, что больше нравится] и отправляетесь на набережную канала Гривцова на небольшой пирс, где редко останавливаются катера, а вам открывается красивейший вид на типичные питерские дома и канал.

Правда, лучше ещё взять с собой плед, чтобы не запачкать одежду.

Именно этому плану мы и последовали в этот летний вечер, тем более что и повод был замечательный.

На набережной мы, как это часто случается познакомились с какими-то незнакомыми парнями и девушками из другой компании, а позднее как стало известно и из другого города. Алкоголь всё сильнее попадал в нашу кровь и затем последовал редкий, но иногда случающийся в моей жизни, провал в памяти.

Позже от Марины я узнала, что там было трое лучших друзей, которые были графическими дизайнерами, с одним из них Марина начала переписываться.

Особенно легко ей это далось, так как на утро она вышла на работу не до конца отрезвевшей, но коллеги разрешили ей отсидеться часть времени на складе, а не работать в зале.

Этого парня звали Стас, он снимал небольшую квартирку в центре Питера, работал на удаленке, по ночам напивался в местном баре с друзьями и вставал лишь к обеду. Но, что ещё больше всего нас забавляло с Мариной – это его желание присылать ей странные фотки своего пресса с татухами или дурацкими рисунками, а также отвечать одинаковым предложением на каждую фотокарточку, что она выкладывала у себя в истории.

Но всё это я узнаю гораздо позже, ведь в ту ночь мне предстояло повиснуть через плечо Никиты, так как ему пришлось нести меня домой.

Он уложил меня в кровать, а также подставил тазик на всякий случай, после чего у него оставалось пару часов на сон, так как на утро ему нужно было быть свежим и нарядным на своём награждении [мне, к слову тоже].

Награждение Никиты я встречала слегка помятой, пускай я и закинулась таблетками от головы, влила в себя айс-кофе, а затем и апельсиновый сок, выглядела я не лучшим образом. Даже милое голубое летнее платье не спасало ситуацию, особенно, если учесть, что у меня были побитые коленки.

Хотя Никита и уверял меня, что я выглядела не так плохо, как мне казалось. Но всё же стоя рядом с его мамой, я то и дело испытывала угрызение совести, будто меня поймали с чем-то неприличным.

Меня же лишь успокаивали солнцезащитные очки, что я носила по улице в ожидании, когда нас запустят в прохладный зал.

После того, как я чуть не потеряла сознание, а моя голова гудела то ли от похмелья, то ли перегрева, а внешний вид всё ещё оставлял желать лучше, я конечно же встретила его. Главного героя всех моих душевных терзаний на протяжении полутра лет – Кирилла, двоюродного брата Никиты и разумеется, он выглядел всё ещё хорошо, а я всё ещё напоминала побитого котенка.

Кирилл был мерзким, харизматичным, заносчивым и язвительным человеком. Именно этих качеств ему было достаточно для того, чтобы я в него влюбилась. Это была моя самая худшая влюблённость из всех, что со мной случалась и самая жестокая к слову, тоже.

Но я боялась встречи с ним не потому, что мой внешний вид и физическое и моральное состояние ровнялись нулю, а потому что ровно неделю назад я всё же решилась ему признаться в своих чувствах, а он предпочёл поиздеваться надо мной.

Ирония моей влюблённости заключалось в том, что Кирилл меня терпеть не мог, особенно, мою дружбу с его братом. Все мои встречи с ним заканчивались одинаково – мы посылали друг друга куда подальше и расходились в разные комнаты, пока Никита пытался оставаться одновременно хорошим братом и моим лучшим другом.

И вот неделю назад, случайно собравшись в квартире у Кирилла, я совершила очередную главную глупость этого лета, посчитав, что, переходя на новый этап жизни, нужно попрощаться со старым.

Не стану пересказывать весь наш разговор с Кириллом, скажу лишь то, что после моего признания, мне дали чётко понять, что я ему неинтересна, затем поцеловали в попытках доказать какую-то чушь Никите и всё закончилось моими затяжными слезами у меня дома, пока я гневно проклинала себя и наше с ним знакомство.

И вот теперь мы сидели рядом, поздоровались, как ни в чём небывало, но всё что я пыталась сделать – это максимально долго игнорировать его присутствие.

Как же легко стирается любая грань влюблённости, рождая чистую ненависть и отвращение.

Награждение Никиты обернулось для меня мучительной пыткой. Та тишина, что происходила между мной и Кириллом, если нас оставляли наедине, сводила меня с ума.

Я смутно пыталась понять, что же меня так в нём зацепило и почему я всё это время верила в какую-то чушь, что сама создала в собственной голове – ответа на этот вопрос так и не последовало.

Череда фотоссесий с долгожданной корочкой об образовании и Никитой, сменилась праздничными речами от родителей, а затем и праздничным пивом, которые открыли его одногруппники напротив университета.

Всё это время мне хотелось вдохнуть побольше воздуха из-за поступавшего чувства тошноты. Это была финальная стадия – алкоголь мне опротивел.

Отойдя в сторону, Никита подробно рассказал мне весь спектр моей радостной стадии от диплома прошлой ночью.

Как и полагается пьяному человеку, я помнила исключительно хорошее, мой мозг включил защитный механизм, дабы спасти меня от чувства стыда. Вот вам мой совет – никогда не просите друзей рассказать, что вы делали, когда были пьяны, ваш мозг принял в тот момент самое верное решение, не мешайте ему спасать вашу совесть.

Но раз я тут делюсь своей жизнь, то про ту ночь, я всё-таки расскажу.

Я посчитала своим долгом в ту ночь оповестить каждого человека в городе о плодах своей проделанной работы, а затем принялась танцевать на набережной и зазывать новых знакомых украсть проезжающий катер, пока он швартуется. Я неплохо поладила с местным алкоголиком Васей, который начал делиться со мной своим музыкальным вкусом. Кончилось всё тем, что Никите пришлось уговаривать и силой уносить меня прочь к такси, прикрывая одной рукой мне юбку, потому что для таких приключений я выбрала самую подходящую одежду.

В такси я то и дело висела либо, как собака через окно, либо пыталась задремать, но то и дело мои маниакальные стадии сменяли друг друга. Перед входом в квартиру я и вовсе устроила истерику, что недостаточно хороша для неё и отказывалась зайти.

Я бы могла и дальше пересказывать весь спектр своих деяний, но думаю, что общую картину вы уже поняли.

Со временем я перестала стыдиться этой истории, я с юмором отнеслась к тому, что у меня появился синяк на лице [причина его появления так и осталась для меня секретом], что я красочно провожала свои студенческие годы и была готова пустить в свою жизнь каждого встречного. Пускай я тогда и была под алкоголем, но просматривая все видеоархивы с того дня, я могу сказать, что была счастлива.