Поймайте меня

Ночь продолжалась — шумная, тёплая, немного пьяная и до смешного настоящая. Музыка уже не просто играла фоном, а будто жила своей жизнью, смешиваясь со смехом, звонкими голосами и редкими выкриками из караоке.

— И вот мы бежим! — Вэс размахивал руками, стоя посреди зала с бокалом. — А дети орут, как сирена. Мы сами их дразнили, конечно...

— Конечно, — хмыкнула Саммер.

— И тут Эд подскальзывается на газоне и падает лицом прямо в лужу!

Комната взорвалась смехом.

— Вообще-то упал ты, — лениво сказал Эд, делая глоток и подмигивая Вэсу.

На секунду повисла тишина — и тут все засмеялись ещё громче, уже вдвое сильнее.

Я улыбалась, но чувствовала, что мне нужно на минуту выйти из этого шума. Я встала и пошла на кухню — собрать посуду, навести хоть какой-то порядок. Почти сразу за мной пошла Мэл.

Мы молча убирали тарелки, бокалы, складывали салфетки. Звук работающей посудомоечной машины стал фоном для её вопроса.

— Что у тебя с Максом?

Прямо. Без прелюдий.

Я подняла на неё взгляд.

— Ничего, — ответила я и улыбнулась.

Мэл прищурилась, явно не поверив. Её взгляд скользнул к моей шее — к кулону-фее.

— Да что ты? — скептически протянула она. — А что за вечерние чтения книг? Почему я об этом узнаю только сейчас?

— Когда я лежала после больницы дома... — я пожала плечами. — Макс приходил с едой. Читал мне, потому что нельзя было напрягать глаза.

Мэл замерла с тарелкой в руках.

— Это... — она улыбнулась. — Это очень мило.

— Да, — коротко ответила я.

Она повернулась ко мне, внимательно вглядываясь.

— Он тебе нравится?

Вопрос ударил неожиданно.

— Нет, — ответила я слишком быстро. — Я даже не думала об этом.

Я не добавила «у меня есть Эд». Почему-то это прозвучало бы как оправдание.

Мы вернулись в зал. Питер и Вэс всё-таки устроили караоке — фальшивое, громкое, но искреннее. Мы поднимали бокалы.

— Дамы! — Вэс подошёл к нам, подняв бокал. — За вас. За то, что вы делаете нашу жизнь ярче. Саммер, детка, я люблю тебя.

— И я тебя люблю, малыш, — ответила она и поцеловала его.

— Кстати, — вмешался Эд. — Мы с Вэсом подготовили ещё один подарок. Поездка в горы. Курорт. Отдохнём.

Мы с Саммер переглянулись и улыбнулись.

Потом всё будто размазалось: танцы, разговоры, алкоголь.
Мэл с Адрианом танцевали.
Макс с Питером о чём-то тихо говорили.
Затем Вэс и Питер снова пели.

Пока Питеру не стало плохо.

Он резко сорвался с места и побежал в ванную. Я, не раздумывая, пошла за ним, захватив графин с водой.

— Питер, ты мог хотя бы в туалет... — пробормотала я, глядя, как его выворачивает.

— Прости... — выдавил он, и его снова накрыло.

Я попыталась налить воду, но промахивалась — всё плыло. Я рассмеялась, шатаясь. Питер посмотрел на меня и тоже рассмеялся.

В дверях появился Макс.

— Дай мне, — спокойно сказал он, забирая графин.

Он аккуратно налил воду, подал брату, потом ещё. Мы помогли Питеру умыться. Он сел на пол. Мы с Максом — на бортик ванны.

— Прости за него, — сказал Макс. — Он не умеет пить.

— Всё я умею... — пробормотал Питер и икнул.

Я засмеялась.

— Его надо домой, — сказал Макс.

— Нет, — сразу ответила я. — Пусть останется. Ему сейчас не до поездок.

Макс задумался.

— Если его вывернет в машине, будет хуже, — добавила я.

— Ладно, — кивнул он. — Если тебе не в тягость.

Мы с трудом затащили Питера наверх. Уложили. Я поставила ведро, Макс — воду и включил ночник.

— Я ещё... могу танцевать... — пробормотал Питер.

— Отдыхай, — сказала я, приглаживая его волосы.

Он перехватил мою руку и поцеловал.

— Ты чудесная... Прости нас.

— За что? — тихо спросила я.

— За всё...

Он не отпускал руку. Положил голову мне на колени.

— Не обращай внимания, — сказал Макс. — Он пьян.

— Он просто устал, — ответила я, поглаживая Питера.

— Он выглядит таким маленьким.

— Когда он родился, я понял, что теперь за кого-то отвечаю, — сказал Макс.

— Тебе было восемь...

— И что? — он посмотрел на брата. — Ответственность не спрашивает возраста.

— Ему было два, когда... — я замолчала.

— Да. Он не помнит родителей.

Мне стало больно. Я положила голову Максу на плечо.

— Вы выросли чудесными.

— Возможно.

В этот момент дверь открылась.

Эд.

— Это что за хрень? — прогремел он.

Я осторожно переложила голову Питера и вышла к Эду.

— Тише. Он спит.

Мы спустились вниз и вышла на улицу. Я не хотела,чтоб ребята видели грядущую ссору.

— Какого хрена его голова была у тебя на коленях?! — кричал Эд.

— Мы укладывали его спать.

— На твоих коленях?!

Я устала.

— Думай что хочешь.

Он схватил меня за руку.

— Ты мне больно делаешь.

— Что он делал у тебя на коленях?!

— Руки убрал, — прошипела я.

Он дёрнул сильнее.

Я ударила его.

Он дёрнул меня в ответ.

Я упала.

Рука вывернулась. Боль была острой, слепящей.

— Убирайся, — закричала я. — Не смей меня трогать!

Ребята выскочили из дома. Вэс первый двинулся ко мне,за ним Макс.

— Что случилось? — спросил Макс.

— Не твоё дело, пёс, — рявкнул Эд.

Макс не ответил. Он смотрел только на меня.

— Фея...

Удар.

Макс упал.

Дальше всё было как в кошмаре. Крики. Руки. Кто-то держал Эда. Кто-то Макса.

— Ещё раз тронешь её — я тебя убью, — прошипел Макс.

— Мы уходим, — жёстко сказал Вэс.

Саммер обняла меня.

— Прости.

Когда они ушли, я села рядом с Максом на качели.

— Можно мне тоже? — спросила я, кивая на сигарету.

— Ты куришь?

— Иногда.

— Он сделал тебе больно?

— Немного.

— Я убью его.

— Не надо.

Мы молчали.

— Я же говорил быть с ним осторожнее, — тихо сказал Макс.

— Спасибо, что был рядом.

— Это Вэс был.

— Ты тоже.

Мы вернулись в дом.

Мэл принесла лёд.

— Энн... — прошептала она.

Адриан сказал, что им лучше уйти.

Когда дверь закрылась, в доме осталась тишина.

Только я и Макс.

И Новый год, который навсегда запомнится не фейерверками, а трещиной, прошедшей прямо по сердцу.