Cell[Клетка]

Сон
Раскаты грома прозвучали совсем рядом. Селин вздрогнула, однако даже не отпрянула. Грянул сильный ливень, и вся ее одежда постепенно намокала. Несмотря на то, что совсем скоро ее светлое платье превратится в тряпку, которую придется несколько раз выжать, Селин шла вперед.

Слезы катились с ее лица, но девушка не тревожилась о том, что кто-то узнает об этой мелкой неприятности: ливень смыл бы все на своем пути, который будет освещен молниями, а гром неумолимо убил бы всех, кто посмел стоять у нее на пути.

Чувства сначала были такими жгучими и несмываемыми, как что-то липкое и твердое, как смола или канифоль, и люди боятся, что они останутся с ними навсегда, и от них нельзя будет очиститься. Однако, сейчас они все исчезли. Словно их и не было, растворились в воздухе. О присутствии этой невыносимой боли, которая резала сердце Селин все это время, напоминала легкость и ощущения пустоты, словно то, что тебя так долго беспокоило, наконец убрали.

Опять гроза. Может, она бы унесла эту жгучую невыносимую боль, что ей пришлось пережить за все это время.

За деревьями показался знакомый силуэт. Человек в черном плаще не торопясь, двигался к ней навстречу. Еще пару шагов, и Селин смогла бы рассмотреть его лицо. Эту бесчувственную ухмылку. Она принадлежит ему, она вещь, и с ней не стоит церемониться.

Темные глаза по прежнему блестели на его лице. Девушка остановилась. Это конец, и она сделала шаг навстречу ему.

Еще шаг, и она чувствует, что кто-то ухватил ее за плечо. Хватка не сильная, но она с легкостью узнала ее. Ее нос едва улавливает аромат знакомого парфюма , отдающего нотками грейпфрута и мяты.

Девушка ахает, поворачивая голову. Ее сердце сейчас бьется быстро-быстро, словно вот-вот выскочит из груди.

      ***

Играла веселая музыка. Селин всего на секунду прикрыла глаза, и вот, она уже в пустом зале, и ее тормошил за плечо ее куратор Джони и по совместительству парень из совета обучающих, кто контролировал как все танцуют вальс.

Все уже давно ушли из этого дурацкого места, которое насквозь пропахло потом, смешанным с одеколоном. Селин вынуждена была сюда ходить, потому что только так ей удавалось хоть немного восстановить падающую успеваемость.

Если бы ей четыре года назад, когда она училась в школе, сказали бы, что она перестанет усердно учиться, и вместо этого начнет ходить на вечеринки и будет напиваться там до беспамятства, она бы посмотрела на того, кто ей это сказал как на полнейшего неадеквата. Чтобы она, Ким Селин, разменивала свою мечту стать юристом на глупые бессмысленные занятия?
Какая же она была высокомерная. Думала, что ей все по плечу. Сейчас она просто слабачка, и ей приходится терпеть это.

Гневно выдохнув, девушка поднялась со стула, глянув на Джони так, что он отпрянул на несколько шагов назад.

—Спасибо. Чтоб декана понос прихватил. Уже семь вечера, а я до сих пор в этом проклятом ВУЗЕ. —Ругнулась Селин, мотая головой. Она уже опаздывала на работу.
Девушка работала в архивном центре. Она устроилась туда благодаря тому, что репутация студентов университета Енсо, где она и училась, отличалась своим высоким уровнем. Жаль, но это не было про нее.

—Да, кстати, твой напарник скоро придет! Он хотел выпить с тобой, чтобы познакомиться поближе. Мне передать ему, где ты будешь? —Спросил Джони, поправляя очки. Очередной заучка, к тому же еще обожающий внимание. В совет обучающихся других не брали.

—Это обязательно? —Вздохнула Ким Селин, трогая взлохмаченную прическу. Девушка беспокоилась о своем внешнем виде больше, чем о внутреннем. На всякие элитные побрякушки и одежду она тратилась, словно у нее были деньги.
Родители давно на нее забили после смерти своего сына, словно он был единственным ребенком в семье.
Девушка считала, что проживет и без их наставлений. И правда, у нее получалось. Сначала ей нравилось видеть то, что ее внешность считали красивой, а ее прямолинейный характер вызывал у всех резонанс и ей по-настоящему восхищались.
Селин нравилось не сколько то, что ей восхищались: она боялась показать себя. Тут то и крылся секрет. Никто бы не поверил, что, когда она приходит домой, ее единственный друг Ян Чонин выслушивает ее нытье про одиночество и бесконечные истории про отношения.

Этот парень, который хочет с ней встретиться, будет следующим ее парнем? Селин было уже все равно кто. Она лишь хотела почувствовать тепло. Она никогда ничего не чувствовала к своим партерам, а те эмоции, которые она испытывала к ним, были скорее схожи с эмоциями отчаяния и страха остаться одной.

Она лишь кивнула на предложение Джони. Встретиться с ним завтра, а заодно, и поест на свидании, ведь она была совсем на нуле.

На следующий день девушка ужасно опаздывала. Сегодня она на удивление быстро заснула, не имея задних мыслей, и ей даже не снились кошмары. В этом Селин обожала свою работу: она приходила в три утра домой, когда заканчивалась ее ночная смена в архивном офисе, бессонница не смогла тебя достать.

Девушка даже не могла вспомнить название предмета: благо, она помнила, где находится этот несчастный кабинет.

Девушка замерла, останавливаясь на пороге. Вся группа устремила на нее свои взгляды. Надменный взгляд Жэньшэнь она сразу увидела.
Эту суку она нещадно ненавидела. Селин столько раз хотелось оттаскать ее за волосы. Ни разу не давала ей списать, да еще и прилюдно намекала, что Селин позор группы, поступившая лишь благодаря деньгам богатых родителей.
Эта тварь даже не знала, что сегодня она ела на завтрак самый дешевый рамен, и ей даже не хватило денег на то, чтобы купить кофе.

А на нее смотрел Господин Ли. Молодой ассистент. В его взгляде читалось презрение, он, как и все преподы, не любил когда опаздывают.
Но лишь его поведение девушка могла терпеть. Селин не понимала, что ощущает, проходя мимо молодого красивого мужчины. Аккуратная рубашка была заправлена в брюки, однако темные каштановые волосы были взъерошены. Было что-то в его взгляде теплового медового взгляда: несмотря на свою теплоту, он был холодным, как айсберг.
Он определено не был похож на преподавателя.

—Вы кто? Напомните мне свое имя. —Голос у него тоже не согласовывался с его образом. Чересчур мягкий и мелодичный. Красивый.

—Селин. —Девушка остановилась, засмотревшись на мужчину. Что-то в нем было такое, из-за чего ей было тяжело оторвать взгляд. —Ким Селин.

—Садитесь. Недолго вам осталось учиться.

—Не ваше дело вообще-то. —Пробормотала девушка. Частые сколки с преподами не были ни для кого в новинку.
Увидев на второй парте склонившуюся голову друга и по совместительству соседа по съемной комнате, Селин устремилась туда. У Чонина была близорукость, и он часто садился на передние ряды.
Он был отличником, но его поведение заставляло желать лучшего. —Когда же он закроет свой рот, и перестанет брехать про то, что меня скоро выпрут. —Она зло достала ручку, принимаясь писать.

Чонин хмыкнул, пододвигая тетрадь к девушке.

—Он тебе нравится или нет? Тебя сложно понять.

—Ну он неплох. Но я не обращаю внимание на таких зануд, ты знаешь. В постели он тоже мне будет говорить: «Ты никогда не поймешь юриспруденцию, так как не знаешь все законы наизусть.».

Хотя Селин знала все законы: всю школьную программу и экзамены она знала назубок. Проблемы были с настоящей программой.

Чонин пытался сдержать смех, но тщетно.

—У нас история методика расследования массовых преступлений, а не цирк. Может показаться, что это похоже, но это не так. —Справедливо замечает преподаватель Ли, подходя к Селин. —Вас не было на моих лекциях, и мне очень интересно, студентка Ким, как вы будете сдавать экзамен. Ну, это, конечно, не мое дело?

—Да. —Соглашается девушка, делая вид, что увлечена конспектами Чонина, готовясь к тому, что ее сейчас выгонят без шанса возврата из аудитории.
Но вместо этого, до нее донесся грустный вздох.

—Жаль. Жаль, что некоторые студенты не понимают, что методика расследований имеет важное место в вашей профессии. Да, наверное, для многих из вас это лишь еще один «ненужный», не столь профильный предмет, как остальные, однако, сегодня я бы хотел рассказать вам одну историю.

Огонь разгорался все ярче и ярче. Девушка уже перестала сопротивляться. Она слышала ржание лошади, пение петуха. Играла странная музыка, от нее по всему телу растекались мурашки. Ей было жутко, но ее глаза были очень крепко завязаны.
Лишь когда пламя огня коснулось ее ног, она закричала, пытаясь вырваться: но тщетно, ее ноги и руки были крепко связаны. Она не могла ни рассмотреть, ни почувствовать того, кто делал это с ней, но эти ощущения останутся с ней на всю жизнь.

Полиция прибыла, когда сектанты покинули место преступления, не отставив за собой практически ничего, что могло бы помочь расследованию.

Девушка получила ожоги. Она была жива, но скончалась в больнице позже, так как ее тело было полностью покрыто ожогами третьей и четвертой степени.

Селин не думала о том, о чем говорил Ли: ее мысли занимали белые простыни, покрытые чем-то красным. Сладковатый приторный запах не переставал одержимо преследовать ее. Однажды она поймет, почему ее младший брат ушел от них в мир иной. Возможно, это была ее вина. Или вина ее родителей. Это было тяжело, думать об этом, ничего не понимая.

—Студентка! —Мужчина не стал подходить ближе к Селин. Он заставил ее вылезти из своих кошмарных мыслей. —Почему мы рассматриваем это преступление как массовое?

—Фанатичные и жестокие элементы присущи массовому преступлению. Чаще всего это случается в сектах. —Пробубнил тихо Чонин, и Селин повторила это более громко.

—Правильно, студент Ян. —Невозмутимо продолжил преподаватель Ли. —Это реальная история. И, к сожалению, это дело не раскрыли. Так и не удалось найти ни одного сектанта, кто был бы причастен к этому ужасному преступлению. Наша задача, как юриста, дать как можно больше рекомендаций и наводок по дальнейшим действиям, ну, и объяснить тонкости закона.

—Копу-дебилу. —Тихо вздохнула девушка. Ее тихие комментарии слышали многие, исключая препода, и это раздражало всю группу. Жэньшэнь привычно закатила глаза, продолжая ненавидеть Селин издалека.

—Также полицейский потребует нас рассказать о том, что грозит этим ребятам за то, что играют в средневековье. Частенько при допросе мы прибегаем к лучшему варианту: заставляем поверить в то, что у нас есть доказательства, для того, чтобы выбить чистосердечное признание.

—О да, такое признание обычно звучит в духе:«Мусора нам не друзья».

—Если не выходит: не расстраиваемся, возможно, тот, кого мы поймали на самом деле не преступник.

—Сегодня кент, а завтра мент. —Грустно добавила девушка.

—Просим прощения, и продолжаем расследование. Ошибки - это нормально.

—Да, это еще и забавно. —Соглашается девушка. —Главное, чтобы вас не уволили за ваш юмор.

Чонин закатывает глаза, издавая смешок. Заставить девушку помолчать было непросто. Да и зачем? Они дружили с самой школы, и он привык ко всем необычностям(дуростям) девушки. Тем более, если Селин так справляется со своими проблемами, то кто он, чтобы стоять у нее на пути?

          ***

—На этом все. —Минхо стирает с доски, где показательно написал отличия разных видов допроса. Вообще, мужчина был уверен, что все уже разбирали эту тему. Он не гнушался того, чтобы повторить ее еще раз. Повторение-мать учения. Тем более, он понятия не имел, о чем еще разговаривать с этими студентами.

К сожалению, ему приходилось работать под прикрытием. Это была идея его босса: и он понимал, почему директор Со предложил ее.
Все нити расследования вели к этому проклятому университету и данному факультету. Несколько лет назад произошло показательное жестокое убийство, о котором он вещал на паре. Ли Минхо должен был разобраться в этом, прежде чем произойдет еще одно, а все указывало на то, что это повторится.
Пропажа лошадей, странные детали. Сектанты были не только опасными, но и хитрыми.

И почему директор Со не отправил сюда, например, его помощника Джисона? Минхо завидовал Джисону: он не лез за словом в карман, в отличии от него.
Да, может быть Ли и был потрясающим детективом, но от студентов его порой воротило. Они были ненамного младше его: лет на пять-шесть, не больше. Хотя, никто кроме Ли и ректора, согласившегося пойти на сделку с полицией чтобы на некоторые его коррупционные делишки закрыли глаза, не знал о возрасте, Минхо все равно было тяжеловато.

—Можно мне взять тему на доклад? Вы дали всем темы, а меня не было. —Отсутствующим голосом произнесла опоздавшая девушка под ухом у Ли.

—Мм. Какое несчастье. —На лице у мужчины появилась торжествующая улыбка. —Кажется, это невозможно, все темы закончились.

С ними надо строже: учил его судья Кристофер, по совместительству его друг. Но не настолько, чтобы от него шарахались, но молодых преподавателей обычно недооценивали.

—Так придумайте.

—Не собираюсь я ничего придумывать. Чья вина в том, что вы не присутствовали? —Вообще у Ли Минхо была еще куча тем, с которыми любезно поделился его коллега. Но ему хотелось позлорадствовать над этой недоучкой, которая мешала ему весь семинар.

—У меня собака сдохла. —Грустным голосом сказала Селин. Это была откровенная ложь, приправленная грубостью девушки.

—Простите, ничем не могу помочь. У меня нет ни лопаты, ни мешка с собой, как видите. —Едко заметил Ли, собираясь уходить. Этой девчонке удалось пробудить в нем злость. А ведь у него еще было хорошее настроение.

Селин не ожидала такого ответа. Этот ассистент явно держался того, чтобы не прикончить ее прямо тут.
Да он сам ее раздражал не менее: в чем проблема дать ей проект?

—Знаете, пожалуй, я дам вам проект. —Минхо улыбается, однако его улыбка не предвещала ничего хорошего.

—О чем вы? —Девушка удивленно моргнула, смотря на мужчину.

—Расскажите о деле, о котором я сегодня говорил.

—Но оно же еще не раскрыто.

—Проведите свое расследование. Предложите свои теории, а мы все посмотрим. —Девушка замолчала, и Ли принял этот знак того, что она не согласна. —Не согласны с темой?

—Нет. Меня все устраивает. —Девушка сглотнула, и развернулась, выходя из аудитории.
Мужчина задумчиво посмотрел ей вслед. Ему показалось, или он увидел маленький проблеск интереса ее глазах к учебе??

*

«blood is thicker than water»—все мы родом из детства, как ни крути.