Каменные прятки
Наконец, над крышами царицы России вспыхнул алый шар июльского солнца. В воздухе застыло всё, выдохнула земля и в области восплыл утренний, холодный туман. По дорогам плыл белый, сиренево-кристальный дымок, сквозь который просачивались и отражались от каждой капельки конденсата розовые лучи восходящего солнца. Над Москвой появился её собственный нимб, горящий как пламя в кромешной темноте, виньетка русских, непроглядных лесов, окружающих Москву отдалялась, венок утренней зари скрыл ночную прохладу и безмятежность, наступил новый день, приготовивший для наших героев множество приятных и таких же неприятных новостей.
Наши герои жили в гостинице, не близко к центру, поскольку стоило бы экономить, но жить в неотапливаемых дебрях, отдалённо напоминающих номера всё же не хотелось. Первой проснулась как обычно Оливия. Девушка была легка на подъём, хоть и сейчас выбита из колеи пропажей безвинного брата, которому сегодня восемнадцать. Она устало потянулась, после трёхчасового сна, потерла пропитанные солёными слезами глаза и сбросив с колен одеяло на мирно спящего рядом мужа ушла в ванную. Она шла по затемнённой комнате, дыша через раз, будто экономя кислород. Занавески, подначенные утренним, мерзлым ветерком падали на её плечи, прикрытые тонкой кофтой, будто закрывая крылья, которых у Лив не было. Она зашла в ванную, закрыла аккуратно дверь и включила воду. С опозданием включился алмазный свет, поползла темнота и упала в дальние углы. Лучи упали на уставшее лицо черноволосой, её ослепило на секунду, она схватила расчёску с зеркала и попыталась причесаться. Всё валилось из рук и расчёска тоже. Выскользнув из рук девушки она с треском упала на кафельный пол, тем самым разбудив Макса. Тарасенко быстро оправился ото сна и рванул к жене. Он заглянул в ванную и увидев совсем расстроенную супругу с расчёской у ног вошёл и обнял Оливию. Ви положила ему руки на плечи и потёрла щёку о тёплую грудь мужа, почувствовав спокойствие.
— А куда мы сегодня пойдём? — спросила Лив, подняв на Максима глаза.
Парень поцеловал её в кудрявую макушку и ответил: — Ты говорила, что нужно в парк.
Девушка кивнула и выпустившись из объятий возлюбленного подняла расчёску с пола.
— Умывайся, я разбужу Женю с Сашей. — сказал Макс, выходя из ванной и закрывая дверь.
Номера ребят были на удачу соединены одной дверью, только комната Макса и Оливии была с двухместной кроватью, а названных родственников и лучших друзей поселили в комнату с раздельными кроватями. Тарасенко приправил слежавшуюся причёску и открыл смежную дверь.
— Рота, подъём! — в шутку скомандовал блогер, разбудив чуткого на слух Александра, Женя даже не двинулся.
— Ты совсем что ли так кричать? — возмутился Саша, схватив с тумбочки очки и надев их на нос.
— Я шучу, Шурочка, поднимайся, золотце. — начиная новый прикол над другом заговорил Максим, подходя к нему и присев рядом с изголовьем принялся трогать его за нагретые уши холодными пальцами.
В этот момент проснулся Евгений, повернулся к зрелищу и похлопал сонными глазами.
— Вы что тут делаете? — спросил Миронов.
— И тебе доброе утро. — съязвил Макс, — поднимайтесь, у нас много дел сегодня.
— Сколько времени? — спросил Женя, завернувшись в одеяло и сев напротив подушки на колени.
Сообщив, что сейчас ровно половина девятого утра, что Москва уже не дремлет Александр встал с кровати и ушёл умываться. Евгений кивнул и продолжил спать сидя. Макс ещё немного понаблюдал за этим и ушёл к себе. Лив уже умылась с искала в чемоданах какую-то кофту, чтобы не замёрзнуть на улице, так как обещали прохладный ветер. Тарасенко сам умылся, привёл себя в порядок и одевшись в приличную одежду зашёл проведать друзей. В их маленьком номере было тесно человеку с широкой душой, Макс увидел, что Саша уже собрался и за столом ждал Женю, поэтому сообщив, что они будут ждать их в коридоре ушёл. Евгений в следующие две секунды вышел из ванной с полотенцем в руках, рядом с ним в тот же момент появился шурин.
— Быстрее марафет наводи! — скомандовал Шура и дернулся, будто что-то вспомнил, — Кстати, кольцо где? Вирджиния просила проследить.
Женя недовольно выдохнул и кинув полотенце на спинку стула молча подошёл к прикроватной тумбочке, достал оттуда золотое обручальное кольцо и демонстративно надел его на безымянный палец.
Через минут пять у дверей номеров собралась вся компания и направилась в путь. Сегодня они держали направление в Парк имени Горького, совсем недалеко от Третьяковской галереи, на берегу Москвы-реки. С этим местом были связаны некоторые обрывки воспоминаний в голове Оливии.
В далеком детстве, лет так двадцать назад родители привезли двухлетнюю дочку в столицу, показать ей что-то дальше удельного захолустья, такого как Кинель. Но повести своё чадо в шумные места, где толпы народу подозрительной и неизвестной наружности не хотелось, молодые родители приняли разумное решение привести ребёнка в парк. Он как сейчас был зелен как хризолит изнутри, только в гранях просветов лазурного неба отражалось солнце. По тропам не ходил ещё сегодня человеческий след, только спортсмены с многоэтажек на Донской бороздят мощённые тротуары. Здесь когда-то давно и семья Старенко оставила свой след...
— Красиво тут, не придерёшься... — зачарованно произнёс Женя, осматривая пустой парк. Рядом с ним шли друзья, у каждого на душе была своя эмоция.
— Мне папа рассказывал, — внезапно начала Оливия, будто разрывая тишину, — они сюда приезжали в восьмидесятых, или в начале девяностых, от училища на общественные работы и сажали тут деревья...
Тут кудрявая как запрограммированная остановилась и повернула голову налево.
— Это клён? — спросила в сторону Жени Лив, ссылаясь на его биологическое образование.
— Вроде да... — неуверенно произнес Евгений, которому это образование никуда не уткнулось.
Оливия кивнула и скорым шагом подошла к узкому, худому стволу редеющего клёна.
— Я его помню, именно здесь. — сказала девушка, — скамейка с выбитым винтом и развилка идёт буквой «У»
Говорила Лив как на духу, отчётливо вспоминая то, что оказало на неё большое влияние.
Ребята подошли к одинокому деревцу, остальные, более мощные отстранились от него, что выглядело безумно жалко, черноволосая села на поребрик, вытянув вперёд ноги, рядом с ней оказался муж, которому та легла на плечо и стала отдыхать. Саша стоял недалеко, а Женя зашёл на газон, осматривая дерево с близкого расстояния. Он обошёл его кругом, его глаза ослепило солнце, практически поднявшееся на небе и как парень скрылся от солнечного света за стволом в его глазах блеснуло что-то совсем рядом. Евгений устремил туда взгляд и заметил ключ. Он был будто декоративный – золотой, с алмазными вкраплениями, а в основании самый настоящий сапфир. Миронов изумился такой красоте. Чудо висело на атласной, красной ленточке, на тоненьком, обрубленном сучке, поэтому парень снял его и пошёл показать друзьям.
— Посмотрите просто!