А я ведь буду
Сотню лет назад
Кровь лилась по ледяным стенам. Стоны боли и истошные вопли были здешней музыкой, ласкавшей уши лишь одному существу. Он мечтал о смерти, но не о своей - дохлые полчища марионеток с каждой ночью расширялись, ощущая на себе всё больше разной боли, всё больше давления Тьмы.
Лязг стальных цепей, скрежет свинца о каменный пол. Обвивающиеся вокруг тела призрачные нити не давали пошевелиться.
Разодранная под кандалами кожа уже давно не чувствовалась. Боль стала монотонной, въевшейся настолько, что казалось - она была всегда.
Уже давно исчезли остатки отблесков света в глазах, растаяли сны. Крупицы рассудка причиняли лишь больше страданий. Демон всё ещё понимала, во что превратилась.
Она могла бы сдаться. Перестать сопротивляться. Протянуть руку Тьме и пойти за ней, исчезнув из этого адского мира.
Но ей не позволяла гордость.
— с каждым днём ты всё дальше от человеческого облика. Разве не чудесно? — донёсся из тени истерический хохот.
Пленница молчала.
— может, ты хоть иногда будешь подавать признаки жизни? Ах, да! — он вновь залился жутким смехом — ты же и так мертва, какая ирония!
Всё та же злая тишина.
— я не могу выпустить тебя из камеры. И не мечтай. Это было бы неразумно даже для меня — он пытался сделать вид, будто ему не плевать.
— ты боишься. — хриплый, еле слышный голос раздался впервые за долгое время.
— что вякнула. — он резко изменился в лице.
— даже сейчас я всё равно сильнее тебя. — заключённая уже давно не пыталась порвать оковы. Нити впивались в кожу лишь сильнее.
— дорогая моя Тене... — мягко начал он — для тебя даже мечтать вредно. — звериный рëв прорезал заражëнный воздух.
— так значит, это не ты бежал подальше, поджав хвост, стоило мне здесь оказаться? — даже в тихом хрипе отчётливо слышалась ярость.
— помни, что здесь правлю я. И мне ничего не стоит тебя убить. — вдруг стали заметны нити, тянувшиесы от его скрюченных злобой пальцев. Он держал демона, словно марионетку, и мог чуть ли не рвать её на части, когда захочет.
— так убей меня.
Стук глухих шагов, всплеск накапавшей с потолка лужи. Хлопок дверью. Тишина.
Лишь странная усмешка из-за стены.
— а я уж думал, ты померла — хороший актёр. Даже сейчас спокойно делает вид, что ему на всё плевать.
— и не мечтай. — девушка не знала, кто сидит за стеной. Они никогда не пересекались.
— с каких это пор ты ему отвечаешь? — заключённый даже не пытался скрыть насмешку.
— отвали. — и вновь тишина, нарушаемая лишь монотонным стуком капель.
— эй, ну ты чего? С десяток лет живём через стенку, могла бы и помягче быть — почему-то девушка была уверена, что он, усмехаясь, закатил глаза.
— живём? Скорее существуем, если это ещё можно так назвать. — демон уже давно стала больше похожей на чудовище, чем на человека.
— ну да, ты-то уже на последнем нерве держишься, того и гляди - порвëшься и всё, ещё одна кукла этого психа готова — он специально пытался её вывести из себя?
— ты на что намекаешь. — последние десятилетия она продолжала сопротивляться лишь из-за двух вещей: принципы и грядущий позор.
— я видел выход отсюда. Я сам через него сюда зашёл.
— ты придурок?! — впервые за всё это время демон повысила хриплый голос — на кой чëрт ты добровольно сюда полез?!
— мне нужна правда. Если эту мразь не остановить, даже демонам настанет конец. Не то чтобы я хотел менять судьбу мира, который уже два тысячелетия пытается меня прикончить — он говорил невероятно беззаботно — но в Сукохи живёт и моя сестра, поэтому... — его перебили.
— и ты её бросил? — почему-то в её голосе было слышно отчаяние.
— во-первых, она не одна. Во-вторых.. — и его вновь перебили.
— да что ты! Конечно, это же повод кинуть её! — почему девушка так отреагировала? Она сама не знает. Обычно ей было плевать на других. Просто... Она почему-то вспомнила свою семью.
— не лезь не в своё дело, Тен. — демон была единственной, чьë имя захотел узнать Тëмный Лорд.
— для тебя - Тенебрае Инферис. — она больше не пыталась убежать от этой фамилии - всё равно вся семья уже давно мертва.
— так ты у нас наследница? Нехило этот придурок жертв находит...
— надо же, ты не настолько тупой, чтобы не знать этого? — хмыкнула девушка.
— дорогая моя, я старше тебя примерно тысячелетия на два, прояви уважение — он снова будто бы насмехался над ней.
— так я и поверила, что тот самый легендарный — на этом слове она сделала язвительное ударение — Таракашка припрëтся сюда ради какой-то правды.
— ладно, не только ради этого. И почему ты сразу отмела Сипурака?
— кого? — она не сразу поняла, о ком идёт речь — ты серьёзно? Вряд-ли Всезнающий настолько откровенно тупой.
— ну, в принципе, ты права. Признаю — засмеялся он.
— имя-то у тебя есть? — Тенебрае закатила глаза, думая, что теперь всё будет ещё хуже: за стеной заточëн надоедливый тупой демон. Тогда она всё ещё считала, что принцесса Тьмы стоит выше... Какой же это было ошибкой. Тем более когда вся власть бесследно исчезла.
— пользуешься моей силой, не зная, как меня звать? Блатт Карис, расширяй кругозор, милая
— какая? За языком следи, придурок.
— ой-ой, как же страшно. А что, оторвëшь? — ухмыльнулся демон.
— хочешь проверить? — её уже, казалось, утомил этот разговор.
— боюсь, не дотянешься
— если выберусь - первым делом. Жди. — её взбесил заключённый. Но в то же время она не хотела, чтобы он куда-то подевался. Может, она просто впервые за столетие говорит с кем-то кроме Тëмного Лорда, который лишь хочет сделать из неё свою куклу?
— а я ведь буду — улыбнулся Блатт.
И ведь даже после освобождения он всё ждал, когда в следующий раз услышит заклятые слова - Принцесса Тьмы.
"Теперь я знаю, кто со мной в соседних камерах... Но раз они такие сильные, почему здесь я?"