Глава 7
Я проснулась от того, что солнечный луч пробился сквозь задвинутые шторы и прямо полоснул по глазам. В комнате было полутемно, но солнце всё равно умудрилось найти брешь и настойчиво тянуло меня в реальность. Я зажмурилась, тихо застонала — тело всё ещё ныло после вчерашнего. Казалось, каждый синяк и удар отзывался в теле тяжестью и слабостью. Медленно повернула голову на левый бок — и дыхание сбилось. Совсем рядом, на подушке, мирно спал Стас. Его лицо было расслабленным, умиротворённым, будто вся его вечная злость и насмешливость растворились во сне. Я какое-то время просто лежала и заворожённо смотрела на него. Странно, но только сейчас я позволила себе разглядеть его по-настоящему, чёткие линии скул, прямой нос, тёмные ресницы, отбрасывающие тени на кожу под глазами. И маленькая, едва заметная родинка над правой бровью. Сама не осознавая, я протянула руку и кончиками пальцев коснулась её. Улыбка невольно скользнула по губам. Что-то в этом маленьком пятнышке показалось мне трогательным и слишком человечным для того самого Волкова, который всегда держался так уверенно и нагло. Я перевела взгляд на его глаза… и замерла. Они были открыты. Серые глаза смотрели прямо на меня. Я резко дёрнула руку, но он схватил её и мягко притянул к себе, обводя вокруг своей шеи. Его голос прозвучал хрипло и низко, с налётом сонной ленивости.
— Можешь продолжать любоваться моей красотой, я не жадный.
Я закатила глаза, но внутри что-то предательски дрогнуло.
— Боже, какой же ты нарцисс. — проворчала я, хотя губы сами собой тронула улыбка.
Он чуть прищурился, изучая меня, и вдруг спросил.
— Всё ещё болит?
Я тихо кивнула. Он аккуратно положил ладонь на мою талию и подтянул ближе, обнимая. Его тепло обволокло меня, и стало спокойнее, как будто все вчерашние ужасы были далеко, а не вчера. Я смущённо отвела взгляд в сторону, чувствуя, как щеки предательски разогреваются.
— Стас… — выдохнула я. — С каких пор мы в таких близких отношениях?
Он усмехнулся, и уголок его губ приподнялся в знакомой нагловатой улыбке.
— С этих самых.
Мы лежали так какое-то время в тишине. Его рука на моей талии, его дыхание рядом. Я ловила себя на мысли, что рада. Рада, что он тогда нашёл меня, что забрал, что лежит вот сейчас рядом. Даже если он раздражает, даже если я сама себе не признаюсь в этом — рядом с ним было легче.
— Но… — я вдруг нахмурилась, вспоминая. — Как ты мог так легкомысленно забежать в женский туалет? А если бы там были другие девчонки?
— Плевать. — отрезал он коротко.
— Плевать? — я посмотрела на него возмущённо вскинув брови. — Твои фанатки бы могли подумать, что ты… извращенец!
Он только усмехнулся.
— Смешно тебе, да? — нахмурилась я.
Я уткнулась в подушку, и тут меня словно молнией ударило.
— Чёрт! — я резко поднялась. — Я же все пары вчера пропустила!
— И сегодня тоже, — спокойно добавил Волков, даже не пошевелившись.
— Что? — Я вскинула глаза. — Сколько сейчас времени?
— Одиннадцать.
— Стас! — Я попыталась скинуть его руку с талии. — Вставай быстрее, нам нужно в универ!
Он не только не убрал руку, а наоборот притянул меня ещё крепче к себе.
— Нет. Я уже написал куратору, что ты заболела, а я присматриваю за тобой.
Я уставилась на него в шоке.
— Ты ещё и себя отмазал!
— Мгм, — беззаботно протянул он.
Я закатила глаза. Между нами завязалась привычная словесная перепалка — колкая, смешная, где мы оба пытались одержать верх. И всё же… в этой лёгкости, в его спокойствии, в его близости было то, что делало легче. Будто вчерашнего кошмара в туалете и не было.
— Волков, отпусти меня! — я снова попыталась отодвинуться, но он лишь сильнее притянул меня к себе, будто я была какой-то игрушкой.
— Даже не надейся, — лениво бросил он, уткнувшись носом в мои волосы. Его голос звучал так, будто он ещё наполовину спал, но силы держать меня хватало с избытком.
— Ты что, вообще с ума сошёл? — возмутилась я, толкая его плечо. —Зачёты через месяц, а ты меня в заложники взял! Он приподнял голову и посмотрел на меня своими наглыми глазами.
— Заложники обычно не ворчат так громко.
— О да? — я прищурилась. — Тогда я могу ещё громче.
— Не сомневаюсь, — усмехнулся он. — Ты же в этом мастер.
Я закатила глаза и отвернулась к нему спиной, чтобы он не видел, как уголки моих губ дёрнулись в улыбке. Но, конечно, Волков всё заметил. Глазастый.
— Улыбаешься, — прошептал он прямо мне в ухо, и от его тёплого дыхания по коже пробежали мурашки.
— Ты невыносимый! — я оттолкнула его плечо, но он только рассмеялся.
— А ты бы ни на кого другого и не посмотрела, — добавил он ещё наглее.
— Ты слишком высокого о себе мнения, — фыркнула я.Чёрт, он действовал мне на нервы… но почему-то от этого становилось легче. Легче дышать, легче шутить, легче забывать вчерашний кошмар. Мы ещё долго лежали так, подшучивая друг над другом.