12
Прошла еще неделя.
Занятия по межличностным отношениям нам отменили. Не знаю, как у куратора это получилось, но я избавилась хотя бы от этого кошмара.
Какая была эта неделя?
Сложной.
Кто бы мог подумать, что назначение Чона в напарники, так сильно изменит мою жизнь, причём не в лучшую сторону.
Кажется, ставь я ему палки в колеса и всячески издеваясь, было бы лучше.
Сейчас же со своими принцами я осталась одна.
Как-то незаметно отдалилась Дженни. Исчезли наши разговоры по душам, смех и шутки. Сначала я списывала все на общую усталость, но потом поняла, что все кончено.
Нет, подруга не обижала меня, не издевалась, не ругала. А просто отдалилась, стала чужой. Даже в глаза перестала смотреть, отделываясь пустыми приветствиями и пожеланиями спокойной ночи.
У Дженни не было на меня время. Она и в комнату приходила лишь для того, чтобы поспать. Даже к занятиям готовилась где-то в другом месте. Скорее всего на пару с Оуином.
Он тоже меня не простил. Я не оставила попыток поговорить и все объяснить. И лишь спустя неделю удалось его поймать одного и вытянуть на разговор.
Выскочив наперерез, схватила за руку и затащила за угол подальше от любопытных глаз. Он даже не особо сопротивлялся. Это меня воодушевило.
- Поговорим? - быстро спросила я, решительно на него смотря.
- А надо? - кисло уточнил Оуин, продолжая изучать стенку у меня за спиной.
- Что, так и будем ходить, как будто ничего не произошло?
- Разве я делаю вид, будто что-то произошло?
Мимо нас прошли отличницы Сибилл и Эверика. Слегка затормозили и тут же пошли прочь, о чем-то усиленно шепчась. Я даже догадывалась о чем.
Они меня теперь тоже не любили. Раньше просто не замечали, считали недостойной внимания, а сейчас ненавидели, что посмела стать лучше их. Хотя я никогда так не считала. И уж точно не задирала нос.
- Если я в чем-то виновата...
- А ты считаешь, что нет?!
Ну вот хоть какие-то эмоции. И смотреть начал на меня, а не на стенку.
- Может объяснишь? Как моя работа с Чоном могла разрушить дружбу? Мы же два года работали вместе...
- Да. Работали. Но оказалось, что я не так хорош для тебя, как Чон!
- Что? - опешила я. - Что значит не так хорош? Ты вообще о чем?
- А о том, Лалиса, что пора признаться хотя бы самой себе. Нет у тебя к Чону никакой ненависти!
- Не понимаю...
- Ты такая же, как и остальные. Влюблена в него, - все больше разгорячаясь, говорил Оуин.
- Ч-что?
- Я думал, ты умнее. А оказалось... - парень покачал головой, глядя на меня с таким пренебрежением, - оказалось, что я ошибся. Только вот то, что ты перед ним стелешься, не пом...
Договорить он не смог.
Не знаю, как это произошло.
Но рука сама дернулась.
И пощечина была такой звонкой, что на мгновение оглушила. Да и ладонь загорелась.
Почему-то это казалась правильным. Ударить не магией, а самой, лично.
- Не смей, - прошептала я, тяжело дыша, - никогда... не смей.
Оправдываться я не стала.
О чем говорить с тем, кто сейчас только что назвал меня подстилкой крылатого?
Кажется, Оуин тоже понял, что перешел границу.
- Лиса, - пробормотал он, пытаясь схватить меня за руку.
- Не трогай меня! - процедила я, отстраняясь. - Не трогай. И не волнуйся, я больше никогда тебя не потревожу! И не подойду!
- Лиса...
На парня было жалко смотреть. Вот только радости я не испытывала.
- Прощай!
Я выскочила из-за угла и не глядя побежала вперед.
Щеки горели от стыда и гнева, сердце билось как сумасшедшее. А от кома в горле так сложно было дышать.
Так вот что они все думают! Вот почему так косятся. Они считают, что я влюблена в летуна! И смеются надо мной! Смеются и издеваются.
«Но это не правда! Не правда! Я его ненавижу! Видеть не могу! Он же мне жизнь портил все эти годы! И сейчас тоже! Ненавижу! Ненавижу!»
Но прежней ненависти не было.
Внутри сияла пустота.
Застыв посреди коридора, я внезапно поняла, что должна делать и куда бежать.
Развернувшись, поспешила в противоположную сторону.
Идти было недолго. Всего пару минут.
Надо лишь спуститься на нижний этаж, пройти галерею и вот она - большая зала с потрясающим видом на учебную площадку.
У огромного, во всю стену окна собралась толпа хихикающих целительниц. Большей частью первокурсниц. Они-то, наивные, еще верили, что могут понравиться этим высокомерным азгарам. Поэтому и стояли здесь, жадно наблюдая за тренировками.
Они проходили здесь каждый день после обеда. Были не обязательными, но я точно знала, что Чон никогда их не пропускал.
Идеален во всех отношениях.
Я замерла на середине небольшой лестницы, внимательно изучая огромное заснеженное поле, обнесенное специальным защитным кругом, который периодически отсвечивал золотистым цветом. Именно здесь сейчас проходили учебные бои между крылатыми.
Чона я нашла сразу. Ни у кого не было таких белых крыльев, которые так ярко сияли бы на солнце.
Ведь не хотела любоваться, а не получилось.
Всё-таки хорош. Не зря считается самым лучшим на курсе.
Вон как летает, легко уворачиваясь от всех ловушек и энергетических разрядов, которые пускали с земли первокурсники. Даже умудрялся атаковать, заставляя тех прятаться под щитами.
Я не знала список его тренировок, но примерно представляла, что ждать осталось недолго.
- Надо же, кого я вижу, - раздался рядом нежный голосок, от которого у меня заскрипели зубы. - И ты здесь?
- И что? Надо было спрашивать твое разрешение? - кисло отозвалась я.
- А почему нет? - становясь рядом, спросила Юджиния. - Ты же пришла сюда смотреть на моего будущего мужа.
«Значит я оказалась права. Они все уверены, что я в него влюбилась. Отлично!»
- Он мой напарник на ближайшие пару недель, если ты не забыла, - парировала я., продолжая наблюдать за тренировкой крылатика.
Чон снова взмыл вверх, сделал изящный пируэт и бросился вниз, разбрасывая энерго-шары.
- Ну конечно, просто напарник, - фыркнула блондинка. - Мне даже жаль тебя, Манобан.
Вот только фальшивой жалости мне не хватало.
- Да неужели?
Судя по всему, Чон закончил тренироваться и начал медленно спускаться на землю. Еще немного и выйдет. Отлично. Мне как раз есть что ему сказать.
- Безответная любовь... она такая.
- По себе судишь?
Обычная фраза, сказанная между делом. Собственно, ничего такого в ней не было. Но Хастинг это неожиданно задело.
- Да что ты знаешь о моей любви, - прошипела она, больно хватая меня за руку.
- Эй! - вскрикнула я.
Скорее не от боли, а от неожиданности.
- Он меня любит! Любит! - с ненавистью прорычала Юджиния прямо в лицо.
- Да какая разница. Отпусти меня, пока я опять на тебя цветы не натравила, - огрызнулась я, стараясь выбраться из захвата. - Ненормальная.
- Я ненормальная? Это ты! Ты! Бегаешь за ним. Дура! - прокричала девушка, уже не сдерживаясь.
На нас уже откровенно пялились. Это было неприятно. Не хватало еще слухов о том, что две девицы подрались из-за внимания одного летуна.
- Отстань, - отрезала я, отступая в сторону.
Сейчас самым правильным было уйти. Это не побег, а стратегическое отступление.
И то по моим правилам.
Бросив взгляд в сторону Юджинии, я быстро пошла дальше, прямо на толпу первокурсниц, которые тут же начали расступаться в стороны, пропуская меня вперед.
Нет, я не собиралась прижиматься к стеклу и пускать слюни на азгаров. Вместо этого шагнула к боковой двери и громко постучала.
- Что? - грозно спросил хранитель, приоткрыв дверь.
- Лалиса Манобан. Напарница Чонгука Чона.
- И что?
- Согласно правилам академии, я имею право входить в любые помещения, куда разрешено входить моему напарнику, - громко и четко произнесла я, отлично зная, что меня слышат все.
А кто не слышит, тому передадут.
- И?
Вот же тугодум попался.
- Он там? Я знаю, что там. И мне надо с ним поговорить. Прямо сейчас.
- Ну тогда заходи, - равнодушно отозвался хранитель, открывая дверь пошире и пропуская меня вперед.
Надо же, даже не пришлось сильно уговаривать.
Оказавшись внутри, я некоторое время нерешительно потопталась, не зная куда идти. Передо мной было четыре коридора. И какой из них нужный?
- Ну и? Чего стоишь?
- А где я его могу найти? - повернувшись, спросила я у мужчины.
- Чон же из высших? Тогда тебе направо. А там поспрашиваешь.
- Спасибо.
Повернув направо, я оказалась в белом коридоре с дорогими светильниками на стенах и темно-зеленой дорожкой на полу.
Понятно, и тут все самое лучшее - высшим.
По обе стороны двери. Но на них не было никаких знаков и пометок, так что разобраться было сложно.
Долгое время мне никто не попадался. Когда я уже собиралась вернуться назад, одна из дверей с левой стороны вдруг распахнулась и оттуда вывалился мне под ноги измазанный сажей и снегом незнакомый летун.
- Ой! - ахнула я, шарахаясь в сторону.
- Ты? Манобан, да? - с трудом поднимаясь, спросил летун и растер пятно по лицу.
Кажется, парень был с четвертого курса.
- Д-да.
- А ты чего здесь забыла?
- Мне нужен Чон, не знаешь, где я могу его найти?
- А-а-а, - кивнул тот, наспех поправляя доспех из плотного темно-серого металла. - Так он уже закончил тренировку. У себя небось.
Летун схватился за ручку, явно собираясь вернуться назад.
- Подожди! А где его комната?
- Вон та, - кивнул азгар.
- Какая та? - процедила я, с трудом сдерживаясь.
- Ну вон, с красным значком сверху.
Я внимательно присмотрелась. И точно. Был значок. Но не на самой двери, а сверху. Закорючка какая-то. И как я упустила?
- Спасибо.
А парня уже след простыл. Открыл дверь, запустив немного холода и снега, и сразу же взмыл в небо, готовясь отразить новые удары.
Я быстро подошла к нужной двери, немного помялась и решительно постучала костяшками пальцев.
- Заходи! - раздался приглушенный голос Чона.
«Ура! Не ошиблась!»
Я открыла дверь, шагнула вперед и... застыла.
Комната была небольшой. Стул, стол, шкаф, кровать в углу и еще одна дверь, которая, судя по всему, вела в небольшую душевую.
Иначе как объяснить, что из неё вышел мокрый летун с одним единственным белым полотенчиком, которое было небрежно повязано вокруг бедер.
«Лютики-цветочки...»
Теперь я понимала, что означает фраза - время остановилось.
Оно реально остановилось, сократилось, исчезло, сжавшись до размера маленькой комнаты.
Я видела только летуна.
Всего его целиком и каждую клеточку тела по отдельности. Начиная от макушки с влажными волосами, с кончиков которых падали капельки воды, стекая ручейками по накаченному телу с рельефными мышцами, обрисовывая каждый изгиб, до голых пяток.
- Лии..са? - запинаясь пробормотал парень, а потом, словно опомнившись, резко добавил: - Что ты здесь делаешь?
Я с трудом заставила себя оторваться от влажных капелек на рельефной груди, которые так призывно блестели.
- Ты же сам разрешил мне войти, - пробормотала едва слышно.
А потом, опомнившись, резко отвернулась, встав к нему спиной.
- Я не виновата. Постучала. А ты сказал заходи! - как бы я ни старалась, но голос все равно дрожал.
О, как же горели щеки, как дрожали ноги и пересохло во рту.
Я смотрела на дверь, через которую вошла, а видела Чона. В этом крохотном полотенчике, которое ничего особо не скрывало!
- Я думал это... неважно. Как ты попала сюда? Ты же целительница! И что тебе вообще от меня нужно?
Судя по звукам, летун пытался одеться.
«Стоп! Лиса, об этом не стоит думать. И фантазировать тоже не стоит. О том, как полотенчико спадает вниз. Как ткань скользит по влажной коже... ой, мамочки!»
- Поговорить. Мне нужно с тобой поговорить! - задрав голову вверх, ответила и глубоко вздохнула.
Как же здесь жарко. Дышать просто нечем.
- О чем? - раздраженно спросил крылатый, шурша одеждой. - Мы же вроде все решили. По учебе вопросов нет. А по другому поводу мы с тобой не общаемся.
- Я хотела бы кое-что прояснить, - старательно изучая потолок, ответила я.
«Ну почему мне так не везёт? Почему моя импульсивность вечно доводит до такого? Почему я не включаю голову, а руководствуюсь лишь сиюминутными порывами?»
- Как ты сюда попала? - повторил Чон свой вопрос.
- Меня пропустили.
- Кто?
- Ваш хранитель, - отозвалась я, поправляя воротник блузки.
Он стал жать и мешаться. Надо расстегнуть хотя бы одну пуговичку. Может тогда станет легче дышать.
- Но как? Ты же целительница.
«Повторяется!»
- Согласно правилам академии я имею право входить в любое помещение, в которое имеешь доступ ты. И наоборот. Правила надо учить.
- Знаю, - резко ответил тот. - Но никто... никогда не пользовался этим правом. Так о чем ты хотела поговорить?
- Скажу, когда ты будешь готов.
- Я готов.
Я не спешила поворачиваться.
Вдруг повернусь, а там...
У меня даже во рту пересохло от этого возможного «там».
Но ничего такого не было.
Чон действительно успел одеться. Штаны, рубашка, пуговицы которой он сейчас так старательно застегивал.
- Ну и? - спросил он, уже не скрывая раздражение.
- Ты думаешь я влюблена в тебя? - сразу же в лоб спросила у него.
А чего ходить вокруг да около. Лучше сразу.
Парень вздрогнул и медленно опустил руки, поднимая на меня глаза.
Кажется, он был в шоке. Потому что таким я его никогда не видела. Столько эмоций промелькнуло за секунду на его лице не понять и не отследить.
- Ты считаешь, что я влюбленная дурочка, мечтающая запрыгнуть к тебе в... постель? - повторила я.
Взгляд как раз на эту самую постель и упал. Узкая кровать, темно-серое шерстяное одеяло, небольшая подушка. Все аккуратно собрано.
- С чего такие мысли? - глухо спросил летун.
- Так все об этом говорят. Раз я не отомстила тебе и не загубила будущее, то влюблена, - с досадой отозвалась я, выпуская наружу весь свой гнев и отчаянье. - И ты тоже так думаешь?
- Нет, - ответил Чон и вновь принялся за пуговички.
Лицо вновь приобрело знакомое равнодушное выражение. Словно мы с ним пудинг обсуждали, а не наши псевдо-отношения.
- Не думаешь? - недоверчиво переспросила я.
- Я это точно знаю. Ты меня не любишь. Ты меня терпеть не можешь.
- Эм... ты так уверен?
- Чувствую, - как-то странно усмехнулся он. - Знаю, ты считаешь меня ледышкой, не способной на эмоции и чувства.
Я промолчала. Хотя ему, кажется, и не нужен был мой ответ.
- Но это не совсем так. Чужую любовь я почувствую. И твою так точно... почувствовал бы... если бы она была.
- Но остальные...
- Могут говорить все что угодно. Мы же с тобой знаем правду, не так ли?
Что-то в его голосе заставило меня присмотреть к нему. Жаль, лица не разглядеть. Парень все также был сосредоточен на своей рубашке и влажные пряди волос мешали обзору.
- Конечно, - неуверенно произнесла я, переминаясь с ноги на ногу.
- Отлично. Раз вопрос решен, то тебе лучше уйти. Не стоит кому-то видеть тебя здесь. Сама понимаешь, какие слухи могут пойти.
- Да-да, ты прав, - поспешно произнесла я, пятясь к двери. - Извини, что ворвалась. Я...
- Не думала, - ехидно подсказал Чон.
И я даже не обиделась.
- Да.
- Действовала импульсивно.
Я снова кивнула.
- На эмоциях. Я уже понял, что ты только так и действуешь. До завтра, Манобан.
- Да, до завтра.
Я последний раз на него взглянула, кивнула и выскользнула наружу, плотно прикрыв за собой дверь, к которой прижалась спиной, пытаясь перевести дыхание.
«Ох, Лиса! Куда ты опять вляпалась?!»
Глубокий вдох и выдох.
Если бы только помогло прогнать из головы образ обнаженного мужчины.
«Он враг! Соперник и мучитель!»
Но сердце продолжало сладко ныть в груди.
- Вот засада! - рыкнула я, выпрямляясь, поправив воротник рубашки, я решительно зашагала к выходу.
Действительно, мне здесь не место.
Я ведь почти дошла, когда вдруг открылась одна из дверей с левой стороны и чья-то рука схватила меня за запястье и рывком затащила в комнату.