Улетай
Тусклый свет в таком же тусклом особняке. Неприятная, давящая атмосфера будто сочилась из стен—тяжелая, вязкая, пропитанная перегоревшими нервами и страхом. Комнаты пахли химией, гарью и старой пылью. Этот дом уже давно перестал быть домом—стал бункером, могилой, воспоминанием о власти, которая ускользает.
Прошлое убежище сгорело несколько месяцев назад. Ночь с двадцатого на двадцать первое сентября стала финальной точкой, формальной точкой катастрофы. Миронов не просто поджёг дом—он поставил крест. В ту ночь Нотт старший даже не успел осознать, что происходит. Он привык быть тем, кто на шаг впереди—но впервые оказался тем, кого поймали врасплох.
Теперь его лицо—как карта войны. Ожоги покрывали половину кожи, кое-где плотно стянутые рубцы, кое-где сырые, болезненные раны. Тело будто продолжало напоминать ему: ты уже проиграл. И всё же он сидел здесь—злой, упрямый, истерично цепляющийся за власть, которой больше не владел.
—Босс, но..—парень лет двадцати осторожно поднял взгляд. —Несколько дней назад погибло больше десяти наших людей. Ещё пятеро в больнице...едва дышат. Вы уверенны, что действовать сейчас безопасно?
—Мы не можем ждать,—голос Александра был хриплым, раздражённым, будто слова ранили его горло. —У Миронова ещё молоко на губах не обсохло, а вы ему только поддакиваете!
Второй парень рядом переминался, нервно теребя рукав.
—Александр Викторович...если мы тронем Нику, Антон нас порвёт. Даже не он—их банда. Они сдохнут, но отомстят. К ней подойти—уже самоубийство.
—Вы оба идиоты. —Нотт рявкнул, одним резким движением ударив костяшками по столу. —Хотите, чтобы Миронов развлекался, как ему вздумается, пока вы тут решения будете принимать?! Если действовать умело—он даже не успеет опомнится.
—Но..—парень сделал паузу, словно боясь спровоцировать очередной взрыв. —разве мы не можем хоть немного подождать? Пусть они думают, что все спокойно, пусть думают, что мы. —проигравшие. Тогда и можно будет напасть неожиданно.
—Сколько раз ещё я, вам, тупоголовым должен объяснять–что мы не можем ждать?! —Нотт снова вспылил, устало опуская голову, словно устал доказывать очевидное. —Совсем на носу будет наш проигрыш, если мы продолжим так же спорить. Не забывайте, что у нас есть ещё банда Маврл, которая в любой момент может выйти из засады.
—Но ведь..—парень сглотнул. —Ходят слухи, что Элизабет убили. Если её нет—мы можем действовать спокойно.
—Слухи,—хрипло выдавил мужчина, опускаясь в кресло глубже. —Вы только и делаете, что верите слухам, как базарные старухи. Такую тварь, как Элизабет Маврл, убить с первого раза невозможно. Если она вернётся—вы оба сдохнете даже раньше меня. Вы этого добиваетесь?!
—Нет-нет..конечно нет.
—Нас сделает баба? Серьёзно?
Снова спор. Снова попытка объяснить очевидные вещи людям, которые привыкли слушать, но не думать.
На другом конце города—смех. Тихий, долгий
Регина сидела в кожаном кресле, развалившись в нём так же уверенно, как в собственном троне. На экране перед ней—скрытая трансляция совещания Нотта. Его сорванный голос. Его бессилие. Его страх. Она выглядела спокойно, почти лениво. Только глаза выдавали что-то живое—смесь удовольствия, ярости и предвкушения.
—Сделает нас баба..—она склонила голову, улыбнувшись уголком губ. —Кому бы первому оторвать язык.
—Регина,—фыркнул Егор, сидящий рядом. —Нотт просто озлобленный глупец. На это приятно смотреть.
—Нет. —Регина приподняла палец. —Приятно–наблюдать страх. А пока они ещё думают, что живут по своим правилам.
—Кстати, да, —добавил парень. —план с жучком—блестящий. Я до сих пор не понимаю, как Антон умудрился так ловко подкинуть прослушку и остаться незамеченным.
—Антон ведь не дурак. К тому же, он впервые в жизни играет не ради себя. —девушка щёлкнула ногтем по экрану. —Нас недооценивают. Это забавно.
Повисла пауза и улыбка с её лица медленно исчезла.
—Но их разговор о Нике меня напрягает.
—Не переживай. —Власов встал, неспешно поправляя рукава кофты. —Пока рядом Антон с Ильназом—к ней никто не сунется.
—Хоть какая то польза от этого «треугольника». —пробубнела Регина, устало поднимаясь с кресла.
***
Фраза шатена повисла в воздухе, заставив их двоих замолчать на некоторое время. Герман нахмурился, бросив Антону взгляд, полный недоумения.
—В каком смысле «поменялись планы»? —голос Климова стал напряжённым. —Разве он не должен расплатится за Лину? И вообще, за всё, что натворил? За людей, за кровь, за разрушенные жизни?! —парень уже почти кипел.
Антон в ответ лишь коротко усмехнулся.
—Я убью его. Только так, чтобы он сам начал молить о смерти. Я заберу всё: людей, деньги, статус..—он резко осёкся, взгляд метнулся к воротам.
Во двор заехала машина. Узнав знакомую фигуру, Миронов раздражённо выдохнул.
—Вот только его здесь не хватало.
—Ещё одно шоу? —Герман устало потёр лицо. —Нет, вы серьёзно?
–Расслабься. Сегодня–без цирка. —Антон сделал шаг вперёд. —Галявиев, какими судьбами?
—Жестокими, —отозвался Ильназ, проходя мимо и слегка толкнув Антона плечом. —Уйди с дороги. Я пришёл не к тебе.
—Интересно. В мой дом—и не ко мне? Не слишком странно, а? —Миронов усмехнулся, поднимая брови.
—Когда в твоём доме есть те, кому там не место–странности начинаются автоматически. —парировал Ильназ с холодной ухмылкой. Ситуация становилась похожей на тонкую дуэль слов.
—Не начинай. —голос шатена стал грубее. —Ника–моя девушка. И если ты думаешь, что можешь снова сделать ей больно–ошибаешься. Я тебе не дам. Ты понял?
—Ты серьёзно? —Галявиев жалостливо усмехнулся. —Ты ведь сам сломал её первым. А теперь ищешь того, кто переплюнет тебя? Или может у тебя память отшибло?
—Память у меня в порядке. —холодно бросил Антон. —И знаешь что? Мне удалось перекрыть прошлое чем-то важнее. А вот ты, «святой» мститель—тоже не без греха.
Их голоса становились всё громче—уже слышно было внутри дома. В гостиной, Алина с Никой переглянулись.
—Ильназ здесь? —тихо спросила Ника, будто надеялась, что ослышалась.
—Ну да, полный набор сегодня. —Алина закатила глаза и, коротко махнув в рукой в сторону выхода, направилась в коридор. Ника молча пошла следом.
К тому моменту, когда они вышли в коридор, спор был уже на грани драки.
—И я должен поверить в то, что ты её любишь? —злился Галявиев.
—Ильназ! —Ника резко повысила голос.
—Что здесь происходит?! —вмешалась Алина.
—Алин, не лезь..—Антон даже не обернулся.
—Охренеть. —Герман усмехнулся. —Давайте ещё подерёмся прямо на пороге. Примета хорошая.
Алина, закатив глаза, подошла к Ильназу, грубо взяла его за рукав и буквально затолкала в дом.
—Проходи. И оба рот закрыли.
—Вот за это я вас и люблю. —пробурчал Климов, уходя на кухню. —Приехал поговорить, а попал в игру «выйди живым».
—Ребят, серьёзно. —блондинка уже раздражённо посмотрела на всех. —Давайте без цирка? Хотя бы сегодня.
—Ника...—Ильназ повернулся к девушке. —Я хотел поговорить. Ещё раз. Нормально.
—Галявиев, да пошёл ты со своими разговорами! —не выдержал Антон. —Новую сказку придумал? Новые обвинения? Опять будешь выть, что я всеми манипулирую?! Украшения кровью мою? Или что ты там ещё любишь рассказывать?
—Воду отключали чтоли?—съязвил Герман.
—Да заткнитесь вы, блять, все! —рявкнула Алина. Тишина упала мгновенно, все замолчали. —Вот. Теперь спокойно идём в гостиную. —она указала рукой вперёд.
Все послушно прошли, словно по команде.
—Гер, на кухню. —Алина кинула взгляд на парня. —Мы тут разберёмся.
Герман поднял руки в жесте капитуляции и исчез за поворотом. Антон же остался стоять, недовольно сжав челюсть.
—И ты тоже. —Алина схватила его за руку. —Дай им поговорить. Нормально. А не как два идиота в вечных войнах.
—Нет.
—Антон, ну будь человеком!
—Нет.
—Да я знаю, что нет! —блондинка закатила глаза. —Но попробуй им хотя бы казаться.
Несколько секунд тишины—и впервые за долгое время в разговор вмешалась Ника.
—Антон, пожалуйста..Мы ненадолго, правда.
Миронов коротко глянул на неё—взгляд стал мягче, хоть и на секунду.
—Хорошо. Но, Галявиев..—он повернулся к Ильназу. —постарайся не нести чушь.
—Без гарантий. —холодно отозвался тот.
—Вот и отлично. —потянув Антона за собой, Алина скрылась на кухне.
В воздухе повисла недолгая тишина, которую Ника нарушила первой.
—Так что ты хотел? —спокойно и сдержанно спросила девушка.
—Ник, я..—Ильназ сделал пару шагов к ней и осторожно взял за руку. Она дёрнулась, будто собиралась отнять её, но не смогла и не захотела.
Николь перевела взгляд на его ладонь, заметила знакомое тепло, знакомое прикосновение, которое раньше казалось безопасным. Потом взгляд упал на собственное запястье: на нём единственный браслет—мамин.
«Хорошо хоть браслет от Антона я не надела..»
—Я хотел извиниться за тот разговор в уборной,—наконец продолжил парень. —И за то, что накричал. Как бы ни было, я не имел права срывать злость на тебе. Прости. —Ильназ говорил уверенно, но тихо.
—Хорошо. Проехали. Я не держу обиду. —коротко ответила Ника.
—Ты всё ещё его носишь? —Ильназ кинул взглядом на браслет.
—Да. —она слабо улыбнулась. —Я всегда буду его носить. Это ведь память.
*Flashback*
Смывая тушь, Ника смотрела на собственное отражение—растрёпанное, усталое, измученное. Тело болело, а мысли наваливались с тяжестью бетонных плит. Слишком много всего за один день. Слишком много боли—уже в третий раз.
Взгляд её в один момент упал на запястье. Браслета не было. Через несколько секунд она вылетела в коридор, сталкиваясь с Ильназом.
—Никуль..? Что случилось? —парень сразу подался ближе, кладя руки ей на плечи.
—Ильназ..—её голос дрожал. —Я потеряла браслет...тот...мамин...Это всё, что осталось, что мне делать..? —слёзы потекли сами. Не каждый заплачет из-за браслета, но для Ники это была не просто вещь.
—Секунду..—сказал он, а потом вытащил украшение из кармана худи и протянул девушке. —Держи, ангел. Извини, забыл отдать сразу.
—Где ты его нашёл..? —брюнетка смотрела на парня, как на чудо.
—Ты уронила в том здании..
—В каком..где он был?
—Не важно. —Ильназ чуть усмехнулся. —Теперь он снова там, где должен быть.
Она выдохнула, будто впервые за день могла дышать и крепко прижалась к нему—неожиданно даже для себя самой.
*Flashback end*
—Это всё, что ты хотел? —тихо спросила Ника, поднимая взгляд.
—Нет. —Ильназ сделал вдох. —Я хотел сказать, что люблю тебя. Очень. И всегда буду любить.
Эти слова ударили слишком метко. Слишком вовремя. Где-то внутри Николь сорвалась на крик—но снаружи оставалась холодной.
—Пожалуйста, послушай..—начала девушка.
—Мне нечего слушать. Я люблю тебя и никто этого не изменит.
—У нас не будет счастливой истории, Ильназ. —с явной печалью в голосе сказала девушка. —Ты же видишь—каждый раз это кончается плохо. Возможно, мы сможем быть счастливы по отдельности?
—Нет. —он качнул головой. —Я знаю, что ты думаешь. Я знаю, что ты боишься. И я знаю, что ты ставишь точку раньше меня—потому что так легче. Но я устал ждать. Устал бороться с тем, что ты называешь «лучше». —Галявиев сделал шаг ближе. —Либо мы уходим отсюда вместе, либо—всё. Без «подумаем», без «позже», без «может быть». Либо я ухожу сам. Навсегда.
У девушки задрожали ресницы. Но слова, которые она выбрала—были не про чувства. А про ответственность, про защиту, про убийства надежд.
—Прощай, Ильназ. —шёпотом, дрожащим голосом. И каждое слово–как гвоздь под кожу. —Нам не суждено.
Ильназ замер. На долю секунды казалось—он скажет что-то, сломает расстояние, возьмёт за руку, поцелует, разозлится, взорвётся. Но он только тихо выдохнул. И посмотрел на неё так, будто запоминал в последний раз. Развернулся, не оборачиваясь. Не сказал «береги себя», «я рядом» «позови—я вернусь». Просто ушёл. И дверь захлопнулась так тихо, что этим звуком хотелось кричать.
Несколько секунд в гостиной было до жути тихо, а потом из кухни вышли остальные.
—Ника? Всё хорошо?—услышав хлопок двери, в гостиную вошёл Антон. За ним Алина с Германом.
—В смысле...Ильназ так быстро ушёл? А...про что вы говорили? —удивлённо вскидывая брови, блондинка оглянулась на коридор.
—Солнце, с тобой всё в порядке? —Антону было почти невозможно сдерживать эмоции. Ника стояла с пустым, потухшим взглядом, едва держась, чтобы просто не закричать так громко, что услышит весь город.
Слабо мотнув головой в ответ, брюнетка как можно быстрее вышла из гостиной, поднялась по ступенькам на второй этаж и направилась в ванную.
—Может, надо было всё-таки послушать, о чём они говорили? Я понимаю—личные границы и всё такое...—пробормотал Герман.
—Герман, имей уважение к людям. Тебе бы хотелось, чтобы твои важные разговоры кто-то подслушивал? —спокойно, но жёстко ответила Алина.
—Блять, ну хорошо! А если бы он её как-то обидел? По Нике и так видно, что разговор был вообще не приятный. —вспылил Климов.
—Гер, хватит...Вы сейчас езжайте, не знаю—гуляйте, спите, развлекайтесь, пока есть возможность. Тут я сам разберусь. —Антон легонько хлопнул его по плечу. Как всегда, самый спокойный. —И..если Ильназ поедет на базу...поддержите его, поговорите. Алин, ты особенно.
—А куда он ещё может поехать, кроме базы? —нахмурился Герман.
—В место, где можно побыть одному. Я ж не буду вам их перечислять.
—Давно ты так подробно знаешь психологию моего брата? —Алина сузила глаза. Она не до конца понимала поведение Антона. Он...просит поддержать Ильназа? Буквально пять минут назад избавился от конкурента, а радости ноль.
—Ладно тебе, Алин. Мы же бывшие «лучшие друзья» —в голосе Миронова мелькнула привычная усмешка, но сейчас она была совсем не весёлой.
—Тоже мне...
—Ну ладно, мы поехали. А ты—к Нике. Ей сейчас точно нужна поддержка.
***
—Герман, а ты..можешь не ехать на базу? —тихо спросила Алина уже в машине, повернувшись к парню.
—Почему?
—Просто..не хочу туда сейчас. Давай куда-нибудь съездим или покатаемся?
—Да без проблем. Я только за. Милая, с тобой точно всё нормально? —парень отвлёкся от дороги, как раз остановившись на светофоре.
—Хочу немного развеяться. И ещё, Гер...я хотела кое-что рассказать тебе. Не знаю, говорил ли Антон,—по её голосу было ясно: история неприятная.
—Хорошо. Можем заехать в рестик? Или взять что-нибудь и посидеть в машине–как ты хочешь.
—Давай возьмём что-то и поедем в загородный домик...ну, Регины. Ключи есть, им скажем, если что. Даже можем на ночь остаться...вдвоём.
—Тоже вариант. Тогда давай ещё в супермаркет. У нас впереди целый день—успеем проголодаться раз сто.
—Да, давай...
***
Зимние вечера иногда были приятными и праздничными, иногда—нагнетали страх, оставляя после себя только апатию и слёзы. Сегодня на улице было как-то особенно холодно, будто бы погода зависела от того, что творится внутри человека. Внутри было так холодно, что никакая одежда не спасала. Дело и не в ней вовсе. Этот год с самого начала выдался худшим...и если верить фразе «как начнёшь, так и проведёшь», то впереди не было ничего хорошего.
Ильназ наворачивал уже третий круг вокруг старых, забытых пятиэтажек. На снегу догорел очередной окурок. Парень раздражённо пнул ногой сугроб. Звон в ушах резко оборвался, когда за спиной послышались быстрые шаги. Кто-то схватил его за руку. Отдёрнувшись от неожиданности, он увидел рядом девушку лет шестнадцати-семнадцати. В темноте её лица почти не было видно—светлые волосы скрывал капюшон белой куртки. Она была напугана. Настояще, до дрожи.
—Ты в себе? —недовольно бросил он, пытаясь освободить руку.
—Можешь...вывести меня отсюда, пожалуйста? —голос дрожал так, будто она готова была вот-вот разрыдаться.
—Это сильно похоже на лабиринт? Чё ты хочешь?
—За мной всю дорогу идёт какой-то парень...пожалуйста...прикинься, что мы знакомы или просто проведи меня, я не знаю...
—Понял. Пойдём.
—Быстрее...он..—девушка резко обернулась. Ильназ тоже посмотрел—к ним уверенно приближался человек в чёрном, с закрытым лицом и капюшоном.
Ильназ рефлекторно толкнул девушку за себя, одной рукой прикрывая, второй уже доставая пистолет. Незнакомец не замедлил шаг—но увидев оружие, поднял руку, показывая «стоп». Подошёл почти вплотную. Ловким движением стянул маску.
—Влад?!
***
Всхлипы Ники всё ещё было слышны Антону, хоть она заметно старалась их подавить. Картина слишком уж напоминала лето, тот самый отель. Чужая кровь на руках, вставший вопрос: «Может всё–таки помочь?». Вспоминать было мерзко. Мерзко от себя самого. Последние два месяца, а может, и раньше, в голове крутилась одна мысль: «Кто тогда был рядом с той девушкой? Что за человек мог довести её до такого? Это же, чёрт возьми, не я»
Резко поднимаясь с кресла, Антон быстрым шагом направился в спальню. Он нашёл Нику на краю кровати—она сидела, уперевшись ладонями в одеяло, глаза красные, опухшие. При его появлении она почти рефлекторно выпрямилась и начала торопливо стирать слёзы.
—Антон...я..я..всё ещё хочу побыть одна...—голос дрожал, слова давались тяжело.
Он полностью проигнорировал её просьбу. Подойдя ближе, сел рядом и осторожно, настойчиво, но мягко обнял, прижимая её к себе и утыкаясь носом в волосы.
—Я не буду мешать—тихо сказал парень. —Просто обниму. Ладно?
Ника не ответила, но и не отстранилась.
Он чувствовал каждое её судорожное дыхание. И это резало сильнее всего. Не выдерживал видеть, как девушка плачет. Тем более—если обещал сделать её счастливой. Чувствовать чужую боль—редкое, почти новое ощущение для Антона. Хотя, если быть честным, оно было с ним давно. Он просто топтал его, когда становилось неудобно. Ну не может же любовь затмить гордость, ярость и привычное холодное спокойствие.
—Скажи, что мне сделать, чтобы ты не плакала? —шатен чуть отстранился, заглядывая ей в глаза.
—Я н-не знаю..
—Только не говори опять «оставь меня одну».
—Нет нет..не уходи...—Ника торопливо покачала головой.
—Хочешь...поедем прокатимся? —Миронов говорил мягко, что было редкостью. —Помогает разгружать голову. По крайней мере мне.
—Прокатимся? —переспросила Ника, будто не веря до конца.
—Ну а почему нет? —его голос стал чуть бодрее. —По-кошмарим немного город и отпустит. Обещаю, без экстрима.
—Опять с аварией? —девушка попыталась улыбнуться. —Прошлая до сих пор в голове.
—Потому что катаешься не с теми. —Антон фыркнул. —Со мной всё под контролем, сто процентов.
—Хорошо...тогда я переоденусь. —на этот раз улыбка у девушки вышла чуть увереннее.
—Давай. Только сильно не кутайся. В машине все равно будет жарко. —Антон усмехнулся, отпуская её из объятий.
—Поняла. Подстроюсь. —сказала Ника, поднимаясь с кровати.
***
В спальне горели клубничные свечи, тихо играла музыка, придавая уют. Алина никогда не смотрела драмы с кем-то, кроме Антона—даже он их не сильно любил, но с ней смотрел всегда. Сейчас всё было иначе.
—Герман..?—тихо позвала девушка, поднимая голову с его груди.
—Да, милая?
—Мы можем поговорить? Очень важно...я целый час думала, рассказывать или нет.
Климов сразу убрал ноутбук, сел ближе и взял её за руку.
—Говори конечно. Я слушаю.
—Вообщем..ещё до знакомства с вами...у меня были другие отношения. Плохие. Из которых я едва выбралась живой. —лицо девушки заметно напрягалось.
—Так...Антон что-то говорил по этому поводу. Но без деталей. —Герман стал внимательнее, настороженнее.
—Детали не самые приятные. —блондинка тяжело вздохнула. Было ясно, что рассказ будет не из лёгких. —С Ильёй мы познакомились на вечеринке...первые серьёзные отношения...я была глупой, не зрелой. Он снял свою маску «адекватного парня» на второй месяц. Дальше–ссоры, крики, драки. Я всё прощала. А когда узнала, что он изменял мне..не выдержала и разбила ему машину. Утром. Под окнами. На глазах у всего подъезда.
—И это ты ещё не была знакома с нами? —Герман нервно усмехнулся. —Тогда кто учил тебя портить имущество?
—Сама. А потом учила вас. —Алина тоже улыбнулась.
—Тебе бы сам дьявол руку пожал...
—Было бы круто. Но то веселье быстро закончилось. Через неделю случился тот инцидент в гаражах—после которого я и встретила Антона. Илья пропал на какое-то время, а после объявился снова. Позвонил со словами «извини, я хочу поговорить»
—Шутишь?
—Нет. Я пошла, чтобы лишний раз унизить его. Но..всё вышло иначе.
*Flashback*
Илья схватил её за руку, едва она переступила порог, и толкнул к стене.
—Принцесс...кажется, мы не договорили. Думала, это всё сойдёт тебе с рук?!
—Какого хре...Илья, нет! —Алина увернулась, убегая.
Забежала на кухню, схватила нож. Но парень смог сразу выбить его, больно ударяя её спиной о стену. Голова, лицо—резкая боль. Затем хватка за горло. Сильная, злая.
—Даже не знаю, выйдешь ли ты отсюда живой. Проверим? —прошипел парень.
Алина успела дать ему пощёчину, и со всех ног забежать в ванную, захлопывая дверь. Сердце колотилось так, что казалось—слышно снаружи.
Илья ударил кулаком по двери. Со злости, без цели выбить.
—Алин, кроха, выходи..ещё же можно решить всё спокойно...
Тишина в ванной была оглушающей. Руки дрожали, с глаз текли слёзы. Пришло осознание того, что с этим психопатом Алину разделяет одна ничтожная дверь. Какое же облегчение было от того, что она успела забежать сюда с телефоном. Руки дрожали настолько сильно, что девушка с трудом смогла набрать номер.
—Ого..кого я слышу...Читаешь мои мысли, я как раз собирался тебе позвонить..—голос в трубке. Спокойный, непринуждённый.
—Антон...пожалуйста...помоги
—Алин? —Миронов моментально напрягся. —Солнце, где ты? Что случилось?
—Я..у Ильи. Ну..у бывшего, которому разбила машину. Антон, он..не в себе, мне ужасно страшно...
—Чёрт возьми...ты знаешь адрес?
—Нет...я не помню точно улицу...Антон, что делать?! —паника снова нарастала.
—Тише, милая. Я по звонку отслежу геолокацию. Сколько примерно ты сможешь продержаться?
—Я в ванной...дверь крепкая, но я не знаю, надолго ли смогу здесь находится...
—Понял. Я рядом. Буду через семь минут. Держись, я уже еду.
*Flashback end*
Герман внимательно слушал, с каждой секундой всё сильнее напрягаясь. Он обнял Алину, прижимая к себе осторожно, словно боялся причинить боль.
—Солнце, прости, я...я даже подумать не мог, что всё было настолько ужасно..—Климов тяжело вздохнул, утыкаясь носом в её макушку. —Как ты в итоге выбралась..?
—Антон приехал. И всё закончилось. Не быстро, но закончилось. —девушка улыбнулась. Грустно, но уверенно.
***
Молчание повисло тяжёлой паузой—секунд на пять. Он ожидал увидеть под маской кого угодно, но только не Влада. Увидеть там мертвеца было бы куда логичнее, чем его.
—Какого чёрта ты тут делаешь?!—процедил Галявиев, бросив взгляд на стоявшую рядом незнакомку. —И зачем вообще за ней шёл?
—Огромное спасибо за помощь, Иль. —блондин изогнул губы в самодовольной, почти зловещей ухмылке. —Правда. Даже не представляю, чтобы я тут делал без тебя.
Понимая, что вляпалась куда не стоило и что эти двое—знакомы, светловолосая резко отпустила руку парня, уже собираясь бежать. Ильназ еле успел перехватить её, схватив за плечи и притянув спиной к себе.
—Стоять. Не так быстро.
—Пусти!—она дёрнулась. —Я закричу, вы вообще знаете, кто я?!
—А ты меня ещё просишь что то объяснять—фыркнул Влад, лениво скользнув взглядом по ней. —Видишь? Уже хвастается. Ну конечно...Это же не её дядю пару дней назад унизили его же собственной перестрелкой..