Преддверие бури
Не успела лекция подойти к концу, как любопытная Розе уже поджидала наивную девушку за углом.
— Ну что, время обеда? — после реторического вопроса она схватила испуганную Арли под руку и решительно двинулась вперёд. — А заодно и занимательных историй.
— Каких историй? — немного озадаченно посмотрела на знакомую рыженькая.
— Нет, ну на само деле! Хватит мучать мою бедную головушку! Она скоро опухнет от догадок, — с лисьей улыбкой заявила блондинка.
— Ничего я тебе не скажу! Это наше с ним дело.
— Ох, даже так! Мамочки, кто же знал, что всё настолько серьёзно.
Стоило переступить им порог, как чарующая атмосфера непринуждённости и уюта сладостно окутала девушек. Отовсюду были слышны юношеские задорные голоса, заливистый дивичий смех. Дивная девушка с пушистыми белыми лапами , что служили ей ногами и заичьими ушами, и та не удержалась и прыснула со смеху, да так, что слезы покатились из глаз.
— О чём шепчетесь? — девушка мягко приобняла подруг со спины.
— О! Лиса, не поверишь, я тут такое тебе расскажу!
— Удиви, — с не меньшим любопытством заблестели янтарные глаза.
— Кажется у нас тут новая парочка появилась!
— Что?! — в унисон воскликнули Лиса и Арли. Однако если у Лисы были скорее восторженные эмоции, то рыженькая была больше удивлена происходящим.
— Не мешай нам сплетничать!— отрезала Розе и принялась пересказывать только что прибывшей подруге историю.
Причудливые наири молниеносно проносились между студентами, очарованными их красотой. Всё это так удивительно -- стоит лесной нимфе приблизиться к столику, звонко щёлкнуть пальчиками, и словно в сказке, возникали на столе самые изысканные деликатесы. Среди прочих существ заметно выделялись раздосадованные карлики с крючковатым носом и сочно-зелёными локонами , выглядывавшими из-под шляпы-цилиндра. Эти маленькие старички так забавно хмурили свои зелёные бровки , бранясь друг с другом и топая крохотными ножками, что Арли невольно расплылась в нежной улыбке .
Живой взгляд девушки ненароком встретился с голубыми глазами , что игриво блестели в лучах солнца. Лухан мягко улыбнулся новой знакомой и весело помахал рукой.
— Ах, вон он , смотри! — Розе с восторгом указала на Лу, который с интересом наблюдал за любознательной златовлаской.
— Ой, как мило, — радостно сощурилась Лиса.
Живописную картину прервал грозный вид президента, словно буря , внезапно ворвавшегося, снося всё на своём пути. Следом пронеслись ещё трое. С их пришествием кафетерий будто онемел: заливистый хохот стих, его сменила нагнетающая тишина; радостные улыбки исчезли с юных лиц.
На лицах студентов застыли довольно противоречивые эмоции. Из них значительное большинство перешёптывались , бросая любопытные взгляды в сторону Лухана и Красноволосого. Кто-то, как вот неусидчивая Арли, с удивлением озирался, намереваясь найти причину столь искрометной перемены.
— Знаешь, с тех пор как меня переселили из той конуры в просторные хоромы общежития, в моей жизни ничего не переменилось, за исключением одной привычки, -- блондин говорил размеренно, немного лениво, но с присущей ему самоуверенностью. Он выжидающе смотрел в глаза Хосоку, который едва сдерживал свой гнев, будто бы предвещая негласную победу в условном бою.
— Да что ты!? Интересно какой?
— Я каждое утро выхожу на лоджию полюбоваться рассветом. И каждый раз мою идиллию портят дикие вопли каких-то неотёсанных мужланов. Однако меня привела в замешательство странная, я бы даже сказал гнетущая тишина сегодняшним утром. Всё никак не могу понять, куда это они подевались...
— О чём это они? — не отрывая глаз от происходящего, пошептала Арли.
— Длинная история. Позже расскажу, — последовал ответ со стороны девочек.
— Ох, мне так жаль! Прости, это было так эгоистично с моей стороны. Как я мог оставить такого неженку в одиночестве. Ты, небось, соскучился?
— Знаешь, я впервые в жизни чувствовал себя таким смущёным , как девчёнка. Уж было подумал, что вы готовы так легко отдать мне победу,— вскоре после этой фразы на лице блондина заиграла ядовитая усмешка, но и она была стёрта смачным ударом кулака.
Действие красноволосого было столь неожиданным, что произвело настоящий фурор среди очевидцев, и ещё больший среди тех зевак, кто не успел уследить . Вскоре события развивались стремительно. Теперь обмен любезностями приобрёл более эпический характер с примесью ссадин, синяков и боли. Стирая кулаки друг о друга в кровь , они делали это с особой жестокостью, как бы бойцовский пёс разодрал в клочья ватный тулуп дрессировщика. И тем временем, пока дамы от волнения грызли собственные ногти и предусмотрительно делали ставки, другая половина адептов высказывали свои предположения на счёт того, что именно они не поделили. Удивительным было то, что никто не спешил их разнимать. Казалось , все уважали их желание "выпустить пар". Его друзья, если они ими конечно являлись, составляли внутренний круг требуны и регулировали мелкие потасовки внутри сборища, при этом не подпуская публику , жаждущую зрелищ, к полю боя.
Однако с пассивной позицией зрителя были согласны не все. Рыжеволосая активистка , прорывающаяся сквозь толпу, была остановлена осмотрительным Шугой. Настроена решительно, она и здесь не задержалась. Наступив ему со всей дури на ногу, она виновато бросила извинения и выбежала в центр. Неразборчивый гомон сменился тишиной. Все замерли, ожидая чем же закончиться пьеса.
— Как вы смеете? Ваши приторные улыбки, глупые разговоры, ничего не стоящие слова... — Её громкая речь буквально оглушала. Она останавливала свой взгляд на лицах присутствующих, подчёркивая всю значимость своих слов. — Как можно наблюдать за этой жестокостью? Разве вы не люди? Разве вам чуждо сострадание? — и здесь она осеклась.
— Люди? О чём она говорит? — студенты оглядывались друг на друга, перешёптываясь. Они хотели понять правильно ли они толкуют её слова. Не находя ответа, они изумлённо глазели на бесстрашного оратора, которая уже сама подрастеряла былую уверенность, теперь и сама беспомощно озиралась, не зная как ей поступить.
Тут внезапно публика охает и ахает. Жестокая бойня, внезапно начавшиеся и достигнув своего апогея, также и закончилась. Два бойца разошлись так, словно нечаянно не разминулись. Что примечательно, уходя, один из них прихватил с собой и девчонку. Как публика считала, вероятно в качестве трофея.
В гневе схватив девушку за кисть руки, Хосок молча вёл рыжеволосую за собой. Раздосадованный, он едва сдерживал злость. Ему ещё не приходилось встретить девушки, которая бы создавала проблемы с такой поразительной лёгкостью. Она завораживала своей храбростью и безрассудством, граничащими с сумашествием. Казалось бы, что в этом необычного? Подумаешь, высказала собственное мнение на широкую публику, а ещё недавно сшибла с ног местного (задиру) авторитета.
"И с кем такого не бывает?" - спросите вы. А вот ни с кем. Ибо был в академии Трифус особый статут, следовать которому было долгом каждого, кто переступает этот порог. И может всё это было бы простительно для Арли , так сказать, пока Президент молчит и терпит, холопы радуются да пляшут, но вот не задача, Хосок-то наш, не такой. Привык он всё держать в строгости, несмотря на внешнее разгледяйство , и порою безолаберность. Среди учеников он прослыл "льдинкой" с невыносимым характером. И галантен временами бывает, и общителен, и даже помочь в трудное время может. Но вот к личностям с вызывающим характером он относился презрительно. Вероятно считал, что второго такого, он не выдержит.
Но вот девушка, идущая рядом, явно так не считала. Она плелась позади несколько задумчиво, витая в облаках, словно ребёнок, которого только что отругала мама и ведёт домой. На её лице не выражалось ровно никакой обиды или же вины. Тем временем пока красноволосый уже мысленно отчитывал её по всей строгости, Арли безрассудно рассматривала картины что висели на стенах, оглядывала людей проходящих мимо.
Путаясь в лабиринтах коридоров, они завернули за очередной угол и внезапно остановились.
— Эй, ты... куда ты меня ведёшь? Решил устроить мне экскурсию по академии? И вообще, что это за молчанки?
— Послушай, воробушек, я ведь тебе уже говорил, свой язычок нужно держать при себе. Это тебе не кружок ораторского мастерства, здесь нельзя просто выйти и высказать своё мнение. Да, и вот ещё... тебе захотелось в подмастерье к гоблинам? Какого лешего, ты про земных вспомнила?
— Земных... а, так ты про людей! А что? Я ведь дело говорю!
— ТЫ! — юноша хотел было выразить всю свою злость словами, однако ему каким-то неведомым способом удалось сдержать гнев. — Ты с ума сошла! Это нарушение ... 325 статьи кодекса...магического измерения.
— Мда... Что-то сложно даются тебе эти законы, не так ли? Наш выдающийся президент...
— Египтяне - мудрейший народ. И возможно, если бы не фатальная встреча Александра Македонского с египетской царицей, мы бы жили в мире с людьми, — Хосок продолжил, даже не заметив её колкостей.
— Послушай, зачем ты вообще полез в драку? Думаешь, я не заметила? Ты ведь ещё с самого первого дня на него зуб точил, разве нет?
— Я скажу лишь одно, ты лезешь не в свои дела. Таким вероломным студентам у нас трудно приходится...
— Да неужели... вероятно твоими стараниями...
— Послушай, Блэкрит, — он припер ее к стене и угрожающе навис, спрятав руки в карманы, — ты выбрала заранее провальную роль. Твоему жалкому существу лучше держаться в тени, пока очередное чудо не прокусило тебе горло.
Страх пропитал девушку полностью. Она едва дышала, смотря в сверкающие от пойманного в потёмках света, глаза красновласого.
— Да, и запомни, как бы кто к тебе хорошо не относился, здесь ты остаешься беззащитной, — бросил он перед уходом. Проводив взглядом Хосока, девушка дождалась, пока уймётся бурлящая в висках кровь, и едва разбирая сквозь слёзы путь, поспешила спрятаться в укромное местечко.