Значимый разговор
Прошёл очень дождливый день и теперь целые сутки лужи будут преследовать москвичей на каждом переулке, по проспекту шныряли люди, вылезшие из-под зонтиков, кроны деревьев блестели как зелёное стекло, из которого делают бутылки под вино, в лужицах отражались фары и фонари, темнота накрыла город, но он всё же светился изнутри. Тень сна ещё не думала посещать город, но всё же упорно скрывалась и пыталась выйти наружу из подворотен и заулков. Из одного из таких, как потерявшие титул лорды вышли наши герои – Остап и Грета. Шли они плечо к плечу, осторожно оглядываясь. Выходить на оживлённый проспект им не хотелось, но делать было нечего. Они двинулись по тротуару мимо ярких и блестящих вывесок. Мимо них шныряли люди, обходили их и толкали в бок, машины со свистом пролетали в своём направлении.
— И куда же все так торопятся? — спросила Грета будто у самой себя и попялив в асфальт подняла взор на Остапа.
— Ну, это нам некуда идти и торопиться, а у них времени в обрез и у них есть цель. — изрёк как мыслитель Ося, поправив на голове шляпу, — А вообще они странные, ночь на дворе.
Грета неожиданно остановилась около витрины, из-за стекла лился жёлтый, слепящий свет, а на стендах были часы, они были разного размера и каждый циферблат показывал стрелкой ровно полночь.
— Вот и кончился мой день рождения, теперь мне официально восемнадцать! — усмехнувшись и убрав руки в карманы сказал Остап, подойдя к заинтересованной оформлением часов Аврамер достаточно близко.
Ощутив на себе приятное, теплое дыхание, колеблющее каштановые волосы девушка вышла из транса и подняла голову. Такое близкое положение носов очень смутило, их кончики соприкоснулись и будто дали ток по венам обоих. Замявшись, Грета медленно опустила голову, а Остап спрятал губы. Такое смятение прошло за полминуты и тут Аврамер снова посмотрела на брюнета.
— Как ухо? Болит? — заботливо спросила шатенка, поправив завороты своей кофты.
Старенко отрицательно покачал головой, но сняв с головы шляпу, отодвинув кудрявые волосы и снова смутившись, чтобы никто не обратил на них внимание потрогал рукой завязанную мочку и убедил девушку в своих словах. Та улыбнулась.
— У меня есть идея... — с улыбкой сказала Грета и прибрав обе руки к лицу отстегнула одну из своих серёжек, серебряных стандартных колец на застёжке конго.
— Ты предлагаешь мне надеть её? — спросил Ося, уже готовясь снять повязку.
Грета кивнула всё с той же прекрасной улыбкой. Остап с охотой снял бинт, ватку и выкинул в ближайшую урну, а Аврамер, встав на «цыпочки» с успехом застегнула застёжку в ухе друга. Опустив кудрявую прядь на ухо она смотрелась необычайно красиво и утончённо, а когда Ося нацепил шляпу он стал похож на современного ковбоя.
— Красавец! тебе очень идёт! — акцентировала девушка, юноша смущался.
Неожиданно Остап почувствовал: в момент, когда Грета сделала ему комплимент по телу пошёл жар, сердце вспыхнуло новой силой и энергией, голова закружилась, в глазах начало поблёскивать, а что говорить про момент тактильного контакта? Он знает эту девушку буквально день, а привязался к ней и никого роднее, ему казалось, он никогда не найдёт. Перед ним родственная душа, какой никогда не встречал и чувства неподдельны – любовь с первого взгляда существует.
— Я хотела спросить... — начала вдруг Аврамер, но её перебил погрязший в своих думах Остап.
— Давай отойдём, можем пойти к пристани Москвы-реки на другой стороне улицы? — предложил Ося и девушка согласилась.
С набережной веяло холодом, летним и ободряющим, всякий разговор приятен ближе к комфортному месту. Парочка подошла к гранитному ограждению и стала смотреть на черную, отражающую фонари рябую воду.
— Ось, почему ты постоянно скрываешь свои волосы? Они же шикарные! — задалась вопросом Грета, сопровождая реплику жестами.
Остап скрутил губы трубочкой и, выдохнув, улыбнулся какой-то грустной улыбкой.
— Вообще, это приобретённый комплекс, я их, проще говоря, стесняюсь. — раскрылся брюнет.
Такой ответ поразил Аврамер. Она заметно восхитилась.
— Почему? Тебе невероятно повезло родиться с таким прекрасным геном волос. Такие качественные натуральные волосы редкость. — отвечала шатенка и готовилась к длинному рассказу.
— Это было в третьем классе, я, счастливый, пришёл в школу после дня рождения сестры. Это была как раз середина третьей четверти, а в начале февраля к нам перевелся мальчишка, задиристый, вечно в ссадинах ходил, ругался со всеми и я старался не трогать его, мало ли, всё боялся, что и до меня очередь дойдёт... — с увлечением и со страхом в глазах говорил Ося, — и дошла. Я пришёл, сел за свою парту, как сейчас помню – вторая парта третьего ряда за столом учителя, раскладываю свои вещи и тут я чувствую: мне неожиданно вырвали прядь волос на затылке. Я вскрикнул от боли и обернулся. За мной был тот самый мальчик. Мои глаза полны слёз, а его – необъяснимого гнева. Я спросил его: «Зачем?», а он в ответ: «Их слишком много, проредил, так сказать»...
Грета с огромным вниманием слушала рассказ парня, вникая в его мелодичный голос и ужасаясь ситуацией.
— После этого все засмеялись, кто был в классе, увидев, что я плачу и с тех пор, пока я не перевёлся меня дразнили «плачущим барашком». — закончил Старенко и с угнетением усмехнулся.
Расстроенная такой грустной историей Аврамер, посмотрев на такого же грустного Остапа резко всхлипнула и прижалась к парню, положив голову ему на плечо. Юношу это удивило, но было невероятно классно ощутить приятное тепло и множество мурашек. Сердце заколотилось у обоих как заведённая машинка, они молча стояли на набережной, проспект заметно пустел, река успокоилась и перестала устало штормировать. Ося положил руку Грете на плечо, а второй обнял за талию. В такой позе они стояли и молчали минуты две, пока шатенка не подняла голову и не посмотрела на брюнета. Их взгляды пересеклись и снова закипела кровь, двинулся в ход холод в пальцах и тяжесть дыхания. Остап чувствовал полную потерю управления над своими действиями, он понимал, что если не сделать следующее сейчас, то удобнее случая не будет, они и так считаются пропавшими из плена и в любой момент их могут разлучить навсегда. Посмотрев в голубые, как небесные скалы глаза девушки Старенко, собравшись с духом посмотрел на золотой свет в окнах многоэтажек и спустив дух с незыблимой искренностью поцеловал Грету, не дав ей опомниться и не отстраняясь. Эти пару секунд дикого смущения и наслаждения проходили как часы между нашими героями и когда расстояние вернулось в исходное положение покрытая с ног до головы румянцем Аврамер, забыв весь алфавит попыталась спросить что это было.
Ося сам не мог понять, но знал он только одно – он любит её и точно это понимает.
— Это знак моей любви, что тут сказать... — стеснительно ответил Остап, продолжая держать Грету руками.
Это смутило девушку и она не могла до сих оправиться от случившегося и выстроив в голове логическую цепочку слабо улыбнулась, переместив руки с торса парня на плечи уже сама поцеловала его, вдаваясь во все подробности.
А проспект всё пустел, окна гасли, толпы редели и суматошно расходились по домам, а клаксоны прошедшего, шокирующего и довольно успешного дня журчали далеко, где-то за румяным горизонтом.