16. Моя кровать, поверь, куда лучше.
От лица Милли
На самом деле, если посмотреть на этот рисунок с другой стороны, то в нём не было ничего такого уж смущающего. Это ведь просто Билли. Билли в ее обычной одежде, с накинутым на голову капюшоном, в том самом кафе. Никаких откровенностей, никаких полутонов, только графит и бумага. По крайней мере, так я убеждала себя. И так оно и было бы, если бы не...
Сердечки. Маленькие, едва заметные, но настойчиво нарисованные сердечки, которые я разместила вокруг ее головы, словно нимб. И еще пара - там, где ее взгляд пересекался с отражением неоновых огней в окне. Уж не знаю, чем я тогда думала, когда моя рука сама по себе выводила эти дурацкие символы моей влюбленности. Это был чисто импульсивный жест, когда я рисовала по памяти, сидя в мастерской глубокой ночью, и позволяла своим чувствам вырваться на волю на бумаге. Сейчас же, под пристальным взглядом самой Билли, эти сердечки казались мне размером с арбуз и кричали о моих тайных обожаниях на весь мир. Мое лицо горело огнем, щеки, кажется, светились в полумраке студии.
Я медленно поворачиваю блокнот к Билли, но так и не решаюсь полностью его отпустить. Рука дрожит, палец с пластырем слегка скользит по гладкой поверхности обложки. Сердце колотится где-то в горле, отбивая бешеный ритм. Я смотрю на нее, боясь встретиться с ее взглядом, и в то же время не могу отвести глаз. В ней было столько силы, столько уверенности, что рядом с ней я чувствовала себя совсем маленькой, неловкой и совершенно прозрачной. Она замечает мою нервозность, это я точно знаю.
Билли, с едва заметной улыбкой на губах, аккуратно забирает скетчбук из моих рук. Ее пальцы касаются моих, и по коже пробегают мурашки. Она наклоняется над рисунком, словно изучая какую-то древнюю карту, пытаясь раскусить каждый штрих, каждую тень. Свет лампы падает на ее волосы, и я ловлю себя на мысли, что могла бы рисовать ее вечно.
- Как красиво... - ее голос звучит чуть глубже, чем обычно, когда она говорит это. В нем нет иронии, только искреннее восхищение, и это заставляет меня краснеть еще сильнее, если это вообще возможно. Она проводит кончиками пальцев по контуру моего рисунка - прямо по тому месту, где я особенно тщательно прорисовала изгиб ее губ. Я замираю, боясь даже дышать. Она разглядывает его, ища в нем что-то, что только ей одной ведомо. И, конечно же, ее взгляд цепляется за сердечки.
Губы Билли растягиваются в знакомой, хитрой усмешке, и я чувствую, как земля уходит из-под ног. Вот оно. Мои щеки пылают, я чувствую себя пойманной на месте преступления. Хочется провалиться сквозь землю или хотя бы накинуть на себя плед и притвориться, что меня здесь нет.
- Да... - это все, что я могу выдавить из себя. Мой голос похож на писк, и я ненавижу себя за это. В этот момент я не знаю, куда девать руки, ноги, вообще все свое тело. Кажется, даже воздух вокруг меня сгущается от неловкости.
Билли отрывает свой взгляд от рисунка, медленно, словно нехотя. Ее глаза, самые красивые в мире, в которых сейчас пляшут озорные искорки, поднимаются ко мне. Этот взгляд пронизывает меня насквозь, читает все мои мысли, все мои страхи и все мои желания.
- А что, если весь альбом сделать в этом стиле? - ее вопрос повисает в воздухе, такой неожиданный и дерзкий, что я просто не могу его осмыслить сразу. Мой мозг, и без того перегруженный смущением, отказывается работать.
- В... стиле... - я забыла, как разговаривать. Слова путаются, теряются где-то в лабиринтах моего сознания. - Комикса?.. - Я произношу это слово как вопрос, хотя оно и так было очевидно.
Билли наклоняется ко мне еще ближе. Ее взгляд приковывает меня, не дает отвернуться. От нее пахнет дождем, свежестью и легким намеком на тимьян, который был в рагу. Это пьянящее сочетание.
- Да, детка, в стиле комикса, - она лукаво улыбается, и кончик ее языка едва заметно касается нижней губы. Этот маленький жест заставляет меня вспыхнуть новой волной жара. Ее голос становится чуть хриплым, игривым. Она протягивает руку и осторожно касается кончиков моих волос, убирая их за ухо. - Представь: ты рисуешь обложку для моего альбома и делаешь это как видишь. Полностью твой стиль.
Мой внутренний мир переворачивается с ног на голову. Обложка альбома Билли Айлиш. Моей рукой. В моем стиле. С моими... деталями. В ее глазах я вижу не просто предложение о работе, а нечто гораздо большее. Обещание. Приглашение. И, черт возьми, эти сердечки, кажется, выпрыгнут из блокнота и начнут танцевать вокруг нас. Мое сердце тоже начинает танцевать, выбивая дикий, неконтролируемый ритм.
- Я... я не знаю, - шепчу я, чувствуя, как внутри меня борются смущение, неверие и эйфория. - Я... я могу попробовать.
Мое «я... я могу попробовать» прозвучало так неуверенно, что я тут же пожалела об этом. Но Билли, кажется, услышала совсем другое. Ее улыбка стала шире, а глаза засияли еще ярче, будто я только что подарила ей самую дорогую вещь в мире.
- Значит, договорились, - уверенно произнесла она, словно никакого «могу попробовать» и не было. Ее пальцы все еще задерживались на моих волосах, теперь нежно поглаживая мою щеку. Тепло ее прикосновения разливалось по всему телу, разгоняя остатки неловкости, но взамен рождая новую, совершенно незнакомую волну возбуждения. - Только никаких сердечек на финальной версии. Если только ты сама этого не захочешь, конечно.
Она подмигнула, и эта маленькая озорная искра в ее взгляде заставила меня почувствовать себя еще более обнаженной, чем сердечки на рисунке. Я почувствовала, как румянец снова заливает мое лицо.
- Я... я учту, - прошептала я, пытаясь отвести взгляд, но ее глаза приковывали меня к месту. Они были такими глубокими, такими выразительными, что я чувствовала себя так, будто тону в них, и не хочу выбираться на поверхность.
Билли медленно, почти гипнотически убрала руку от моего лица, но вместо того, чтобы отстраниться, она приблизилась еще ближе. Ее дыхание опалило мою кожу, и я почувствовала легкий аромат мяты и кофе.
- Хорошая девочка, - промурлыкала она, и этот низкий, хрипловатый тембр заставил меня замереть. Ее взгляд опустился на мои губы, задержался там на секунду, а затем снова поднялся к моим глазам. - Ты такая милая, когда краснеешь.
Мои губы слегка приоткрылись, но я не могла выдавить ни звука. Я чувствовала себя так, будто каждая клеточка моего тела откликнулась на ее слова, на ее близость. Это было как удар электрическим током, только приятный и всепоглощающий.
- А теперь, - продолжила Билли, слегка отстраняясь, но все еще оставаясь в опасной близости, - Я же остаюсь верно?
- Оставайся. У меня есть свободная комната.
Билли лишь усмехнулась, и этот звук пролился медом по моим нервам.
- О, я бы предпочла твою, если ты не против, - ее голос стал еще тише, почти шепотом. -
Ее слова были такими простыми, такими обыденными, но в них было столько вызова, столько неприкрытого флирта, что я почувствовала, как сердце пустилось вскачь, но уже не от смущения, а от предвкушения. Свободная комната? Серьезно? Да я бы отдала ей всю квартиру, лишь бы она осталась.
Билли встала, потянулась, и ее безразмерная худи слегка приподнялась, открывая полоску кожи на животе. Мой взгляд невольно скользнул по ней. Она поймала мой взгляд и снова усмехнулась.
- Что ж, думаю, мне пора привести себя в порядок. У тебя найдется что-нибудь почище, чем моя толстовка? И, может быть, зубная щетка?
Я стояла как вкопанная, обрабатывая ее слова. Душ. Одежда. Моя.
- Да! Конечно! - я буквально подскочила, чувствуя, как энергия снова возвращается в тело. - Сейчас, я все принесу!
Я торопливо пошла к шкафу, пытаясь собрать мысли в кучу. Что ей предложить? Мои вещи ведь явно ей не подойдут. Или нет? Она же такая... тонкая. Я вытащила свою самую большую и мягкую хлопковую футболку, которую обычно использовала для сна, и пару широких спортивных шорт. Зубную щетку. Я схватила новую, запакованную щетку из ящика в ванной.
Когда я вернулась в гостиную, Билли уже стояла у входа в ванную, лениво опершись о дверной косяк. Ее взгляд скользнул по вещам в моих руках, и на ее губах снова появилась эта хитрая улыбка.
- О, это как раз. Идеально, - сказала она, принимая одежду. Ее пальцы снова скользнули по моим, и на этот раз она задержала их чуть дольше, слегка сжав. - Спасибо, Милли.
Шум воды в ванной стих, и через мгновение дверь тихо приоткрылась. Билли появилась в проеме, закутанная в мою слишком большую, но, кажется, идеально сидящую на ней хлопковую футболку и спортивные шорты, которые доходили ей почти до колен. Мокрая ткань слегка прилипала к ее изгибам, подчеркивая их, и это зрелище заставило меня сглотнуть. Ее темные волосы были влажными, несколько прядей прилипли к вискам, и с кончиков капали крошечные капельки, пробегающие по шее, скрываясь под тканью футболки. Лицо без макияжа выглядело свежим и отдохнувшим, а глаза, теперь без тени усталости, сияли еще ярче, в них плясали озорные огоньки. От нее пахло свежестью и... моим гелем для душа, что было до странности интимно.
Я поднялась с дивана, чувствуя, как сердце забилось быстрее. Волнение все еще теплилось внутри, но теперь это было скорее приятное предвкушение, чем смущение. Мой взгляд невольно скользил по ее фигуре, задерживаясь на том, как футболка облегала грудь, а затем свободно ниспадала.
- Ого, - протянула Билли, разглядывая себя в зеркале в коридоре, а затем переводя взгляд на меня. На ее губах играла легкая, самодовольная улыбка. - Твои вещи на удивление удобные. Я чувствую себя... почти как дома.
Я легко улыбнулась в ответ, стараясь не выдать, как сильно ее появление затронуло меня.
- Рада слышать. Полагаю, оверсайз - это твой стиль. И, надо сказать, на тебе выглядит... очень даже.
Билли сделала несколько шагов, осматриваясь в гостиной, прежде чем снова остановиться напротив меня, медленно, почти демонстративно. Воздух между нами словно наэлектризовался, но теперь это было более приятное, контролируемое напряжение.
- Скажем так, я не против, когда комфортно, - она пожала плечами, и ее взгляд снова задержался на моем. - И эта футболка... она такая мягкая. И да, она, кажется, пахнет тобой. Мне нравится.
Мои губы тронула легкая, уверенная улыбка.
- Ну, я старалась выбрать самую комфортную. Ты выглядишь определенно, более жизнерадостно. И... соблазнительно.
Билли издала низкий, хрипловатый смешок, который эхом отдался в моей груди.
- Ты очень милая, особенно с таким внимательным взглядом.
Она подошла к дивану, где я сидела всего минуту назад, и грациозно опустилась рядом, оставляя лишь небольшое, но ощутимое пространство между нами. Она слегка повернулась ко мне, ее колено почти касалось моего.
- Так, - она посмотрела на меня, слегка наклонив голову, и в ее глазах снова мелькнула та озорная искорка, теперь уже неприкрытая. - Где там твоя... гостевая комната? Или ты все-таки передумала и поняла, что моя идея с твоей спальней была куда лучше? Не хочешь же ты, чтобы я заблудилась в незнакомых коридорах ночью, верно?
Я встретила ее взгляд, чувствуя себя удивительно уверенно.
- Гостевая комната там, - я махнула рукой в сторону коридора, - но, как я уже сказала, там не так уютно. И ей давно не пользовались. Моя, конечно, получше. Я не против. Тем более, ты уже ознакомилась с моими вещами.
Билли медленно, хитро улыбнулась, наклонившись чуть ближе. Ее взгляд задержался на моих губах, а затем снова поднялся к глазам.
- О, так ты не против? - ее голос стал чуть ниже, бархатистее. - Значит, ты готова разделить со мной свое личное пространство, Милли? Это очень... смелый шаг. И, должна признать, очень многообещающий.
Я почувствовала, как по телу разливается приятное тепло, но сохраняла невозмутимость. Моя собственная улыбка стала шире, бросая ей вызов.
- Смелый? Возможно. Но, как видишь, я не так проста, как кажусь. И ты ведь уже в моей футболке. Какая тут еще нужда в долгих уговорах? К тому же, я не хочу, чтобы ты проснулась утром с затекшей шеей от неудобного дивана. Моя кровать, поверь, куда лучше.
Билли прищурилась, ее глаза блеснули от веселья. Она слегка наклонилась, так что ее дыхание коснулось моей щеки, пахнущее моим гелем для душа.
- Ты беспокоишься о моей шее, Милли? Как мило. Я начинаю думать, что у тебя очень развит инстинкт... заботы. И, должна признаться, это очень соблазнительно. Ты ведь не просто хочешь, чтобы мне было удобно, верно? Есть что-то ещё?
Я ответила на ее взгляд, не отводя глаз, и в моей улыбке появилась откровенная игривость.
- Возможно. Я просто предпочитаю, чтобы мои гости были в полном восторге от пребывания у меня. А ты, как мне кажется, заслуживаешь лучшего. И, знаешь, я тоже не хочу скучать в одиночестве. Моя кровать, к слову, достаточно большая.
Билли легонько засмеялась, и этот звук был низким и притягательным. Она потянулась, и ее пальцы едва заметно коснулись моего колена, прежде чем она "случайно" задержала их там на мгновение.
- О, Милли, ты умеешь убеждать. Особенно когда ты так... открыта. Большая кровать, значит? Что ж, это обнадеживает. Надеюсь, ты не возражаешь против того, чтобы я выбрала сторону у окна. Там вид интереснее.
- На моей кровати любая сторона интересная, - парировала я, чувствуя, как адреналин приятно бурлит в крови. - Но да, у окна свободно. Тебе понравится.
...............................
Давайте начистоту, вы все хотите чтобы они уже залезли в кровать и переспали? Я подумаю над этим.