20. Паника
От лица Милли
Как обычно, захожу в колледж в наушниках, уходя мыслями в свой маленький мир. Билли посоветовала мне послушать одну песню - слишком личную, сказала, что только я смогу её понять. Я улыбнулась внутри и шагала уверенно, пока музыка держала меня на расстоянии от окружающего шума. В коридоре твердое эхо шагов, звонкие краски стен, запах кофе и ментола от чипсов на кассе - и всё это вдруг стало фоном к тому, что происходило внутри. Я думала о словах Билли: это близко к душе, хрупко и опасно, и всё же я шла к аудитории, будто к своей защите.
Когда вошла в класс, мир сузился до одного направления - моё место, моё дыхание и та песня, которую я держала в голове как секрет. Я села на своё место, слегка улыбаюсь и позволяю звукам музыки обнять меня в первый момент, словно тёплому ветру на коже. Но почти мгновенно всё изменилось: в аудиторию вошёл Райан. Он был высокий, непреклонный, с холодной уверенностью в каждом шаге. Я не заметила, как он подошёл слишком близко, будто его тень пыталась приклеиться к моему плечу.
Он провёл рукой по моему столу, как бы чтобы проверить, что я не сбежала в безопасное пространство своей музыки. Я сняла на секунду наушники и услышала его голос - низкий, искаженный усмешкой:
- Ну привет, малышка.- его слова, казалось, режут воздух. Мгновение спустя я почувствовала, как внутри все мышцы напрягаются: дыхание становится неровным, грудь сжимается от тревоги.
Я сжала спинку стула, прижалась к нему так, будто могу стать маленькой и незаметной, если крепче держаться за дерево. В глазах появляется дрожь, которая подсказывает, что слезы вот-вот выйдут на поверхность, но я пытаюсь задержать их, чтобы не дать ему удовлетворение видеть мою слабость.
- Ой... ты боишься? Не бойся, - произнёс он, чуть снизив голос, но не снимая угрожающей настойчивости. Его руки опустились на спинку стула, словно он загонял меня в ловушку. Я стала ещё теснее сжиматься, как будто смогу раствориться в обивке и исчезнуть из его поля зрения.
- Что тебе нужно? - мой голос дрожал так сильно, что слышались стуки в стекле окна и эхо в ушах от музыки, которая всё ещё звучала где-то глубже внутри меня.
- Что мне нужно, дрянь? - он повысил голос, и от его слов у кожи по спине бегали холодные мурашки. В этот момент я заметила, как и другие ученики в аудитории поворачиваются, шепот за спиной становится заметнее. Он наклонялся ближе к моему лицу, и его дыхание щекотало ухо.
- Ты гребаная выскочка, - добавил он, - ведь было столько приемлемых работ. Ты понимаешь, что ты сделала?
Ему стало нравиться держать меня в таком положении - между страхом и тем, что он считает своей правдой. Он говорил, что я общаюсь с Билли и что из-за этого попала в «неправильную» работу, будто моя искренняя мотивация стала чем-то нечестным. Его слова звучали как обвинение, будто меня нужно судить здесь и сейчас, перед всем классом.
В аудитории началось тихое перемещение, шепот перешёл в рост мыслей: люди смотрят по-разному, кто-то сочувствует, кто-то ищет повод обсудить случившееся позже. Сердце стучало так громко, что казалось, можно было услышать каждый удар в наушниках, хотя музыка в ушах уже казалась чужой и далёкой.
- Сколько жизней сломала? - сказал Райан, и его голос стал жарче и злее. - В том числе и мою. - Его холодная уверенность ломала мою опору на самом слабом месте, там, где должна быть сила.
Я наблюдала, как однокурсники будто вычерпали из воздуха решение, будто у них уже есть своя правда, и моя сторона уже не считается. Слова Райана звучали как громкое обещание того, что я останусь виноватой в том, во что его круг продолжал верить с железной уверенностью.
- Ну и что ты молчишь? Язык отвалился? - резко спросил он, и его рука схватил моё лицо, сдавив его так, будто могло сломаться любое сопротивление. Боль проскользнула по губам и щеке, но я изо всех сил прижалась к спинке стула, чтобы не упасть. Его пальцы, крепкие и холодные, сдавливали кожу, а жестокий блеск в глазах говорил без слов: говори.
- Говори! - повторил он громче, и его голос, низкий и ехидный, заставил трепетнуть колени.
Я пыталась найти хоть одно слово, но внутри всё перекрывал страх. Ведь его обвинения казались абсурдными, и если бы я произнесла хоть одно слово, это могло бы означать открытое признание того, что я терплю - и это добавляло ещё больше боли, ещё больше стыда. Я шепнула сквозь слёзы, едва различимые:
- Она просто выбрала меня... Вот и всё. Что ты пытаешься донести?- слова сорвались с моей губ, и за моими глазами зашевелились слёзы, покусывая сузить дыхание. Но Райан не позволял угаснуть молчанию: он улыбнулся холодной усмешкой и продолжил:
- Ты ещё и плачешь. Славно! - Его губы искривились в презрительной улыбке, а затем он резко отпустил моё лицо и стукнул кулаком по парте, так что всё тряхнуло. Грохот ударил по уху громче музыки в ушах, а мои плечи непроизвольно сжались ещё теснее. Боязнь громких звуков расправлялась по телу, заставляя дрожать каждую клетку.
- Ты сука Уоллес! И ты не заслуживаешь этого гребаного внимания, которое получаешь от людей и от самой Билли. Ты просто мусор! И скоро тебя выкинут, как только поймут, что ты ни на что не способна, - с злостью выплюнул он на меня, глядя прямо в глаза. Я видела его ненависть, и в этом взгляде - зарождающуюся вражду остальных однокурсников.
- У меня хорошая работа... правда, - выдавила я слабым шепотом, пытаясь уверить не кого-то, а себя в этом.
- Чертова ложь! - прерывал его голос полон злости. - Это просто размазня, ещё и в виде комикса.
- это не твоё, рисовать! - добавила какая-то девушка на краю кабинета, и её слова были похожи на ледяные иглы, вонзавшиеся в меня.
Слова её сопровождались холодной улыбкой, и я почувствовала, как внутри всё сжалось ещё сильнее. Тогда кто-то ещё вмешался - парень с класса, кажется Джо, и, не говоря ни слова, подошёл вплотную к мне, но не ради поддержки, а ради того, чтобы показать всем своё положение в этой игре. Он схватил меня за плечо и, не успев подумать, облил меня ледяной холодной водой. Вода прошлась по коже, от резкой прохлады до резкой стужи в глубине души, и залившаяся толпой смех стала резким, как удар током. Я вздрогнула, глаза распахнулись от неожиданности и стыда, и бездушный смех эхом отозвался в зале.
Я не помнила, как выбежала из класса, только помнила тяжёлое дыхание и стягивающий ужас по всему телу. По коридору несся холодный ветер, а под ногами звенели обрывки чужих разговоров и шагов. Я проскочила до туалета, и там мне стало трудно дышать: воздух кажущийся чистым и прозрачным вдруг стал тяжёлым, почти как вода, которая не даёт подняться вверх. Я закрыла ладонью рот, чтобы сдержать рыдания, и только слышала шум воды за стеной - будто сама комната рассказывает, как всё разрушено и как ничто не возвращает обратно утраченное.
Я не знаю, как долго я стояла там, прижавшись к холодной плитке, прежде чем мне удалось выдохнуть и позволить себе снова думать ясно. В голове вертелись слова Райана, их холодная логика, их уверенность, будто могущественно спрятать правду между строк. Но сейчас, здесь, я знала одно: молчание не спасает. Я хотела кричать, но голос ушёл вместе с тем моментом, когда вода застыла на лице.
Я почувствовала, как волна паники снова поднимается: дыхание перехватывало, грудь сдавливало, голова кружилась. Я сжала краешек ткани на коленях, пытаясь найти опору в хаосе вокруг.
Дверь кабинки распахнулась, и на пороге возникла Дакота. Она вошла внутрь без лишних слов, сразу увидела меня и, не думая twice, обняла крепко, прижав к себе. Холод её кожи мгновенно сменился теплом, и мне стало чуть легче от того, что она здесь рядом.
- Милли, я с тобой. Мы вместе, - прошептала она и держала меня, не отпуская, пока страх не стал понемногу уходить в сторону.
Дакота прижала меня к себе так, чтобы мои плечи нашли опору в её груди. Я спрятала лицо в её плечо, и она мягко гладила мою спину, словно успокаивающий фонтан спокойствия. Мы стояли так длинную минуту, пока тревога постепенно не стала отходить.
- Сосредоточься на моём голосе, Милли. Сможешь повторять за мной: у тебя есть дыхание, у тебя есть стойкость, у тебя есть что-то большее, чем этот страх, - произнесла она тихо, но уверенно.
Я кивнула и попыталась дышать вместе с ней. Она обняла меня ещё крепче и предложила заземляющие техники:
- Назови пять вещей, которые ты видишь рядом.
- Плитка, рулон туалетной бумаги, зеркало, полка, свет над раковиной, - выдохнулa я.
- Хорошо. Теперь четыре звука - твой голос не считается. Что ты слышишь здесь и сейчас?
- Вода, шорох моей одежды, шум вентилятора, твой вдох...
- Отлично. Три ощущения - что ты чувствуешь на коже, от контакта с мебелью, как воздух касается лица?
- Холодно. Грубая ткань на колене. Сердце колотится.
- Два запаха - попытайся их распознать.
- Хлорка и твой парфюм.
- И одно, что приносит тебе тепло и стабильность. Что это?
Я взглянула на Дакоту и увидела в её глазах непреклонную уверенность. Она шепнула:
- Это ты сама.-
Паника стала уходить медленно, воздух возвращался в грудь, и ясность начинала брать верх над страхом. Я дышала чуть ровнее, и руки перестали трястись так сильно.
- Мы уйдём в спокойное место, - сказала она мягко, но твёрдо. - Дай мне свой телефон - протягивает руку уверенно сказала девушка, я не задумываясь даже сразу дала. Вернула она мне его через пару минут.
Мы медленно встали вместе, Дакота поддерживала меня под локоть и помогала держать равновесие. Я ещё помнила тёплый контакт её рук и осознание, что рядом есть кто-то, кто не отпустит.
На выходе из кабинки мы сделали шаг к свету коридора. Дакота держала мою руку крепко, словно оберегая не только от тревоги, но и от того, чтобы я снова не ушла в тишину. Я кивнула ей и шла за ней, чувствуя, как тяжесть в груди постепенно отступает.
Мы добрались до зоны отдыха колледжа, и я откинулась на спинку дивана, будто тело само растворялось в усталости. Без сил закрыла глаза, не думая даже о том, что могу уснуть - мне нужна была тишина и спокойствие. В полусне ощутила, как Дакота снова берет мой телефон: её пальцы уверенно скользят по экрану, она что-то набирает и потом осторожно кладёт его обратно на столик. Её тепло просачивалось через ткань к моей голове, и шаг за шагом сон подхватывал меня. Я прятала лицо в её плечо, и сон принимал меня всё глубже.
Проснулась от шепотов, как будто кто-то тихо переговаривается рядом. Открыла глаза - не могу поверить: Билли здесь? Как она оказалась рядом с нами? Неужели Дакота..?
Билли стоит рядом, тихая и внимательная, словно свидетель происходящего. Она смотрит на меня с сочувствием, ни слова не произносит лишнего, но её взгляд объясняет больше любого разговора.