Глава 5. Время откровений
Мы вышли из отеля и попали на широкую пешеходную улицу, по центру которой медленно двигалась одинокая машина. Перед ней плотной кучкой за экскурсоводом с красным флажком тащилась группа японцев, фотографируя каждый миллиметр вокруг. Когда они заметили приближающееся авто, то растеклись перед ним в разные стороны, как волны от носа корабля.
Любопытно глазея по сторонам, я все это время стояла под аркой у входа. Прикидывала, куда бы направиться, чтоб собрать по пути как можно больше красивых мест.
Когда полчище японцев минуло нас с Артуром, впереди открылся вид на симпатичную маленькую площадь. По краям ее стояли низкие каменные дома. Меж треугольных крыш тянулись едва заметные на дневном свету гирлянды.
– Ну, и куда ты хочешь пойти? – прервал мои размышления Артур.
– Не знаю, просто погулять вокруг, осмотреться, – ответила я задумчиво, продолжая вглядываться в вывески уютной площади. Внимание тут же привлек значок рогалика, что торчал из-за угла. – О, это что там, пекарня?
– Не-е-ет... – устало протянул Артур, закатив глаза.
Я наградила его презрительным взглядом.
– Повелась, блин, с зожником... Хочешь жевать свою цветную капусту – пожалуйста. Я же тебя не осуждаю. – И бодрым шагом направилась к манящему царству сладостей.
– Я и не осуждал, – поспешил за мной Артур. – Просто не понимаю...
Мы перешли пешеходную улицу, на площади завернули за угол. В воздухе запахло свежей выпечкой.
– Только не говори, что в детстве не ел конфет, – обернулась я на Артура, смакуя аромат.
– В детстве ел. Но я давно уже не ребенок.
Он ответил нехотя. Видно было, что таскаться за мной по городу – последнее, что было в его планах.
– Эх ты, – показушно махнула я рукой и потопала дальше.
Как только в фасаде очередного домишки показалась стеклянная витрина с карамельными фигурками, я, буквально прилипнув к ней, стала разглядывать диковинные формы кондитерских произведений искусства.
Артур косился на меня в нелепом молчании.
– Представь, – сказала я словно сама себе, – что шоколад – это не просто куча калорий, а плитка концентрированного счастья, которое тает во рту, растворяя все проблемы. Маленький билет в детство в обертке.
– Живописно... – прокомментировал Артур.
Краем глаза я заметила, как его губы дернулись в легкой улыбке. И, не теряя надежды растопить в глазури суровый нрав спутника, почти приказным тоном спросила:
– Зайдем?
Внутри все выглядело еще более монументально. Как настоящая фабрика из "Вилли Вонки". Стеллажи пестрили сладостями в сувенирных обертках. У дальней стены за прилавком обслуживала очередь женщина в фартуке и колпаке. Она выносила из кухни один за другим большие пироги в приоткрытых картонных коробках, периодически отвлекаясь на приготовление кофе. А по центру магазина красовался стенд с надписью на английском "марципан".
Артур ходил возле него с таким лицом, будто давно уже хочет чихнуть, но все никак. Каким-то чудом мне удалось уговорить его взять по горячему бодрящему напитку. Сама я, конечно, этим не ограничилась и попросила завернуть с собой парочку свежих фигурок марципана.
Счастливая как слон я вышла из пекарни, держа в одной руке картонный стаканчик с кофе, а в другой две местные традиционные сладости, похожие на шоколадки в виде елочки, только вместо шариков на них были вкрапления из орехов.
Выложенная брусчаткой дорога вела вверх под крутым уклоном. Шагая по ней, мы проходили лавки со всякой бесполезной всячиной и бесчисленное количество однотипных с виду кафе. На этой улице никто никуда не спешил. Люди вели оживленные беседы, оглядывались по сторонам, вдыхая морозный воздух.
Для Артура место, подобное этому было настоящей пыткой. Сколько видела его на работе, он вечно держался в напряжении. Вот и тут своим привычкам изменять не стал. То и дело прибавлял скорости, обгонял идущих впереди прохожих.
– Куда ты так несешься? – не выдержала я, заметив в очередной раз, что его и без того длинные ноги начали делать шаги еще шире.
– А?
Он искренне не понял предъявленного.
– Мы никуда не опаздываем, – слегка запыхавшись пояснила я. – Сбавь обороты.
– Прости... Привычка...
– Я так и подумала. Может, присядем? А то с твоим темпом мне скоро реанимация понадобится.
– Спортом надо чаще заниматься, сладкого меньше есть, – подколол он и скорчил довольную рожицу.
– Ха-ха, – последовал мой саркастичный ответ.
Я сделала глоток уже остывающего кофе, который отдал все тепло замерзающим рукам, высматривая, куда бы прижать, наконец, попу. Улица привела нас на вершину холма, где разветвлялась в разные стороны, огибая с двух сторон небольшой городской парк. Туда-то мы и отправились.
Голые припорошенные снегом деревья стояли вдоль тропинок стройными рядами. Сквозь их ветви открывался чудесный вид на крепость старого города. Я выбрала лавочку на обрыве, смахнула заледеневшей ладонью снег и села, откинувшись на спинку с тяжелым вздохом. Артур аккуратно расположился на другом конце деревянной конструкции.
– Красиво тут, – прокомментировала я вслух, надкусив странного вкуса плитку марципана. – Немного даже грустно, что никто не знает имен людей, которые это построили...
– Историки знают, – поправил Артур.
Он просто не мог удержаться от того, чтоб ткнуть кого-нибудь носом в ошибку. Это была одна из многих причин, почему в нашем офисе с ним никто не хотел связываться.
– Ну конечно... Ты в курсе, что душнил никто не любит?
– Я и не собирался никому понравиться.
– А жаль... Меньше б душнил, не ходили бы про тебя такие слухи... – выпалила я и тут же захотела взять свои слова назад.
– Какие слухи?
– Эм-м, – замешкалась. Сдавать назад уже было поздно. Артур посмотрел на меня пристально, холодным взглядом побуждая к ответу. – Люди говорят... что... ух... Короче, что с тобой не очень приятно работать.
– Правда? – Он искренне удивился услышанному. – Почему?
– Да потому, что ты ведешь себя как бесчеловечный робот. Отстраненно и безразлично. Из тебя же двух слов не вытянешь. Постоянно придираешься к мелочам, много о себе мнишь... – тут сигнал из мозга о том, что пора бы остановиться, дошел до языка. Я так и застыла с открытым ртом.
– Кто так говорит? – подтверждая мои слова, совершенно безэмоционально уточнил собеседник.
– Буквально все...
Артур, нахмурившись, отвел глаза. Не знала, что это окажется для него таким сюрпризом. Но и пороть правду-матку не планировала.
– Прости. Я не хотела обидеть...
– Не извиняйся, – перебил он. – Полезно знать, что о тебе говорят за спиной. К тому же, меня эти "все" тоже порядком раздражают.
– Зачем ты тогда вообще тут работаешь?
– А разве вам, сплетникам, не очевидно? С таким отцом, как у меня, выбор в жизни – это лишь иллюзия.
– Выбор есть всегда. Другой, конечно, вопрос – какой...
– У меня сейчас один вариант. Сделать все возможное для победы в конкурсе. Иначе отец меня всю жизнь на вторых ролях держать будет. – Артур вздохнул, отпив кофе из своего стаканчика. – Хотя, даже если выиграем, нет никаких гарантий, что он начнет воспринимать меня всерьез.
– Понимаю, – солидарно пробубнила я, поймав взгляд соседа по лавочке, и сразу пояснила: – Про завышенные ожидания родителей. Если б не они, отчислилась бы давно. Хотя, мне нравится архитектура. Всегда нравилась. Но, боже, как же сложен этот ваш сопромат...
– Твои родители тоже архитекторы?
Меня насторожила сильная включенность Артура в разговор. Для человека, ограничивающегося все время лишь скупыми репликами, он нынче что-то слишком много задает вопросов.
– Не-а. Папа профессор художественных искусств, а мама оперная певица в театре.
– Ого!
Такого искреннего удивления я на грубом лице Артура ни разу не видела.
– Да, – даже засмущалась. – Тяга к прекрасному у меня в крови. Только вот природных талантов не в достатке. Как ни странно, я больше технарь. Папа всегда говорил, что руки у меня не из того места. Так что, поступив в универ, я четко для себя решила стать первоклассным спецом. До сих пор мечтаю о том дне, когда покажу ему здание, спроектированное мною.
– Не благодаря, а вопреки? – поддержал Артур. – От моего тоже слова доброго не дождешься.
– Про Михал Сергеича-то наслышана. Не первый день работаю, – я усмехнулась, пока Артур, смакуя очередной глоток кофе, лишь ограничился кивками. – А мама? Неужели и она такая?
– Не помню уже. Они развелась, когда я заканчивал девятый. Мама переехала в другой город и забрала с собой Лину.
– Лина это...
– Сестра.
– Не знала, что у тебя есть сестра.
"Хотя чему удивляться, – поправил внутренний критик. – Ты о нем вообще мало что знала".
– Недавно ездил к ним повидаться. Такая взрослая стала. Сама в школу ездит...
Задумчиво-грустное выражение вновь вернулось на лицо Артура. Он затих, осознав, видимо, что переступил черту откровенных бесед о личном, которые были для него делом крайне редким и непривычным.
В молчании мы просидели еще немного. Я доела свой перекус, опустошила стаканчик с кофе. Тучи медленно сгущались над старым городом. Становилось темнее. Даже не заметила, как легкими одинокими белыми пятнышками с неба посыпал снег. Обнаружила это только когда искоса взглянула на Артура, а на его щетине и густых бровях мелькнули снежинки.
– Прогуляемся к стенам крепости? – спросила я, вставая с лавки.
– Зачем?
– Посмотреть.
– Еще не нагулялась что ли? – ответил ворчун.
– Так! Я тебя с собой вообще не звала! – заявила наигранно дерзко. – И бегать за мной по всему Таллину ты не обязан, если что.
– Кстати, про обязанности. Помнится, ты обещала меня не бесить...
– Ну так, я свою поездку уже получила, – подмигнула я и направилась к спуску с горы. – Пошли-и-и...